Тропой Небытия: Союз Рыжих

Курама но Йоко       Наблюдая за тем, как этот странный человек ведет переговоры с моими тюремщиками, я все никак не мог отделаться от ощущения нереальности происходящего. Неправильности, начавшейся с того самого момента, как я проснулся от какого-то странного тянущего ощущения. Проснулся и увидел вместо привычной проклятой решетки подступающую со всех сторон тьму! Беспросветную, черную… пустую, за которой не ощущалось ничего, словно все эмоции и чувства моего носителя, отголоски которых я так или иначе постоянно чувствовал, в одно мгновение бесследно исчезли. А поглотившая их тьма теперь надвигалась на меня, и я со всей моей безграничной мощью ничего не мог с этим поделать.       Но подступив почти вплотную и едва не заставив меня впервые в жизни заскулить от страха (Аррр! Какое мерзкое состояние! Никогда себе этого не прощу!), она, на секунду замерев, неожиданно просто взяла и рассеялась, оставив меня неверяще таращиться на вновь оказавшуюся на своем месте решетку; которую я, грррр стыдно признаться, был даже рад видеть тогда.       Пытаясь разобраться, что же все-таки произошло, я вновь принюхался, но лишь на самом пределе чувствительности смог уловить какие-то слабые отголоски эмоций. Они были настолько слабы, что я, как-то умудрившись позабыть про печать, попытался добавить силы, чтобы зацепиться за них. И у меня получилось! К сожалению, дошло это до меня только тогда, когда эта самая треклятая печать, словно опомнившись, через несколько секунд все же отшвырнула меня назад. И второго шанса уже не дала. Четвертый, чтоб его! Но кое-что понять я все же успел: учуянные мной эмоции обладали совершенно иным запахом, чем тот, который я привык постоянно ощущать за последние двенадцать лет. С мелким щенком что-то случилось и в его тело, неведомым мне образом, вселился кто-то другой. Я не знал, кто это и откуда он взялся, но был уверен, что произошедшее как обычно не сулит мне ничего хорошего.       А потом он пришел сам. Чужак. Непонятный, странный, неправильный! Ярость, страх, ненависть, иногда - жадность и вызванный ею интерес – вот то, что при виде меня всегда испытывали люди. Но никто и никогда не испытывал при виде меня того, что проскользнуло в глазах чужака, стоило лишь мне обозначить себя. Впервые на моей памяти кто-то, глядя на меня, испытывал пусть и слабое, но все же, восхищение! Я, честно признаться, даже не сразу то и понял, что это было такое; а определив - и вовсе подумал, что, наверное, каким-то образом умудрился снова заснуть. Слишком уж нереалистичным было происходящее. Но затем он заговорил и я понял, что все происходящее было не более чем прелюдией.       Чужак! Надо же, как иронично! Назвав его так, я и понятия не имел насколько, в самом деле, окажусь прав. И это, пожалуй, говорит не в мою пользу. Ведь вместо вопросов достаточно было просто принюхаться, чтобы поймать это практически неуловимое, но в то же время, четко воспринимаемое ощущение чуждости. Чуждости, которой не может быть ни у пришлого из-за Барьера Бурь, ни - у гостя из Анклавов. Передо мной стоял один из тех, о чьем существовании я знал, но за всю мою предыдущую очень и очень долгую жизнь, так ни разу и не видел. Истинный чужак, Пришелец из-за Грани, каким-то неведомым даже мне образом переродившийся в теле джинчуурики. Странный, необычный, непонятный.       За всю мою предыдущую жизнь, неоднократно бывали случаи, когда людишки пытались со мной договориться. Но какими бы не были их слова, я практически всегда ощущал исходящий от них запах алчности, жажды обладания моей силой, проистекающей из этого постоянной лжи и постоянного же желания использовать меня, отделавшись лишь пустыми обещаниями. Так происходило постоянно, и я уже давно привык к подобному. И возможно потому, вслушиваясь в сказанное этим чужаком, я то ли во второй, то ли в третий раз в жизни испытывал нечто весьма близкое к тому, что двуногие называют растерянностью. Слишком уж странно звучали его слова. И не потому что я не чувствовал в них ни капли лжи. Думаю следует признать, что мне и до этого пару раз встречались двуногие, способные держать слово. Нет, дело было в ином. В том - что после первого же заданного им вопроса, заставило меня усомниться в собственных способностях и принюхаться посильнее к сознанию чужака… и - окончательно убедиться в полной неправильности сегодняшнего дня.       Что бы я сделал, если бы ему удалось найти способ безопасно меня выпустить?       Он просто не мог выбрать худшего вопроса для начала разговора! Худшего, если бы я уловил в нем хотя бы малейший намек на запах сарказма, издевки, лицемерия или даже пустого любопытства. Но нет, сколько я не принюхивался, так и не смог уловить ничего похожего. Мой собеседник был совершенно искренен и серьезен. Ему действительно было важно получить ответ на этот вопрос.       Наверное, впервые на моей памяти мне встретился человек, который совершенно искренне хотел понять, что нужно мне! Человек, которому явно требовались мои знания и способности, но, тем не менее, в первую очередь честно попытавшийся узнать, чего же хочу Я! И не из-за жажды обладания искомым или, как это пару раз бывало раньше – исследовательского любопытства, а просто потому, что считал это правильным! Я постоянно ощущал это во время нашего разговора. А разговор у нас, как и все сегодня, вышел очень непростой. Несколько раз мне до зубового скрежета хотелось разорвать его за то, что он говорил о вещах, которые мне не хотелось признавать даже перед самим собой! Но вот только, как бы мне этого ни хотелось, человек так и не сказал ни единого слова лжи. (Хотя, конечно кое-о-чем и умолчал. (Книга Судеб – интересное понятие). Интересно, чем же он так выделился, что ему позволили посмотреть в нечто подобное?). И я это прекрасно чувствовал. Равно как и его, пусть и (подобно всем прочим чувствам) изрядно ослабленное Смертью, но, тем не менее - вполне искреннее желание меня понять!       Что ж, следует признать, чужак, в самом деле, смог заинтересовать меня. И я принял решение: я буду помогать ему. Это выгодно нам обоим, во всяком случае, пока. Ну а в дальнейшем… Что ж, как ни парадоксально это звучит, но странный чужак вполне может оказаться наиболее приличным джинчуурики из всех, с кем мне приходилось иметь дело с момента моего запечатывания. Во всяком случае, как я уже не раз говорил, его действительно волновало мое мнение. (Интересно, они там, за Гранью, действительно все настолько отличаются от местных или это просто мне вот такой нестандартный попался?). Так что посмотрим, что будет дальше. Кто знает, но вдруг все же окажется, что во время нашей последней встречи, старик Рикудо и в самом деле был не настолько уж и впавшим в маразм, как мне это начало казаться в последнюю пару столетий.