В паучьей сети

      Гарри надвинул кепку на лоб и вошёл в маленькое тёмное помещение. Разглядывать сов он не стал, а сразу направился к продавцу:       — Простите, мне нужна сова, обычная для Лондона, чтобы не привлекала внимание, послушная и… Не знаю что ещё.       — Молодой человек покупает свою первую сову? — улыбнулся мужчина.       — Да, и денег у меня немного.       — А родители?       — Покупают мне форму, — соврал без запинки юный гриффиндорец.       — Могу посоветовать сипуху, они встречаются по всему свету, кроме северных дальних областей, так что никто не удивится, увидев её не только в Лондоне, но почти в любой другой местности.       — А они тихие?       — Летают бесшумно, как и все совы, но вот их крик издревле пугал ночных путников.       — А можно мне не очень говорливую?       Мужчина усмехнулся:       — Есть у меня послушная, тихая сипуха, без приказа клюв не раскроет. Стоит 15 галлеонов.       Гарри нахмурился. Он ничего не знал о ценах, его могли и обмануть, поэтому вместо ответа прошёл по магазину, вглядываясь в нечёткие ценники, благо зрение позволяло их разглядеть.       — Здесь есть совы и по 10 галлеонов, — повернулся он к предприимчивому продавцу.       — Да есть и даже по пять, но я предлагаю, тихую, послушную сову.       Поттер прислушался к своим ощущениям, не похоже было, что торговец врал, но артефакты никто не отменял. Ему пришлось поверить, другого выхода просто не было.       — Хорошо. Можно как-то сделать, чтобы она сразу меня запомнила и точно последовала вслед за мной в небе, пока я перемещаюсь по земле? Как её призывать, чтобы она наверняка прилетела, а ещё нужен корм и, может она жить в парке, пока я живу в магловском мире?       Продавец лишь хмыкнул:       — Всё это можно устроить, ваши деньги — мои услуги.       Гарри вздохнул, этот тип явно вытянет из него больше чем 15 галлеонов. Но куда деваться?       Гарри вернулся на Тисовую поздно, голодный и усталый, но оставалось ещё одно дело. Он достал маленький свисток и позвал сову. Ждать свою новую питомицу пришлось недолго. Бесшумное создание подлетело почти сразу, продавец не обманул, она чётко следовала за хозяином и откликалась на бесшумный зов, который слышали лишь совы.       Сова было крикнула, голос оказался действительно отвратным, только путников в ночи пугать, пришлось последовать совету того же продавца, чётко приказав Скри здесь голос не подавать, птица затихла.       В общем приобретение Гарри понравилось. Лёгкая, тихая, действительно послушная и, как утверждал продавец, неприхотливая, парка для жилья вполне хватает.       Отпустив сову, Поттер направился в свою комнату, прихватив булочку и сок, по дороге умял всё и, сняв верхнюю одежду, повалился, сразу уснув.       Дарк спрыгнул с кровати. Это Гарри устал, а он спал весь день и теперь вполне был не против прогуляться, особенно если учесть, что явно чувствовал чуть в стороне от живой изгороди пушистое, тёплое, аппетитное существо с вроде бы важным именем мистер Тиблс. «Тиблс неплохое название для вкусного блюда к завтраку».       10 августа 1992 года       Был вечер. В имении всё затихло, когда Драко прошёл к кабинету отца. Последние дни тот был дёрганый и нервный, хотя посторонний вряд ли бы что-то заметил. Чуть сильнее сжатая кисть руки на трости, чуть выше голос и более жёсткие будто рубленые фразы. Люциус Малфой никогда не был обычным добряком, всегда сдержанный, холодный, с уверенным взглядом и способностью без слов успокоить маленького сына. Драко всегда хотел быть таким как он, сильным, превосходным, но уже сейчас понимал, что вряд ли он когда-то станет подобен отцу. Молодому Малфою что-то подсказывало, что он был другим, его предпочтения, его интересы и даже способности, всё было другим. Единственно, внешность будто в насмешку копировала отца, но это была лишь внешняя оболочка.       Парень некоторое время постоял у дверей кабинета и, так и не решившись войти, направился в соседнее крыло имения.       Нарцисса Малфой в девичестве Блэк никогда не любила большие собрания, она никогда не была душой компании, предпочитая оставаться в стороне, но даже так всегда привлекала внимание к себе. Слишком яркая, слишком загадочная или идеальная, каждый имел о ней своё мнение. Вся её жизнь была распланирована ещё с детства и в отличие от сестёр она не была против. Так как у неё не было безумной любви, за которую она готова была бы пойти против воли родителей, она не стремилась к воплощению безумных идей. Вообще она не любила бурные эмоции и страсти, точно следуя своему образу ледяной принцессы, а затем и королевы.       Большой дом, всегда занятый муж, сын, что уже сейчас имел свои интересы, кому-то могло показаться, что её жизнь скучна, но для Нарциссы именно такая спокойная, размеренная жизнь была идеальной, без встрясок, переживаний, неожиданных поворотов. Если бы так всё и продолжалось. Но жизнь всегда преподносила сюрпризы.       Она знала, что что-то происходит, видела всё то напряжение, что сковывало мужа, пусть нелюбимого, но верного и надёжного мужчину, который не предаст и не выставит посмешищем. Она предпочитала не вмешиваться в его дела, заботилась о сыне, вела дом, следила за садом, иногда совершала визиты вежливости таким же дамам как она. Но несмотря ни на что, интуиция кричала, что покой в доме не на долго, что-то произойдёт и ей это не нравилось.       От этих невесёлых дум женщину отвлёк стук в дверь.       — Войдите, — Нарцисса отложила расчёску и с удивлением взглянула на всё ещё не спящего сына.       — Мам, мы можем поговорить?       Она ждала, что на разговор к ней придёт Люциус, но первым появился сын, неожиданно, а она не любила неожиданности.       — Да, конечно, дорогой, — на лице появилась улыбка, скрывая тревогу.       Драко прошёл в комнату к матери, давно он тут не был, и присел, собираясь с мыслями:       — Что ты думаешь о домовике отца Добби?       «Мда, совсем по слизерински, прямо в лоб», — подумал мальчик, но как плавно подступиться к теме разговора не знал, хоть и думал об этом почти весь вечер.       Летний вечер. Стрекотание кузнечиков, тихо, даже проезжающих машин не слышно.       Двое. Женщина и домовик стоят на ухоженной лужайке однотипного дома, такого же, как те, что были неподалёку.       Нарцисса быстро пришла в себя после перемещения и заметила Добби сидящего в кустах. Всё-таки он служит их семье, он связан с ними, хотя сейчас она в этом уже была не уверена.       Как же женщина не хотела верить в предположения сына, как не желала осознавать, что один из домовиков их дома может так нагло нарушать запреты магического мира, подставляя хозяина, но вызванный Тинки чётко проговорил, что Добби в доме нет и перенёс её не куда-нибудь, а к магловскому дому, электрический фонарь не давал засомневаться в словах сына.       — Добби, иди немедленно сюда, — её голос сейчас походил на шипение истинной слизеринки.       Домовик вылез из кустов и заламывая руки вдруг рухнул перед ней на колени, принимаясь рыдать и извиняться, выкручивая себе уши, при этом голос он не понижал, чем и заслужил быстрый ступефай, заставивший Добби повалиться на землю недвижной куклой.       Нарцисса выпрямилась, прислушиваясь к окружающим шорохам, но свет в окнах не зажёгся и она перевела дыхание.       — Так это вы присылали домовика? — раздался голос за спиной заставивший чуть ли не подскочить. Волшебница обернулась, но выдохнула с облегчением, разглядев в темноте летней ночи, невысокого, худенького мальчика настороженно следящего за её движениями.       — Прости, но боюсь тебе придётся забыть увиденное, — Нарцисса направила палочку на ребёнка.       — Опустите волшебную палочку, тётенька, а то я могу и дать сдачи. И ещё вопрос, кто и что забудет, - тьма поднялась от земли, стелясь, от чего домовик, который и перенёс её сюда, пискнул. — Ещё движение и оно будет последним, — эти слова уже относилось к магическому существу.       Миссис Малфой нахмурилась, переступила с ноги на ногу. «И это тёмный маг?» Верилось с трудом. Ребёнок явно за грубостью скрывал страх.       — Кто ты? — спросила она.       На что парень только хмыкнул:       — Сначала, уберите волшебную палочку, а затем вопросы задавайте, — голос был с вызовом и хоть подобной крохи бояться было смешно, но явно чувствовалась решимость, Нарцисса это оценила и опустила палочку. Воспринимать ребёнка, как опасное существо не получалось, как она не старалась. Туман, клубящийся у ног пропал.       — Я пришла забрать своего домовика. Только и всего.       Тут уж Гарри заметил Добби:       — Опять этот чудик здесь. Вы миссис Малфой? — паренёк прищурился.       — Гарри Поттер, — прозвучало почти утвердительно, хотя женщина сама не верила в своё предположение. Драко говорил, что Мальчик-который-выжил мелкий, но она как-то не придала этому значения.       — Допустим. А вы, мадам?       — Нарцисса Малфой.       — Не хотите объяснить, что ваш домовик делал около этого дома? Это нарушение Статута о секретности.       Тон этого ребёнка ей не нравился, но она всё же ответила миролюбиво:       — Он больше тебя не побеспокоит. Хотя мне бы было интересно узнать как мальчик-который-выжил стал управлять тьмой, — и она улыбнулась.       Гарри вздохнул:       — А разве не очевидно? — агрессия из голоса куда-то пропала. Поттер достал пузырёк из-за пазухи со словами. — Блеф и простое зелье, баловался на досуге. Волшебной палочкой я пользоваться не могу, а тут мало того, что домовик гуляет, так ещё и ведьма с ещё одним домовиком заявилась, — он поднял взгляд на непрошенную гостью, которая улыбнулась в ответ.       — Хм, неплохо. Я обещаю что он больше тебя не побеспокоит, — Нарцисса кивнула на Добби, - а ты никому о нём не рассказывай.       — А что мне за это будет? — мальчик прищурился, миссис Малфой даже на секунду дар речи потеряла от такой наглости.       В это момент из темноты спикировала сова, немало напугав всех действующих лиц, и больно ударила по макушке Гарри письмом. Тот его поднял и быстро вскрыл конверт из плотной бумаги, нахмурился и достал маленький фонарик из кармана. После того, как он завёл сову, Поттер то и дело призывал её ночью, выходя во двор, чтобы изучить повадки птицы, покормить её, или просто погладить такого необычного питомца, а чтобы не включать при этом свет в доме, он приобрёл маленький фонарик.       Написанное Гарри не обрадовало. Он поднял взгляд от бумаги со словами:       — Какой ещё ступефай? — и вопросительно взглянул на волшебницу напротив.       — Они решили, что колдовал ты? — прозвучало скорее утвердительно.       Поттер видел, что женщина не сильно удивилась:       — Здесь написано, что было применено заклинание ступефай, при том, что последние несколько недель я даже волшебную палочку в руках не держал... А отвечать за него почему-то мне, вплоть до исключения из Хогвартса после второй попытки что-то наколдовать. Они что даже не видят, кто колдует?! - у Гарри просто не было слов, руки от такой несправедливости опускались.       Нарцисса видела перед собой не странного уж очень уверенного в своих действиях, даже можно сказать, наглого мальчика, а растерянного, обиженного ребёнка и, выдохнув, проговорила:       — Не видят, — пояснила Нарцисса. — Заклинание Надзор, которое ставят на молодых магов, слепо, оно не может определить, кто именно колдует.       — А так как по сути я должен быть здесь один маг на всю округу…       «А мальчик умён», — отметила ведьма про себя.       — Его можно снять? — Поттер уже успокоился и с вызовом смотрел ей прямо в глаза.       Нарцисса улыбнулась:       — Легко, но в Хогвартсе его снова на тебя навесят.       — Прекрасно, — протянул Гарри, затем замер на мгновение и хмуро, будто обиженный сурикат проворчал. — Подождите, но что это тогда за контроль, ведь в домах магов наверняка все колдуют.       Нарцисса испытала острое чувство жалости к мальчику:       — Оно придумано, чтобы сохранить Статут о секретности, а не помешать молодёжи колдовать.       Гарри уже даже не удивился ни своему невежеству, ни обделённости маглорожденных, похоже данные факты скоро будут прибавляться к случившимся ранее, накапливаясь и восприниматься скорее как должное. Он старательно играл роль маленького и беззащитного, нажимая на жалость, под конец же их разговора играть почти и не нужно было. Новый план сформировался почти мгновенно:       — Прекрасно, я молчу про домовика и прощу вам это предупреждение, а вы научите меня заклинанию, которое снимает Надзор. Так мы будем квиты.       — Хорошо, — Нарцисса была не против, мальчик снова нахохлился и напустил серьёзности, но опасней при этом выглядеть не стал, — но и о том, кто тебя научил ему, никому не слова, — улыбнулась миссис Малфой.       — Естественно.       Нарцисса взмахнула волшебной палочкой, и проговорила простое заклинание Либерта.       Всё произошло так быстро, что Гарри даже пискнуть не успел, не то чтобы её остановить:       — Эй, мне только второго письма не хватало! — прошипел он, добавив в голос обиды, растерянности и так было в избытке, а вот злость нужно было попридержать. Играть нужно было до конца.       — Его не будет, я сняла с тебя Надзор. Как иначе я научу тебя данному заклинанию?       Добби было зашевелился, на что волшебница быстро отправила собственного домовика домой. Гарри наблюдал за уверенными движениями женщины молча.       — Что ж теперь маленький урок и вы, молодой человек, забудете о нашем визите.       — Забуду фигурально? — с опаской отступил Поттер.       — Естественно. Ты же друг Драко.       — Хорошо, а как я узнаю, что заклинание сработало и Надзор снят?       Нарцисса развела руками:       — Специальных очков, с помощью которых можно увидеть наложенные заклятия у меня нет. А проверяющее заклинание достаточно сложное, придётся поверить в свои таланты.       Гарри вздохнул и согласно кивнул.       Когда неожиданная гостья исчезла с улицы, Гарри опустился прямо на траву. Он был очень близок и к тому, чтобы потерять воспоминания (что есть его ничтожное ментальное воздействие против опытного мага), и к тому, что его раскроют.       Сердце всё ещё стучало где-то в пятках и возвращаться в положенное место не спешило.       Рядом увеличился Дарк, подходя к парню:       — Я бы тебя прикрыл.       — Знаю, но от этого я перепугался не меньше. Эти магические перемещения, когда перед тобой вдруг может оказаться кто угодно, — Поттер поднялся на ноги, всё-таки всё время разговора, затем короткого урока, в результате чего он даже смог взять в руки волшебную палочку Нарциссы и сам проговорить отменяющее заклятие, он был жутко напряжён, боясь подвоха. Вверять себя вот так без подстраховки неизвестной волшебнице, для него оказалось диким занятием. Некую уверенность давало лишь понимание, что женщина явно не воспринимала его, как опасное создание, даже несколько раз немного снисходительно улыбнулась, чему он в данный момент был неимоверно рад. В кои-то веки его внешность сыграла добрую службу.       Поттер перевёл дух, успокаиваясь. Где-то у него в сумке должен быть небольшой пузырёк с умиротворяющим зельем.       — Идём спать, завтра я наконец смогу колдовать, — и молодой маг довольно расплылся в улыбке. Хоть страдал не зря.       11 августа 1992 года       Нарцисса не стала ждать утра, а вот так с обездвиженным Добби, который будто воздушный шарик летел за ней, отправилась в спальню мужа. Тот не спал, а нашёлся в своём кабинете, перебирая какие-то бумаги.       — Люциус, нам нужно поговорить, — было поздно, поэтому миссис Малфой решила не тянуть.       — Сейчас? — Нарцисса отметила едва заметные мешки под глазами, явно от недосыпа, общее немного нервное состояние вечного напряжения она наблюдала у своего мужа уже не первый день.       — Именно, — и ей это не нравилось, всё больше.       Малфой нахмурился, столь боевой его жена была, когда Лорд исчез, его в то время забрали на разбирательство в Аврорат, а на его жене оказался маленький сын, дом и поддержка мужа. Ту проверку на выдержку она выдержала с честью.       — Что-то случилось?       — Да. Твой домовик крутился рядом с домом Мальчика-который-выжил и уже не в первый раз. Чудо, что его не заметили маглы.       — При чём здесь маглы? — «Мальчик-который-выжил, а он тут при чём? Мне хватает проблем с авроратом и министерством, которые непонятно с чего воду мутят».       Нарцисса невольно выдохнула с облегчением, так как не была уверена до конца, что муж что-то не задумал, но раз он даже не знает, где находиться жильё Поттера, значит домовик действительно отправился туда сам.       — Гарри Поттер живёт у маглов, — более миролюбиво проговорила она.       Спустя несколько минут Нарцисса поведала о словах сына, о её путешествии и о том, где нашла домовика.       С каждым словом глаза мужчины становились всё холоднее, он даже думать не хотел, что ему предъявила бы новая власть, которая спала и видела его в Азкабане, узнай хоть кто из них, что его домовик был у дома выжившего.       — Я поговорю с домовиком, Нарцисса, спасибо, — он устало потёр переносицу. — Поттер никому не скажет?       — Нет, мы договорились. Он довольно милый мальчик, хоть немного перепугался, встретив меня у своего дома, — волшебница улыбнулась. — Люциус? — она стала серьёзна.       — Да? — мужчина, что смотрел на лежащего без движения Добби у своих ног, перевёл тяжёлый взгляд на жену.       — У нас всё плохо? Я не слепая и, если ты мне соврёшь пойму, я достаточно долго тебя знаю.       Малфой-старший улыбнулся, в очередной раз убеждаясь, что его жена его верный соратник, который уж точно не предаст.       — Думаю, рейда авроров к нам в дом не избежать, — Люциуса порадовало спокойное принятие этой новости. Он знал, что жена не любила встрясок и волнений, и старательно оберегал их последние года, будто извиняясь за все те треволнения, которые выпали этой женщине после исчезновения Лорда, — но они ничего не найдут.       Нарцисса ушла, отправляясь спать и оставляя все дальнейшие действия на мужа. Добби лежал на земле неподвижной куклой, а Малфой всё думал.       Спустя полчаса вопросов не убавилось.       Люциус никогда не был мастером легилименции, но домовик не мог не ответить на вопрос, достаточно было лишь задать его правильно. Добби отвечал сбивчиво, бессвязно и честно. Теперь Малфой был уверен в том, что с домовиком не всё в порядке. Боготворить Поттера, когда центр вселенной домовиков является их хозяин, ненавидеть своего господина, относясь слишком равнодушно даже к Драко и решиться отправиться в магловский мир. Всё говорило о повреждении рассудка. «Не нужно было допускать его к тёмным артефактам, но что сделано, то сделано», — пришёл к неутешительному выводу Люциус, поднимаясь со стула и вздёргивая Добби с пола, поднимая в воздух.       Солнце поднималось над горизонтом, когда глава семейства испепелил тело домовика, а голову отправил в подвал на усушку. Её ещё можно было использовать в некоторых ритуалах.       01 сентября 1992 года       Гарри взглянул на собранную ещё вчера сумку, учебники, письменные принадлежности, ингредиенты для зелий и многое другое, всё было любовно уложено. Гарри забрал абсолютно всё, от последней пары носков до плюшевого мишки, которого он прихватил из дома родителей, так как подозревал, что его вещи могут и выбросить, стоит покинуть дом. Дарк забрался в коробочку на груди.       Поттер оглядел напоследок комнату и спустился вниз, завтракать не стал, всё равно собирался купить себе обед в дорогу по пути, так как хотелось побыстрее покинуть стены дома Дурслей.       Было раннее утро и Гарри, закинув рюкзак на плечо, пошёл к станции метро, путь не близкий, но уже хорошо изученный.       Теперь он не тревожился по поводу старухи Фигг. Последнего её любимца — Снежка Дарк съел ещё в середине августа, после чего Гарри, завершив чтение одного из учебников по тёмной магии седых времён, взял волшебную палочку и сходил к соседке в гости. Наслать несколько снов оказалось не сложно, особенно, когда можно беспрепятственно пользоваться палочкой. Гарри желал помучить надзирательницу, что не давала расслабиться и совершенно не ожидал, что получится то, что получилось. Женщина ещё несколько дней искала котов, а затем успокоилась. Поттер тогда было испугался, что его раскрыли, но переживал он зря, миссис Фигг после его живых снов стала видеть полукнизлов и в реальности, разговаривать с ними, уделяя всё больше времени своим фантазиям.       Юный тёмный маг ещё несколько дней наблюдал, как его соседка сходит с ума, а затем перестал обращать на неё внимание.       Оставшиеся дни он провёл читая, переписывая книги, колдуя, знакомясь со Скри, Дарк в основном спал, не вмешиваясь, лишь иногда играл роль собеседника, выслушивая мысли юного тёмного мага.       Поттер кинул взгляд, мимоходом проходя дом старухи Фигг, которая возилась во дворе, разговаривая с выдуманным питомцем, улыбка на миг коснулась губ, и пропала. Ему просто повезло, повторил он себе слова Дарка. Пока ему лишь везло.       Впереди был новый год в Хогвартсе.