Тропой Небытия: Союз Рыжих

      Коротко мигнув, погас последний кадр, и экран беззвучно перешел в ждущий режим. Повисшую после этого в зале тишину можно было практически пощупать руками. Наверное, именно такую и называют – предгрозовой. Минато за время не такого уж и долгого просмотра, казалось, постарел лет на двадцать, а лицо же Кушины пугало крайней степенью бледности и тоненькой струйкой крови, тянущейся по подбородку из прокушенной губы. Да уж не каждый день доводится узнавать о гибели своего ребенка, не говоря уже о понимании того, что и вся его недолгая жизнь, оказывается, также была далеко не сладкой.       Намикадзе слегка шевельнулся, похоже, собираясь что-то сказать, но, увы, не успел. Потому что в следующее мгновение его дражайшая половина, хоть и коротко, но явно от всей души, с каким-то утробным рыком засветила муженьку в глаз. После чего следующие минут десять мы с Курамой (в целях безопасности, мне пришлось срочно передислоцироваться поближе к клетке) имели потрясающую возможность наблюдать воистину уникальное зрелище: знаменитая Кровавая Хабанеро с яростными воплями гоняет по залу активно улепетывающего легендарного Четвертого Хокаге. - Только не вмешивайся. – Почти умоляюще прошептал лис, не отрывая глаз от происходящего. – Когда я еще такое увижу.       Я лишь молча кивнул. Уж что-что, а лезть в эти семейные разборки я совершенно точно, ни под каким соусом, не собирался. И не только из чувства самосохранения (хотя оно, разумеется, было на первом месте). Но также еще и потому, что в яростных воплях явно утратившей над собой контроль женщины содержалось немало чего интересного. (И совсем не того, о чем в первую очередь можно было подумать!).       Хотя мне досталось лишь некоторое количество обрывочных воспоминаний (пусть и довольно приличное), но даже по ним вполне можно было составить достаточно четкое представление о том, как жилось бывшему хозяину этого тела. И назвать эту жизнь благополучной не получилось бы даже с натяжкой. Ожидаемой мной ненависти, правда, не было, равно - как и намеков на то, что окружающие вообще что-либо знают про хвостатого квартиранта (что наглядно демонстрировало, что наличием мозгов местная правящая верхушка явно не обделена, в отличие от всех попыток первоисточника доказать обратное). Но и, тем не менее, те взгляды, которыми его регулярно одаривала большая часть окружающих были весьма далеки от благожелательных. В лучшем случае, его просто не замечали, несколько хуже были взгляды преисполненные какой-то брезгливой жалости, но самыми худшими были те, что с завидным постоянством обдавали его самым настоящим презрением. Он, не понимая, чем заслужил такое отношение, пытался его изменить; как сам себе это представлял, конечно. Но все попытки что-либо доказать, в исполнении парнишки, чьим воспитанием по большей части никто и никогда не занимался, вызывали у окружающих лишь неприязнь и раздражение.       И, честно признаться, с того самого мгновения как принялся компоновать все имеющиеся обрывки в нечто более менее смотрибельное я, как и Наруто в свое время, все пытался, но никак не мог понять, чем же было вызвано подобное отношение к и так обиженному жизнью мальчишке. Не мог до нынешнего момента…       Честно говоря, просто удивительно какие сведения может разболтать человек в приступе ярости. И в данном случае, как это часто бывает, все оказалось очень просто и пошло: Узумаки Наруто, как выяснилось, был просто-напросто незаконнорожденным! К тому же, как очевидно считали окружающие - явно не унаследовавшим ни ума отца, ни силы матери, ни каких-либо иных талантов, которые позволили бы хоть как-то смягчить этот крайне нелицеприятный, с точки зрения местного общества, факт. И по мнению Кушины, виноват в произошедшем был никто иной как Намикадзе Минато, который видите ли сначала не нашел времени на свадьбу, из-за обострившейся обстановки на фронтах, а затем – снова был вынужден отложить ее уже из-за политической возни кланов. Но это было еще не все. Словил Минато также и за свое решение сделать из сына джинчуурики. Которое, как оказалось, было отнюдь не спонтанным и принятым от безысходности, а – вполне взвешенным, тщательно продуманным и планировавшимся практически с того самого момента, как стало известно, что Кушина беременна. Н да, то-то меня еще в прошлой жизни весьма удивляло, откуда у жаб взялся явно не на коленке сделанный ключ, со всеми инструкциями, а также – весьма странное упрямство самого Четвертого в желании использовать именно Шики Фуджин, несмотря на явные намеки Кушины о наличии другого, менее опасного способа.       Занятый подобными размышлениями, я как-то ухитрился пропустить момент, когда звуки выяснения отношений пошли на спад, в результате чего - только через несколько мгновений обнаружил, что в помещении снова стало тихо, а утихомирившаяся парочка, в настоящий момент, рассматривает меня с какой-то весьма нехорошей задумчивостью. - Я ничего не видел. – Выставив ладони, я на всякий случай сделал маленький шаг назад. - Что тебе нужно?       Вот так с ходу прямо в лоб! Да уж, похоже, что Узумаки Кушина и дипломатия – вещи явно несовместимые. Вон и Четвертый с явным недовольством покосился на супругу. Подбитым глазом. (М да, чего только не доведется узнать об этом мире. Это ж надо, поставить фингал призраку!). Но подобная прямота меня сейчас вполне устраивает. Не знаю насколько хорошим политиком был Минато, но соревноваться с ним в плетении словесных кружев не имею ни малейшего желания. Потому мой ответ прозвучал также прямо: - Жить! В глазах моих собеседников мелькает озадаченность, но я тут же продолжаю: - Как уже говорил, я понятия не имею, каким образом оказался здесь, но уйти отсюда уже не могу. И не только потому, что не знаю как. Мне просто некуда возвращаться! Я умер! – Мои губы искривляются в горькой усмешке. – И уж не знаю, кому или чему понадобилось переносить мою душу сюда и зачем-то вселять в это тело, но даже так отказаться от подобного шанса я просто не могу и не хочу. Я хочу жить! Пусть даже для этого мне придется стать Узумаки Наруто, джинчуурики Конохагакуре но Сато!       При этих словах Кушина резко дернулась, яростно сжимая кулаки, но тут же притормозила, задержанная упавшей ей на плечо рукой Минато. - "Интересно, а Четвертый не боится еще раз сгоряча получить в бубен? Или это у них просто обычная семейная ссора такая была?". - И ты, очевидно, вытащил нас из печати в надежде, что сможешь убедить поделиться знаниями, которые помогут тебе здесь выжить. При этом, продемонстрировав нам знание фактов, которые, по сути, просто не могут быть известны никому из живущих в известном нам мире! Не желаешь ли это объяснить, для начала? – Слегка насмешливый голос Минато прервал мои столь несвоевременно вылезшие мысли.       Да уж, силен мужик, ничего не скажешь. Ни в голосе, ни на лице нет ни малейшего намека на то, насколько ему сейчас действительно паршиво, и каких усилий стоит вести нынешний внешне спокойный разговор. - Ну, то, что я очень издалека, полагаю, вы уже поняли. – Не стал я испытывать чужое терпение. – Воином никогда не был. В основном занимался литературой. И так уж получилось, что возможно именно поэтому мне и повезло в моей прошлой жизни заглянуть в то, что можно назвать Книгой Судеб этого мира, - "Интересно, а как бы они отреагировали, узнав, что Книгой Судеб на самом деле является развлекательная манга?", - и все мои знания – это то, что я успел там увидеть.       На этот раз мне ответили не сразу. Супруги, похоже, озадаченные услышанным, обдумывали мои слова. Сзади, неожиданно, тихо шевельнулся Девятихвостый. Ах да я же не говорил ему, откуда конкретно у меня знания. В голове успела еще промелькнуть мысль, что надо будет, пожалуй, извиниться перед лисом, когда Четвертый, наконец, прервал затянувшееся молчание. - Допустим, мы тебе поверим. – Медленно проговорил он. – Твоя история крайне странная, но именно поэтому вполне и может быть правдивой. Во всяком случае, ты действительно веришь в то, что говоришь. Да и другие мелкие нюансы подтверждают, что в своем прошлом воплощении ты явно жил не по эту сторону Барьера Бурь. Но, тем не менее, я пока не вижу ни единой серьезной причины, по которой мы должны доверить стратегическое оружие деревни, - (тут лис возмущенно рявкнул, да и я сам почувствовал, как где-то в глубине души шевельнулось нечто похожее на обиду за хвостатого), - и наши знания какому-то чужаку. - "А вот тут ты братец врешь! Морда у тебя конечно кирпичом, да и по голосу не скажешь, что все это тебя сколь-либо волнует, но вот только я прекрасно ощущаю, что разговор наш тебе по каким-то причинам очень даже интересен и его исход волнует тебя, пожалуй, ничуть не меньше чем меня. А Курама еще бурчал: на кой мне эмпатия!"       Тут, правда, следует признать, что своей последней мыслью я, пусть и не вслух, но все же несколько погрешил против истины. Лис бурчал на тему того: на кой ленивому человеку просить у него эмпатию, которую он вполне способен - и даже уже начал развивать самостоятельно. Дескать, какая-никакая чувствительность имеется, собственные эмоции отсекать умеет (при этих словах лис почему-то на несколько мгновений вдруг умолк, а выражение его морды приобрело некоторую озадаченность, но затем он продолжил, как ни в чем не бывало) – тренируй себе дальше потихонечку. Так нет же ему, видите ли, все прямо сейчас нужно!       Но тем не менее, невзирая на недовольство, демон, следует признать, весьма щедро поделился со мной и способностями и опытом. К сожалению, единственным, что я мог в настоящее время хоть как-то использовать была вышеупомянутая эмпатия. Да и то страшно вспомнить, сколько времени и сил мы с Курамой потратили, чтобы достичь хоть какого-то резонанса и я, наконец, смог что-то осознанно почувствовать. Но оно того стоило, и потому сейчас, осторожно вслушиваясь в эмоции Четвертого, я испытывал пусть и весьма ослабленную, но тем не менее, вполне искреннюю благодарность к лису. - Причины? – Я слегка приподнял уголки губ. – Ну, для начала, Конохе не придется тратить время и силы на очередной отлов и перезапечатывание биджу, с чем, насколько я понимаю, в этот раз будут, к тому же, особые проблемы. У деревни ведь нет еще одного Узумаки в запасе!       В яблочко! На лицах шиноби не дрогнул ни один мускул (хотя Кушине это определенно далось нелегко), но внутри у обоих все всколыхнулось будь здоров. Так что я явно угадал. Дело в том, что меня, помнится, еще при чтении первоисточника весьма удивляло крайне странное поведение руководства Конохи, которое не понятно с какого бодуна решило доверить свое стратегическое оружие куноичи из пусть и союзной но, тем не менее, ЧУЖОЙ деревни. А с моей нынешней догадкой все становилось на свои места: похоже, отнюдь не случайно с момента поимки лиса его джинчуурики становились исключительно Узумаки. Очевидно только они, благодаря своей сверхплотной чакре и невероятной живучести, могли удерживать в себе, без серьезных последствий, разрушительную чакру Девятихвостого. И именно поэтому от Четвертого сейчас вовсю тянуло сильнейшей тревогой и досадой, а от его жены – смесью ярости и застарелой боли. Н да, надеюсь, я не слишком перегнул палку. - Если своими словами я прошелся по больному, то искренне прошу меня простить. – Я счел за нужное поклониться. – Если позволите, то возможно мои дальнейшие пояснения позволят несколько смягчить эти неприятные слова. Я понимаю, что мысль о том, чтобы поделиться клановыми знаниями с чужаком, никак не связанным с деревней, для вас выглядит дикой. Но может быть вы, в таком случае, согласитесь предать свои знания для будущих поколений клана Узумаки, который я, вне зависимости от моего желания, буду восстанавливать? - Восстанавливать! Ты, чужак?! – В голосе Кушины, вновь дернувшейся, но по-прежнему удерживаемой рукой Минато, явно прозвучали шипящие нотки. - Но мои дети таковыми уже не будут. – Мой ответ, в противоположность, прозвучал ровно и спокойно. – Мы все прекрасно понимаем, что благодаря ему, - короткий кивок назад, - любая попытка покинуть деревню будет последней глупостью, которую я совершу в этой жизни. И все что мне остается – это попытаться обустроить свою жизнь здесь. А значит рано или поздно у меня появятся дети, урожденные Узумаки, для которых деревня будет родной. И не важно, чья душа будет у их отца. - Если только тебя раньше не убьют. – Буркнула, уже немного остывшая Кушина. (Хм, а остывает также быстро, как и заводится). - Как и любого другого на моем месте. – Я снова изогнул губы в улыбке. – От подобного исхода, стопроцентную гарантию может дать разве что Шинигами. Но, надеюсь, с вашей помощью я смогу отодвинуть это событие на как можно более долгий срок.