Капитан Гидра и Зимний Солдат любят друг друга

Капитан Гидра никогда не был особым фанатом жары, но готов был признать, что жара, пожалуй, лучше, чем холод. Вероятно, потому, что с таким холодом, от которого кровь словно превращается в стекло прямо в венах, он уже сталкивался, а вот с такой жарой, когда твое тело объективно самовоспламеняется, ещё нет. В любом случае, потеть было намного приятней, чем окоченевать. Хотя это всё предложил, конечно, Зимний. После того, как Роджерс в светлом и удобном для таких случаев образе капитана Америки со всем размахом и помпой за неделю до запуска сорвал Фьюри проект "Озарение", не устраивавший капитана Гидру по целому ряду причин, Стиву захотелось куда-нибудь съездить больше для удовольствия, нежели по делам. И взять с собой Зимнего. Он ведь давно собирался. До этого они уже несколько раз участвовали вместе в незначительных боевых операциях. И каждый раз работа с Зимним доставляла Роджерсу исключительное удовольствие. Почти что физиологическую радость. Так что в итоге он просто спросил Солдата, куда бы тот хотел поехать вместе с ним. Тот предложил Южную Америку, без особых экивоков сославшись на то, что в холод ему не хочется, а на Ближнем Востоке он регулярно жрал песок с конца 70х, так что туда его как-то особо не тянет. Роджерс обдумал его слова и согласился, что Гидра уже много лет не уделяла должного внимания Южной Америке. Вероятно, потому, что её подавляющей частью марионеточные правительства давно были прикормлены соответствующими структурами Соединенных Штатов, которые в свою очередь надёжно контролировала Гидра. Однако же, она каким-то образом упустила из внимания широкую и мощную сеть наркокартелей, зачастую равнозначную официальным правительствам в некоторых странах, а то и вовсе открыто и безнаказанно правящую на значительных территориях. Гидре явно стоило напомнить им о каре божьей и навести на правильный образ мысли. *~*~* Когда за их спинами ухнуло, рвануло и пыхнуло жаром, они были уже достаточно далеко, чтобы только обменяться довольными улыбками и прибавить темп. Конечно же, роскошная вилла, в которой они незатейливо и красиво устроили бойню личной гвардии очередного барона, располагалась на живописном холме над городом. А значит, бежать под гору, не шибко придерживаясь дороги, было легко и весело. Ноги сами вынесли их в какой-то густо застроенный малоэтажными домишками бедный район, разморено тихий в часы сиесты и совершенно равнодушный к разборкам больших людей над ними. Чуть ли не наперегонки они прыгали по крышам и балконам домов, играясь своей ловкостью и силой, и сладкой возможностью состязаться с равным. - Эй, - смеясь, Роджерс на бегу сорвал с веревки, на которой сушилось белье, какую-то ещё влажную пёструю тряпку. - Постой, - окликнул он обогнавшего его Зимнего и, когда тот затормозил, позволяя догнать его, поймал Солдата за руку и развернул к себе. И одним движением обвязал тряпкой его голову на манер банданы. - Ты потерял бейсболку. Можешь схватить солнечный удар, - пожав плечами, ответил он на заданный одними глазами вопрос. А потом подался ближе и с улыбкой шепнул: - И у тебя кровь в волосах, придурок. Зимний глупо улыбнулся в ответ, просто потому, что ему хотелось ответить на эту улыбку. Они оба были в гражданской одежде светлых тонов: Стив в футболке и джинсах, Солдат тоже в джинсах и легкой рубашке с длинным рукавом. На левой руке – закрытая перчатка. Оба они взмокли от бега на жаре, пот так и стекал по коже у них под одеждой. Минут через десять-пятнадцать они выбрались в туристические районы и сразу поспешили укрыться под навесом уличной кантины. Будто нырнув в какое-то другое время Зимний Солдат открыто сверкал зубами и неуловимо играл плечами, быстро и увлечённо воркуя на испанском с дородной немолодой хозяйкой, пока они заказывали себе кучу местной еды, которую принялись с энтузиазмом уничтожать по мере появления на столе. Было так жарко, что воздух дрожал и вибрировал за окнами. На улицах совсем никого не было, все прятались от жары. То и дело переглядываясь и улыбаясь друг другу, капитан Гидра и Зимний Солдат споро уничтожили каждый по две щедрые порции плотного комплексного обеда, и только на третьей немного сбавили темп. - Слушай, скажи, а зачем мы всё это делаем? – оторвавшись от стакана с прохладной водой, вдруг спросил Зимний. - Что ты имеешь в виду? – не понял его обгладывающий какую-то неопознаваемую жаренную птицу Роджерс. - Ну, - Зимний замялся, опустил глаза, потом снова посмотрел на собеседника, снова улыбнулся. – Ты всегда любил лезть в драку с подонками. Это я знаю. В этом весь ты. Всегда, с детства отчаянно храбрый. Раз за разом брался учить уму разуму противников значительно сильнее тебя. Я этого не помню, я просто знаю. Капитан задумчиво жевал. Он тоже не помнил, о чём говорит Зимний. Просто слушал, не сомневаясь ни в одном слове, ожидая, куда тот ведёт. - Я думал, однажды тебя пришибут. Но это было лихо, - с тихой гордостью признал Зимний. – И я так гордился тобой тогда. Тем, как ты борешься за то, что считаешь правильным, со всеми этими здоровыми тупыми подонками. Да, и потом, - Зимний нахмурился, невольно потёр висок, явно не в силах разобраться с воспоминаниями, - потом, после серума, ты тоже будто нарочно все время старался выбрать врагов, как можно сложнее. Таких, с которыми никто не мог справиться. Но теперь… - плечи Зимнего поникли, он опустил взгляд, - мне кажется, что уже не осталось противников нашего уровня, не говоря уже о тех, кто сильнее. Я не спорю, сегодняшние подонки были без сомнения подонки. Но тебе не показалось, что против нас они были словно дети. А это не твой стиль. Так зачем мы все это делаем? Роджерс всерьез задумался, почесал указательным пальцем лоб над бровью. - Ну, кто-то же должен это делать. Эти "детишки" держат тут всех в страхе, творят, что захотят, и на них нет вообще никакой управы. Так что можешь считать нас санитарами леса. Зимний Солдат не поднял лица, дёрнул ртом, глядя в почти пустую тарелку. - Санитары леса – это волки, Стив. Волки режут больных и слабых. - Ты прав, пожалуй, неудачный пример, - немного поразмыслив, согласился с ним капитан Гидра, куском хлеба собирая с тарелки жирную острую подливку. – К чёрту санитаров леса. Дурацкая мысль. Но, знаешь что? Сегодня мы все сделали правильно. Если подонки теперь мельче меня, это не повод им считать себя безнаказанными. Всех, конечно, не передавишь, но я считаю, что мы не зря сюда приехали, если оставшиеся станут плохо спать по ночам. Согласен или нет? - Конечно, я согласен, - кивнул Солдат. - Но даже, когда я не согласен, я всегда с тобой заодно. Ты же сам знаешь. - Вот это моя детка, - просиял капитан Гидра и, потянувшись через стол, вытер губы Солдата большим пальцем. – А, впрочем, я сейчас подумал… Как ты считаешь, будет честнее, если в следующий раз мы нападем на них совсем голыми? Только было начавший пить, Солдат поперхнулся и закашлялся. А потом, сморгнув невольные слёзы, со смехом заметил: - Нет, это уже будет совсем нечестно. На тот день у них был запланирован ещё один "визит". Несколько часов они колесили в законно арендованной машине по красивейшим местам Парагвая, подпевали горячим латинским мелодиям по радио и тот из них, кто был не за рулем, зачарованно пялился на второго. В итоге обоих, похоже, немного разморило, и на следующей цели всё поначалу пошло не так просто, как они рассчитывали. Не факт, что их ждали. Не факт, что ждали именно их. Но в итоге вышло грязнее, кровавей и сумбурнее, чем с прежними целями. А, впрочем, был свой кайф и в том, чтобы медленно разгоняться, набирая силу и скорость ударов и бросков прямо в процессе. Что врать, Капитан Гидра всегда и лучше умел, и больше любил не стрелять, снимая мишени издалека, а драться лицом к лицу, физически чувствуя, как его удары находят цель. И если уж быть совсем до конца честным, он упивался процессом ещё больше, потому что кожей чувствовал, что сражающийся рядом Зимний наблюдает за ним, не упуская ни одного движения, и самую малость рисовался специально для него. Может быть, даже слишком уж рисовался, чуть не упустив подобравшегося к нему сзади противника. Нож Зимнего свистнул у капитана прямо над ухом, и тот, обернувшись, увидел, как не замеченный им детина харкает кровью, пытаясь зажать рану у основания шеи. - Прости, амиго, - промурлыкал капитан Гидра и вырвал из раны нож, который через миг, метнувшись на несколько метров в сторону, с наслаждением всадил в глаз последнему противнику. - Всё чисто, - подтвердил, подойдя к нему, Солдат. Стив вытащил из-за пазухи и будто колоду карт высыпал на последнюю жертву толстую пачку чёрных картонных карточек с символическим изображением осьминога, а потом обернулся к своему напарнику. Они стояли в открытом дворе богатой гасиенды, вокруг золотом разливались вечерние краски. Пели какие-то неизвестные тропические птицы. - Спасибо, - сказал капитан Гидра и, взяв за лезвие, рукояткой вперёд протянул Солдату его нож. Тот протянул руку, шагнул ближе и, забирая оружие, вдруг склонился и неожиданно поцеловал Стива в запястье. Всего лишь коротко влажно мазнул приоткрытыми губами, но, когда он выпрямился, его ясные глаза смотрели с таким восхищением, с любованием, с такой искренней преданностью, что капитана будто с головой накрыло волной сладостной неги. Словно пьяные они, наконец, добрались до скромных апартаментов, которые сняла для них Гидра. Как ни смешно говорить, частный домик был в прямом смысле слова действительно скромным. Просторная, темноватая гостиная на большую часть дома, две крошечные спаленки с обязательными распятьями над кроватью, тесная и тоже тёмная кухонька. И ванная комната с душевой, пусть даже вполне просторная, но без крыши, прямо под открытым небом, под густо зелёными широкими листьями деревьев во внутреннем саду. Смеясь и дразня друг друга, раздеваясь на ходу и разбрасывая одежду, они вдвоём втиснулись в душевую. Было жарко, обычно тоскующие без должных нагрузок мышцы, наконец, устали, их разморило, вокруг угасал вечер. Им было весело и хорошо. Толкаясь и веселясь, они намыливали друг друга, а потом обливались. И не стесняясь своего наслаждения, Роджерс тщательно мыл Зимнему голову каким-то ароматным шампунем с незнакомым дразнящим запахом, убирая из длинных волос присохшие комки свернувшейся чужой крови, возился с ними в своё удовольствие, куда дольше, чем это действительно было необходимо. - Ну хватит уже, - ненатурально скулил явно млеющий от ласки Зимний. - Отпусти меня. - Да никогда, - засмеялся Роджерс, потом толкнул его лицом к стене и прижался сзади: широкой грудью к мощной спине, ногами к ногам, лицом в плечо, обнял обеими руками. Потёрся, плавясь от ощущений. От собственной радости, от удовольствия быть рядом. Он почти ожидал, что Зимний двинет его локтем, затевая шутливую борьбу. Он был не против. А ещё он был возбуждён. Вполне однозначно возбуждён. Солдат не мог этого не чувствовать, капитан прижимался к нему вплотную. Но Зимний не оттолкнул его, не попытался уйти от прикосновений, наоборот, весь расслабился и просто стоял в кольце его рук. - Значит, так? - тихо спросил он, запрокидывая голову назад, подставляя Роджерсу горло. - Ну хорошо. Хорошо, если ты так хочешь. Он чуть шире раздвинул ноги, чтобы встать устойчивее, и обеими руками упёрся в стену перед собой. Всё его мокрое мускулистое тело блестело от воды, его хотелось просто безумно. - Давно хочу, - промурлыкал Роджерс, притираясь к нему, скользя большой ладонью по бокам, груди и животу, задевая соски, другой рукой за волосы ещё больше оттягивая назад голову. - Так что же не брал? - фыркнул Солдат, глядя на то, как жидким тёмным янтарем блестит закатное солнце в густом переплетении листьев над их головами. - Мне было бы даже проще. Я всё это время ждал, что ты прикажешь... И в тот самый миг, когда прозвучали эти слова, рука капитана Гидры легла на член Солдата. На мирный, незаинтересованный, мягкий член идеального оружия Гидры. Привычно готового подчиняться. Стива как обожгло. Он резко отпрянул, в узком пространстве спиной налетев на противоположную стенку. Его так трясло, что он никак не мог два слова связать. Только смотрел с обидой и с гневом, и с болью, и с яростью на покорную великолепную спину. - Ты, правда, считаешь, что я такой же, как все? - наконец, сумел выдавить он. Явно чувствуя, что сделал что-то не так, Солдат медленно, осторожно обернулся. - Нет, - мягко сказал он. - Конечно же, нет. Ты лучше всех. И не только потому, что ты самый крутой и самый красивый, и самый-самый. Капитан Гидра! Ты действительно лучше всех. Я серьёзно так думаю, - Зимний опустил глаза. - Я не знаю, почему ты такой хороший. И так заботишься. Не брезгуешь мной, хотя и всё знаешь. И даже желаешь меня. Это очень приятно. Честное слово. - Но ты меня не хочешь! - Я... извини, - Зимний ссутулил плечи, пристыжено зажимаясь: - Прости. Не сердись. Мне просто нужно немного физической стимуляции. Дай мне пару минут. Пожалуйста, я смогу. Его собственная рука неловким движением потянулась к паху, но Стив так зарычал, что Зимний, как ошпаренный, отдёрнул ее обратно. - Черт тебя подери. Ты хоть сам понимаешь, что это не то, чего я хочу? От тебя, - Капитан Гидра решительно шагнул обратно, сжал плечи Солдата, заставляя смотреть в глаза. - Я не насилую людей. Я не приказываю, чтобы меня любили. Это дико. Чёрт, я знаю, что я достаточно хорош, чтобы желать меня и без дополнительной стимуляции. Чёрт, это так обидно. Я даже не знаю, что сказать. - Прости меня, - Зимний совсем понурился, пряча лицо за волосами, избегая смотреть в глаза. - Не прощу, - фыркнул Роджерс, но его уже потихоньку стало отпускать. - И знаешь что? Я вот мог бы тебя приласкать так, чтобы нам обоим было хорошо, но не буду. Я не буду трогать тебя. Даже если хочу этого. Капитан Гидра умеет ждать. И я буду ждать, пока ты сам не созреешь для этого. Пока ты сам не попросишь. Ты гордый, я знаю, ты не станешь просить о таком, просто ради того, чтобы не портить мне настроение. Зимний так резко вскинул голову, что его мокрые волосы хлестнули Стива по челюсти. В голубых глазах кипели льды Антарктиды. - Так ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я просил тебя, - севшим от еле сдерживаемой ярости голосом просипел он. - Да я могу хоть сейчас, зря ты думаешь, что мне это будет в новинку. - Он коротко презрительно фыркнул. - Это примерно, как когда тебя ставят на колени, приказывают заложить руки за голову и держать их так, пока будут бить тебя ногами, а ты должен благодарить их, просить прощения, и просить, умолять, блядь, чтобы ударили ещё и ещё. - Плечи Зимнего, мгновение назад виновато поникшие, медленно устрашающе распрямились. Он встал почти вровень с Капитаном Гидрой, ноздри его гневно раздувались. - И ты стоишь, терпишь, говоришь, что они хотят, и ждёшь, когда уже это кончится, и ты ведь можешь порвать их всех голыми руками, ногами забить в кровавую кашу, но ты не можешь, потому что ты чёртов раб, и ты не можешь ослушаться приказов, и будешь делать, что тебе скажут. Поэтому ты стоишь на полу, терпишь и ждёшь. - Суки, - очень тихо произнес Роджерс, поднял обе руки и сжал ладонями лицо Зимнего. Тот вывернулся, отпрянул, отступил к выходу из душевой. - Прости. Прости, можно я сейчас уйду, - пятясь, сказал он. И вдруг с неожиданным вызовом зло бросил: - Если ты не против, я встану перед тобой на колени, заложу руки за спину и буду умолять, чтобы ты позволил мне отсосать тебе, как-нибудь в другой раз. Стив дёрнулся, будто от пощечины. Это было нечестно! Вот это уже было совсем нечестно, он этого не заслужил. Не заслужил! Зимний тоже оцепенел, почти испуганно глядя на то, что, видимо, отразилось у него на лице. Вскинул живую руку ко рту, будто желая вернуть слова обратно. Но было поздно. - Чёрт. Прости. Прости, прости, Стив. Я такой мудак, - только и смог сказать Солдат и буквально сбежал к себе в комнату. Роджерс ещё несколько минут стоял, крепко сжав кулаки и часто неровно дыша, как после пропущенного удара в живот. Потом взял себя в руки, выключил воду, вышел из душевой. Долго ожесточенно вытирался. Причесал волосы. Пошёл к себе и оделся в свежую одежду. Вышел, постоял над разбросанными по полу в гостиной шмотками. Сходил к холодильнику и напился прохладной воды из бутылки. И как-то вдруг обнаружил себя стоящим с полупустой бутылкой у двери комнаты Зимнего. Тронул ручку - было открыто. Капитан Гидра никогда не пасует перед трудностями. Капитан Гидра умеет взвешивать ситуацию и поступать по обстоятельствам. Пальцы опасно сдавили стеклянное горлышко. Ещё немного и он, не заметив, раздавил бы его в руке. Стив посмотрел на бутылку и решительно поставил её на пол у двери. Когда Капитан Гидра считает, что самым правильным будет предпринять тактическое отступление, он отступает. Стив повернулся и пошел к себе в комнату. Из крепкого глубокого сна его выдернуло осторожное прикосновение неживой руки чуть выше колена. В темноте на полу возле его кровати сидел Зимний. В лунном свете бледное лицо, в обрамлении спутанных волос, выглядело печальным и виноватым. - Прости, я такой мудак, - снова повторил он. - Прости, я тоже, - сонно улыбнулся Стив и подвинулся на кровати, позволяя Зимнему тихо скользнуть ему в объятия. Было жарко, даже несмотря на кондишн и тихо шелестящие под потолком лопасти вентилятора. - Совсем, как раньше, - невнятно прошептал Зимний. - Как раньше, - эхом повторил Стив. Он не помнил, как и когда они лежали вот так, обнявшись в тяжкой жаре, сбросив одеяла. Помнил только, что Солдат в его руках был тогда огромным, просто громадным, настолько больше него. Каким же он был, что был настолько больше Стива? Как такое вообще могло быть? Стив вдохнул уютный запах волос Зимнего и мгновенно заснул. Конец 4 главы