***
POV Ханна Впервые за эту неделю я смогла перебороть себя и прийти сюда, прийти к нему. Несколько минут меня одолевали сомнения, я думала, нужна ли я ему до сих пор. «Но, как говорят, надежда умирает последней» — подумала я и увидела перед собой словно незнакомого человека.***
Я вошёл и поймал на себе ее неверящий взгляд, неосознанные действия последовали тоже сразу. Она накинулась на меня и обхватила ловкими движениями мою шею, сильнее при этом прижимаясь ко мне. Не теряя времени, я обхватил ее тонкую талию и подарил ей нежный поцелуй в шею. Нехотя девушка отстраняется от меня под недовольным взглядом охранника, и на ее глазах за считанные секунды появляются слезы, слезы печали и осознания происходящего. Не могу вести себя согласно принятой тут дисциплине и опять беру ее за запястье, притягиваю снова к себе. Она всхлипывает, и горькие капельки стекают по ее лицу. Не зная как ее успокоить, я глушу нахлынувшие эмоции дерзким и желанным поцелуем, которому отдаёмся мы оба одинаково, наизнос. Языки в бешеном танце, ее руки блуждают в моих волосах, которые за время моего пребывания здесь успели отрасти и показать начало моего натурального цвета, цвета золотистой пшеницы. Мои руки скользят все также по ее талии. Возбуждение и желание нарастает с каждой секундой все больше, но нет, нельзя, надо остановиться. Нехотя я отрываюсь от нее и смотрю в печальные зеленые глаза. Она понимающе кивает и садится на своё место, все также держа меня за руку. Смотрим друг на друга. Между нами, можно даже не спорить, физика и химия, все соединилось воедино. Грубая тишина. Каждый из нас боится каким-то волшебным образом её нарушить, но терпения и силы больше нет, нервы на исходе. Как у меня, так и у неё. — Саш, я так скучала и кое-что поняла: моя жизнь точно невозможна без тебя. И я вытащу тебя отсюда. Каждое слово греет душу, особенно произнесенное таким родным и приветливым голосом, наконец-то улыбка появилась на лице, а в глазах начали гореть искры страсти. Но вдруг все потухло! После осознания последних слов, грубым и совсем непривычным голосом даже для меня, я спрашиваю: — И каким способом? Она смотрит, и в ее глазах, как всегда, я нашёл ответы на все свои вопросы. — Только не с его помощью, — вскрикиваю я и отпускаю ее руку, вставая из-за стола, мешающего нам сократить расстояние. — Другого выбора нет! — с мольбой в голосе пытается убедить она меня. — Выбор всегда есть! — парирую я. — Не в этой ситуации, — шепчет она, приблизив наши лица на минимальное расстояние. — Ханна, я не прощу тебя никогда, если ты сделаешь это, — сокращая ещё больше это несчастное расстояние, шепчу я, чтобы было слышно только ей и мне. Она опускает глаза, а затем, перед тем как вынести окончательный вердикт, страстно целует меня. Ее губы открываются, давая мне проникнуть языком в её рот, в это время я исследую каждый ее зуб, проводя языком по ровной поверхности, после прохожусь по нёбу, касаюсь легкими движениями ее языка, а затем отстраняюсь. Есть правила, и для всех они одинаковы, я отрываюсь от неё, сажусь и внимательно слушаю. — Я не прощу себя сама никогда, если не вытащу тебя отсюда по своей глупости и вине. Не дав мне возразить, она кидает прощальный взгляд, а после удаляется. Тяжёлый вздох от знания происходящего далее. Сам себе под нос шепчу: «Нет, только не это, только не он».***
Прошел час, а я ждал еще одного посетителя, который мне был нужен, как воздух, для поддержания уверенности. Вдруг открылась дверь, и зашел красивый молодой человек. Посмотрев на меня сильным взглядом, он присел и, обойдясь без приветствий, начал внимательно меня слушать. — Я никому не смогу доверить такое, ни Матвею, ни Яну, только тебе. — Ян предаст тебя, — с хрипотцой сказал он, откидываясь на стул и смотря на меня из-за козырька своей чертой кепки «Gucci». — Мне нужна помощь, — продолжил я, все еще наблюдая за голубоглазым парнем. — Как всегда, — парировал он. — Он не послушает ее, выгонит, только ты сможешь переубедить его. Помоги мне, без твоей помощи я не смогу выйти отсюда. — Я все сделаю, — ответил он и собрался выйти вон. — Почему ты прячешься? — Все очень изменилось Саш, меня хотят выследить из-за Газпрома и Роснефти, а я не хочу рисковать. Поэтому когда выйдешь, будь тоже на чеку. — И сколько ты имеешь? — Шесть миллиардов долларов, — закончил он и вышел за дверь. Облегченно вздохнув, я наконец-то за последние дни был уверен, что Фэшиар вытащит меня от сюда.