Днем одна, ночью другая

Вообще-то Сакуру полагалось отвести в комнату ожидания, но для нее сделали исключение, и теперь она стояла в пустом кабинете главного хирурга. Попросив располагаться поудобнее, ее оставили одну. В коробке на столе Сакура увидела салфетки и постаралась кое-как вытереть ими кровь со своих рук и одежды. Ей хотелось присесть, но она знала, что ее одежда сзади должна быть вся в крови, и наверняка испачкает кожаные кресла. Спереди юбка была чистой, и, перевернув ее, Сакура осторожно села на мягкий стул, наклонившись вперед и опершись локтями на колени. Внезапно открывшаяся дверь заставила ее вздрогнуть. Прошу прощения, но мы не смогли… Но это всего лишь медсестра принесла поднос с чашкой кофе, пакетиком сахара и сливками. — Желаете еще чего-нибудь? Кухня закрыта, но у нас в вестибюле есть автомат. Сакура покачала головой. — Спасибо. Мне не хочется… Медсестра поставила поднос перед ней. — Мы известили полицию. Они скоро будут здесь. Им надо будет поговорить с вами. Я уверена, что с вашей подругой все будет хорошо. — Спасибо, — пробормотала Сакура. На слова медсестры вряд ли можно было полагаться, но Сакура была благодарна за сочувствие. Оставшись одна, она взяла чашку и поднесла ее ко рту. Чашка наклонилась, и горячий кофе обжег ее ногу. Пришлось держать чашку обеими руками. «Саске. Ками-сама, что я не осталась. Ино наверняка бы умерла. Она и так может умереть». Ей было мучительно сидеть здесь и ничего не знать. Может быть, Ино уже умерла. Она была без сознания, когда они добрались до больницы. «С ней будет все нормально, — уговаривала себя Сакура. — Все будет хорошо. Мы с шиком откроем бутылку шампанского по ее возвращении домой, напьемся до чертиков и посмеемся над глупой случайностью…» Обхватив голову руками, Сакура зарыдала.

***

Вошла медсестра, а за ней — двое мужчин в черной форме. Сакура посмотрела на них. Двое мужчин были с густыми волосами, один со светлыми, а другой с черными. Один из них, носил под мышкой в толстой кожаной портупее чудовищную ручную пушку. У другого, с черными прямыми волосами, был небольшой револьвер в кобуре, пристегнутой к ремню. Сакура вопросительно взглянула на медсестру. — Она все еще в операционной. Это агенты полиции Обито и Суйгецу. Вытерев глаза, Сакура взглянула на мужчин. Суйгецу сказал: — Мы бы хотели задать вам несколько вопросов о… — Я не знаю кто это был.. — Солгала она. — А где вы были? — спросил Суйгецу. — С другом. Саске Учихой. В его доме. Парни удивленно переглянулись, но промолчали, с любопытством разглядывая давно знакомую девушку. Они не стали больше ничего спрашивать, и оставили ее в покое. «Скоро все это будет позади, — думала она. — Она придет в сознание, — убеждала себя Сакура. — С ней будет все хорошо. Она не может умереть. Я виновата. Это все моя вина...» Сакура вскочила навстречу распахнувшейся двери. Вошла медсестра. — Как она? — Мне ничего не сказали о ее состоянии. Сакура кивнула: — Что ж, хорошо и то, что нет плохих известий. — Я не сказала, что у меня нет новостей. Кое-что есть. И я подумала, что вам следует об этом знать. Мы только что узнали, что вызван доктор Цунаде. Это хирург-косметолог. Сакура уставилась на медсестру. «Хирург-косметолог! Пришивать скальп Ино?» — О, Ками-сама! — пробормотала она. — Она уже едет сюда. Сакура упала на стул. — Не знаю, сколько они еще будут заняты, но могу с уверенностью предположить, что ваша подруга в стабильном состоянии. Может, вам стоит поехать домой, привести себя в порядок и немного отдохнуть? Вы столько пережили! И очень устали. Неизвестно, сколько еще времени пройдет, пока вам разрешат посетить ее. Позвоните нам часов в девять или десять, мы скажем вам, когда вы сможете ее увидеть. Ну, пожалуйста! Зачем вам ждать здесь все это время?.. Вам будет гораздо лучше, если вы отправитесь домой и поспите несколько часов. Сакура кивнула головой. — Да, — пробормотала она. Казалось, страшное напряжение внутри начало таять, лед размягчился, тепло заструилось по ее телу, успокаивая, расслабляя.

***

Сакура сидела за рулем. Она ехала сквозь темноту ночи. Она знает, куда ей надо ехать. К Саске. Но ей не нравилась мысль о том, как она войдет к нему в таком виде, вся покрытая засохшей кровью. Она остановилась у дома. Наклоняясь вперед, чтобы выйти из машины, она почувствовала, как ее блузка отлипает от спинки сиденья. «Ну и поразишься же ты, Саске-кун, увидев меня». Когда она вышла из машины, ноги ее дрожали. Она ухватилась за открытую дверцу машины, чтобы не упасть. Бессонная ночь, тяжесть Ино на спине, радость, когда она узнала, что она выживет, – все это сказалось на Сакуре. Медсестра была права. Она совершенно разбита. Болели не только руки, ноги, спина… Ныло все внутри. Сакура глубоко вздохнула. Даже легкие были тяжелыми и уставшими. «Почти все уже позади», — сказала она себе. Захлопнув дверцу, она с трудом обошла машину и вскрикнула от боли, неловко наступив на бордюр тротуара. Наконец ей удалось направить себя к освещенному крыльцу. Какое это будет блаженство снова обнять его, припасть к его сильному, теплому телу! Интересно, хватит ли у нее сил на то, чтобы помыться? «Может быть, Саске зайдет со мной в ванную и поможет мне?» Эта мысль всколыхнула ее, и она почувствовала себя лучше. Она попыталась открыть дверь. Заперта. Ну конечно! Она же сама перед уходом заперла ее. Она нажала на звонок и подождала немного, надеясь, что сигнал был достаточно громким, чтобы его разбудить. Прежде чем она успела позвонить во второй раз, дверь распахнулась. Оторопев, Саске отступил, пропуская Сакуру в дом. Она толчком захлопнула дверь. — Что с тобой? — спросил он, глядя на нее в недоумении. Он был бледен, и Сакура подумала, что он, наверное, долго не спал, терзаясь беспокойством. — Я из больницы, — сказала она. — Я отвезла туда Ино. На нее напали ночью. — Ужас... — Он, наклонился и прижал Сакуру к себе. — Я в ужасном виде, — предупредила она. — Мне все равно. — Саске нежно провел рукой по ее спине. Она обняла его. Купальный халат был успокоительно мягким. — Ино в тяжелом состоянии? — спросил он. — Она... она так изуродована. Но она должна поправиться. Я уверена, что она выживет... — Все будет хорошо. — Он нежно похлопал ее по спине. — Я вымажу тебя кровью. — Все это мелочи. — Я должна принять душ. Я… мне нужно вымыться. И выспаться. — Пойдем же, — сказал Саске. Взяв ее за руку, он повел ее к лестнице. Она увидела свою записку, прикрепленную к стойке перил. Коснувшись ее кончиком пальца, она спросила: — Ты не читал? Он посмотрел на нее непонимающим взглядом. — Я спал, пока ты не позвонила в дверь. Я сразу же сбежал вниз. — Тебе не хочется прочитать ее сейчас? — С этим можно подождать. Ты здесь, и это самое главное. Сакура почувствовала легкое разочарование. Неужели ему безразлично, что она написала ему? Хотя записка и была коротенькой, там было признание в любви. И еще она написала, как ей не хочется украдкой уходить. Она оглянулась на записку, поднимаясь по лестнице. Одинокий листок выглядел грустным и покинутым. «Он прав, — сказала она себе. — Что тут такого? Подумаешь, проблема! Я здесь. Мы вместе. И это главное». Наверху он отпустил ее руку. — Давай принимай душ, а я подожду тебя на кухне. — Хорошо. — Она не хотела оставаться одна. Сакура вошла в ванную комнату и, включив свет, закрыла дверь. Ее рука нашла ручку двери, палец нажал на защелку. Покачав головой, она повернула ручку двери. С легким звоном открылась защелка. Сакура подошла к зеркалу и прикусила губу, увидев себя. Как будто все происходит прошлой ночью. Ее лицо было в пятнах крови Ино. Даже подбородок, хотя она его и вытирала в больнице салфетками. Быстро повернувшись спиной к зеркалу, она сняла блузку, наклонилась назад и повесила ее на край ванны, потом сняла лифчик. Кровь пропитала одежду насквозь. Грудь, живот — все было испачкано. Пятна были и бледные, и яркие, как прыщи. Ее тело выглядело так, как будто она загорала в порванной одежде, зияющей дырами. Она повернулась на звук открывающейся двери. В проеме стоял Саске в своем халате. Его взгляд скользил по ее телу. Руки потянулись вверх, чтобы закрыть грудь… но это же абсурд! — Что-нибудь случилось? — спросила она. — Мне не нравится, как ты на меня смотришь. Он подошел к ней. Сакура отступила на шаг назад, затем остановилась. — Все хорошо... Я хочу помочь тебе. Дальше разденешься сама? Она кивнула, глядя в стену. Саске понял: пора брать дело в свои руки. Стараясь не обращать внимания на ее красивые груди он опустился на колени и по одному снял ботинки и носки. Она покачнулась, взмахнула руками и ухватилась за его плечи. Он посмотрел на нее. Ванная была полна пара. — Держись за меня. Она снова кивнула, ему показалось, что в ее глазах мелькнуло что-то. Они больше не были пустыми. Глубоко вздохнув, он расстегнул молнию на ее джинсах. Осторожно снял. За джинсами последовали кружевные трусики. Саске откашлялся, стало трудно дышать. — Вот так, теперь отправляйся под душ! – Он попробовал воду, сделал прохладнее, чтобы она не обожглась, отдернул занавеску и помог ей войти в кабину. Услышал, как она вздохнула, встав под воду, и задернул занавеску, чтобы не видеть ее обнаженного тела. Он старался все время не опускать взгляд ниже ее шеи. Но, помилуйте, он ведь всего лишь человек! Впервые в жизни он раздел желанную женщину и не тронул ее. Да, он хочет ее, но не сейчас. Она так вымоталась, что едва держится на ногах. Может быть, душ взбодрит, поможет ей снова сосредоточиться. — Сакура, я постою за дверью. Если что-нибудь понадобится, зови. Хорошо? Она что-то пробормотала в знак согласия. Он вышел, оставив дверь приоткрытой, чтобы услышать, если она позовет. Заставил себя дышать глубже. Придется принять холодный душ, чтобы успокоиться. В душе Сакура ожила. Понемногу возвращалась способность чувствовать. Сначала ощутила горячую воду, потом поняла, какая она грязная. Мозги будто очнулись после спячки. Она вспомнила Ино, хотя не позволяла себе думать о ней. Сакура долго стояла под душем. Наконец открыла шампунь и намылила голову. Хорошо, что она уже не похожа на зомби, хотя и устала. Вымывшись, она выключила воду. — У тебя там все нормально? — крикнул Саске снаружи. — Да... Она отдернула занавеску и увидела, что у двери уже стоял Саске. Он подошел к ней взял мягкое махровые полотенце и принялся вытирать ее. Саске вытирал ей живот и бедра — снаружи и их внутреннюю поверхность. Когда его руки скользнули между ее ног, искушая, она застонала. Стон был медленный, продолжительный, неуверенный, как будто они вдвоем создают музыкальное произведение. Саске провел губами по ее щеке, и она вдруг осознала силу его желания. Она тоже повернула голову и, поймав губами его губы, поцеловала. Он вытер плечи, грудь и спину… и когда опустился перед ней на колени, чтобы вытереть щиколотки, ступни ног, она вдруг покраснела. Но может быть, ее просто бросило в жар от сильного чувственного влечения, которое она испытывала, потому что вид этого великолепного мужчины на коленях перед ней был таким сильнодействующим эротическим стимулятором, что она протянула дрожащие пальцы, чтобы погладить его блестящие черные волосы. Он поднял голову и посмотрел ей в глаза с какой-то отчаянной решимостью. Откинув полотенце на стул, он обхватил ее одной рукой за бедра и притянул к себе, другая рука тем временем заставила ее чуть раздвинуть ноги. Готовая к прикосновению Саске, Сакура закрыла глаза. Но почувствовала не прикосновение, а его дыхание. Сакура почувствовала, как язык Саске прикоснулся к самому сокровенному и интимному месту и стал дарить такие ласки, к каким она совсем не была готова. Он был богом. Он был Посейдоном. Удовольствие накатывало на нее волнами и топило ее в страсти. Сакура пыталась сопротивляться, однако Саске отлично знал, что делает. Ее глаза были широко раскрыты, она ощущала запах лавандового мыла, слышала звук собственного тяжелого дыхания, чувствовала движения гибкого горячего языка, который ритмично вторгался внутрь и выходил снова… Вернувшись на землю после достижения в очередной раз вершины чувств, она обнаружила, что вцепилась пальцами в шелковистые волосы Саске. Он поднял голову и увидел, что Сакура потрясена, озадачена. В конечном счете, он словно охотник выследил ее и поймал в ловушку. Он приподнялся с колен взял край полотенца и осторожно вытер ей лицо и голову. Обернул края полотенца вокруг запястий, притягивая ее к себе. Наконец она прижалась к нему всем телом. — Я мокрая. — А мне все равно. — Саске впился в нее поцелуем. Они целовались не впервые, но сейчас все было по-другому. Сакура не сомневалась в том, чем окончится этот поцелуй. Внутри все таяло и плавилось. Все хорошо и правильно. Через несколько минут Саске с трудом оторвался от нее. Оба задыхались. Он попробовал надеть на нее футболку. — По-моему, ты надеваешь ее задом наперед. — Поверь, мне ничего так не хочется, как уложить тебя в постель. Прямо сейчас.. — Но… Саске приложил палец к ее губам. — Потом. Обещаю. Все будет, но позже. Отдыхай, а я пока вымоюсь. Его футболка доходила ей до середины бедер. — Твои вещи мне идут. Она улыбнулась и пошла за ним в комнату. Он откинул покрывало, она легла. — Спи. Я приму душ и присоединюсь к тебе. Он вернулся в душ и ни разу не оглянулся. Сакура долго лежала в постели, но сон не шел. Она знала, что ей требуется отдых, но Саске был нужен больше. У Сакуры до сих пор сжималось сердце при воспоминании о Ино. Нет уж, хватит! Хотя измучена до предела, она больше не намерена ждать! Поспать можно и потом. А сейчас ей нужен Саске. Больше всего на свете! Сакура не собиралась допускать, чтобы ей помешала собственная застенчивость. Она сняла с себя футболку и пошла в ванную. Помедлила секунду и отдернула занавеску. Саске стоял лицом к стене. Сакура невольно ахнула, увидев, как вода стекает по его мускулистой спине и ниже. Наконец она осторожно тронула его за плечо, но отдернула руку: вода оказалась ледяной. Почувствовав ее прикосновение, он круто развернулся. Она не собиралась его пугать. — Я не собиралась тратить на себя всю горячую воду. Мне очень жаль. — Сакура огорчилась при мысли, что ему приходится принимать холодный душ из-за ее неосмотрительности. Саске криво улыбнулся, и внутри у нее все растаяло. Он положил ее руку себе на грудь, второй рукой принялся крутить краны. Сразу потекла теплая вода. — Я сам решил принять холодный душ. Только так можно лечь рядом с тобой, зная, что на тебе нет ничего, кроме футболки. — Он поднял брови, оглядывая ее обнаженное тело. — Хотя ты, по-моему, все неправильно поняла. Сакура тихо рассмеялась, Саске выключил душ, и снял с крючка полотенце. Сакура вытирала ему грудь и живот, их лица почти соприкасались. Выхватив у нее полотенце, он кое-как вытер спину и ноги. — По-моему, ты еще очень мокрый, — хрипло прошептала Сакура, наблюдая за ним. — А мне все равно. — Он швырнул полотенце на пол и притянул ее к себе. Оба вздохнули, когда их обнаженные тела соприкоснулись. Наконец-то! — Какая же ты красивая! — прошептал Саске. Сакура закинула руки ему на шею, подставляя губы для поцелуя. Она яростно набросилась на него, не в силах ждать ни секунды. Ее язык раздвинул его губы, дразня и пробуя на вкус. Саске хрипло застонал и подхватил ее на руки. Сакура по-прежнему обнимала его за шею. Оба едва не задохнулись, когда ее грудь прижалась к его груди. Не прерывая поцелуя, он понес ее в постель. Когда они легли и он напомнил, что все хорошо, ее унесло вихрем страсти, и она забыла обо всем на свете.