И снова я.

Спать было на удивление приятно. Мягкая постель, тепло, окутывающее с головой, покой. Не забуду это чувство. Одно из самых обожаемых мною. Так классно просто лежать, не открывая глаз, сосредоточившись на ощущениях, пока мысли находятся в блаженном тумане, прислушиваться к своему биению сердца, отвернувшись к стенке. Я хотела повернуться, но поняла, что на моей талии лежит аккуратненькая рука Елены Дмитриевны. Улыбка сама собой появилась на моём лице. Я накрыла её ладонь своей ладонью и легко сжала, пытаясь запечатать этот момент в моей памяти. Столько чувств… Вдруг Елена Дмитриевна зашевелилась. Я резко убрала руку. Напряжение, охватившее меня, было неописуемо. Сама не знаю почему, но тело отказывалось повиноваться. Я пыталась успокоиться, но безрезультатно. Вчерашняя неловкость навалилась с новой силой. Огромнейшее желание убежать, исчезнуть, испариться давило на меня невидимым прессом. И опять в голове роятся вопросы… Что сказать? Как себя с ней вести? Как будет лучше? Отсутствие ответов на всё вопросы порождало панику в моей и без того беспокойной душе. Елена Дмитриевна снова зашевелилась. Рука, покоившаяся на моей талии, переместилась выше, что заставило моё дыхание в тысячный раз сбиться. Я нервно сглотнула. Просто интересно, когда-нибудь я смогу нормально реагировать на её действия? Наверное, нет. Вряд ли. Её рука заскользила вверх по моей руке и замерла на плече. Паника. Паника! Паника!!! Бабочки в моём животе начали утреннюю разминку. В голову полезли разные бредовые мысли. Я не удержалась от вздоха. Елена Дмитриевна тихонько засмеялась, что заставило меня ощутить ещё большую неловкость. Я попыталась отодвинуться, но моя попытка не увенчалась успехом, так как двигаться было некуда. И это не прибавило мне спокойствия, напротив, неожиданное ощущение человека загнанного в угол стало душить меня. В этот момент я почувствовала себя психопаткой. Что за непонятные чувства?! Как так?! Сама же хотела быть рядом с ней! Сердце билось как ненормальное. Мысль о том, что сейчас она придвинется совсем близко, промелькнула в голове. Страх. Но Елена Дмитриевна наоборот отодвинулась от меня, отказавшись почти на самом краю кровати. Послышался тихий выдох. Мне стало совестно. Какое-то полное отсутствие логики в моём поведении… Как маленькая… Елена Дмитриевна мягко коснулась моей головы. От этого пустякового движения, мне стало спокойно. Сама себе удивилась. Куда девался страх? Я повернулась. Елена Дмитриевна лежала, подложив одну руку под подушку. На её губах играла лёгкая улыбка. Я посмотрела ей прямо в глаза. Её взгляд был так нежен, что защемило сердце. Мне опять стало совестно. -Доброе утро,- тихо прошептала она, улыбаясь. -Доброе,- ответила я, немного смутившись, но не в силах сдержать улыбки. Она была так чертовски мила! Растрёпанные волосы, цветастая пижамка. -Между прочим, моя любимая,- вдруг сказала Елена Дмитриевна, проследив за моим взглядом. Я широко улыбнулась. -Что? Мне нравится,- продолжала она. -Вам идёт,- уже смеясь, еле выговорила я. Она прищурилась. -Ну, подожди, придёт время, и как-нибудь я тоже посмеюсь над твоей любимой пижамой. Я ещё сильнее засмеялась, на что она лишь покачала головой. Затем вдруг Елена Дмитриевна стала серьёзной. -Пора вставать,- сказала она и направилась в душ. Мне оставалось лишь хлопать глазами. Не поняла. Что случилось? Где-то через пять минут до меня дошла определённая двусмысленность фразы. Но, по-моему, здесь нет ничего страшного… Что же тогда её расстроило? *** Время завтракать. Шла я вся в своих мыслях. Никак не могла сообразить, что такого случилось утром. Нет, правда, что такого? Зайдя в столовую отыскала взглядом знакомые лица. Иван Дмитриевич сидел довольный-довольный рядом с Еленой Дмитриевной, которая была «сама сосредоточенность». Дети за соседним столиком начинали завтракать. Я подошла к столику со свободным местом и уселась на стул. -Доброе утро,- поприветствовала я Ивана Дмитриевича. -Ого, какие люди! Да и настроение сегодня получше будет,- ответил он с озорным блеском в глазах. Елена Дмитриевна подняла голову и с еле скрываемой улыбкой посмотрела на брата. -Ладно, ладно, не сердись. Доброе,- замахав руками, сказал Иван Дмитриевич. Я усмехнулась. Знаете, он мне даже нравится. -А я и не сержусь,- мило улыбнувшись, ответила я. -Какая молодец,- издевательски продолжил он. Елена Дмитриевна всё это время, посмеиваясь, пила чай. Я невольно ей залюбовалась. Она держала чашку двумя руками, так что мне опять представилась возможность оценить аккуратность её ногтей, длину пальцев. Стараясь скинуть это небольшое наваждение, я качнула головой и принялась за завтрак. Елена Дмитриевна начала беседовать с братом по поводу отъезда. А ведь завтра я буду уже дома… Снова. А послезавтра в школу. И теперь не скоро окажусь надолго с Еленой Дмитриевной наедине. А статус отношений стал ещё более непонятным, чем был. Я украдкой посмотрела на Елену Дмитриевну. На мгновение мой взгляд встретился с её взглядом. И мне это не понравилось. Взгляд был пуст. Ничего. Ни-че-го. *** Награждение и закрытие конкурса было назначено на 16:00. До этого времени все дружно собирали вещи и готовились к отъезду. Я была полностью погружена в свои мысли за сборкой вещей, так что даже не заметила, как в номер вошла Елена Дмитриевна. Она, прислонившись к стенке, стала смотреть, как я перемещаюсь из одного конца номера в другой. Но мозговой штурм шёл полным ходом. Я была расстроена, не знаю чем. Хотя… Знаю, наверное. Кто я для неё теперь? Нет, реально. Она слишком серьёзна, чтобы держать меня в качестве игрушки. Тогда, кто? Ничего не понимаю. Что мне теперь делать? Почему она так странно себя повела? Не спорю, я повела себя не лучше утром, состроила недотрогу. Ну, я ж не хотела! Само. Чёрт! Почему так сложно-то? А в школе? Нет, я знаю, что ДОЛЖНА делать. Но как? Как ей в глаза посмотрю? Это же нереально просто пройти и сделать вид «а ничего не происходит». А она вернётся к мужу. И ребёнку. И всё прекрасно. Она будет мило улыбаться и не вспомнит обо… Вдох-выдох. Я встала посередине номера. Сама себя накрутила. Молодец. Вдох-выдох. Спокойно. Стала застёгивать сумку. Не застёгивается. Раз дёргаю, два дёргаю. -Дура!- зло рычу я и отшвыриваю сумку к двери, где всё это время стоит Елена Дмитриевна. И только сейчас я заметила её. Почувствовала себя ослом, ну, или другим подобным животным. Елена Дмитриевна смотрела в пол, закусив губу. Рядом с ней чувствую себя маленькой-маленькой девочкой. Я горестно вздохнула и, сгорбившись, уселась на кровати. -Что-то не заладился день,- с почти весёлой улыбкой говорю, чтобы хоть как-то сгладить ситуацию. Она поднимает голову и внимательно смотрит на меня. Я лишь пожимаю плечами. Смотрю на часы. -14:50,- говорю я, сама не знаю зачем. В 19:00 электричка, а в 21:00 –здравствуй, милый дом. -Нам, по-моему, надо поговорить,- начинает нетвёрдо она. И что-то нехорошее заворочалось на душе. Ну, давай, скажи мне, что мы закроем на всё глаза. Она не тронулась с места, предпочитая разговаривать на расстоянии, что меня несколько позабавило. Теперь я внимательно смотрю на неё. -Не смотри на меня так, я сама не знаю, что сказать,- говорит она, перехватив мой взгляд,- Послушай… Елена Дмитриевна тяжко вздыхает. От волнения меня начинает дёргать. Я широко улыбаюсь. -Успокойтесь. Я всё понимаю. Мне становится смешно, но сейчас не время. Я встаю с кровати и подхожу к ней. Елена Дмитриевна смотрит на меня, широко распахнув глаза. -Правда. Я «большая девочка»,- как можно мягче касаюсь её руки,- объяснять мне ничего не нужно. Убедительная улыбка пошла в ход. Елена Дмитриевна задумчиво на меня смотрит. Я ещё шире улыбаюсь. Нежно касаюсь её волос, поправляя. Затем, немного помедлив целую её в щёку и снова улыбаюсь, сжимая её ладонь. Елена Дмитриевна сжимает мою руку в ответ. И когда я уже развернулась, чтобы вернуться на исходное положение на кровати, она прижимает меня к себе. Дыхание моё перехватывает. Я закрываю глаза, сильнее сжимая её в своих объятиях. Сердце так яростно бьётся… На глаза наворачиваются слёзы. Почему мне это напоминает прощание? Не думай об этом. *** Прошло и награждение и закрытие. Наши ребята заняли третье место. Весьма неплохо для новичков. Иван Дмитриевич уехал сразу, после объявления результатов. И на какое-то мгновение мне показалось даже, что я буду скучать… Но это не важно. Сейчас, сидя в электричке и уткнувшись в окно, я думала только о ней. А Елена Дмитриевна сидела напротив и разговаривала с детьми. Нет, я поступила, конечно, по-взрослому. "Я всё понимаю, бла-бла-бла", но мне-то от этого не легче. Теперь и без того непонятные отношения мною были превращены в что-то совсем неописуемое. Да, так надо уметь.