Разборки — наш хлеб

***

      В портфеле Макса — сами боги интернета ниспослали мне эту удачу — была спортивная форма! Я торопливо вытащил её из рюкзака и воровато спрятал в наволочку, а кроссовки… Кроссовки запихнул за трубу в уборной. Тупо? Пожалуй, но больше было некуда. Мне кровь из носу надо было сохранить эти вещи для завтрашнего побега.       Да, хоть я и решил действовать сегодня, но у меня было не так много времени… Грёбанная больница со своими диктаторскими порядками. Скоро будет вечерний обход и после — коменданский час. А так как по прогнозам выпишут меня максимум завтра, после осмотра врача, я здраво рассудил, что вероятнее будет улизнуть после утренней проверки.       Макс заглянул в палату ещё раз буквально на минуту — забрать портфель, но, кажется, не заметил никакого подвоха. А я старался не пересечься с ним взглядами — всё же я всё ещё был на него в обиде. Как бы там ни было, но он мудак! А я хочу и буду на него обижаться, пока он не поймёт всю степень своей вины…       Мразь, подонок… Мало того, что у него вызвал культурный шок тот факт, что я, «оказывается», Грешник, так он ещё и отцу своему меня сдал! Хотя… Я должен был догадаться, что он не оставит в тайне сброшенное ему фото моей татуировки… Но отчего-то всё же в душе жила вера, что это останеться нашим маленьким секретом.       Сам себя надурил, получается… Ещё и оговорка Волкова старшего касательно их «сделки». Вот что напрягало больше всего… О чём они, чёрт возьми, договаривались?!       Макс-Макс… Растаял я от тебя и недооценил. Ой, дура-ак…       

***

      В момент злоебучего самобичевания и обид, а так же рефлексии и мысленного матерения одного золотого мальчика школы, в которого я по какому-то злому року втюрился, ко мне всё же зашёл врач, на вечерний обход. Даже перекипеть в кислотном гневе спокойно не дадут!       В этот раз это была миловидная, слегка полноватая женщина, с мягкими руками, округлым лицом и до скрежета зубов добрыми глазами. Ох, лучше бы это был тот гадкий старикашка, что был утром. От таких женщин меня пробирает дискомфорт…       Наверное потому, что моя мать никогда не была ни мягкой, ни нежной. Нет, она была заботливой, и мозг в воспоминаниях приукрашивал действительность, но… в нашей семейке именно она была хозяйкой с твёрдой рукой. Отец, на самом деле, довольно мягкий и внушаемый по природе человек. А вот мама… Мама всегда держала нас в ежовых рукавицах, до того как… сдала от болезни.       Ох, что-то я расклеился, надо собрать своё дерьмо в кулак. Не время для рефлексии и соплей. Некогда отдыхать, нужно думать… думать!       Ситуация довольно… да о чём я? Ситуация пиздец! Отец под следствием, меня поймал худший человек какой только мог быть, с Максом что-то не чисто, у меня на облаке висят документы совершенно преступного характера, кому сейчас я могу доверять? Телефона нет, связи с Волшебником тоже… Как всегда — всё делать одному.       Я тяжело вздохнул… Надо успокоиться и нащупать план. Для начала, могу ли я что-то сделать с этим грёбаным толстосумом? Нет, он обещал оплатить лечение матери… Пока он этого не сделает я и пальцем не пошевелю. Ни в сторону хакинга ни в сторону козней против него. У Волкова старшего сейчас главная карта на руках. От того как он её разыграет — зависит моя дальнейшая жизнь. Если он попытается обмануть меня или пустить в расход, как отца — я опубликую доки и утащу его за собой. Только бы получить доступ… Не то чтобы мне не было чего терять, но… я готов на отчаянные меры.       Меня, к слову, всё ещё очень смущала его уверенность в том, что я — Грешник. Бизнесмены не верят на слово… Велика вероятность, что у него есть какая-то информация на меня. И если да, то какая именно? Даже Макс до последнего не верил, а этот вот так сразу «вынь и положь». Что-то тут точно есть… Что-то, о чём он не рассказал даже сыну.       — Ладно, Дима, соберись! — приказал я сам себе.       Сначала надо проверить ноутбук. От этого уже, как говориться, будем посмотреть.       

***

      После полу-бессонной ночи и утреннего осмотра я с рвущимся от волнения сердцем чудом вышмыгнул за пределы больницы в спортивной форме Макса. Меня преследовало тупое чувство, что меня тут же хватятся, что все на меня косятся и того и гляди скоро услышу вой серен от мигалок со стороны дороги по мою душу.       Но… всё было тихо.       План был наивен и прост: добраться до коттеджа, пробраться внутрь и проверить мои вещи. Интересно, проводился ли обыск? Или в случае как этот они не проводятся? Было страшновато…       Я брёл по асфальтированной дорожке, стараясь нащупать равновесие между скоростью и «укачиванием». Получалось слабо. Волнение подстёгивало, а нервный не выспавшийся мозг остро реагировал на каждый шорох. Как же глупо… Будто я в каком-то дурацком фильме. Ещё и форма эта, Макс не то чтобы прям критично выше меня, почему размер настолько отличается от моего? Чувствую себя извращенцем и малолеткой в одном флаконе. Первым — потому что не мог отделаться от дебильного непроизвольного восторга и уюта расхаживая в краденой одежде золотого мальчика, а вторым — потому что она была на пару размеров больше и я сам себе казался пятилетней девочкой, которая примерила мамины туфли.       И всё это не смотря на мою обиду на Макса!       Ладно… после нервной ночки я… слегка пересмотрел ситуацию. И, возмо-ожно, отчасти признал, что погорячился. Исключая странную сделку, о которой упомянул Волков старший, Макс не сделал ничего такого, что могло бы считаться «предательством». Раскрыл ли он отцу информацию про татуировку? Да, но он же не догадывался, что подставляет «меня». Тем более — Грешник не оговаривал, что это секретная информация. Да я и сам хорош — разделся в доме Волковых, выставив татушку на всеобщее обозрение. Умник, блядь. К тому же, то что его отец как раз в этот момент зашёл в комнату, судя по всему, было нелепой и совершенно идиотской случайностью… Случайностью, что перекрыла мне кислород, сука.       В общем, Макс, конечно, провинился, но явно в разы меньше, чем я сначала с горяча рассудил. Конечно, моё к нему доверие теперь под большим вопросом, но… это не значит, что я готов отказаться от него. Как же, ебать его так, меня это бесит!       Осенняя промёрзлая тень домов встретила меня резкой прохладой после тёплого солнца. Что ещё за бабъе лето в конце осени? Дикость, погода сошла с ума быстрее меня. Голову по уши хотелось спрятать в плечах, но анатомия не позволяла. Я поёжился и взвинченной пружинкой почапал к дому, по коротким тропкам.       Джаву скрипт мне в печень! Как я и думал — дом действительно был опечатан полицейской желтой лентой. И тут мне довелось ощутить себя в роли эпизодического персонажа какого-то триллер-детектива… Пробраться в пустой на вид дом и не получить инфаркт жёпы. Но внезапное усложнение: в виду отсутствия запасного ключа спрятанного в банальном месте, возможность просто проникнуть в дом через дверь оказалась упущена. Секунду мой мозг нервно перебирал в голове панические сценарии… И тут я вспомнил, аллилуйя, хвала Виндовсу, за свою страшную непроверенную конструкцию у окна. Оставалось надеяться, что её не дезактивировали копы.       Я нервно оглянулся по сторонам, стремаясь наткнутся на любопытных свидетелей и скользнул в обход дома, мимо небольшого заборчика по периметру. С горем пополам пробрался к своему окну… К огромному облегчению — верёвка была не тронута. Я осторожно потянул за конец, надеясь, что мои способности технического проектировщика и знания физики так же хороши, как скиллы в сфере информатики, и система крепежей, на удивлению, позволила мне достать мой «спасательный трос» самодельного характера. Я предусмотрительно отошёл от падающей связки шкот, чтобы не зашибло и попытался прикинуть, как мне в моём нынешнем состоянии удастся забраться на второй этаж по канату…       Как же я ненавижу физкультуру и все эти тупые нормативы — никогда не мог нормально исполнить этот трюк. Ситуацию слегка облегчало наличие узелков, но то что шкоты в отличие от школьного каната более скользкие я не учёл. Голова кружилась и руки слабели с каждым преодолённым узелком… На середине пути я даже решил немного зависнуть, опершись о стену и успел зачмырить себя тем, что остался без отмычек. Надо было их прикопать недалеко от дома на всякий пожарный, но нет, гениальные мысли всегда приходят после самых тупых проёбов и теперь я как сказочный долбоёб пытаюсь освоить скалолазание, вместо того чтобы как человек войти через дверь… Сука… Тяжело.       Спустя неизвестное время, благодаря, очевидно, неебическому уровню адреналина в крови от всей этой ситуации, я смог пробраться к себе в комнату. В целом, судя по всему, обыск либо не проводился, либо проводился очень слабо. Вообще не разбираюсь в системе и правилах арестов и обысков, посему могу только предполагать, почему мой ноут не тронули… Однако слава всё тому же боженьке интернета за то что он оказался на месте. Я схватил его, втянул палевный механизм обратно в комнату, потому что ебал я возвращаться тем же путём с ноутом в руках, и одев на шею маленький физический ключ в виде флешки на шнурке — выскользнул в коридор.       Дом в отличие от того, который помнил я, впервые в жизни ощущался опустошённым и до неприятного пустым, хотя мало что изменилось с того момента, когда я был тут в последний раз. Возможно всё это долбанная ностальгия, потому что кроме дискомфортного ощущения пыльного вакуумного пространства, в большей степени преобладало чувство облегчения. Облегчения, что не надо ждать возвращения отца, что нет необходимости с холодным преддверием ужаса заглядывать за угол и запирать дверь комнаты…       Всё что осталось — это сырая и до неприличия пустая берлога, превратившаяся в мемориал в виде пустых тусклых комнат в которых отсутствовало само ощущение жизни и минимального комфорта. Будто тот лживый мирок, который видели люди вокруг наконец-то выпотрошили и показали всем, какого на самом деле в нём было находится. И меня бы разрывало от злорадства, если бы не было так похер. Хотя нет, всё же было… немного грустно. Но от чего именно родилась эта мелочная грусть я понять был не в состоянии, поэтому поспешил достать из тайника запасной набор отмычек, которые я сам и вырезал из линеек по гайду из интернета в своё время, и убраться прочь.       Мало ли, как быстро запалят моё отсутствие в больничке и как быстро со всеми своими физ.ограничениями я доберусь обратно. А идти — не ближний свет… Надо было поторопится и ещё на ходу прикинуть варианты, как пронести ноут в палату мимо вахты.       Перед самым выходом я на секунду прислонился к стене, чтобы перевести душ — голову опять вело. Надо собраться. Не время…       Глубокий вдох и больно впившиеся в ладони короткие ногти возвращают меня в реальность. Рано отдыхать, надо идти. Назло собственной слабости распахиваю глаза и подстёгиваемый раздражением покидаю дом, в который не знаю вернусь ли ещё и не знаю кем.       Впереди — рабство у Волковых с риском залететь в колонию, больница, в которой у меня могут отобрать ноут и я лишусь своего единственного залога на возможную безопасность и Макс, которого я страстно жду в часы посещения. Сейчас этот богатенький наивный ублюдок — моя единственная соломинка к спасению и надеюсь, она не окажется гнилой…       

***

      Дорога назад до больницы оказалась не менее нервной. Если честно — я пересрал даже больше, так как всю дорогу накручивал себя, пытаясь срежессировать неудачные попытки пробраться обратно в больницу незамеченным. А итог? Итог оказался до скучного банальным. Я, нервным гуськом, попытался пройти мимо вахтёрского пункта, спрятав ноут под спортивную кофту, но… меня остановил неприятный голос из Ада.       — О-па, а ты это куда, парень? — донеслось до меня многотонное слово от страшной и сварливой на вид тётки.       — В палату. — осторожно отозвался я, нервно сглатывая.       — В чью? — на той же ноте устрашающие поинтересовалась она.       — В свою. — ответил я. Будто в хорроре чесслово, ей бы в Преисподней привратником работать — никто мимо не пройдёт. Хотя как я тогда смог так легко выйти? Наверное больница больницей, а обед по расписанию — она судя по всему их никогда не пропускает.       — А-а, ты пациент?       — Да, со второго этажа. — спросите куда делся Дима и где моя язвительность? Извините, был напуган, не располагал роскошью пустить свой острый язык в бой, ведь нёс под сердцем самое дорогое моей шкуре.       — И как ты вышел? — вот и мне интересно. Когда я выбирался никого на вахте не заметил, вот и припустил, чтобы не придумывать отговорок.       — Просто вышел, я не знал, что нельзя. — решил давить на наглость, это обычно работает.       — Да нет, гулять можно в принципе, но иди лучше быстрее в палату. — снисходительно повела она.       — Хорошо, понял. — Сказал я и наконец почапал к леснитце когда…       — Постой. — меня пробрал озноб… Господи, я от отца таких кирпичей не ложил, чё ж такое-то.       «Успокойся, Дима, это просто нервы» — бросил я сам себе мысленно и осторожно обернулся, придерживая рукой ноут:       — Да? Что-то ещё?       — А это не к тебе ли, дорогуша, вчера мужчинка приходил? Представительной такой. В пинджаке, сурьёзный. — карикатурно повела она, мечтательно закатывая глаза.       — Ко мне. — осторожно ответил я. Первый кто приходит на ум — Волков старший, зря только она на него слюни пускает, пустая трата времени.       — Отец твой? — настойчиво уточнила женщина и я понял, что меня хотят вывести на долгое и бесполезное сплетничество.       — Не, знакомый моего отца.       — Вот как. А…       — Извините, тёть, можно я уже пойду? — оборвал я, наконец.       — Хм, ну ладно, шагай давай отсюда. — раздражённо бросила она и я тут же отвернулся обратно к лестнице, нервно выдыхая.       Фух-бля, аж вежливость проснулась… Женщины таких объёмов меня пугают не по-детски.       Добираться до палаты с нервно трясущимися поджилками, после такого было супер не весело. В какой такой момент в моей жизни появились эти эпизоды психологического хоррора? Сначала побег из ночной школы, потом отец, от которого по вечерам можно было ожидать чего угодно, и его белочка, от которой до сих пор иногда накатывает озноб, а теперь вот, больница, прости меня Сатана. Мне ж реально так нервов не хватит, бля, ну серьёзно! Не вывожу уже...       Дошкандыбав с судорогой сердечной мышцы до двери, я закрыл её с другой стороны и бессильно съехал по стеночке на пол.       Я это сделал... Смог. Я чертовски молодец, да... Надо просто немного восстановить дыхание в тишине и придумать дальнейший план. Продержаться ещё немного. Надо поднажать ещё чуть-чуть. Но сейчас так хочется хоть на секунду закрыть глаза и просто... отдохнуть.       Расслабившись от внезапно накатившего облегчения я, кажется, ненадолго задремал прям сидя. Но, как уже было понятно, отдыхать мне тут не дадут. Я резко вынырнул из поверхностного забытия услышав приближающиеся голоса медсестёр в коридоре. Адреналин вновь поднял меня на ноги быстрее, чем был способен организм. Сука. Эти чёртовы условности в шкуре подростка... Мне срочно нужно было спрятать ноут иначе пиздец догонит меня быстрее, чем я успею сказать фамилию "Волков".       Волны паники нервной дрожью пробегались по позвоночнику, глаза забегали по палате в попытках зацепиться за что-то, найти то, что меня спасёт. Я резко двинулся вглубь неприятно-белой комнаты, отсчитывая тикающие пульсом в венах секунды до того как ручка двери опять повернётся и...