Глава 21
3 августа 2017 г., 10:19
Спустя месяц.
— Наконец-то все позади! Я даже не верю, что сдала эти экзамены, — прокричала куда-то в небо Маргарита.
— Ну с твоими-то мозгами я сам был удивлен, что ты сдала.
— Заткнись, Толик! — закричали Алина и Маргарита одновременно моему другу.
Я стояла в другой комнате и лишь радостно хмыкнула, вечно они имели перепалки независимо в том числе от возраста и ситуации.
— Ханна! Ну ты там еще долго? — прорычал из соседней комнаты парень.
— Отвали от нее, знаешь, какой это ответственный момент — надевать платье на выпускной!
— Интересно, а когда она будет выходить замуж, то и вовсе будет свадебное платье два часа надевать? — ответил на грубость Анатолий.
— Сколько надо, столько и будет, тебя, по крайней мере, не спросим!
— Ха! Да больно надо!
Наконец покончив с молнией на спине, я вышла к моим друзьям, которые до сих о чем-то озорно спорили.
— Кхе-кхе, — привлекла я их внимание наигранным кашлем.
Одновременно, они подняли головы и посмотрели на меня.
— Чтобы меня камазом сбило, ты выглядишь просто потрясающе! — восхитился мой партнер на выпускной.
— Ханна, это восхитительно! — вскрикнула Алина.
Маргарита лишь подняла свой большой палец вверх и согласно кивнула в подтверждении слов Алины.
— Выглядишь и правда потрясающе, — сказал только что вошедший адвокат, одарив меня взглядом, полным нежности и ласки.
— Алина, подними свою челюсть, она у тебя упала, вон лежит на полу, — проговорил Толик.
Все кроме Алины покатились со смеху, та же лишь залилась краской и отвернулась, будто посмотрев в окно, все еще поглядывая беглым взглядом на Яна.
— Кстати, совсем забыл, это тебе, — сказал он и протянул букет из нескольких белых лилий.
— Огромное тебе спасибо, — сказала я, принимая букет.
— Ладно, не буду вам мешать, у меня, тем более, сегодня суд, нужно подготовиться, хорошо провести вам время, Толик, надеюсь тебя не найдут пьяным под лавкой?
— Надейся дальше, хотя во Франции под лавкой не такой уж и плохой расклад событий.
— Я свой выпускной в Санкт-Петербурге встретил, ну ладно, давайте, всем пока.
— Ян, стой, — крикнула я, устремившись за ним следом из комнаты.
— Да? — ответил он мне, остановившись.
— Сейчас, подожди, — сказала я и закрыла дверь, за которой были мои друзья, а потом почти шепотом спросила:
— Ян, что там с Сашей?
— Как не странно, кто-то вступился за него…
— Это я знаю, но кто?
— Ханна, я думаю, что это его отец, но до конца еще не уверен.
— Ну, а его, получается, выпустили? — спросила я с надеждой в голосе.
— Не совсем, с него взяли подписку о не выезде из страны.
— А сейчас он где?
— До сих пор в больнице, ранение от ножа оказалось более, чем глубокое.
— Ян, за этот месяц я пыталась посетить его раз десять, но меня не пускают, даже взятки отказываются брать.
— Эх, Ханна, туда пускают только родственников и полицию. А также тот, кто вступился за него, запретил посещать его посторонним. Поэтому тебя и не пускают.
— Как же мне его посетить, увидеть?
— Этого я, Ханна, не знаю, извини, ничем помочь не могу.
— Спасибо, Ян, тебе большое.
— За что?
— За все, Ян. Ладно? Не смею тебя больше задерживать, пока.
— Ханна, ты подумала насчет выбора?
— Нет, прости, у меня не было времени.
— Знай, я приму любой твой выбор, каким бы он ни был, — сказал он, обуваясь. — Прекрасное платье, ты выглядишь в нем просто замечательно, — и он вышел из дома.
— Спасибо, — тихо, когда только закрылась дверь, прошептала я.
***
— Ребята, вот и наступил этот долгожданный момент, которого ждали родители, учителя, я, но больше всего конечно же вы! Дорогие выпускники! — сказала директриса в микрофон. — Щас расплачусь-прошептал Толик и вытер воображаемую слезу, за что получил сильный подзатыльник от Алины. — Мельникова! Еще раз руки свои протянешь ко мне — я тебе их переломаю, тем более, теперь ты мне никто, и поэтому у тебя больше шансов нарваться на сломанную руку, которая будет у тебя выворачиваться из твоей жирной жопы! — прошипел Толик. — Тебя посадят, — шикнула она на него. — Нет! Я подстрою все так, что ты сама себе это сделала… — Хватит уже трендеть, — сказала им Маргарита. — Дайте хоть директора послушать, — закончила свое высказывание она. — Ханна бы сейчас этому директору волосы повырывала, своей ненаглядной сестрице. — И правильно бы сделала, — согласилась с ним единственный раз Алина. — …Итак, на бумаге я писать речь не стала, так как считаю, что такие слова должны выходить от чистой души и сердца. Дорогие наши выпускники, за эти одиннадцать лет вы познали в школе и вне ее территории множество чувств, как положительных, так и отрицательных, такие как дружба, радость, печаль, гнев, ревность, а где-то может даже любовь. Несмотря на все эти оправданные или далеко не оправданные чувства, вы должны знать, что все они имеют право жить в вашей душе, независимо от количества и обстоятельств. Также хочу пожелать вам три главных принципа в жизни, которые поделят вашу душу на дальнейшее будущее — это богатство, любовь и счастье, каждый выберет для себя то, что нужно только ему! Хочу также сказать, чтобы вы не останавливались на достигнутом, потому, что это как в счете, начало есть, а конца не наблюдается, я хочу пожелать вам необдуманных поступков, которые принесут вам только незабываемые ощущения, который каждые в его молодости должен вспоминать, хочу пожелать вам конечно найти того человека, который пойдет за вами, независимо от ситуации и времени. И знаете, так, напоследок, чтобы вас особо не задерживать, запомните: это жизнь! И самое главное помнить — после черной идет всегда белая полоса, которую надо продлить или использовать! Спасибо огромное за внимание! Зал раздался аплодисментами и задорными криками и визгами. — Ну, а теперь отправляйтесь домой и собирайте чемоданы! Ваши родители сделали вам подарок и одиннадцатые классы, вы едете в Санкт-Петербург! Хорошего вам времяпровождения, всех ждем завтра утром в половину шестого около вокзала!***
Я шла вместе с родителями и обсуждала предстоящую нам поездку. -Вы знали и ничего не сказали мне! Мам, пап, ну как так можно?! — Ханна! На то это и сюрприз, чтобы о нем не знать, — ответила мама, когда мы уже подходили к дому. Вдруг я заметила, что около наших ворот кто-то стоит, отец обменялся улыбкой с мамой, а после посмотрел на меня. — Ханна, тебя еще кое-кто поздравить с окончанием школы хочет, — сказал отец, взяв маму за руку и прошел мимо, кивнув стоящему около ворот. Я подошла и, посмотрев на желаемого меня поздравить, вскрикнула и бросилась ему на шею, сильно обняв, он же взамен обнял меня за талию и притянул вплотную к себе. — Я ждал тебя, — сказал мне парень с акцентом и хрипотцой от сигарет. Позади я почувствовала что-то колющее мне спину и отстранилась, посмотрев на то, что находилось у него в руке, это был огромный букет алых роз. — Всю клумбу оборвал? — прошептала я ему прямо в губы. — Как видишь, — ответил он и поцеловал меня, сначала нежно и не спеша, будто ища что-то знакомое в моих губах, а после, отложив куда-то в непонятное место розы, притянул вплотную к себе, обследуя своими руками мою спину. Я же положила свои ладони ему на шею, а после забралась в его коротко подстриженные волосы золотистого оттенка, неужели отросли? «Я ведь знала, что они крашенные?» — подумала я, отложив этот вопрос на потом, вернувшись к происходящему. — Снять бы с тебя это платье, — прошептал он с нотой возбуждения. — Так что тебе мешает? — промямлила я и почувствовала, как он углубил поцелуй. Сначала он провел своим языком по моим зубам, его такой привычный, но все также головокружительный план, затем по небу и в конце связал языки в головокружительном танце. После он чуть отстранился от меня и начал обдавать горячим дыханием кожу на шее, оставляя постепенно засосы и ловя восторженные стоны с моей стороны. Перехватив меня за руку, он повел меня дальше к стоящей и ранее незамеченной мной машине, он открыл заднюю дверь и повлек меня следом за собой. — А как же цветы? — спросила я. — Я тебе новые куплю, — ответил он и поцеловал меня снова в шею, плавно опускаясь к плечу, затем он начал плавно расстегивать молнию на платье, а после, опустив один рукав, начал целовать плечо, обдавая при этом будто электрическими разрядами. — Очень красивое платье, но, к сожалению, оно тут ни к чему, — прошептал он мне в ухо, а после укусил за мочку и расстегнул платье розового цвета до конца. Затем он снял с меня его, оставив в одном нижнем белье и туфлях, последние я скинула уже сама. После я сдернула с него черную рубашку и после чего была полностью подмята под него. Александр начал снова целовать меня, сначала в губы, затем все ниже и ниже, наконец дойдя до конца, в машине становилось с каждой минутой все жарче, даже окна запотели. Это был головокружительный выпускной, который я не забуду никогда…***
— Где вы так долго были? — спросила мама, когда мы вошли в дом. — По ночному городу гуляли, фотографировались, — ответила я первое, что пришло в голову, отдавая букет маме. — Фотки покажешь? — сказал спускающийся по лестнице брат. — Да, пойдет, я тебе еще кое-что кроме фоток покажу, — ответил Саша. Мы с мамой засмеялись, а брат недовольно хмыкнул. — Ханна, иди собирай вещи, завтра некогда будет, — добавил только что вошедший отец. — А куда вы ее отправляете? — задал вопрос Александр. — В Африку, к своим, — ответил брат. — В Санкт-Петербург, — проигнорировал отец сарказм Димы. — Ладно, уже иду, — сказала я, взяв бывшего учителя за руку, и повела в свою комнату.***
— Наконец-то мы собрали это чемодан! — проорал Саша на всю комнату, садясь на только что упомянувшую вещь. — Застегивай-добавил он. — Иду и повинуюсь, мой господин, — ответила я, подходя к чемодану. — Зачем столько брать с собой, если ты уезжаешь туда всего лишь на неделю?! — Потому, что погода там постоянно меняется и мне надо хоть где-то выгулять свои обновки. «Твоя любовь это так красиво, твоя любовь этих тактов сила, твоя любовь лишь мое светило, твоя любовь меня доводила, но твоя любовь это так красиво» — раздалась мелодия Сашиного телефонного звонка. — Алло, да Ян, я тебя слушаю. Эм, нет, меня выписали ведь еще со вчерашнего вечера, а что? А я у Ханны, да, давай потом, сегодня я точно не смогу, давай встретимся завтра вечером и поговорим, договорились? Тогда все давай пока, — закончил он и отключился. — Что он хотел? — спросила я. — Поговорить, но я думаю, что это может потерпеть до завтра, — ответил он, приближаясь, — Тем более сегодня я буду слишком занят, — добавил он, а после, потянув меня за руку, упал на кровать и повлек меня за собой.
