Дни Чудес

      Чат поколения чудес. 31.10.2017 Акаши Сейджуро: Ребята, у меня есть для вас новость. Кисе Рета: Акаши-ччи! Сладость или гадость? Мурасакибара Ацуши: Конечно же сладость Кисе Рета: Мура-ччи! Я же не тебя спрашивал! Мидорима Шинтаро: Акаши, мы тебя слушаем. Акаши Сейджуро: Вы все должны подготовить некоторую сумму денег к концу декабря. Кисе Рета: Уууу! Акаши-ччи будет праздновать день рождения! Аомине Дайки: Акаши, зачем тебе наши деньги? Акаши Сейджуро: Они нужны в первую очередь вам, а не мне. Кисе Рета: О! Значит это будет что-то очень классное! Я прав, Акаши-ччи?! Акаши Сейджуро: Да. Куроко Тецуя: Я отказываюсь Кисе Рета: Куроко-ччи! Но почему? Куроко Тецуя: Нет ни желания, ни возможностей. Спасибо за приглашение Кисе Рета: Куроко-ччи! Что это значит? Аомине Дайки: Что-то ты не похож на себя, Тецу Мурасакибара Ацуши: Куро-чин, что случилось? Куроко Тецуя:… Кисе Рета: Куроко-ччи, тебе необязательно нам рассказывать, но может ты все-таки согласишься? Аомине Дайки: Да, Тецу, раньше ты бы никогда не упустил шанс провести с нами время Мидорима Шинтаро: Вообще-то это было давно и еще ничего не значит. Мурасакибара Ацуши: Мидо-чин, ты на чьей стороне? Куроко Тецуя: Давайте больше не будем это обсуждать Кисе Рета: Только если ты согласишься! Куроко Тецуя: Ладно Аомине Дайки: Не думай, что мы просто так все оставим, Тецу Акаши Сейджуро: Подробная информация будет позже. Кисе Рета: Ну Акаши-ччи! Акаши Сейджуро: Это мое последнее слово.       Позже… Мидорима Шинтаро: Акаши, ты должен быть благодарен ему Акаши Сейджуро: Шинтаро, закрой переписку!

***

       — Это место не самое лучшее, но это именно то, что может позволить себе старшеклассник. — Прошло несколько месяцев с той переписки. Сейчас поколение чудес, включая Куроко, стояли перед входом в отель. К ним приблизился один из охранников территории и предложил пройти внутрь.        — По дороге прямо, а затем налево. Дальше разберетесь сами.        — Что еще за самообслуживание?        — Аомине-ччи! Акаши-ччи уже сказал по этому поводу. Компания подошла ко входу в основной корпус. Кисе осмотрелся.        — Просто, но со вкусом.        — А вот я бы не торопился со выводами, — Мидорима сегодня избегал общественных мест и Водолеев, поэтому старался находиться поближе к Акаши. Сейджуро подошел к стойке регистрации и поздоровался с администратором. Им оказалась улыбчивая женщина средних лет.        — Добро пожаловать! Вы, возможно, устали после долгой дороги, так что давайте я вам помогу. — Администратор быстро разобралась с документами, зарегистрировала парней по номерам и подозвала сопровождающих. — Вот, отведите их по номерам, — она протянула им листочек с цифрами.        На территории отеля номера находились не только в основном корпусе, но и в парковой зоне. Там располагались два деревянных коттеджа, в один из которых привели Куроко. Ему нравились уют и простор этого места, а также отдаленность от остальных и огромная веранда, служащая входом, в то время как остальные предпочли номера в корпусе. Акаши стал обладателем единственного и неповторимого — в общем, самого-пресамого из всех возможных — номера. Впрочем, ничего удивительного. Кисе и Мидорима предпочли номера люкс, а Аомине — эконом. Мурасакибара хотел поселиться во втором коттедже, но, к сожалению, тот оказался занят, и Ацуши пришлось взять номер повышенной комфортности.        Время близилось к вечеру. После сытного ужина ребята отметили довольно неплохую кухню. Они собрались, чтобы обсудить первые впечатления, устроившись прямо перед входом в корпус.        — Мне очень нравится вид с балкона! Море такое красивое!        — Нужно больше сладкого. Мои запасы вкусняшек расплавились, пока мы сюда добирались.        — Хорошо, но недостаточно.        — Мидорима-ччи! Ты слишком много критикуешь! Когда ты успел таким стать?        — Тецу, а ты что думаешь? — Куроко лишь молча смотрел вниз.        — Куроко-ччи игнорирует Аомине-ччи! Что-то точно происходит!        — Кисе-чин, в этот раз можно обойтись без сирены. Куро-чин, это моя вина? — Куроко, не поднимая головы, отрицательно махнул.        — Вина всех нас?        — Куроко-ччи! Так дело в этом?..        — Тецу, ну что ж ты так… — Куроко опустил голову еще ниже.        — Пожалуйста, не обижайся на меня, Куроко-ччи! Я правда не знал!        — В этом есть и моя вина, Тецу.        — Куро-чин, скажи что-нибудь, — но в ответ Тецуя лишь уронил слезу.        — Нет, Куроко-ччи, только не плачь! — глаза Реты наполнились влагой.        — Ребята, — Куроко попытался выдавить из себя хоть слово, — спасибо… Рета окончательно разревелся. Но температура вокруг только накалялась.        — Хм… — все резко обратили внимание на подошедшего. Все, кроме Куроко.        — Ой, Кисе, ты, случайно, не хочешь прогуляться до моря? Там, наверное, и ночью так же красиво, — но Аомине не спрашивал. Он взял и буквально утащил Рету подальше от этого места. Мидорима и Мурасакибара переглянулись и ушли в противоположные стороны. Один пошел гулять по окрестностям, а второй возвращался в номер.        — Тецуя, — О, несомненно, перед нами предстал Акаши Сейджуро, — что произошло?        — Акаши… — Куроко осторожно приподнял голову, — кун? Да так, ничего. О, не стоит начинать сейчас какие-то разборки, они просто бессмысленны. Зачем тебе это знать? Все равно же ничего не изменится, — в его взгляде показался твердый стержень.        — Стоило мне с тобой заговорить, как ты вот так вот реагируешь. А последний раз мы разговаривали очень давно.        — Лучше бы того разговора вообще не было. Акаши-кун, скажи, ты меня используешь? Раньше Акаши-кун говорил много хороших слов, и я верил в них. Когда я вижу Акаши-куна, я невольно вспоминаю эти слова.        — И что же я говорил, Тецуя?        — Акаши-кун говорил, что все будет хорошо, что я буду в безопасности рядом с ним…        — И это все?        — Акаши-кун пообещал, что когда-нибудь мы снова увидимся…        — Увиделись?        — Да… — после этого Акаши подошел к Куроко и сел рядом.        — Остались причины для недовольства?        — Но, Акаши-кун, сколько мне еще ждать?        — Все еще будет, Тецуя. Просто дождись. Обещаешь?        — Обещаю…

***

       — Аомине-ччи, почему мы ушли?        — Не глупи, ты вообще видел Акаши?        — Я заметил, что он подошел, но не совсем понял, в чем дело.        — Его выражение лица… казалось, что он сейчас всех нас перережет.        — Вот значит как. В таком случае я рад, что ты увел меня оттуда, Аомине-ччи! Значит, мы идем на море? Ночью?        — А что не так?        — Все хорошо, Аомине-ччи! Ночью даже веселее!       Парни шли по указателям на территории, ведущим к пляжу. Никаких искусственных источников освещения не встретилось, путь освещали только луна и звезды. Тропинка резко преобразилась в т-образный перекресток. При повороте направо дорога вела куда-то вдаль, возможно она переходила во что-то большее, но темным вечером этого было не разобрать. Если присмотреться в левую сторону, можно заметить тусклые огоньки местных забегаловок и круглосуточных магазинчиков. А тропинка прямо шла точно на пляж.        — И куда же нам идти, Аомине-ччи?!        — Что мешает нам проверить каждый путь?        — Аомине-ччи! — Рета уже хотел благодарить Дайки за все на свете, но вовремя одумался.        — Пошли уже. — И парни отправились налево. Просто потому что Дайки стоял именно с левой стороны. Нет, конечно ему не лень было идти прямо или направо. Но на словах это прозвучало так: «Там хотя бы свет есть».        Рета подбежал к первому встретившемуся магазину и прочитал вывеску: «Продавец ушел в бар».        — Странно…        — Что там, Кисе? — Аомине не торопился подходить и стоял на обочине.        — Ничего такого. Пошли дальше?        — Ну ладно.        С другой стороны к магазину и правда прилегал бар. Во мраке яркие фонарики мягко освещали путь в даль. Снова парней поджидал перекресток. По звукам волн было ясно, что справа находится море, а слева — еще несколько таких же магазинчиков.       — Кисе, ты что-нибудь видишь? — Аомине смотрел в сторону моря, не отрывая взгляда.       — Если темноту можно видеть, то да. — Очарованный, Рета пустился вприпрыжку к морю.       — Эй, не оставляй меня! — Дайки понесся за ним.

***

       Мидорима плелся по нелюдимой дорожке, огибающей территорию по периметру. В своей голове он мысленно продолжал ситуацию, которая заставила его покинуть уютное место перед входом. «Поступки Акаши в последнее время необъяснимы — постоянно врывается в самый неподходящий момент, меняет ход событий. Все ему не нравится… У него даже потребностей никаких, кроме Куроко, нет. Поскорее бы это все кончилось», — думал Шинтаро, но глубоко внутри все же поддерживал Акаши.        Слева от него шла стена отеля, покрытая лианами. Справа — заборчик, еле видимый за густой зеленью. Территория, несмотря на местность, вся — вдоль и поперек — зеленела и цвела. Вдалеке светил огонек из чьего-то окна, напоминая маяк, но Мидорима не пошел к нему, а свернул, продолжая огибать основной корпус отеля. С другой стороны тоже оказался вход, но из-за позднего времени, он был уже закрыт. Рядом, почти около двери, в кустах стояла большая качель, и Шинтаро бы даже не заметил ее, случайно не наткнувшись. Подле нее основная тропинка шла прямо, благодаря ей Мидорима все-таки обогнул корпус и со спокойной душой отправился спать.

***

       — Аомине-ччи! А ты веришь в морских монстров? — Рета очень громко спрашивал это, временами поглядывая на необычайно спокойное море.        — Глупости все это, Кисе. Хотя наш Акаши вполне походит на монстра.        — Почему, Аомине-ччи?! Мне кажется, что Акаши-ччи не такой уж и страшный. Он просто злой! А еще он очень любит Куроко-ччи и не хочет с нами делиться!        — Да именно этим он и монстр… Самый страшный из всех существующих.

***

       Мурасакибара Ацуши сидел в своем номере и шумно вздыхал. Послышалась долгожданная мелодия.        — Ацуши! Привет! Все у тебя хорошо? Ну, давай, рассказывай! — голос в трубке излучал нотки добра и волнения.        — Привет, Муро-чин. Я очень расстроен. С отелем все хорошо. Сладости растаяли. Ака-чин нас всех разогнал. Куро-чин плакал. Мы могли только молча уйти. Это я виноват.        — Неужели все так плохо? В чем ты виноват, Ацуши?        — Куро-чин сказал «спасибо», а потом заплакал. Он был расстроен из-за моего дня рождения, я в этом уверен. Мы не должны были тогда уходить…        — Это уже не исправить, Ацуши. Сейчас ты можешь только морально поддерживать Куроко. А сейчас, если Акаши еще в гневе, тебе лучше не приближаться. Вообще непонятно, почему он злится. Но мы не знаем, что произошло в тот раз после нашего ухода. Так что держи дистанцию. Ацуши? Ацуши!!!        — Муро-чин. Я слышал стук в дверь, но за ней никого не было.        — Что еще за шуточки? Не открывай двери по ночам тогда. Ох, кому я это вообще говорю?!        — Пока, Муро-чин.        Этой ночью Мурасакибара Ацуши не видел ничего, кроме тени в коридоре.        На следующий день Акаши проснулся ни свет ни заря. Никто не сомневался в том, что этот день станет судьбоносным. Солнце светило постоянно и ярко, и безоблачное небо подчеркивало этот свет.        За завтраком каждый старался вести себя как можно правильнее и культурнее, дабы отдать должное имениннику, только вот не у всех это получалось. Мидорима идеально соответствовал нормам поведения, Кисе и Куроко старались ему подражать, а Мурасакибара и Аомине совсем из рук вон плохо.        — Акаши… — Мидорима захотел что-то сказать, и Акаши дал ему слово. — Доверишь ли ты мне организацию праздника в честь твоего дня рождения?        — Сегодня ты ведешь себя прилично, я доверяю тебе это дело.        — Все будет выполнено в лучшем виде.        Завтрак окончился, и все разошлись по своим номерам. Все, кроме двоих. Акаши шел по длинному белому коридору, но остановился на полпути.        — Так-так, кто это тут у меня? — Сейджуро не поворачивался, но улыбнулся. — Тецуя, не прячься.        Куроко тихонько подкрался и обнял Акаши со спины.        — Как ты узнал, Акаши-кун?        — Уж с тобой-то я точно никого не перепутаю. Лучше расскажи, почему пошел за мной, а не в коттедж?        — Я просто хочу провести день с Акаши-куном!        — Это очень трогательно, но ты весь дрожишь. Опять что-то скрываешь?        — Дело в том, что этой ночью мне не спалось. Я думал, что просто очень волнуюсь перед твоим днем рождения. Вышел на веранду подышать свежим воздухом. Звезды здесь очень красивые. В нескольких десятках метров от меня стоит точно такой же коттедж по соседству, ты знаешь, и в нем так неожиданно загорелся свет. Я услышал, как что-то разбилось, и вернулся внутрь. Через пятнадцать минут после этого мне в дверь постучали несколько раз, я не открыл, и тогда постучали в окно… Мне было так страшно!..        — Молодец, что рассказал. Кто знает, что бы произошло, если бы ты этого не сделал? — Сейджуро сделал серьезное лицо.        — Акаши-кун пугает даже больше, чем те стуки.        — «С таким шутить нельзя, Тецуя», — хотел сказать Акаши, но, увидев спокойное лицо Тецуи, взял его за руку и повел к себе.        — Эй, красоточка, не одолжишь мне ключик?        — Молодой человек! Что вы себе позволяете? Я сейчас позову охрану!        — Потише, детка. Промолчишь, и все будет хорошо. Тебе это ясно? Ну вот и все. Считай, мы с тобой не виделись.        — Здравствуйте, можно заказать столик?        — Время и количество человек, пожалуйста.        — Около семи вечера, шесть человек.        Снова ребята собрались вместе уже во время обеда. Все были слишком заняты своими делами, чтобы проводить время вместе, но заранее было оговорено, что вечер этого дня у всех свободен. Да и какой адекватный человек станет перечить приказам Акаши? Так прошел обед у поколения чудес, который вышел не более громким, чем завтрак. Все вновь разошлись по номерам, на этот раз до вечера.        — Кисе, что планируешь делать сегодня вечером? — Аомине и Кисе отдыхали у Реты в номере. Еще бы, Аомине вообще старался как можно меньше времени проводить в своем бюджетном номерочке и возвращался туда только чтобы поспать. В послеобеденное время солнце пекло сильнее всего, и парни нашли себе укрытие в уютном номере.        — Аомине-ччи, ты что, забыл? Сегодня же день рождения Акаши-ччи!        — Да помню я… Я имел ввиду, что будем делать после того, как отметим?        — Я даже не знаю. Аомине-ччи, ты считаешь, что все пройдет хорошо?        — Конечно, это же день рождения Акаши.        — Просто у меня такое странное предчувствие.        — Не парься. А если тебя что-то волнует или заметишь что-то странное, то обязательно говори об этом. Это место не похоже на плохое, но мы не знаем, чего от него можно ожидать.        — От места?        — Да, конечно. От чего же еще?        — Да так…        — Ацуши! Проверь все тщательно, прежде чем выйти! Не забудь закрыть дверь на ключ и взять с собой мобильный!        — Муро-чин, ну что ты как мамочка? Я сам знаю, что нужно делать.        — В последний раз, когда ты вот так «знал», ты захлопнул дверь и умчался за сладостями, несмотря на то, что твои родственники уехали, а ключи остались внутри.        — Это было давно!        — Месяц назад.        — Я больше не хочу говорить с Муро-чином, — Мурасакибара скинул трубку и вышел из номера.        — Тецуя, уже пора собираться. Тебе не нужно зайти к себе?        — Акаши-кун знает, что мне не хочется туда возвращаться…        — Хорошо, с этим позже разберемся.        Акаши направлялся в назначенное место. Солнце уже садилось, а небо представляло из себя персиковый закат. Тецуя шел подле, совсем близко, но мысли его пребывали далеко отсюда. Все происходящее казалось слишком диковинным и невозможным в принципе. Наши желания и мечты не всегда сбываются, причиняя боль и страдания. Тецуе казалось, что всем он приносит одни проблемы и требует за собой присмотра. Он ничего из себя не представляет, поэтому никому не нужен. Только вот почему-то некоторые люди из его окружения продолжали проводить с ним время. А бывший капитан вовсе опровергал все грустные размышления. Почему же тогда внутреннее беспокойство продолжало нарастать? Какая-то маленькая деталь не давала покоя…        — Мы на месте, Тецуя.        — Прости, Акаши-кун. Задумался        Парни зашли в небольшое кафе прямо за территорией отеля. Было заметно, что основные посетители данного заведения — отдыхающие. Внутри располагались множество небольших столиков, а также несколько побольше, и столы для кальяна. Поколение чудес уже знатно заждалось, по словам Аомине. На деле же прошло не более пяти минут. Удобно расположившись за одним из больших столов, ребята стали обсуждать обстановку.        — Что скажешь, Акаши? — Для Мидоримы, в первую очередь, было важно именно мнение Сейджуро.        — Ты сомневаешься в своих силах, Шинтаро? Сам должен понимать, что будет, если что-то выйдет из-под контроля.        — А вот мне нравится. Тут приятная музыка, и можно заказать сладенького… — Мурасакибаре захотелось разрядить обстановку, но его слова не соответствовали поведению: Ацуши был предельно насторожен и спокоен, а его взгляд слишком крепко впивался в мелкие детали.        — Я хочу, чтобы Акаши-куну все понравилось.        — Быстро же они, — Аомине осторожно обратился к Кисе и прошептал, — помирились.        — Ты что-то сказал, Дайки?        — Ах, да! Кисе, — в этот раз Аомине говорил нарочито громко, — не хочешь ли закурить? Тут как раз кальян неподалеку!        — Аомине-ччи глупый! Ой! Я вспомнил! Прости, Акаши-ччи, это важно. Мне срочно нужно отойти! Я скоро вернусь.        — Не задерживайся.        Когда Кисе отошел, Мидорима предложил начать празднование. К этому времени официант как раз принес первые заказанные заранее блюда.        — С днем рождения, Ака-чин, — не требуя после себя никакого ответа, Мурасакибара принялся за еду.        — Поздравляю, Акаши. Надеюсь, ты насладишься этим днем, — Мидорима поступил так же, как несколько секунд назад Ацуши.        Куроко повернулся и несколько секунд глядел своими большими глазами прямо на Акаши, будто в чем-то провинился, но из его уст не вырвалось ни слова.        — Официант! — громкий голос Дайки нарушил тишину. — Да где этот чертов официант?!        — Чего ты так разорался? Сейчас подойду…        — Да у вас мясо не прожарено!        — И что ты, умрешь теперь от этого?        Лицо Мидоримы помрачнело — не этого он мог ожидать. Но Акаши еще ничего вроде как не заметил. Официант забрал блюдо и отошел на кухню.        Неловкая тишина вновь заполнила пространство.        — Кажется, что-то не так, Акаши-кун…        — Что же?        Аомине и Мурасакибара одновременно, словно по договоренности, встали и вышли из кафе.        — Кисе-кун задерживается…        — Прошу меня простить, Акаши. Мне очень жаль, но это я виноват в том, что все так случилось. Мне изначально не стоило брать на себя ответственность за организацию праздника. Еще раз прости. — Мидорима быстро скрылся, а Акаши и Куроко остались вдвоем.        — Прогуляемся?

***

       — Эй, а ты чего за мной поперся?        — Мине-чин, не ругайся. У меня просто есть одно предположение.        — Какое?        — За всем этим стоит никто иной, как…        Парни уже подошли к холлу, откуда с шумом отзывался звонкий голос Кисе.        — Быстрее.        Внутри правда стоял Рета, почему-то кричавший на администрацию.        — Кисе!        — Кисе-чин, что ты здесь делаешь?        — А, ребята, вы не поверите! Кто-то украл мою косметику!        — Когда это произошло?        — Ну, примерно, пока мы сидели в кафе.        Аомине подошел к администратору.        — И как это понимать?        — Мы еще проверяем случившееся, это займет некоторое время.        — Сколько?!        — Может затянуться до завтра.        — А побыстрее никак?        — Нет.        — Мине-чин, отойдем на секунду? — Мурасакибара ткнул Дайки в спину пальцем, и они вышли обратно на улицу, оставив Кисе один на один с администратором.        — И что ты нашел более важным, чем это?        — Я понял, кто стоит за этим. И это точно.        — Да уж, без сладкого твоя голова лучше варит.        — Сейчас обижусь и ничего тебе не скажу, — Ацуши отвернулся напоказ.        — Да не дуйся ты.        — Ладно. На такое способен только Заки-чин.        — Хайзаки?!

***

       Тихий летний вечер плавно перетекал в ночь. Солнце уже давно зашло, а температура воздуха не понизилась ни на градус. Отдыхающие с детьми засиживались в своих номерах, а кто-то все еще был на улице, проводя время со своими друзьями. Но одна пара людей сейчас спокойно гуляла по территории и созерцала окрестности. Один из них пытается начать разговор, но сомневается в себе и просто не знает, о чем говорить. Ему очень нравится проводить время вместе. Второй видит это, замечает, но молчит. Он считает, что разговоры тут не нужны. И каждый из них мечтает, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Есть на свете такие люди, рядом с которыми просто хорошо. И ничего более не нужно.        — Акаши-кун счастлив? Сегодня все получилось неправильно. Этот день мог бы пройти намного лучше. Если бы я…        — Тецуя! — Сейджуро приостановил шаг. — Прекрати винить себя в этом и вообще во всем. Ты можешь обвинять себя сколько угодно раз, но от этого ничего не изменится. Ты уже никогда не вернешься назад и ничего не исправишь. Поэтому ты должен жить настоящим.        — Я не могу этого терпеть, Акаши-кун! Этот день, он же день рождения Акаши-куна. А Акаши-кун особенный, не такой, как другие. В этот день все должно было пройти иначе.        — Тецуя, ты только что ослушался моего приказа?        Вдруг Куроко замолчал. Он аккуратно подошел к Акаши и прижался к нему всем телом, обвивая руками.        — Давай забудем обо всем?.. С днем рождения, Акаши-кун, — Тецуя поднял взгляд, устремившийся прямо в алые глаза. Сам того не замечая, он потянулся ближе…

***

       — Никому не открывай дверь.        Этим ничем не примечательным утром Кисе проснулся и глубоко в душе пожелал себе хорошего дня. Как ни странно, он был спокойным. Но все же проблемы наступили с самого начала — у Реты сломался душ. А потом кто-то постучался. И еще куча-куча неприятных мелочей.        — Аомине-ччи! — Кисе поприветствовал Дайки с порога и упрек его. — Почему ты стучишься ко мне?        — Нет времени говорить. Быстро собирайся и спускайся вниз. Акаши ждет.        — Вот значит как. Скоро буду.        Кисе и подумать не мог, почему его ждал не кто-то, а Акаши, поэтому шел со спокойной душой.        — Доброе утро, Акаши-ччи!        — Для тебя скорее наоборот, Рета. С этого момента ты не должен отходить от Дайки дальше, чем на десять метров. Жить он теперь будет в номере по соседству с тобой, — предвидя дальнейшие вопросы, Сейджуро добавил. — В целях защиты. От Шого.        — Шого? — Кисе ощутил, как пол исчез из-под ног. — Но почему?        — Мы еще не знаем точно, но я уверен, что он тут в большей степени из-за тебя.        — А в меньшей степени?        — Этот вариант рассматривать не стоит, но как предположение имеет место быть. Ты все понял?        — Да…        После разговора Акаши ушел в неизвестном направлении, а Кисе остался рядом с Аомине.        — Аомине-ччи, как же так? Почему Шого не может уже простить все обиды?        — Ну, — Аомине задумался, — у него просто такой характер. Но не бойся, от меня уж он точно получит.        — Это жестоко.        — А издеваться над тобой — нет?        Кисе было нечего сказать.        — Акаши, — Мидорима пересекся с Сейджуро, когда тот выходил из холла, — есть минутка?        — Если это насчет вчерашнего, то можешь забыть, — Акаши даже не стал выслушивать оправдания Шинтаро, а стремительно прошел мимо.        Сейджуро подошел к небольшому деревянному домику и уже хотел постучать, но дверь открылась сама.        — Доброе утро, Акаши-кун, — Куроко хотел подойти к нему поближе, но остепенился.        — Скоро уже наступит вечер, Тецуя. Почему ты отсутствовал на завтраке? — Тецуя замялся и опустил взгляд в пол.        — Сегодня ночью мой сосед громко шумел, и я не выспался.        — Понятно, — Акаши на секунду задумался, — но даже не вздумай опоздать на обед.        — Мидо-чин, что с тобой? — Мурасакибара одним из первых пришел на обед и очень удивился, когда увидел Шинтаро. — Хочешь покушать?        — Откажусь.        — Это из-за Ака-чина? — Шинтаро в ответ молчал. — С ним все в порядке, просто Ака-чин волнуется по поводу Куро-чина. Мы же все знаем об этом. Так что съешь шоколадку и расслабься. — Ноль реакции. — Если хочешь вернуть доверие Ака-чина, то можешь мне помочь с одним делом…        За обедом все поколение чудес вновь оказалось в сборе. Кисе очень старался не отходить от Аомине даже тогда, когда остальные тоже были рядом. Куроко задумчиво ковырял еду. Мидорима и Мурасакибара сидели, замышляя что-то в своих головах. По окончании трапезы было решено отправиться на пляж.        — Я слышал от персонала, что море сегодня должно быть очень теплым!        — Если будешь так кричать, то Хайзаки тебя мигом вычислит, идиот!        — Хайзаки-кун здесь? — все отчетливо услышали стук металла о стекло.        От Акаши Сейджуро ничто и никогда не могло скрыться. Своим проницательным взглядом он всегда замечал то, что, на первый взгляд, увидеть никак нельзя. Он мог видеть даже то, происходит в душе человека. Этот раз не стал исключением.        — Так, все быстро собираемся и встречаемся на пляже. Даю всем по двадцать минут.        Куроко, по пути в свой коттедж, вспоминал давние слова Хайзаки со дня рождения Кисе. Прошло много времени с того разговора, и многое изменилось, но недопонимания остались. Хотя бы стало ясно, что означало «красноволосые обожатели»…        Путем таких размышлений Тецуя установил, что Хайзаки, вероятно, и есть его сосед, мешающий спать ночами. В таком случае нужно навестить его. Он никогда не приближался ко второму коттеджу, но теперь стоит перед большой дверью и спокойно бьет кулаком по двери. Никто не открывает. Неужели в такой момент он где-то в другом месте? Но времени выяснять уже не было — до сбора на пляже осталось не более пяти минут. Куроко забежал в номер, взяв все самое необходимое, и помчался на пляж.        Его уже ждали Кисе, Аомине и Акаши.        — Ты почти опоздал, Тецуя.        — Куроко-ччи! Побежали купаться вместе!        — Да, конечно. А где Мидорима-кун и Мурасакибара-кун?        — Ну, они немного опоздают, но это же неважно? — Аомине хотел быстрее перевести тему, чтобы Куроко ни о чем не догадался.        — Итак, если мы найдем Хайзаки раньше, чем это сделает Акаши, он снова будет мне доверять?        — Да, именно так.        — А где же его искать? Территория большая, людей много.        — Мне не очень этого хочется, но для начала нам придется навестить администрацию.        — Куроко-ччи! Куроко-ччи! Давай кто первый в воду!        — Кисе-кун…        — Тебе не идет это лицо, Куроко-ччи! Улыбнись и лови момент! Аомине-ччи! Иди скорее сюда, будем плавать вместе с Куроко-ччи!        — Подожди, Кисе! Тебе нельзя идти одному, а Тецу тебе никак не поможет.        — Ну вот.        — Получается, я буду первым, Кисе-кун.        — Это нечестно! Аомине-ччи!        Куроко сделал первый шаг в водную гладь. Холодно. Аомине еще долго будет копаться, поэтому есть немного времени, когда он может поплавать один. Переборов себя, Тецуя окунулся полностью. Прохладная вода быстро взбодрила его, и теперь, после бессонной ночи, Куроко почувствовал себя человеком. В самом море не было ничего, кроме приличных размеров волн. Тецуя лег на спину, закрыл глаза и доверился свободному течению. Резко он уперся во что-то головой. Подумав, что это буйки, Куроко протянул ладонь, чтобы почувствовать. Его руку перехватил человек… От неожиданных ощущений Тецуя начал захлебываться, но рука мигом вытащила его на воздух. Осталось поблагодарить спасителя.        — Эм, спасибо… — Куроко взглянул на этого человека. — Хайзаки-кун?        — Да, собственной персоной, — Шого сузил глаза и рассмеялся. Затем он отпустил Тецую, и тот плюхнулся обратно в воду.        — Знаешь, мне нужно с тобой поговорить.        — Не наглей. Я вообще-то не тебя тут поджидал.        — Прости, Хайзаки-кун.        — Да ничего, ты еще получишь должное.        — Что?        — Эй, Тецу, ты с кем там разговариваешь? — Дайки быстро подплыл и мгновенно изменился в лице. — Хайзаки… Ну берегись, я сейчас тебе задам. — Но он не успел что-то сделать — Хайзаки еще пуще засмеялся и забрызгал Аомине водой. — Вот же ж…        — Бывайте, детишки, — Шого скрылся под водой.        — Тецу, он что-то сделал с тобой?        — Да. Он меня спас.        — Что-то слабо верится, но раз ты так говоришь, я поверю.        — Аомине-ччи! Вам пора выходить из воды!        — Аомине-кун, а почему ты тут один?        — Акаши сразу почуял неладное, поэтому послал меня за тобой.        Куроко, услышав эту фразу, слегка разочаровался.        — Пошли, Аомине-кун. Кисе-кун звал.        — Ну наконец-то вы подошли. Вас там засосало, что ли?        — Думай, что говоришь, блондинка.        — Да ладно тебе, Аомине-ччи! А сегодня вообще-то конкурс песчаных замков, и мой будет намного круче твоего! — Рета состроил гримасу и игриво отбежал.        — Ах так? Зато со мной Тецу!        — Что?! Куроко-ччи должен быть со мной!        — Тецуя со мной, — к ребятам подошел Акаши и притянул к себе Тецую за руку.        — Акаши-ччи! Это нечестно!        Организатор дал старт, и по всему пляжу засуетились люди. Каждый хотел оказаться лучшим, несмотря на то, что это всего лишь строительство замков из песка. В своих постройках Аомине использовал слишком много воды, а Кисе, наоборот, слишком много песка, поэтому занять призовое место у них не получилось. Конечно же, Рета мог и скопировать чью-то работу, но первое место все равно заняли Акаши и Куроко. Никто не может превзойти идеал, вдохновленный любовью.        — Это все потому, что с тобой был Куроко-ччи!        — Да! С Тецу вместе даже бы Мурасакибара победил.        — Возражения не принимаются. Сегодня вечером я с Тецуей иду в бар, чтобы отметить день рождения снова. Все остальные идут в обычную столовую.        — И почему Акаши-ччи не делится Куроко-ччи с нами?        — Он просто собственник, хоть меня это и бесит.        — Была бы возможность, я бы все свое время проводил с Куроко-ччи…

***

       Тецуя волновался — Сейджуро позвал его праздновать вдвоем. Возможно, это была отличная возможность, чтобы решиться на отчаянный поступок. Все будет хорошо, пока рядом он… Вот же он, путь к счастью, так приди и возьми его, он так близко. Решительные поступки были очень подстать Куроко, такой был способ его самовыражения. Не значит ли это, что сейчас время совершить еще один? Люди часто задумываются при принятии решений, особенно если это как-то касается близких им людей. До их встречи осталось совсем немного. Потеряв терпение, Тецуя вышел заранее. Быстрым легким шагом он уже дошел до поворота, но, как показалось, зацепился за какую-то ветку. Если бы это видел кто-то со стороны, то сразу бы все понял, но бедный Куроко воспринял все совсем не так…        Сначала послышался стук чего-то твердого о стену, затем пришла боль. В глазах потемнело, а слух притупился. Совсем рядом еле различимыми стали яркие силуэты и странные звуки, напоминавшие драку. После этого — только тьма.

***

      …запах чего-то сладкого витал в воздухе. Голова отказывалась соображать. Что происходит и где он сейчас находится, Тецуя никак не мог понять. В мыслях только четко обозначилось, что до бара он так и не дошел… Резко вскочив, он воскликнул:        — Акаши-кун!        В ответ ничего. Ну, да, это было мало ожидаемо. Зато Куроко смог осмотреться. Он лежал на просторной премиальной кровати в комнате, которую с легкостью можно было назвать царской. Где-то он уже такую видел. Чтобы наконец разобраться в произошедшем, долго ждать не пришлось. Через десять минут вокруг Тецуи собралось поколение чудес, говорящих о чем-то, чего Куроко так и не смог понять. Акаши Сейджуро молча стоял в другом конце комнаты.        — Куроко-ччи! Это просто ужасно! Ты ни в чем не виноват!        — Тецу, обещаю, такого больше никогда не произойдет…        — Куро-чин бедняжка.        — Прими мои сожаления, Куроко.        Тецуя ничего не отвечал. Он вглядывался в лица своих друзей и долго смотрел на каждого. Его глаза молча вопрошали. Вскоре все ушли — Акаши даже не пришлось их выпроваживать. Остались они вдвоем. Как иронично. Никто не решался заговорить первым.        — Акаши-кун, — Куроко попытался выговорить имя внятно.        — Тецуя… — Акаши с усталым лицом подошел к кровати.        — Я ничего не понимаю. Я шел из коттеджа в бар, куда ты позвал, но по пути, — Тецуя остановился на этом моменте, не зная, что сказать дальше.        — Я все знаю, Тецуя. Прости меня, я все видел, но не смог тебя защитить.        — Акаши-кун… — Все. Последняя капля наполнила сосуд, и Куроко не выдержал. По бледному лицу потекли влажные струйки. Ему захотелось сбежать отсюда, чтобы никто не видел его слез, и он предпринял попытку, но оказался пойманным Сейджуро.        — Куда же ты, Тецуя? Почему ты бежишь от меня?        — Акаши-кун… — Тецуя не мог и связать двух слов. Ему оставалось только медленно увядать в крепких объятиях.        — Я с тобой, Тецуя.        — Акаши-кун… издевается надо мной! — Куроко оттолкнул Сейджуро и упал на кровать.        — Что же с тобой происходит? — Акаши еще недолго постоял рядом с кроватью, а затем вышел из номера, закрыв дверь на ключ.        Куроко снова остался один? Пребывание в одиночестве, несомненно, идет на пользу человеку. В такие моменты он может раздумывать о произошедшем в последнее время и извлекать из этого пользу, делать правильный выбор. Честно, Тецуя совсем не понимал, что произошло и что заставило его плакать, но ему поскорее захотелось исправить это как можно быстрее.        Спустя полчаса Сейджуро вернулся. С собой он принес корзину с фруктами и продуктами.        — Это тебе.        — Акаши-кун, я не хотел, чтобы все так вышло.        — О Тецуя, не накручивай.        — Эм, я до сих пор не знаю, что произошло.        — Пока ты шел на нашу встречу, я наблюдал за тобой. На тебя напал Шого, а я просто не подоспел вовремя.        — Просто?        — Знаешь, Тецуя, я всегда говорил тебе не винить себя, потому что ты не виноват. Но сейчас ты можешь наблюдать ситуацию, в которой виноват только я. Уже давно мне было известно, что Шого здесь, что он живет в соседнем с тобой коттедже и не дает тебе спать. Я должен был узнать, зачем ему ты, вот и все.        И Тецуя верил. Верил, как маленький мальчик, которому добрый дядя протягивает конфетку в яркой обертке, но наполненную ядом. А на душе вертелись слова Хайзаки, значение которых Куроко так и не узнал.        Наступила ночь. Спать Тецуя не мог — мешали мысли и боль на душе. Приподнявшись, он надумал поискать Сейджуро, который должен быть где-нибудь здесь. Куроко вышел в коридор на цыпочках, и сразу же обратил внимание на огромный балкон. Сквозь стекло в помещение проникал лунный свет, сочетающийся с крупными точками звезд. Высокий контраст возникал благодаря густому черному небу. Тецуя инстинктивно прошел на балкон, не отрывая глаз от прелестей ночи.        — Красиво, правда? — Чужие слова заставили Куроко вздрогнуть. Но, осознав ситуацию, он мигом успокоился.        — Почему Акаши-кун еще не спит?        — У меня к тебе тот же вопрос, Тецуя.        — Я не хочу спать.        — А нужно. Тебе особенно. Так что же привело тебя сюда? Резкое желание полюбоваться звездами? Или нечто большее? — Несмотря на слова, обращенные к Куроко, Сейджуро смотрел только на небо.        — Я хочу что-то сказать тебе, Акаши-кун. — Тецуя заметно напрягся, затем поник. — Спасибо тебе за все.        — Тецуя, — Акаши обеспокоенно подошел ближе и взял его ладонь в свои руки, — не благодари меня. Ты слишком много страдал, чтобы говорить такое.        — Мое самое большое страдание — расставаться с Акаши-куном…        Эти двое оказались предоставлены друг другу, поэтому никто из них не заметит, как быстро пролетит ночь, проведенная под звездным небосводом.

***

       Время для самого грустного момента — пора нашей веселой компании попрощаться с этим необычным местом, которое для каждого запомнится по-разному: кто-то будет с улыбкой на лице помнить веселые дурачества, кто-то — со стыдом вспоминать свои глупые ошибки и пытаться их больше не повторять; кто-то будет грустить из-за потерянных вкусняшек, и кто-то наверняка запомнит прогулки по ночам…        Все эти воспоминания будет объединять только одна вещь — они потерпели полный крах, оказавшись в непредвиденной ситуации. Никто не мог знать, что вновь объявится их бывалый одноклубник. Каждый хотел разобраться с ним лично, но удар принял на себя бедный Тецуя. Поначалу каждый, кроме Сейджуро, и подумать не мог, что на самом деле замышляет этот скользкий тип, а даже если и мог подумать, Акаши совершил для себя самую большую ошибку — пускай и косвенно, он причинил вред самому дорогому в своей жизни. Будь на месте Тецуи кто-либо другой, вряд ли бы он стал все это терпеть.        Но Тецуя терпит все, и даже то, в чем он совсем не виноват. Ему непросто, но ради своих близких он готов на многое. В какой-то момент в его душе все-таки затаилась капля сомнения, но он мгновенно от него отказался. Такие люди, несомненно, стоят уважения, если бы не одно но…        — Все на месте?        — Так точно, Акаши-ччи!        — Точно?        — Так точно, капитан!        — Вообще, — Аомине лениво опустился на кресло в холле, — я не вижу Тецу.        — Я здесь, Аомине-кун, — как всегда из ниоткуда появился Куроко, который выглядел запыхавшимся.        — Я видел! Куроко-ччи только сейчас пришел!        — Прости за опоздание, Акаши-кун, — в качестве приветствия Тецуя обнял Сейджуро.        — Воу, вот это страсти!        — Куро-чин такой милый. Я теперь тоже хочу его обнять, — Мурасакибара прямиком отправился обхватить Тецую со спины, но в его живот врезалось что-то острое.        — Ака-чин, больно же, — Ацуши отстал.        — Ты сам знаешь, что моего касаться строго запрещено.        — Акаши, нам пора выходить.        Что ж, попрощайтесь с этим уютным местечком, потому что вряд ли вы когда-нибудь увидите его снова.        — Куроко-ччи! Куроко-ччи! — Так получилось, что Рета и Тецуя слегка отстали от остальных. — Ты хочешь домой?! Мне вот совсем не хочется уезжать отсюда!        — Ты прав, Кисе-кун. Это место просто волшебное.        — Кстати, Куроко-ччи… Ты любишь Акаши-ччи? — этот вопрос сбил Тецую. Он колебался несколько секунд, но ответ не заставил себя ждать.        — Я не могу разобраться в своих чувствах, Кисе-кун. Только не говори об этом никому, пожалуйста. Я люблю…