Несовместимые детали

С тобой так много интересного. Вокруг совсем не тесно Без площадей, вокзалов, станций, Без этих всех цивилизаций. Ещё глоток — и мы горим На раз, два, три, Потом не жди и не тоскуй. Гори огнём твой третий Рим! Лови мой ритм, Танцуй...*

Максим После безумной ночи, наполненной весельем, танцами и сексом я проспал, как убитый, полдня, а поднявшись кое-как в час, лениво пообедал. Вадим только посмеивался: сам-то он уснул около двух, потому и встал в девять, я же ворочался до пяти утра: во мне бурлила энергия: хотелось петь, танцевать, трахаться и желательно всё одновременно. Так что весь следующий день мы провалялись в номере, лишь к вечеру выбрались на пляж, искупались пару раз и, вернувшись в бунгало, легли в так и не убранную с утра постель, но даже сексом не занялись: лениво целовались и дразнили друг друга, но не больше. Уже засыпая, Вадик признался мне в преступлении: не знаю, что этому способствовало, то ли его доброе расположение духа, то ли моё нытьё и намёк на то, что я хочу к проститутам-симпатяжкам.... Так или иначе, он объявил, что оказывается, достопримечательности здесь имеются. Признался со скрипом и снова замолчал. Но тут уже меня было не заткнуть. Я вытряс из Вадима если не всю, то уж большую часть правды точно, и в какой раз пожалел, что дома не погуглил, куда можно пойти на Пхукете. Вернее, я попытался это сделать, но, едва начав виртуальное путешествие по Таиланду, «застрял» в Бангкоге, а потом каким-то образом перескочил на сайт, где рассказывалось о какой-то лихорадке, возможность подцепить которую оказалась аж четыре процента... Но моя щепетильность и мнительность сыграла со мной очень злую шутку. Вечером Вадик застал меня за ноутбуком с лицом, которое имело оттенок свежей извёстки. Посмотрев, какую информацию я впитывал последние часы, он закатил глаза и, усадив перед собой, взял с меня клятву - до поездки забыть о такой вещи, как интернет. Я поклялся и от греха подальше даже в путеводитель ни разу не заглянул. Как оказалось, зря. В общем, едва на следующее утро мы позавтракали, я упросил Вадика поехать на экскурсии; видимо, он чувствовал себя виноватым и потому безропотно мне подчинился. Сначала мы отправились в храм Ват Чалонг. Как гласил наш путеводитель, это был самый большой и популярный храм на Пхукете. Вход в него оказался бесплатный, и мы беспрепятственно проникли на его территорию и внутрь самого здания. Вадика, кажется, красота храма не слишком и впечатлила, потому что он больше смотрел на меня, а я как раз глазел на убранство, расписанные стены. Тонкие узоры казались невесомыми, сосредоточенные на молитвах монахи - шаманами, а наши соотечественники... Я даже поморщился и пожалел гида. Пьяные через одного, галдящие, матерящиеся... Вели себя как стая бандерлогов из книги про Маугли они, а стыдно было мне, потому и экскурсия по храму вышла не слишком продолжительной, а когда я потянул Вадика за рукав, он, кажется, лишь облегчённо вздохнул, хотя уже на улице поинтересовался, чего это я там жить не остался? - Да ну... - я опустил голову и, так и не пояснив причины перемены своего настроения, потянул Шахова за мороженым. Чтобы жизнь ему малиной не казалась, я объявил, что все запланированные места мы будем посещать каждодневно - по одному, но, к моему удивлению, Вадима это даже обрадовало: он сказал, что если бы я в один день потащил его сразу на все экскурсии, то до конца отдыха он пролежал бы на пляже без единого движения. Так или иначе, мы пришли к компромиссу: каждое утро неторопливо завтракали, затем ехали на пару экскурсий, а после неё, пройдясь по рынку и накупив вкусностей, шли обедать в бунгало. На пляж выбирались лишь ближе к вечеру и неожиданно нашли в этом плюсы: все нормальные туристы поступали с точностью до наоборот. Утром и в обед не вылезали с пляжа, а вечером разбегались гулять в те места, где всеми красками и температурами блистала и кипела ночная жизнь. Таким образом мы посетили и статую лежащего Будды, (я пошутил, что такой статуей является каждый второй мужик в нашей стране с пятницы по воскресенье) и большого Будду - очень оживлённую смотровую площадку, откуда открывался прекрасный вид на остров. Упросил я Вадика заглянуть и в котокафе, но тот согласился на это, лишь когда я пообещал, что после этого не начну судорожно умолять вернуться к Ведечке. Конечно, в царстве котов я оторвался по полной и даже, полушутя, предложил Вадику взять домой белую красавицу - подругу Ведьке; с момента как я присел на диванчик, она влезла ко мне на колени и не отходила ни на шаг. Но Вадим категорически отказался, заявив, что одной наглой рыжей морды дома ему за глаза. Хотя сам с удовольствием гладил чёрного кошака, который тёрся рядом с ним, выпрашивая вкусности. Съездили мы ещё к нескольким храмам, сходили на смотровую площадку ветряных мельниц. Даже на остров Джеймса Бонда попали, но, честно говоря, к концу отдыха, меня Пхукет уже ничем не удивлял. Ни пещерами, ни даже маленькими обезьянками, которых можно было кормить с рук бананами. И я с неохотой признал, что Вадик в принципе-то был прав: на Пхукете ходить было некуда и смотреть не на что. Да, зелень, да море, да природа... Но на том и всё. Видимо, люди и ехали сюда исключительно для того, чтобы понежиться вверх пузом на пляже и покупаться. - Привереда ты, Макс, - смеялся Вадик, но меня понимал и никуда не тянул. Единственным исключением стало посещение в предпоследний вечер нашего пребывания на острове секс-шоу трансвеститов, и что изумляло до глубины души, пойти туда предложил мне сам Вадик. И посмотреть действительно оказалось на что: крепкие загорелые красавцы (или красавицы?) танцевали так слаженно, откровенно, воистину профессионально... Это был настоящий стриптиз: со смыслом, с сутью танца, а не просто движения, где главным было выпятить задницу. Парни из «Ягоды» сюда и в подмётки не годились - там просто были качки, которые кроме нормальной пластики ничем не обладали. Здесь же... словно иное царство. Искусство. Я смотрел на танцоров и подмечал для себя уйму новых вещей, но кроме профессионального интереса их действия пробуждали очень сильное желание. И не у меня одного: мельком взглянув на Вадима, я отметил и его чуть сбитое дыхание, и взгляд, который был просто прикован к сцене. Увидев, как один из актёров делает вертикальный шпагат под «Сandy shop»** он наклонился к моему уху и горячо прошептал: - Ты ведь... Тоже так можешь? - Могу, - кивнув, одними губами произнёс я и усмехнулся: - Прямо тут тебе показать? Он не ответил, но начал целовать мою шею. От Вадика пахло чем-то цитрусовым и лишь слегка алкоголем, и я вспомнил, что он заказал какой-то коктейль. У меня же был просто сок, потому от него я не захмелел нисколько, зато кровь распалила окружавшая атмосфера: разврат, порок... Но всё красивое, не пошлое, не похотливое... Словно другой мир. - Домой? - сбивчиво прошептал я. - Не хочу... Но и шоу... Ты ведь можешь показать мне лучше, правда? Я залился румянцем и снова мельком взглянул на сцену, где на тот момент творилась уже вполне узнаваемое подобие полового акта. - Можешь, - подтвердил мой любовник, и я, как никогда до этого ощутил его власть и свою силу: да, я мог, потому что так танцевал лишь для него одного и представлением это не было. К тому же в душу закралась ревность: чем я хуже этих гибких и сексуальных трансов?! *** Всё-таки в мой сок явно что-то было подмешано, потому что пока мы доехали до нашего пляжа на такси, моё сознание стало напоминать мигающую разными цветами лампочку. Я сам приставал к Вадиму - этого раньше в людных местах за мной не водилось. Одно дело нагло лапать его за все доступные части тела, лёжа дома на диване, другое под взглядом таксиста, который понимающе усмехается. В общем, когда мы ступили на песок пустынного пляжа рядом с нашим бунгало, Вадим был готов оттрахать меня, наверное, прямо там... А ведь я почти ничего и не делал. Ну, подумаешь, водил указательным пальцем по ширинке его штанов. Ну, подумаешь, я перед этим палец в рот засунул и изобразил определённое действие. Однако, к моему удивлению, Вадик желание удержал и попросил научить его танцевать. Я даже въехать сначала не мог, что он это всерьёз, однако в позицию ведомого встал и предупредил: - Я сейчас только вальс детально вспомню. - Давай хотя бы его, - Вадим поцеловал меня, но как-то по-иному, чем раньше - мягко, очень мягко. - Веди, Максим. И я повёл. Я умел это. Ещё Ираида Капитоновна ставила меня в пары со всякой неопытной мелочью, потому что я очень выверено всё показывал, и чувство ритма - врождённое, не позволяло сбиться ни мне, ни партнёрше. Объясняя больше движениями, чем словами, я вплёл Вадика в танец. Реальной музыки не звучало, только волны плескались, но мелодия вальса была вшита, вкроена в мою голову. Вадим немного сбивался, и это его очень смущало, однако я прошептал ему на ухо, чтобы он расслабился и просто доверился мне. И он смог, поймал ритм, слился с моим темпом, подчиняясь, стараясь... - Вот так, - шептал, почему-то боясь переходить на обычный голос, я. Что-то менялось между нами именно в этот момент, перемена эта была осязаема даже, но я никак не мог уловить её суть. - Поцелуй меня, Максим, - попросил он, и я поцеловал - страстно, диковато даже... И только в тот момент понял, чем пахнет Вадик - подаренным мною парфюмом. Осознание этого так завело, что я даже тихо простонал, надеясь, что мой любовник не услышит. Звёзды плыли над головой, а мы танцевали, кажется, ещё вечность, но конец вальсу всё же настал, когда Вадик повалил меня на песок и нагло залез ладонью в мои штаны. Луна качнулась перед глазами, и я, закрыв их, простонал уже громче, требовательнее... - Всё сделаешь для меня? - Вадим терзал мои губы, наглаживая мой член. - Да, - стонал я, вжимаясь в ласкавшую ладонь. - Всё-всё? - Шахов явно играл со мной, как с котёнком, словно клубок отводил, грозившее перелиться через край, наслаждение. - Да, - кивал я, не открывая глаз. - Скорее же, Вадь... - И трахнешь меня? Я закричал, как мне показалось, так громко, что удивился, как это меня не засыпало осколками треснувшего от этого крика неба, и кончил, содрогаясь в хватке оргазма. А потом наступила ватная тишина. Я кое-как сел на песок, всё ещё покачиваясь, как ослабленный Ванька-встанька и посмотрел на Вадима. На его чернющие глаза, закушенные губы и влажное пятно на штанах в области паха. Я был уверен, что неверно расслышал последнее сказанное им предложение. И переспросил: - Что? Вадим Когда я открыл глаза, я даже не сразу вспомнил, как мы вчера вечером добрались до бунгало. Зато я прекрасно помнил, что потом мы трахались ещё несколько часов кряду, на берегу, на террасе, в душе, в постели, будто приняли «экстази» или что-то в этом роде. Мы вгрызались друг в друга, впивались, взрывались словно вулканы. Взлетали, парили, падали ненадолго в дрёму и летели снова. А ещё, мне хотелось ощутить мальчишку внутри себя. Почувствовать его напряженную, отвердевшую, горячую плоть каждой клеточкой своего тела. Но я так и не решился предложить ему поменяться ролями, продолжая раз за разом входить в него сам. Казалось, что время остановилось, и эта ночь не закончится больше никогда. Тем не менее, проснулся я относительно рано. Часы показывали без семи минут девять. Макс крепко спал, обвив своей ногой мою ногу, и мне пришлось приложить усилие, чтобы выбраться из-под своего любовника, не разбудив его при этом. Я принял душ, сделал себе кофе и с чашкой вышел на веранду. Первозданную тишину нарушали лишь крики чаек. Солнце уже палило вовсю, низкие волны радостно набегали на берег и манили в свои объятия. Допив кофе, я оставил чашку на столике и не отказал себе в удовольствии искупаться. Затем я позагорал, поплавал ещё, подкрепился кокосом и вернулся в бунгало к Максиму, который всё ещё был объят тихим спокойным сном. Недолго думая, я быстренько собрался и метнулся в сторону ближайшего кафе, где заказал с собой порцию жареного риса с курицей для Макса и сладкого риса с манго для себя, а так же несколько блинчиков с разной начинкой - банановой, кокосовой, шоколадной и клубничной. Время близилось к обеду, а мой герой-любовник по-прежнему дрых без задних лап. Я прилёг к нему и прикоснулся губами к шее. Максим недовольно фыркнул, но глаза всё же открыть соизволил. - Вадик, уже утро что ли? - Уже день вообще-то, - ответил я, изучая пальцем контур его губ. - Да ладно… - лениво возмутился мальчишка. - Я только недавно уснул. - Заметил он, лизнув мой палец. - Всю ночь ворочался. - Перевозбудился вчера? - усмехнулся я. - Ты меня перевозбудил, - парировал Макс. - Обещаю, что впредь буду осмотрительней, и больше никаких вечерних гулянок по городу, - прошептал я ему на ухо. - А то возбуждают тебя тайцы, а расхлёбывать приходиться мне. Максим вздохнул, а затем, видимо не желая признавать поражение, потянулся, небрежно скидывая с себя легкую простынь. - А разве имеет значение, где я нагуливаю аппетит, если есть прихожу всё равно к тебе? Я жадным взглядом впитал в себя его обнаженное тело. - Имеет, умник. И кстати, о еде… - Приготовь мне что-нибудь эдакое, - попросил воробей, зевнув. - Мы вообще-то не дома, - напомнил я ему. - И всё что я могу тебе здесь приготовить - это фруктовый салат. На фруктовый салат Макс не согласился, а вот рис уплёл в мгновение ока, после чего заел его полюбившейся карамболой. Солнце к тому времени уже стало утрачивать свою активность, и мы ненадолго выбрались на пляж. Вечер прошёл тихо и спокойно. На нас обоих напала такая лень, что даже шевелиться лишний раз не хотелось. Поэтому мы валялись в постели, неторопливо ласкали друг друга, но об оргазмах речи не шло, ибо кончать тоже было лень. В какой-то момент я почувствовал, что Максим снова засыпает и неожиданно для самого себя сказал: - Слушай, я тут скрыл от тебя кое-что. Мальчишка слегка напрягся и заинтригованно взглянул на меня. - Есть здесь кое-какие достопримечательности, экскурсии всякие, - проговорил я, стараясь не встречаться с ним глазами. - Можно съездить посмотреть буддийские храмы или статуи Будды, подняться на смотровые площадки или отправиться на остров «Джеймса Бонда». По мере того, как я перечислял достопримечательности, глаза Макса округлялись всё больше. - Офигеть! - воскликнул он с изумлением. - Ну, да, каюсь, что скрыл от тебя эту информацию, - поспешно извинился я. Максим насупился, но через двадцать секунд потребовал подробностей - что, где находится, и куда, и когда мы поедем. Я мягко прикоснулся ладонью к плечу воробья, погладил его. - Давай, утром решим, ладно? Макс опять недовольно засопел, но ничего не ответил. Однако вскоре дыхание его выровнялось, и я понял, что он уснул. А на следующий день меня ждала расплата за обман - мы отправились на экскурсии. Я даже не успел ни искупаться, ни принять солнечные ванны. Максим, вооружившись путеводителем, сиял как медный пятак, а мне не оставалось ничего другого, как смиренно следовать его прихотям. Но по правде говоря, я боялся, что будет хуже. В первом храме, в котором мы оказались, было множество различных статуй Будды и красочных картин, иллюстрировавших его жизнь. Как по мне, так все они были друг на друга похожи. Макс же на всё смотрел раскрыв рот и казалось, что получал огромное удовольствие от увиденного. Я же получал удовольствие от его удовольствия. А вот гулять по саду храма мне даже очень понравилось, но ровно до тех пор пока нам не встретился крематорий и зал прощания. Тогда настроение как-то быстро покатилось вниз. Максим почему-то тоже сник, но добиться причины я от него так и не смог. - Давай мороженое купим? - предложил он, вложив свою руку в мою ладонь. Я сразу же согласился, ибо тайское мороженое было очень и очень вкуснющим. Нигде я такого не пробовал. Пока мы отдыхали на лавочке у фонтана воробей сообщил мне, что с этого дня мы будем каждодневно ездить на экскурсии, чтобы успеть посмотреть всё то, что он выделил в путеводителе, но, видимо, увидев мою скисшую физиономию, добавил, что его время будет утром, а моё - вечером. То бишь, утром у нас будут культурные, запланированные Максом мероприятия, а вечером мои - некультурные. - Получается, что ты у нас весь такой активный турист, а я - пассивный дурист, - рассмеялся я, доедая мороженое. - Заметь, ты сам сделал такие выводы, - парировал Максим. - И вообще, если бы не я, Вадик, ты бы засох, лежа на пляже без движения. - Макс, у нас ночью столько движений… - начал было я, но вспомнив, где мы находимся, продолжать не стал. В общем, воробей слову своему был верен, и с этого момента у нас началась насыщенная впечатлениями жизнь. Кстати, интересно, что кроме статуй Будды, никаких других памятников я не замечал. Будда лежащий, Будда стоящий, Будда сидящий, и много-много храмов, великолепных в своей красоте, но всё же имеющих прямое отношение к религии. А с религией у меня отношения не складывались. В один из дней, когда мы впитали в себя очередную порцию просвещённости и искали местечко, чтобы перекусить, Максим вдруг узрел кафе с чуднЫм названием «Cat Cafe» и убедил меня, что мы просто обязаны его посетить. - По своей Ведьме скучаешь? - буркнул я и съязвил: - Если бы твоя кошка умела пользоваться телефоном, ты наверное с ней каждый вечер любезничал, да? Мальчишка пропустил колкость мимо ушей и потянул меня в кошачье кафе. Я успел представить, как за мини-столиками сидят кошаки разных пород и мило беседуют. Внутри было достаточно уютно. В зале располагалось всего четыре столика, один из которых был занят, но определил я это не по сидящим за ним людям, а по стоящим на столе тарелкам и бокалам. Сами же люди, а именно гетеросексуальная парочка, расположились на полу, играя с кошками. Я хмыкнул. Да, без сомнения, Макс попал в свой мир. Я не успел сделать заказ, как мой любовник тоже уселся на пол и принялся знакомиться с усатыми-полосатыми. Вздохнув, я расположился на диване, усеянным различными подушками с кошачьей тематикой. Голод у Максима как-то быстро прошёл, причём сам собой, так что я умял и его, и свой десерт, и выпил аж три чашки кофе, пока он курлыкал с достаточно упитанными и очень ухоженными котейками. Один из них сам привязался ко мне, тёрся о меня и подставлял голову под ладонь. - Вадик, а давай Ведечке подружку привезём? - сказал воробей, наглаживая белую, как снег, кошку. Я растянул губы в принуждённой улыбке: - Только через мой труп, милый. Милый фыркнул, но глупости больше не предлагал, лишь попросил заказать ему поесть. В последующие дни мы, как заведённые таскались по экскурсиям, и под конец отдыха я устал так, что у меня даже на секс сил не оставалось. Зато Макс, кажется, был наконец-то удовлетворён и за три дня до нашего отъезда, свежий, сияющий и полный энергии объявил, что мы можем больше никуда не рваться и провести оставшееся время на пляже. Что я с радостью и сделал. Даже на ближайший рынок за фруктами Максим бегал сам, так как мне было влом куда-то ещё тащить свою задницу. Единственным моим развлечением стало кормление бананами маленьких обезьянок, которые частенько бегали по крыше нашего бунгало и прыгали по пальмам. Макс к обезьянам был равнодушен. - Это же не кошки, - говорил он, уплетая бананы сам. За день до отъезда, я решил, что нам всё-таки не помешает вкусить немного тайского разврата и предложил мальчишке пойти на шоу трансвеститов. И не на то, которое можно посещать с детьми, а на самое настоящее порочное и бесстыдное, где сексом занимаются прямо на сцене. Максим такому предложению удивился, но пойти согласился. Я знал, что он такой же извращенец, как и я. И в итоге, мы оба не пожалели об этом. Шоу было ярким, красочным, музыкальным, похотливым и сладострастным. Мужчины перевоплощённые в женщин, а женщины - в мужчин смотрелись очаровательно, и по ходу действия даже не всегда можно было сразу понять ху из ху, особенно, когда половина тела сверху женская, а снизу мужская, и вот поди разберись. И всё же фигуры этих актёров немого кино были шикарны, груди и ноги восхитительны, члены роскошны, а пластика великолепна. И я, как любитель мужиков, получал массу волнующих впечатлений. Но не только от происходящего на сцене, а ещё и от того, что представлял перед собой танцующего Макса. Моя рука проскользила по его колену и поднялась чуть выше. - Ты ведь тоже так можешь? - спросил я, задевая губами его ухо. - Могу, - эхом откликнулся Максим. - Показать прямо тут? Пиздёныш. Я прихватил губами кожу на его шее, оставляя засос. - Поедем домой? - сглотнув, проговорил мальчишка. Домой ехать желания не было, но и смотреть дальше шоу тоже больше не хотелось, так как стояк в штанах усиливался, кровь бурлила, пробуждая в сознании не совсем привычные стремления. Я хотел Макса. Но хотел ощутить его жизненную силу внутри себя. Эти мысли не оставлял меня вот уже несколько дней и я даже начал, находясь в душе, слегка растягивать себя пальцами. Конечно, мне была знакома роль пассива, но всё же оказывался я в этом амплуа не часто. С Куликовым это были просто эксперименты, а вот с Дэном - желание дать ему ещё большее наслаждение. Что-то подобное я чувствовал и сейчас. В такси Максим разошёлся не на шутку, и в какой-то момент я подумал, что он прямо тут отсосёт мне. Его рука вовсю накачивала мой и без того уже возбуждённый член, губы шарили по моему лицу, а сам он ёрзал и тихо постанывал. - Я хочу танцевать, - заявил я, когда мы оказались на нашем пляже. - Что? - оторопел воробей. - Научи меня танцевать, - пояснил я, многозначительно глядя на Макса. - Серьёзно? - он метнул в мою сторону острый взгляд. Его волосы трепал ветер, рубашка была наполовину расстёгнута, штаны недвусмысленно топорщились в районе паха. - Хочешь сейчас именно этого? Я расплылся в улыбке и кивнул. - Тогда… - Максим задумался на долю секунды. - Вальс. - Давай, - я встал и протянул ему руки. - Веди, Максим. Он поставил меня в вальсовую позицию, положил мою левую ладонь себе на предплечье, правую же сомкнул со своей ладонью, а свою правую руку устроил на моей спине. - А теперь просто повторяй за мной, на раз-два-три… И я повторял. Неуклюже и нескладно. Наступал мальчишке на ноги, спотыкался, но он всё равно вёл меня за собой, шептал что-то на ухо и в конечном итоге я полностью доверился ему. Его полуоткрытые губы были так близко, что не удержавшись, я попросил: - Поцелуй меня. Я мог бы сделать это сам, но сейчас, когда он был ведущим, а я ведомым, я хотел чувствовать его власть. Рот Макса жадно накрыл мои губы, раздвинул их языком и проник вглубь. Вальс перешёл явно в какой-то другой танец, но нас это уже не беспокоило и в итоге мы упали на песок. Максим стонал, упираясь в моё бедро каменным членом и я, проникнув ладонью в его штаны, принялся ему надрачивать. - Всё сделаешь для меня? - выдохнул я в губы Макса, уже зная, о чём именно попрошу после его согласия. - Да… да… - только и смог выдавить он, толкаясь в мою руку и нетерпеливо поскуливая от желания. - Всё-всё? - продолжал выпытывать я, чуть сбрасывая темп, и сам уже шалея от подступившего вплотную оргазма. - Да… ну, да же… - обещал Максим. - Скорее… давай… Я задвигал рукой максимально быстро. - Трахнешь меня? Ответом мне послужил громкий вскрик и мощная, горячая струя спермы, ударившая в мою ладонь. Расстегнуть свои штаны я не успел. Чёрт. Впервые за долгое время я не смог проконтролировать наступление оргазма. - Что? - хриплый голос Макса прозвучал в наступившей тишине слишком громко и удивлённо.