Несовместимые детали

Так начинается свет. Тёмная ночь без особых примет.*

Максим Блядский дождь заканчиваться не желал. Ни в какую. Закон подлости вообще всегда действовал безотказно, но сегодня, видимо, решил шибануть меня изо всех сил. Ни одного клиента. Что там, вообще ни одного человека на улице, хотя в такой ливень – это неудивительно. Даже самые прожжённые извращенцы сидят по домам и дрочат на виртуальных мальчиков из соцсетей или на обычную порнуху. А мне теперь пиздец. Мзду отдавать нечем. Можно было, конечно, ещё отправиться на вокзал, но, во-первых, там не протолкнёшься – все места давно и прочно забиты «постоянными работниками», так что запросто можно получить по морде, а лицо в моей работе – на втором месте важности после привлекательной задницы. А во-вторых, даже если в такую погоду найти там клиента, не факт, что он не засадит без гандона. А лечиться от сифилиса или ещё чего похуже ну никак не катит. Денег занять тоже не у кого - торчу всем. И если подойду ещё раз, просто придушат. Дешевле выйдет потому что. С конца октября по начало мая в нашей работе вообще голяк – никому неохота мёрзнуть на улице. Единственный вариант – чуваки на своих тачках, хотя, там, как правило, особо не разгуляешься. Минет, пятьсот и вали, мальчик, на все четыре. На час снимают редко. На ночь – ещё реже. Но Влад – настоящий гандон, мзду не скашивает ни на рубль. Одно хорошо – и не поднимает. И так штука в сутки за койку с клопами – дохрена. Снять бы квартиру, но кто ж её сдаст шлюхану с улицы? А по мне видно, что блядь я и есть. Хороший вариант, конечно, гей-клубы, там клиентура есть и будет всегда, но вот там ещё хуже, чем на вокзале – не подступишься. Там не просто по морде дадут, за место и убить могут. К тому же бляди там постоянные, как и клиенты. Я бы тоже мог стать «звёздочкой», во всяком случае, Влад говорил, что будь я посимпатичнее и поласковее, он бы меня пристроил. «Звёздочкам» везёт – им не приходится платить за койки, их холят, лелеют, берегут и извращенцам не отдают. Несчастные случаи, конечно, бывают, но не так часто, как у уличных блядей. Более того, бывает, что их присматривает какой-то богатый «папик» и покупает себе личную живую игрушку. Это рай для таких. Высшее счастье. Но я лопоухое чмо, которое не собирается строить из себя бабу с членом. Я не выношу розовый цвет, который так любят цеплять на себя геи в моём окружении, не обладаю тупой манерностью и не отращиваю волосы до задницы. А значит, стать прихвостнем клуба мне не светит. Не очень-то и хотелось, если честно... А на улице по-прежнему никого. То есть утром к «Дикой ягоде» можно и не возвращаться, сразу на вокзал отправляться. В долг переночевать не дадут. Я уже говорил, что Влад - гандон? Повторюсь. Мудак он. Отлично – ещё к дождю и снег примешался. Я одёрнул свитер под курткой. В бездействии я прошагал пешком уже чуть не с десяток улиц, но ни одной машины, в которой водитель заинтересовался мной и хоть на секунду притормозил, по дороге не попалось. Ноги уже устали, но в кармане осталось сто пятьдесят рублей, а значит, клиента хоть кровь из носу найти надо было. На глаза попался роскошный отель – хорошо бы, конечно, туда проскользнуть, наверняка выцепил бы какого-нибудь чувака, скрашивающего ночь в одиночестве, но хрен кто туда меня пустит. Швейцаров и охраны кругом, как у Кремля. По привычке однако я обошёл здание, чтобы убедиться – лазейки нигде нет. Однако надежды не потерял. В такие отели часто заселяются посреди ночи нежданные, но богатые гости, и, может, если немножко подождать, на дороге появится машина, где будет сидеть заскучавший и уставший от баб мужик. А тут я – милый (если язык не распускать), хоть и лопоухий, светловолосый мальчонка с хорошей услугой, стоящей всего тысячу. Ну или если минет – пятьсот. Я остался на тротуаре рядом со шлагбаумом, вглядываясь в темноту, ждал, когда какая-нибудь машина появится на скользкой дороге. Но всё случилось наоборот. Ворота подземной парковки бесшумно открылись, и оттуда выехал автомобиль. В марках я не разбирался от слова «совсем», но владелец машины был явно состоятельным – тачка была чёрная и крутая. Хоть бы не семья из мужа, жены и двух спиногрызов… На свой страх и риск я махнул рукой, авто затормозило. Нацепив на лицо самую милую улыбку, я наклонился к стеклу. Ура – повезло! За рулём сидел мужчина, лет тридцати на вид. Один – никаких баб и детей. - Привет, не желаешь скоротать время, красавчик? - начал я своё обычное приветствие, но как-то смолк. Чего он на меня так уставился-то, будто я зомби или привидение какое? Вадим Отложив мобильник и откинувшись на спинку кресла, я на пару мгновений прикрыл глаза. Рабочий день медленно, очень медленно, но верно подходил к своему логическому завершению. Телефоны-факсы наконец-то угомонились, электронную почту также никто больше не терзал. - Вадим Алексеевич, я могу идти? – в дверной проем просунулась голова Катюши - моей секретарши, и широко распахнутые тёмно-серые глаза на ничем не примечательном лице в ожидании уставились на меня. Я поднял голову и кивнул: - Да, конечно. Идите. - Договоры с поставщиками я подготовила, они ожидают вашей подписи, - ровным голосом произнесла девушка. - Утром просмотрю, - мне следовало бы заняться бумагами сегодня, но, честно говоря, уже ни сил, ни желания на это не было. - Кстати, а что у нас с оформлением нового повара на Ордынке? - Трудовой договор готов, завтра его копию перешлю Андрею Романовичу факсом. - Я сейчас всё равно собираюсь туда, - сказал я, взглянув на часы. - Тогда сам и завезу. - Хорошо, - Катя скрылась за дверью, но буквально через секунду появилась вновь с нужными мне документами. - Спасибо. Девушка проговорила привычное «Не за что» и поправила на плече сумку. - До свидания, Вадим Алексеевич. - Всего хорошего, Катя. До завтра. Я посидел ещё минут десять, бесцельно глядя в окно на идущий ноябрьский дождь, выкурил пару сигарет, смял пустую пачку, выключил компьютер и настольную лампу и начал собираться. Никуда, кроме дома ехать не хотелось, но я уже давно не появлялся в ресторане на Ордынке, и пора было навестить свой рабочий пролетариат, пока они не забыли, как выглядит их руководитель. Обычно заранее я никогда управляющих менеджеров о своих визитах не предупреждал, считая это несусветной глупостью. Как директор небольшой ресторанной сети, я хотел знать, что в действительности происходит на местах, а не то, что мне хотят показать управляющие вместе с сотрудниками. В большинстве случаев увиденное меня удовлетворяло. Но бывало и так, что я становился свидетелем не совсем достойных сцен, спровоцированных клиентами, чаще нетрезвыми, и повёдшимися на их провокацию моими служащими. Я не был сторонником увольнений и бесконечных штрафов. Мало того, премии и поощрения старался выплачивать систематически, если, конечно, было кого и за что поощрять. Но наряду с этим расхлябанности и недисциплинированности в работе я не терпел. О чем лично и предупреждал каждого сотрудника во время конечного собеседования. Я всегда на равных общался и с посудомойками, и с официантами, и с барменами, и с шеф-поварами. Я хотел, чтобы меня уважали, но ни в коем случае не боялись. Я знал всю эту кухню изнутри, так как окончив после школы кулинарный техникум, отработал три года поваром-кондитером, после прошёл курсы повышения квалификации до шеф-повара, и уже в новом статусе отработал ещё три года, пока в один прекрасный день не решил начать собственный бизнес - назанимал на свой страх и риск денег и открыл свой первый ресторан при трёхзвёздочном отеле. Внутренне я был готов к полному краху и разорению, но к своему приятному удивлению дело пошло и постепенно стало развиваться. Уже через полтора года я открыл второй ресторан и почти следом третий, но уже при четырёхзвёздочном отеле. Преимущество ресторанов при отелях было для меня очевидным, хотя я и не делал ставку только на их гостей. Каждый мой ресторан имел отдельный вход с улицы, что повышало их посещаемость и, как следствие, увеличивало мою прибыль. Страх перед будущим отступил, уверенности в собственных силах значительно прибавилось. Жизнь заиграла новыми яркими красками, и даже на личном фронте после неудачного брака с дочерью родительских друзей наступили желанные перемены. Появился он… С невероятно озорным взглядом и самой тёплой улыбкой на свете. Погода угнетала своей обречённостью. Дождь теперь уже вперемешку со снегом лупил по лобовому стеклу, и я подумал, что лучше было бы вместо ресторана заехать в шиномонтаж. Но после недолгих раздумий, во время ожидания зелёного сигнала светофора, я пообещал себе заняться машиной завтра и направился прямиком на Ордынку, мысленно уговаривая пробки рассосаться и ругая неуверенных в себе и в погодных условиях водителей. Просмотрев кое-какую бухгалтерию и переговорив с управляющим менеджером ресторана - Андреем, я поужинал, заказав своё любимое рагу из свинины, тушённое в красном вине, а затем, прихватив с собой бутылку бурбона, засобирался домой. За последний час погода испортилась окончательно. Мокрый снег повалил густыми липкими хлопьями. «Дворники» едва справлялись с очисткой лобового стекла. Не успел я выехать со стоянки, как откуда ни возьмись перед моей машиной возникла съёжившаяся фигурка подростка. Он махнул мне рукой, и я инстинктивно нажал на тормоз. - Привет, не желаешь скоротать время, красавчик?.. Я замер и будто провалился в его глаза. Его. Глаза. Глаза того, кого я любил больше жизни. Сердце памяти напомнило о себе дрожащей пульсацией. Прошлое ударило под дых. - Дэн? – я испепелил его взглядом. Сомнений быть не могло.