Осколки счастья

       Львица с темным окрасом неслась как молния, появившаяся из неоткуда. В ее голове зарождался план, о котором она бы никогда не задумалась, если бы не увидела на дереве рисунок темного льва. О, Айхею, как же она рада, что к ее взгляду припал именно этот не аккуратный рисунок Рафики и никакой больше. Как же хорошо, что старый бабуин знал о великом самце так много и поведал ей самую важную информацию. Быть может, именно это ей и поможет. Поможет наконец-то избавиться от все этих жизненных проблем и преград, которые ей на пути создал этот Кову. В сердце внезапно заиграли чувства радости и ощущение, будто бы она несколько лет была одета в тяжелые кандалы и сейчас у нее появился шанс из них выбраться.       Сейчас ее не могло остановить почти ничего. Она путалась под лапами ошарашенных львиц, не понимающих, что стряслось с внучкой короля Симбы. Она сбила уже не молодого мажордома Зазу, что учил своего сына тому что тот однажды займет его место. И она не заметила, что сбивала всех на пути. В ее голове крутилось лишь имя Мхамиджи и место, в котором он живет. Но внезапно голос Дениза, что отвлекал ее все это время заставил ее остановиться и принять оборонительную позу.       — Чего тебе от меня надо?! — из пазух львицы моментально выскочили темного цвета когти, что воспроизвело несколько пугающий звук. При виде бежевый прижался к земле, неуверенно глядя на зеленоглазую и ковыляя взглядом.       — Да так… — с нотками сомнения о том, что он правильно сделал, побежав за ней, принц нерешительно глянул назад, а после и на Жади, — ты идешь к этому Мхамиджи?       — Гениально. Ты угадал! — львенка хихикнула, с нотками высокомерия смотря на бирюзовоглазого, но вскоре шелохнулась. С каким же огорчением она понимала, что иногда она ведет себя так же, как и он.       — Ты серьезно веришь в то, что где-то в глуши джунглей живет какой-то там лев-маньяк, который обладает всякими магическими штучками и старше твоего прапрапрадедушки? — Дениз поднялся и гневно глянул на Жади, хотя та принялась закатывать глаза на услышанное.       — Во первых — в отличия от тебя, у меня нет причин не верить Рафики. Во вторых — этот, как ты говоришь, « лев-маньяк » — великий Гуру и учитель нашего шамана, который является другом и частью семьи нашего королевского рода. В третьих — у меня созрел план.       — А ведь это у тебя бывает очень редко, — младший восторженно выдохнул, как только у его племянницы в голове проснулась светлая идея.       — Тебе-то какая разница? Можно подумать, ты со мной будешь идти к Гуру Мхамиджи, — принцесса назойливо фыркнула, осторожно, чтобы не споткнуться, ступая по скользким камням и взглядом изумрудных глаз ища хоть какую-то зацепку того, что поблизости можно найти деревянную арку того, о ком шла речь.       — А ты что, думала, я тебе там одной пойти и повеселиться с этим волшебным дедушкой? — вероятнее всего обломив весь план Жади, Дениз усмехнулся во все клыки и толкнул ее в бок своим боком, — шагай давай. Мы теряем время.       — С какой это стати МЫ? — львичка недобро зарычала, тем самым немного спугнув принца, но не сумев его полностью отогнать.       — Я же не позволю тебе пройти через все это одной, — под уничижительный взгляд Жади, львенок с глазами подобными морю выпятил грудь вперед, чувствуя, как с каждым разом, когда она к нему так относиться у него холодеет сердце, — к тому же, мама и Кион, наверное, долго будут ругать меня за мою проделку. Да и папа, наверное, тоже будет долго припоминать это мне.       — Предупреждаю: опасностей может быть много, — уже надеясь, что Дениз поймет, к чему ему стоит готовиться и решит отойти от этой мысли, Жади зло ухмыльнулась, наводя вокруг дяди круги, — без слез и нытья мне тут.       — Хах! — принц гордо вскинул голову и поправил свои три растущих кончика на голове, на месте которых однажды будет пышная, красивая грива, — я смеюсь в лицо опасности! Ха, ха, ха!       Победоносным шагом ступая по заданной тропе и все еще удерживая на себе мнительную улыбку, Дениз, не глянув на Жади, уткнулся в одну точку. Зеленоглазой оставалось лишь смотреть на это и тихо ворчать что-то себе под нос, иногда удивляясь тому, что когда-то давным-давно, когда Дениз был еще крохой, ей нравилось проводить с ним время…

***

      — Опять эти листья! Они мне к лапам прилипают! А это что? Ой, фу, кто-то тут свою нужду справлял! А я чуть не встал туда! Ну что за место…       С этих моментов Жади с раздражением принялась дергать левым ухом, понимая, что это она будет терпеть очень долго. Уже каждый шаг и каждый звук, который Дениз успел издать был для нее более, чем просто бесящим. И почему же она не отогнала его, имея на это шанс? Почему не накричала, сказав, что ему лучше держаться от нее подальше и не приближаться? Но теперь уже поздно. Они прошли уже больше половины, так что Дениз мог бы запросто заблудиться, если бы шел до Прайдленда один. Темно-коричневая прекрасно знала о том, что у ее родственника есть некоторые проблемы с ориентировкой. Можно даже вспомнить случай, где он умудрился затеряться на Слоновьем Кладбище, где уже не было ни одной гиены. Однако мысли об этом испарились, как только светло-кремовый принялся ныть о том, что солнце сильно печет и это может навредить его нежной коже. Не выдержав, Жади подняла хвост и выдала своему дяде не хилую пощечину.       — Избили! Изнасиловали! Как так-то?! — притворяясь, будто бы это было слишком больно, чтобы потерпеть, Дениз притворно захныкал и выстроил обиженную мордашку, тем самым выводя львицу из себя.       — Сам виноват… — сквозь крепко сжатые клыки отчеканила Жади, после чего фыркнула и прижала уши к себе, чтобы не слышать дальнейших вскрикиваний львенка.       — Вы ущемляете мои права, мадам, — вздернув кверху подбородок, Дениз недовольно хмыкнул и легонько пнул темно-кофейную, от чего получил ответный подзатыльник от нее.       — Скажи мне кто я и я скажу, насколько ты меня недооценил, — из пасти львенка вырвался тихий рык, встречно которому проходил и оскал на ее морде, что было для Жади уже не редкостью.       — Кто ты? Сказать тебе? — на это детеныш влюбленно улыбнулся в ответ и переставил одну лапу через другую, чуть ли не стоя на пальцах передних лап, — ты — моя будущая жена и королева Прайдленда. Так ведь, кошечка моя?       — Сейчас тут будет валяться трупик, — казалось бы, совершенно спокойно, но в тоже время довольно-таки злостно отрезала Жади, как только Дениз нагло облокотился на ее плечо и многозначительно подмигнул. После этого она принялась двигать плечом, отталкивая от себя « донжуана », — а ну слезь с меня!       — Как грубо, — львенок пробурчал это так, будто бы в его адрес были высказаны самые неприятные оскорбления, которые можно было придумать. После этого он несколькими прыжками оказался далеко от Жади, что уже неслась за ним со всех лап.       — Вернись! Я не это имела в виду!        Догнать и поймать убегающего львенка было не сложно, но остановить его и заставить остановиться, как оказалось, очень не просто. Тот брыкался, пытаясь скинуть с себя зеленоглазку и убежать дальше. Его даже не смущали неглубоко впившиеся в плечи когти, а показал он это тем, что все так же бежал, не оглядываясь по сторонам. Не зная, что с этим делать, но придумав план на худой конец, Жади « прижала » к себе все еще куда-то бегающего Дениза, что был под ней, после чего когтями задних лап впилась в землю. Повсюду разнеслась пыль от песка и странный звук. Жади почувствовала, как задние лапы будто бы горят от обжигающего шерсть песка, а бежевый львенок, не выдержав, случайно перевернулся через шею, в результате чего львята покатились вниз по невысокому холму. Не привыкшая к такому адреналину, принцесса держалась лапами за звонко смеющимся Денизом, что, скорее всего, смеялся над ней. На секунду крик прекратился и вместо этого из уст Жады вырвалось короткое « Дурак », после чего крики продолжились до тех пор, пока она не почувствовала под своей спиной мокрую от дождя траву и не оглянулась по сторонам. Львенка оглянулась и округлив глаза, моментально вскочила на все четыре лапки. Если же недавно они были в таком месте, которое можно было назвать пустыней, то сейчас это были скорее тропические джунгли с прекрасным видом. Повсюду росли деревья, с которых свисали длинные, зеленые, как ее глаза листья. Повсюду трава, летящие в неизвестном направлении обворожительные бабочки. В ноздри бил приятный запах дождевой влаги, который хотелось вдыхать еще долго, но насладиться этим дольше ей не дал лишь возглас Дениза.       — Эй, смотри! — мохнатый палец львенка указал на упавшее, старое дерево, в котором было огромное отверстие, через которое открывался все тот же вид на тропики, — это, кажется, та самая арка, о которой и говорил этот Рафики. Скорее всего, Гуру Махамуджи уже близко.       — Идем давай, — в этот же момент Жади сумела озарить Дениза своей прекрасной улыбкой, но в тот же момент гневно надула щеки, — и его зовут Мхамиджи!       — Родители не без фантазии явно, — Дениз хмыкнул, недовольно махнув своим терракотовым кончиком хвоста и последовав за темной львицей, переходя арку.       Вскоре, львята остановились у целой охапки упавших листьев, рядом с которыми были развешены разные деревянные маски в виде львов. На каждом был свой узор своих цветов. Один из деревянных львов имел иссиня-черную гриву, если судить по тому, что там присутствовал черный. На нем так же были желто-золотистые узоры и покрашенные зеленым цветом глаза. Это описание напомнило Жади о Ахади, что выглядел именно так, если судить по рассказам дедушки, бабушки и Рафики. Рядом были половины тыкв, в которых были налиты всякие смешанные соки, являющиеся зельями. На вид было совершенно не привлекательно, как и по запаху, от которого львята воротили нос.       — Где он? — уткнувшись в ухо львенка с длинной полоской на голове, Дениз все так же не отводил взгляда от того, что было вокруг. Отсутствие того, ради кого они прошли весь этот путь его смущало.       — Не знаю, — шепотом ответив, Жади осторожно, не издавая лишних звуков подошла к охапке листьев, после чего с великим трудом ей стоило на все это взобраться. Львица оглянулась по сторонам, ведь невозможно не увидеть льва с таким ростом! Но вдруг что-то под ее лапами зашевелилось, а сама она упала.       — Кто тут у нас? — под листьями раздался веселый голос, после чего оттуда вышел огромный лев, чье тело было полностью покрыто густой, черной, как тьма шерстью. Грива была того же цвета, что и тело, а глаза имели ярко-голубой цвет. Не смотря на то, что тот прожил очень много, внешне он был очень молод.       — Здравствуйте, сэр. Я Жади — внучка короля Симбы. А он, — зеленоглазая указала лапкой на прижавшегося к земле Дениза, не перестающего с испугом повторять то, что этот Гуру был больше Киона, — его сын. Дениз.       — Рад познакомиться, принцесса Жади. Я — Гуру Мхамиджи. Сын многим известного Гуру Итаки, — любезно представившись, черногривый решил сразу же перейти к делу, — откуда вы?       — Мы из Прайдленда. Наш шаман Рафики сказал, что вы были его учителем и наставником. Это правда? — на этом вопросе зелень глаз Жади заблестели, как у любопытного, совсем маленького ребенка.       — О, Рафики, — Гуру мечтательно глянул на небо, — я помню его. Он был еще совсем маленьким детенышем. Таким ма-а-а-аленьким, добрым, милым, отзывчивым. А сейчас, наверное, изменился, вырос. Стал ворчливым дедом. Помню, в своем детстве он любил всех бить своим посохом и смеяться.       — Ничего не изменилось. Сейчас все тоже самое, — забыв о своем недавнем страхе, безразличным голосом ответил ему Дениз, на что Гуру изогнул бровь.       — Рафики рассказал нам о вас и мы решили прийти к вам, — стараясь как можно более вкрадчиво относиться ко льву-великану, Жади с каждым разом подходила к нему все ближе и ближе.       — Ясно, — лев наклонился чуть ниже, понимая, что с такой высоты ему сложно услышать что-то от этих львят, — так что у вас?       — У нас любовь, — не успела Жади что-то сказать, как ее, милейшим голосом перебил Дениз, взявший ее за лапку и, хлопая ресничками, глядел на Гуру. После этого он получил пинок от зеленоглазой.       — Да никакая не любовь! — обиженно воскликнула принцесса, — мне очень нужна ваша помощь, Гуру Мхамиджи! Вы моя единственная оставшаяся надежда на спасение. Умоляю! — львенка вцепилась в переднюю лапу темного льва и, казалось, вот-вот заплачет.       — Что случилось?        — Видите ли… — внезапно Жади почувствовала, как сердце разрывалось от навевающих воспоминаний. Вспомнила все те жестокие тренировки, которые проводил ее отец. Вспомнила, из-за чего ее обвиняли таким нечестным образом, — когда я родилась, моя мама не выжила и умерла, как и мой брат. Она была еще молода и, как рассказывал мне дедушка, она была беременна еще во время войны двух прайдов, в которой она чуть ли не умерла. Мой « папа » обвиняет меня в том, что моя мама умерла по моей вине. Когда я была меньше, он жестоко наказывал меня. Проводил со мной тренировки в любую погоду. Он меня калечил. Я возвращалась домой с многочисленными ранами, которые сама зализывала. Он сходит с ума. Конечно, я живу теперь с бабушкой и дедушкой, но он иногда заходит к нам и хочет убить меня. Мне страшно…       — Бедный ребенок, — Гуру, понимая, что что-то внутри него больно кольнуло от услышанного провел лапой по головке принцессы. Как же ему хотелось разорвать этого нечестивца, что посмел поднять лапу на эту малышку! — как я могу помочь тебе?       — Вы можете пошаманить и убить его? — темно-коричневая просящим взглядом посмотрела на голубоглазого самца, но тот, услышав это, лишь отстранился от нее, гордо выпрямив спину.       — Прости, малышка, но подобными вещами я не занимаюсь. Убийство никогда не было выходом. Оно лишь усугубляло происходящее и делало все только хуже.       — А что тогда? Другого выхода ведь нет. Если его не убить, то он сделает столько плохого. К тому же, если он умрет, то это ничего такого плохого не сделает. Наоборот, все будут рады только.       — Разве нет никого, кто мог бы постоять за твоего отца? — будто бы на что-то намекая, лев-великан внимательно оглядывал Жади. И тут она шелохнулась, вспомнив кое-что важное.       — Точно… Арун… Он же будет мстить нам всем за его смерть, если что-то произойдет. Он будет мстить столько, сколько посчитает это нужным. И эта подставная утка по имени Ной будет на его стороне.       — Вот видишь? Я не хочу, чтобы дела от моей помощи стали только хуже. Я могу лишь кое-что подправить и помочь тебе после этого.       — И как?       Услышав вопрос, Мхамиджи обернулся и схватился клыками за ближайшую смесь цвета алой крови. Макнув туда свой огромный, мохнатый палец, он начал проводить его по левому глазу и уху Жади, после чего посыпал ей на голову что-то, что напоминало песок голубого цвета. Как только он это сделал, он прикрыл глаза, а из его уст летели странные слова, неизвестно на каком языке. Их понять смог только Дениз, сразу поняв, что тот говорит на языке суахили, чего Жади не знала.       — Aheheus Mkuu, kumsaidia mtoto huyu kuponya majeraha. Usiache yake katika haja. Usichukue maisha yake mapema. Usiruhusu simba huyu kumgusa. Mbariki.       В миг Жади почувствовала острую боль в области глаза и уха, как только Гуру закончил свою молитву. Припав к земле, она когтями схватилась за землю, в результате чего на песке появились длинные глубокие царапины, а трава оказывалась под лапами темно-коричневой. Как только боль стихла, она устало поднялась на лапы, столкнувшись с удивленным взглядом Дениза.       — Что ты так на меня смотришь? — тон Жади звучал слегка испуганно, ведь она не привыкла к тому, что на нее смотрят взглядом подобным взгляду Дениза.       — Твои шрам и порванное ухо… Они… Исчезли! — львенок восхищенно поднял ушки и глянул сначала то на Гуру, то на племянницу, что принялась радостно прыгать вокруг черногривого льва.       — Огромное вам спасибо, мистер Гуру! — не зная, как отблагодарить его, Жади схватилась за переднюю лапу темного льва и принялась прыгать рядом с ним.       — Не благодари. Это еще меньше половины того, чем я тебе помогу, — Гуру вновь принялся что-то искать, наводя сильный интерес на львят, что принялись осматривать то, что он может вытащить. В конечном итоге он достал… Львенка. Да, львенка. Тот был меньше, чем Жади и Дениз. Он был полностью белом и с растущей черной гривой. Глаза львенка были необычными, что было известно всем как глаза-хамелеон. Оба глаза были ярко-желтыми, но имели тонкую, ярко-красную оболочку, — вот.       — Зачем он нам? — удивленно глядя на львенка, Дениз неуверенно ткнул его черным носом, на что малыш прижался плотнее к Мхамиджи.        — Он привык ко мне уже, — голубоглазый прокашлялся, подталкивая ребенка вперед, — это Санто. Его имя означает « святой », в то время как его настоящие родители нарекли своего сына именем, что переводилось как « мусор ». Его родители — белые львы, как вы поняли. Беременность белой львицы была совершенно нежеланной и случайной, но она никак не смогла избавиться от ребенка, что был внутри нее. Когда Санто появился на свет, его ждал ужас, которого он, к счастью, больше не увидит. Его родители ненавидели его. Он получал сильные удары. Каждый раз, когда он плакал, его били сильнее. В конце концов, я на своей прогулке неожиданно наткнулся на самку и самца, что несли в пасти мертвого львенка. Как только они придумывали, куда его выбросить, я был в не себя от ярости, от чего решил забрать у них детеныша, сказав, что сам разорву его. « Родители » обрадовались тому, что им не надо будет делать все грязное дело, а я тем временем отнес Санто домой и оживил его. Есть только одна проблема — Боги не захотели возвращать ему голос, решив, что это будет его особенностью. Он немой. Он не может говорить. Его голосовые связки повреждены по вине этих… Кхм… « Родителей ».       — Но все же, зачем он нам нужен? — все не унималась Жади, хотя в ее глазах малыш Санто выглядел слишком милым, чтобы его можно было обидеть.       — Ах да, я же не сказал. Санто — необычный львенок. Однажды он случайно опрокинул на себя зелье из эшты, кивано и нескольких листьев, от чего ее взросление теперь бесконечно. Он никогда не вырастет, но вместе с этим он стал приносить некоторым небольшую долю удачи. Он может помочь тебе, Жади. Возможно, что твой отец уже не будет так часто нападать на тебя, если этот малыш будет рядом с тобой. Возьми его и твоя жизнь узрит кардинальные изменения.       — Правда? — зеленоглазая приблизила к себе белоснежного цвета львенка и, поблагодарив Гуру за помощь, попрощалась с ним, в то время как Дениз стоял все еще около голубоглазого.       — Извините, Гуру, я тут к вам с вопросом: а у нашей принцессы Жади в будущем будет какой-нибудь там… Ну… Кавалер с красивой гривой, вроде меня? — ухмыльнувшись так, что стали видны все клыки, бежевый смотрел только на Гуру, который покосился на него, как на идиота.       — Будет у нее кавалер. Такой… С серыми глазами, бардовой гривой и грязной-бежевой шерстью. Короче, не ты.       — Ох, черт! Так и знал, что ничего хорошего от тебя не добьюсь! — ругнулся львенок на старика, за что получил удар посохом, которого до этого он не видел, — да вы сговорились тут все что ли или что?!       — Дениз, хватит топтаться там! Дай Гуру покой!       В последний раз недовольно покосившись на черного льва, Дениз сделал несколько шагов и был уже рядом с Жади, что не слышала всего этого разговора. Через некоторое время они уже не видели ни тропиков, ни Гуру тем более.       — Он такой милый, — глядя на неуклюже идущего за ней Санто, Жади лишь мило улыбалась и подталкивала львенка вперед, на что тот, как ни странно, отвечал ей улыбкой.       — Ага… О-о-очень милый. Ну просто ми-и-и-илейшее создание, — принц закатил глаза в другую сторону, явно не радуясь услышанному.       — Ой, а что за это ревности-нежности? — темно-коричневая хитро ухмыльнулась на такое поведение, проведя более темного цвета кончиков хвоста по носу Дениза, заставив того тихо чихнуть.       — Кто ревнует? Я? Пфф! Иди ты в пень!       — Только после тебя, Дениз. Ты просто ревнуешь тому, что Санто такой маленький, но гривы у него и то больше, чем у тебя, — с насмешкой ответила на обиду Жади, после чего потрепала три растущих кончика на голове кремового львенка, а после отходя от него вместе с белым львенком.       — « Ее ничем не сломать. Надо же. Но за гриву обидно! »