17 февраля 1995
— А может не надо, Оз? — спросила Ада с мольбой в голосе.
— Не доверяешь старшему братику?
Блондинка неуверенно помотала головой. Конечно же, она доверяла ему. Но идея Оза — испытать байк, отремонтированный им же, — не понравилась Безариус. Глядя на него, создавалось впечатление, что
это корыто этот транспорт не доработан и над ним ещё трудиться и трудиться. Вот только брат Ады это всячески опровергал.
Второй причиной послужила школа. Девушка посмотрела на настенные часы, которым уже лет двадцать, если не больше, и сглотнула. Один из самых страшных грехов для Безариус — это прогул или опоздание на занятия. Она всегда относилась к учебе, как к чему-то чересчур важному, а получать хорошие оценки для неё и вовсе как долг. До занятий оставалось всего ничего, но Оз, который видимо вообще решил забить на учёбу, вертелся вокруг своей «прелести» с идиотской улыбкой на лице.
Может быть, старший братец блондинки и вправду оставил позади все попытки взяться за ум… По крайней мере, об этом говорили его отметки и вечные замечания от учителей за болтовню на уроке и тому подобное. Есть, конечно же, в школе один такой учитель, который был просто без ума от этого прохвоста — Исла Юра. Джек — двоюродный брат Ады и Оза — поначалу удивлялся, как это их Оз умудрялся получать «А» с плюсом по самому не любимому для него предмету — истории?
— Слушай, я наверное всё же проедусь на автобусе, — девушка посмотрела на парня, теребя персиковую ткань своего платья. — так что поезжай с Гилбертом один. Он ведь тебя отвезёт?
— Возможно. — коротко ответил тот. — Я забыл вчера с ним договориться.
Его ответ не очень-то понравился Аде. Вечно он забывал о таких вещах, совершенно наплевав на дела своего лучшего друга. Гил — юноша довольно занятой, поэтому мало-ли, какие состоят у него планы перед школой. Машины у Безариуса не было, как и прав, естественно. Всё, что он имел — старый байк, долго пылившийся в гараже, о котором вспомнили месяц назад.
Оз уселся на него, слегка согнув спину. Вставил ключ в зажигание, повернул. Режущее слух завывание оповестило о том, что мотоцикл завелся. Блондин прикусил губу и взялся тонкими пальцами за свой подбородок.
«Такое ощущение, что я что-то забыл…».
— Если возьмешь это, мне станет намного спокойнее. — Ада протянула старшему брату чёрный шлем.
«Не, не то.» — мысленно сказал блондин. Он закатил глаза и схватил шлем. Ада тихонько хихикнула и отошла подальше. Школьный автобус ещё не подъехал, поэтому она успеет посмотреть на «триумф» юноши. Оз нехотя одел на себя защитный головой набор и тронулся. Выехав из гаража, Безариус прибавил скорости. Намотав пару кругов вокруг дома, блондин заехал обратно в гараж.
Оз затормозил рядом с Адой, которая одаривала его бурными аплодисментами. Светловолосый слез с мотоцикла, снял шлем с головы и отдал его в руки сестры. Поставив байк на подножку, он попрощался с сестрой, что только что ушла в сторону места, куда должен подъехать автобус. Безариус подошел к столу, где творился настоящий бардак. Среди всего этого обилия мусора и абсолютно ненужных ему предметов он с трудом нашел ту самую вещь, про которую он забыл — запасные фары.
Дело в том, что парню уже приходилось тестировать своё «творение». Правда, прошел тест весьма неудачно. Всё закончилось разобранным по запчастям мотоциклом, многочисленными ушибами и ссадинами, перепуганной до чёртиков Адой, криками соседей, которым не давали заснуть в три часа ночи и пробитым ящиком мандаринов, принадлежавший Джеку. Но ведь все мы учимся на своих ошибках, верно?
После того, как светловолосый заменил фары, он достал телефон из кармана. Набрал номер Найтрея. Гудки.
— Алло? — послышалось на той стороне.
— Привет, Гил.
— Кто это? — спросил Гилберт. Казалось бы, вопрос идиотский. Просто Безариус недавно поменял телефон (который угробил в его неудачном заезде.), потому брюнет и спросил.
— Твой драгоце-е-е-енный господин, — пролепетал Оз, растягивая предпоследнее слово. — или же путеводная звезда. В общем говоря, для тебя я буду кем угодно.
— А, это ты, Оз… — устало выдохнув, спокойно произнес темноволосый. Но не прошло и три секунды, как тот недовольно заговорил. — СКОЛЬКО РАЗ МНЕ ПОВТОРЯТЬ, ЧТО ТЫ НЕ МОЙ ГОСПОДИН, А Я НЕ ТВОЙ СЛУГА?!
— Ой, да ладно тебе. — после этих слов блондин плюхнулся на диван, стоящий в гараже лет шесть, наверно. — Ставлю пять долларов на то, что ты сейчас по красноте превосходишь рака.
— Брат, ты так мило и невинно выглядишь, когда краснеешь~. — ох, этот голос и эту реплику Оз узнаёт из тысячи.
— Винсент, захлопнись! — обратился Гил к младшему брату. — За тобой заехать, Оз?
— Да, пожалуй.
***
Итак, прошло примерно пятнадцать минут с того момента, как Гилберт забрал Оза. Они подъехали к школе, припарковались на том месте, где обычно и вставал брюнет. Как только компания из трёх человек зашла в само заведение, со стороны школьниц из девятых классов доносились «возлюбленные» вздохи, адресованные Найтрею младшему. Но ему, впрочем, никакого дела до этого нет. У него ведь есть Цвай…
И Ада.
У Оза в животе образовался непонятный ком от этой мысли. Становилось противно думать о том, что Ада могла полюбить такого человека, как Винсент Найтрей. Он явно не тот, кому можно доверять, отдать себя без остатка. А ещё он точно не подходит его сестре. И она прекрасно знает об этом, но не в силах что-либо сделать, просто жмёт плечами. Гилберт однажды говорил, что Винсент отзывался о Безариус, как об игрушке, которой с легкостью можно воспользоваться, когда ему потребуется. Да он вообще часто говорит о ней гадости, как и о всех других. За спинами, естественно. Всё же, не зря Зарксис называет его помойной крысой, ибо более подходящее прозвище придумать для брата Гила нельзя.
Радовало хоть то, что Винсент учился не в их классе, поскольку был на год младше. Но, к не счастью, являлся одноклассникам Ады. Гилберт попрощался с Винсом, у которого по расписанию сейчас биология, проходящая на четвёртом этаже, а затем он и Оз пошли на философию.
В классе, на удивление, было довольно тихо и спокойно. Светловолосый прошел к своему законному месту — третий ряд, последнее место. Гилберт сидел слева от Безариуса. Найтрей достал из рюкзака тетрадь в клетку и вырвал листок бумаги. Написав на нём предложение, в котором спрашивалось, какие у Оза дела на сегодня, он скомкал его и кинул другу. Ответ пришел довольно быстро.
«
Точно ответить не могу. Вчера Линда* весь день упрашивала, чтоб я зашел к ней.» — гласила записка.
«
Только не говори, что ты собрался идти домой к этой… развратной женщине.»
«
Ну, всё-таки она моя девушка, Гил.»
Гилберт немного помедлил с ответом, обратив своё внимания на учительницу и двух девушек, которых видел впервые.
—… Алиса и Элис Баскервилль. — объявила мисс Маккейт.
«
Близняшки?» — подумал Найтрей. Та, что Алиса (если темноволосый не ошибся именем), как-то странно, безотрывно пялилась на Оза, и Найтрея это насторожило. Он пихнул локтём приятеля, который в это время строил домик из карандашей. Упорный труд Безариуса распался прямо у него на глазах.
— Ну вот… — наигранно, с грустью протянул блондин. Положив голову на парту и повернув её на бок, Оз уставился на Гилберта, ожидая извинений. — чем он тебе так не угодил?
— Туда лучше посмотри. — кивнул головой Гил в сторону учительского стола, проигнорировав вопрос юноши.
Светловолосый медленно поднял голову с парты, переложив туда свои руки. Постукивая пальцами по деревянной поверхности в такт песне, что уже неделю не выходит из его головы, Оз, по просьбе друга, посмотрел вперёд.
Посмотрел и обалдел.
Она. Это точно она. Его лучший друг детства — Алиса. Та Алиса, вечно смеявшаяся над глупыми шутками Оза и Джека про кролика её сестры. Алиса, которая, почему-то, недолюбливала Аду. Алиса, каждый раз просившая Оза приносить для неё окорочка или куриные ножки, да побольше. Это Алиса, что запомнилась Безариусу как слегка дерзкая, но искренне добрая и милая внутри. И да, первое, что хотел сделать блондин, увидя подругу — броситься к ней, удушая её в своих объятиях.
Оз оторвал ещё листок. Корявым, неровным почерком написал Гилу, а затем передал ему.
«
Ущипни меня, пожалуйста.» — вот, что прочёл брюнет. Найтрей почесал затылок, рассеянно взглянув на адресанта. Гилберт потянул к нему свою руку и выполнил просьбу, не забыв спросить, зачем это Безариусу.
— Ну не так же больно, Гил! — шепнул Оз, потирая запястье. Всё его внимание опять ушло к Алисе.
Когда Лотти договорила, а сёстры вставили парочку своих предложений о себе, они уселись за свободные места. Брюнетка, на которую глядел друг Гилберта, заняла предпоследнюю парту на первом ряду, а её сестра села за первую. Дождавшись, пока учитель начнет свой урок, парень наклонился к товарищу и тихо спросил его, да так, чтоб этого не услышала ни мисс Маккейт, ни Алиса:
— Ты знаком с этой новенькой?
Оз как-то отстраненно. Темноволосому показалось, что Безариус даже и не расслышал вопроса. В его голове вертелись мысли куда более важнее, чем вопрос заданный Гилом. Он закрыл лицо ладонями и хорошенько потёр глаза. Посмотрел ещё раз.
Нет, точно не сон. Она и вправду сидит там.
«
Либо мир потихоньку сходит с ума, либо я». В данной ситуации, правильный ответ — в обоих случаях.
***
POV Оз.
Не знаю, показалось ли мне, но философия длилась больше обычного. Эти сорок пять минут легко могли поравняться с полтора часами, а то и с двумя. Я толком и не слушал, о чём толковала нам учительница. Наверно, в этот раз темой для урока послужила китайская философия, тест которой уже не за горами. Весь урок я просидел с мыслями о девушке, сидевшей неподалеку от меня. С мыслями об Алисе.
А она даже не изменилась. Ни капли. За эти
полтора часа сорок пять минут я досконально изучил её спину и, совсем чуть-чуть, профиль лица. Баскервилль всё такая же красавица, как и семь лет назад. Может, даже чуточку краше.
Я не торопясь сложил учебник и другие школьные принадлежности в портфель. Сижу. Жду, пока Алиса первой выйдет из класса. Но она, словно специально, медленно перекладывала вещи с парты в рюкзак. Чтобы потянуть время, я начал рыться в портфеле, делая вид, что ищу что-то.
— Ты идёшь? — раздалось справа от меня. Я уже был готов ответить «нет», но увидел, как брюнетка вместе со своей сестрой покидает аудиторию. Я встал, и мы вместе с Гилбертом направились в кабинет следующего урока — физики.
По пути мы не обмолвились ни единым словечком. Только когда мы подошли к классу, где проводится физика, Найтрей решил открыть рот первым.
— Ты так и не ответил мне на мой вопрос.
— Какой вопрос?.. — спросил я, сделав вид, будто не понял, о каком вопросе шла речь. Вот только Гилберт, зараза, раскусил мою актёрскую игру, при этом дав мне нехилого подзатыльника. — А, ты об этом… Мы общались, когда я жил в Миннесотте. Она входила в список моих лучших друзей, на тот период…
— Хах, — я слегка напрягся, почувствовав чужую руку на своем плече, а Гил и вовсе подпрыгнул от испуга и неожиданного действия того человека, прервавшего мой рассказ. — забавно. Девушка приезжает чуть-ли не на другой конец страны, ради своего друга детства, а возможно, даже возлюбленного. — от этих слов к моим щекам прилила кровь. — Это прямо как в романах!
Шерон, однако, появилась довольно вовремя.
— Хоть щас иди и штампуй романы на эту тему. — сказал Найтрей девушке, за что та сжала его плечо ещё сильней.
— Видимо, тебя не учили, как правильно вести себя с дамами? — «мило» улыбнулась Рейнсворт.
Я не слушал, о чем там дальше говорили Шерон и Гилберт. Меня, на тот момент, интересовала больше мысль о том, как поговорить с Алисой. Я прекрасно знаю, что первой она никогда не подойдет ко мне, так что придётся действовать самому. Заглянув в класс, я её там не обнаружил. В коридоре, вроде как, тоже нету. Где ж тогда её носит?
— Эй, — я услышал за спиной, как кто-то окликнул меня. Мне показалось, что этот «кто-то» слишком близко стоит ко мне, поскольку я почувствовал дыхание в районе лопаток. — привет, служка.
На лице расцвела улыбка от этого старого, но привычного «служка». Я ещё чётко помню, как по началу меня не устраивало то, что Баскервилль считала меня своей собственностью. Сейчас же я был несказанно рад, услышав её голос с нотками надменности и это слово.
Развернувшись к ней лицом и даже не поздоровавшись, я тихо обнял её, стиснув узкие плечи. Алиса, немного помедлив, обняла меня в ответ. Слава богу, все уже находились в классе, и этого никто не увидит. Ведь мало кто поймет эти обжимки между мной и новой ученицей.
— Я скучал по тебе. — прошептал ей над самым ухом, всё больше утыкаясь в густые волосы. Она, скорее всего, на мои слова либо улыбнётся, либо робко покраснеет. А возможно и то, и другое.
END POV.
