В паучьей сети

02 апреля 1992 года       Пасхальные каникулы наступили неожиданно, Хогвартс опустел, Гарри снова остался один в своей комнате, хотя сейчас ему было откровенно всё равно, так как большую часть времени он проводил в своей Норе.       Лопоухое существо с золотистыми глазами пролезло через вентиляционное отверстие, и Гарри в очередной раз взглянул на дверь своего убежища, замурованную кирпичами, перемещался Локи с трудом, осторожно держа в лапках книгу. «Мда, надо всё-таки вскрыть проход и заходить сюда нормально», — подумал Поттер.       — Локи принёс то, что вы просили, хозяин. Книга о магах с различными расположенностями*.       Поттер взглянул на толстую книгу, она не походила на те больше похожие на тоненькие книжечки-тетрадки, что он находил в Запретной секции.       Домовик положил её на пол:       — Касайтесь её аккуратно, хозяин, эта книга умирает.       Поттер склонился, изучая её обложку, но та была тёмной, покрытой несколькими пятнами, буквы на обложке были, но стёрлись, не выдержав борьбы со временем.       — Откуда она? — Гарри не видел и вполовину таких же старых книг даже в Запретной секции, что говорить о доступной части библиотеки.       — Когда книги начинают умирать, их забирают в хранилище, книги разрушаются, а их магия уходит Хогвартсу.       — И много книг в этом хранилище? — Гарри всё ещё не решался коснуться старой обложки.       — Это кладбище книг, там все умирающие книги Хогвартса.       Поттер оторвал взгляд от древнего труда:       — А их учёт ведут?       — Это просто учебники, хозяин, а не секретные труды. По ним обучались дети в древние времена. Домовики забирают умирающие книги, они же убирают их прах, очищая полки и всё. Вы можете попытаться её прочесть, но скорее всего вы будете её последним читателем, хозяин. Я потом отнесу её прах на её место. Эльфы не следят за этими книгами как за книгами в библиотеке, иногда приходят, чтобы убрать их прах, — протараторил Локи.       Гарри схватил домовика за плечи:       — Почему ты об этом молчал?!       Тот недоумённо выпучил свои золотистые глаза:       — Локи не подумал, — и Гарри ощутил искреннее недоумение и удивление домовика, — маги давно забыли об этом кладбище, а домовым эти книги не нужны.       Поттер лихорадочно соображал. Сможет ли он прочесть такую старую книгу оставалось загадкой, у него был хороший опыт с теми книжечками, что он читал в запретной секции, но эта книга была старше. Впрочем сдаваться он точно не желал, давно поняв, что в современных учебниках он ничего толкового не узнает. Слишком давно маги пошли путём уничтожения всего опасного.       Гарри присел на корточки напротив Локи:       — А теперь послушай меня. Все книги, которые должны разрушиться, но ещё не умерли, ты несёшь мне. Затем забираешь их прах и относишь обратно, понятно?       Локи закивал так, что уши похожие на крылья летучей мыши замахали как опахала.       — Ну, приступим, — Гарри сел по-турецки напротив книги. Он не мог не восхититься старым трудом. — Дарк, она не опасна?       Паук, который сидел напротив прошелестел в разуме Гарри: «Не удивлюсь, если книга рассыпется при твоём касании».       Поттер кивнул, соглашаясь. Он посмотрел на карандаш и свой блокнот скептически:       — Локи, можешь принести мне большой блокнот, тетрадь или что-то подобное и… У меня рука устанет переписывать эту книгу, — он со вздохом взглянул на Дарка.       — Локи может принести быстропишущее перо, профессора их часто используют на своих собраниях.       — Что?       — Перо, которое пишет под диктовку.       Гарри просиял, затем нахмурился, поставив про себя ещё один минус магическому обществу. Сколько ещё элементарных вещей он не знает, лишь потому, что жил среди маглов:       — Неси! Нет, стой, — Гарри остановил развернувшегося было домовика. — А может перо переписать содержимое книги, перекопировать содержимое листа?       — Может, но…       — Что но? — Гарри уже рисовал в уме целую переписанную библиотеку различных книг, которые не были отцензурены современным трусливым обществом.       — Если такое перо найдут у Гарри Поттера, Гарри Поттера могут исключить.       — Локи, ты молодец, что меня предупредил, но достань мне это перо, достань большую тетрадь. Нет, десять тетрадей. С остальным я разберусь.       Домовик закивал и направился к вентиляционному отверстию.       Гарри осторожно отодвинулся от книги и развалился на кровати, вглядываясь в воды Чёрного озера. Чувство предвкушения новых открытий будоражило кровь, он с трудом сдерживался, чтобы не послать к чертям неторопливого Локи и не взяться за чтение книги. Мысли его были как никогда радостны и полны ожидания новых открытий.       Каникулы пролетели совершенно незаметно. Всё потому, что Гарри с носом ушёл в прочтение старой книги. К его ужасу он не понимал и трети слов, но перо тщательно переписывало все завитушки и даже переносило картинки. Увы, оно не могло восстановить повреждённое временем.       Гарри вошёл на урок Истории Магии, с собой он захватил из библиотеки словарь древних понятий и слов и свои записи в невинном блокноте с изображением гоблинов. Он хотел расшифровать написанное в книге. Сел специально рядом с Роном Уизли. Тот будет спать и не будет ему мешать, в отличие от Гермионы, которая появилась в Хогвартсе очень задумчивой, но сама к Гарри не подходила и Поттер решил не навязываться.       Профессор-призрак монотонно бубнил историю очередной войны гоблинов, Гарри с радостью обнаружил, что в словаре присутствуют непонятные ему слова, Рон храпел, как только профессор этого не замечал, когда на раскрытый блокнот опустилось послание от… Гарри окинул класс удивлённым взглядом. Ему подмигнул Малфой. Поттер уже заинтересованно развернул записку.       «А ты знал, что Хагрид завёл дракона?»       Гарри посмотрел на Драко и отрицательно помотал головой.       Малфой победоносно задрал нос и что-то написал, в следующий миг на листе под уже написанной фразой проступили буквы.       «Можешь писать тут. Я увижу».       Поттер взял перо и осторожно написал.       «И что тут такого? Очередная его зверушка».       Он с замиранием смотрел, как чернила впитываются, как Малфой склоняется над бумагой перед собой и ниже проступают написанные уже не Гарри буквы. Он сжал зубы и приказал себе не злиться, почему-то гриффиндорец был уверен, что о подобных чарах преспокойно знает даже Уизли, который храпит рядом. Он заставил себя отвлечься на написанное.       «Ты что?! Драконов держать строго запрещено!»       Поттер пожал плечами и написал.       «По-моему, если его уволят, ты первым это отпразднуешь».       «Ой, больно надо так обращать внимание на какого-то лесничего. Интересней посмотреть на живого дракона».       Гарри задумался, осознавая, что он же вообще не видел живого дракона, хорошо хоть в книгах о них читал.       «И что дальше?» написал он.       «Пока не решил, но можем сходить на дракона посмотреть».       «Я подумаю» написал Гарри, лист был весь исписан. Драко больше тоже ничего не писал, похоже этот клочок бумаги исчерпал своё. Дракон Гарри был интересен не так чтобы сильно, а вот бумажка... Малфой наверняка и не подозревал, какой интересный подарок ему сделал. 20 апреля 1992 года       Волна странного постороннего волнения и возбуждения заставила Гарри поднять голову от книги, которую он читал в библиотеке.       Это были чувства не Гермионы. Она после каникул немного успокоилась и снова стала составлять ему компанию, но о своей предрасположенности в магии пока не заговаривала. Гарри ждал того момента, когда она будет готова и не торопил. Куда ему было торопиться? Цель находилась рядом и подвергалась постоянному воздействию, а он переписывал принесённую Локи книгу, когда находился в Норе, вернее переписывало перо, а он следил за происходящим, стараясь лишний раз даже не дышать в сторону древнего труда. Вне Норы он разбирался в смысле книги, так что ему и так было о чём подумать. От Грейнджер всё ещё временами исходила непривычная растерянность, что уж говорить о том, что у неё возрос интерес к определённым книгам. О тёмной магии доступной информации не было, но это не мешало ей читать о призраках, восставших трупах и другой нечисти. Так же как и искать информацию о древних опасных магах.       Поттер приподнял голову и увидел всклокоченного, что уже было событием из ряда вон, Драко. Тот не скрываясь направился к гриффиндорцам:       — Слышали новость?       — Нет, но думаю, что сейчас мы её услышим, — проговорил Гарри, так как было похоже, что Грейнджер потеряла дар речи от такого слизеринца.       Малфой это заметил и, взмахнув волшебной палочкой, пригладил волосы и привёл одежду в норму, после чего присел на стул так, будто ничего и не случилось.       Он склонился над столом и зашептал:       — Поттер, ты вообще интересуешься хоть чем-нибудь за стенами библиотеки? — возмущение Малфоя не знало предела. — Хижина Хагрида сгорела. Пламя было такой силы, что перекинулось на несколько деревьев. Сейчас пожар тушат. Вы что не заметили, что библиотека опустела? Все наблюдают за представлением, — глаза слизеринца горели.       — Этот стол отделён стеллажом от остальной части библиотеки, — проговорил Гарри, судьба Хагрида его не тронула.       Да, ещё в тот день, когда он узнал о драконе, он сам и Малфой проникли к лесничему, да, Хагрид был возмущён их появлению, а ещё больше он был возмущён угрозами Драко всё рассказать отцу. Пока лесничий раскрывал и закрывал рот, не в силах проговорить ни звука от возмущения. Они успели познакомиться с вылупившимся уже пару дней как драконом. То, что зверёк был интересным, Гарри отметил ещё тогда, но до Дарка тот явно не дотягивал, может позже.       Ещё через несколько дней появилась возмущённая Гермиона и сказала, что к Хагриду не ногой, раз он не понимает, как опасно держать дракона в деревянной хижине. Впрочем Гарри был рад этой её вспышке, она вывела девушку из мрачного состояния и подтолкнуло к тому, чтобы вернуться к прежней жизни. Грейнджер даже снова старалась общаться с девочками из Гриффиндора и Рейвенкло.       Чуть позже Гарри очень удивился тому, что дракона так и не изъяли у лесничего. О звере знали многие, так как Хагрид что-то прятал в доме, дракон не мышка, а вокруг было полно молодых любопытных магов.       Слова Драко совсем не удивили и совершенно не заинтересовали Гарри, удивляло лишь то, что пожар не случился раньше.       — И меня ещё называют ледяным принцем! — возмущённо прошипел Малфой. Гарри вышел из задумчивости.       Грейнджер тоже встрепенулась:       — Надеюсь с Хагридом всё в порядке?       — Не совсем, он катается по обгорелой земле и умоляет не забирать его Норберта-дракончика, так как он такой маленький. Утирает большим клетчатым платком слёзы и просит не разлучать.       — О себе, похоже, он вообще никогда не думал, — высказал своё мнение об этом здоровяке Гарри.       — Это не могло довести до добра, я предлагала что-то придумать, я говорила Хагриду избавиться от дракона, но он не желал меня слушать. И где только достал? — покачала головой Грейнджер.       — Ты можешь успокаивать себя тем, что оказалась права, — Гарри продолжал распространять ауру доверия, которая нет, нет да и касалась кроме Гермионы ещё и Драко.       — От этого не легче! — вздохнула девушка, вставая. — Пойду посмотрю, может нужна помощь, — она взглянула на гору книг.       — Можешь оставить их здесь, я попрошу миссис Пинс их не трогать. Потом вернёшься и продолжишь.       — А ты не пойдёшь? — Драко совершенно не понимал Поттера.       Библиотекарь чётко произнесла предупреждение, так как Малфой забылся и проговорил вопрос в полный голос.       — Нет, — пойти туда, где толпа взбудораженных учеников и взрослых. Гарри ещё дорожил своим разумом.       — Поттер, ты какой-то, какой-то…       Гермиона с интересом разглядывала странно живого, возмущённого, взбудораженного и даже не растягивающего в своей манере гласные (что её жутко раздражало) Малфоя.       — Равнодушный, — решила она наконец подсказать. — Я ему это не раз говорила. Малфой, иди давай, я пойду позже, а то ты и я вместе.       — И что? — Драко соизволил перевести свой взгляд на Гермиону.       — Сплетни будут, ты и грязнокровка.       Гарри оторвался от книги и с интересом посмотрел на Малфоя, он не чувствовал в Драко стыда, так как пусть за спиной, но Грейнджер всегда для слизеринца была грязнокровкой, но и брезгливости тоже. Что странно ведь сейчас чистокровный в н-ном поколении общался как раз с Грейнджер — маглорождённой.       «Хм, маг смерти и жизни в одной компании, нужно будет об этом почитать. Но Малфой с Грейнджер это такая сумасшедшая смесь».       — Разуй глаза, — зашипел уже почти как змей, Драко, — Грейнджер, в библиотеке пусто. Но если ты настаиваешь… — он развернулся и прошествовал из помещения.       — Ты серьёзно собираешься с ним общаться? — возмущенно обратилась она к Гарри.       — Я ему интересен, — Поттер посмотрел девушке в глаза, сейчас она казалась снова живой и глаза её горели возмущением. «А Малфой на неё хорошо действует». — Уж извини, но может быть когда-нибудь я смогу добраться до их библиотек.       Грейнджер моргнула:       — Что ты делаешь на гриффиндоре? — и не дожидаясь ответа, развернулась и прошла к выходу из библиотеке.       — Мучаюсь, — прошептал со вздохом в пустоту Гарри. — Пойдём в Нору? — спросил он у Дарка. Тот выбрался из коробочки, в которой спал.       — Хочешь продолжить читать книгу?       — Да, только словарь захвачу. 22 апреля 1992 года       Гарри прошёл в кабинет и присел рядом с Грейнджер, достал свою тетрадку, перо, учебник по ЗОТИ.       Профессор Квиррелл вошёл с опозданием, последнее время вид у него был откровенно отвратительный.       Ранее Поттер считал, что хуже Хагрида, которого отправили на разбирательство по делу о незаконном содержании дракона, выглядеть сложно. А Рубеус сильно убивался из-за потери питомца, которого ещё раньше забрали и отправили в ближайший заповедник, да ещё и волновался по поводу того, что подвёл Дамблдора и может лишиться прекрасного места.       Но сейчас всё больше Гарри осознавал, что Хагрид был ещё бодрячком. Кожа Квирелла была сероватого оттенка, чувства, которые всё чаще прорывались сквозь некие барьеры, были всё более взволнованны и противоречивы. Страх мешался с запредельной решимостью, злоба с сожалением.       Сегодня как и на предыдущих уроках всё, что задал профессор, это пересказать главу из учебника на пергаменте и длину этого самого пергамента, который ученики должны были написать за урок. Поттер всерьёз полагал, что профессор их даже не читает и решил это проверить, заготовив своё изложение, правда, совсем другой темы. Он не собирался в очередной раз тренировать своё чистописание, а занялся своим блокнотом, куда была выписана глава книги.       Грейнджер была занята заданием. Гарри же пытался разобраться в толковании очередного древнего слова, когда почувствовал вспышку злобы и ненависти, и исходила она от Квиррелла. Поттер очень старался не прислушиваться к чувствам, которые до него доходили, но всё равно от них поёжился.       «Совсем свихнулся», — прошелестел в мозгу Гарри Дарк, который сидел в коробочке на груди.       «Квиррелл? — Гарри, стараясь не привлекать к себе внимания, рассматривал бледного профессора, мёртвым взглядом смотрящего в стену. — Хоть бы вид сделал, что что-то делает».       «За ним уже смерть по пятам ходит, ему не до того», — прошептал паук.       «Что ты такое говоришь?» — Гарри ждал ответа несколько мгновений.       «Не знаю, но он будто гниёт изнутри».       «Фу, ты что что-то можешь ощутить рядом с ним? От него слишком воняет чесноком, весь этот кабинет пропах чесноком».       «Поэтому мертвечину никто и не слышит. Здесь будто на трупе сидишь», — проворчал паук.       «Все говорят, что профессора ЗОТИ не задерживаются дольше чем на год. Судя по твоим словам этот тоже до следующего года не сохранится. Хотя мне всё равно, пусть гниёт себе, главное держал бы свои чувства при себе, а то отвлекает», — Гарри вернулся к своей работе.       Правда, как раз в этот момент, Гермиона дописала свою работу и в кои-то веке (явно уже пришла в себя) обратила внимание на то, что Гарри читает, вернее пытается прочесть.       Слово за слово, Гермиона вызвалась ему помочь, вдвоём работа пошла быстрее, к концу урока её заинтересовал не только процесс перевода, но ещё и само содержание книги.       Автор древней книги не пытался обелить или очернить типы магии. В ней материал рассказывался беспристрастно с точки зрения мага, которому нужно не только выжить, борясь с монстрами, болезнями, проклятиями, непогодой и голодом, но и научить выживать молодых магов во времена тёмного средневековья, диких суеверий и инквизиции.       Материал излагался непривычно, не с теоретической, а с практической точки зрения. Без красивых вступлений и долгих речей.       Некий маг помогал юным не только выяснить свои способности, научиться их использовать, но и учил их скрываться.       — А я ещё переживала, — проговорила Грейнджер, впечатлённая даже тем небольшим отрывком, в котором им удалось разобраться. — Сейчас выжить легче, а раньше… Хорошо, что маги отделились, — она вдруг замолкла, прижав пальцы к губам. — Это я сейчас сказала?       — Да. Хоть времена и изменились, но судя по моим родственникам, понятливых маглов найти сложно. Если бы статута о секретности не было, магам так и приходилось бы играть определённые роли всю жизнь, притворяясь, — Гарри невольно подумал о себе.       Он уже давно играет роль, но по сравнению с былыми магами…       — Думаю, им было не просто не только выучить других волшебников, но и суметь не умереть от заклятия других магов, психованных верующих или от какого-то монстра.       — Ты мне дашь потом её почитать полностью? Я могу помочь с переводом.       На миг к Гарри закралась идея пригласить Гермиону в Нору, но он себя осадил, лишь проговорив:       — От помощи не откажусь, а прочитать полностью… Я думаю только к лету закончу, вряд ли мы летом встретимся, а может и к осени. У меня мало опыта чтения на староанглийском.       — Хоть осенью.       Гарри кивнул. Похоже, эта книга из далёкого тёмного прошлого поможет изменить Грейнджер в нужном ему направлении больше, чем все предыдущие разговоры и воздействия.