Мы есть кровь тела

Мои руки гудели так же, как и струны на моей затихшей гитаре. Наступила тишина. Да и наступила ли? В моей голове лишь отбивала свой собственный ритм кровь в висках, и этот звук бился в моей голове, перекликаясь с мыслями. О, боже. Почему? Почему мне приходиться узнавать всю ту самую важную информацию от малознакомых людей? Не от близких? Как будто, так и должно быть… Как будто я могла и дальше оставаться в неведении. Мои гнев и боль вновь усилились, как только я сошла со сцены. Парень, который играл до перерыва, удивленно проводил меня глазами и со вздохом взял свою деревянную гитару. Но мне было плевать на его усталость.

***

Когда мои ноги переступили порог комнаты, я быстро повернула замок. Не хочу никого видеть. Не хочу извинений. Я их уже слышала в своё время от мамы, которая с пьяной улыбкой пыталась доказать мне, что пить она больше не собирается. Ни-ког-да. Смешно. Поставив гитару и прислонившись к стене, я медленно сползла вниз, прямо на пол. Да, с одной стороны это глупо-обижаться на то, что кто-то что-то тебе не сказал. Но эта информация была, черт возьми, важной. Пальцы зарылись в волосы то, притягивая, то оттягивая их то вверх, то вниз. Теперь все сложилось у меня в голове, как пазл: Мика-неуравновешенная психопатка, которая в любой момент может меня убить, если в ней проснуться старые чувства; Куроо и Алиса, называя себя моими близкими, не пытались даже рассказать о том, что они встречались. И что теперь делать? Пока я обдумывала этот вопрос, в мою дверь постучались. Еще раз. И еще. Послышался тихий, хриплый голос: — Рей, открой… Дай мне все объяснить. От его слов мне почему-то стало еще больнее, да так, что полились слезы. Моя голова уткнулась в колени, а зубы сжались. Стук повторился. — Пожалуйста, я не хотел…чтобы ты так узнала…я бы сам тебе рассказал в своё время… Из моего горла вырвался жалкий смешок. — Когда?! Когда ты хотел мне рассказать?! Когда Алиса бы стала моей лучшей подругой и окончательно вошла в моё сердце?! Когда я думала каждую минуту, каждую секунду только о тебе? Послышался раздраженный пинок о дверь. — Ты тоже мне многое не рассказываешь: о своих родителях, синяках, о том, что живешь одна, о своих кошмарах… Но я не психую и не взрываюсь от твоего недоверия! — Это другое дело, — я закусила нижнюю губу, в надежде придумать хоть какое-то оправдание. — Я не знаю больше ничего… Как мне тебе доверять, если ты не рассказал мне о том, что вы с Хайбой встречались? Послышался звук удара. Похоже, он хочет разнести мою дверь. Мило. — Это было год назад, — прорычал Куроо, ещё раз ударяя дверь. — Мы встречались лишь месяц… А теперь открой мне эту чертову дверь, ИНАЧЕ Я ВЫШИБУ ЕЁ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ. Я знала, что делаю огромную ошибку, снова доверившись ему. Но все равно встала и на покачивающихся ногах открыла дверь.Не пропадать же куску дерева зря. На пороге стоял Тетсуро, тяжело дыша. Его растянутая черная футболка задралась снизу, оголяя торс. Руки сжались в кулаки, а глаза переливались всеми оттенками золота. Он шагнул в мою сторону, и инстинктивно я уступила, только чтобы снова оказаться прижатой к стене. На его губах играет горькая улыбка, словно он чувствует, какую боль испытываю я. Куроо загоняет меня в угол, и мне остается лишь молчаливо подчиниться. Покрыв расстояние между нами, он вытягивает руки и прижимает ладони к стене по обе стороны от моего лица. — Я не хотел, чтобы так вышло… Не хотел, чтобы ты узнала это от Бокуто… Его огромное тело, высокий рост, само его присутствие привычно меня зажимают. Внезапно, я понимаю, что мне нечем дышать. И ответить я тоже не могу. Его слова душат меня. Минуту мы стояли в таком положении, нечего не говоря и глядя друг другу в глаза. Его глаза-янтари наливались чем-то темным с каждой секундой, и казалось, что расстояние между нами уменьшается так же быстро, как и они темнеют. Я сглатываю, а внутренности несколько раз делают кульбит. Он отрывает одну руку от стены и хватает мой подбородок. — Наверно, я никогда не полюблю никого так сильно, как тебя, — он провёл своим языком по моим дрожащим губам, вызывая вздох. — Если ты посмотришь на мои прошлые отношения со стороны, то они покажутся тебе настолько простыми, бестолковыми и бесполезными, что ты засмеешься. Но я надеюсь, что сейчас...когда я тебя поцелую, ты не будешь смеяться. Большими пальцами Куроо быстро смахнул слезы с моих щёк и прижался ко мне в поцелуе. В бешеном поцелуе. Я не помню, как мы добрались до кровати. Как навис надо мной сверху. Похоже, что я была слишком расстроена, чтобы возражать. Потом последовала череда сумасшедших поцелуев, от которых у меня кружилась голова и загибались пальцы. И да, эти же пальцы стянули с него футболку. Мой мозг включился только тогда, когда он, тяжело дыша, отстранился от меня, напоследок поцеловав меня в лоб. — Рей, это было слишком, — Тетсуро со стоном лёг рядом со мной. — ещё чуть-чуть и от моего контроля не осталось бы и следа. Я гневно перевернулась на бок. Злость всё ещё кипела во мне, смешиваясь с чем-то большим и теплым. И это «что-то» я от всей души попыталась игнорировать. — Не стоило мне тебя впускать… — Но ты же впустила, — хмыкнул Куроо, переворачиваясь и задевая мою спину руками.— Так что, у нас перемирие? Мне понадобилось вся моя сила воли, чтобы не недовольно засопеть. — Если расскажешь всё о своих бывших! Иначе можешь проваливать…если что- дверь прямо по коридору! Сзади послышался хриплый хохот, и руки парня обволакивают моё тело и сжимают. Его пальцы задевают мой живот, и по телу проходит дрожь. Возникает ощущение, словно такой эффект возымеют все его прикосновения… Мою шею прожигают его губы, которые проводят линию от первого шейного позвонка до мочки уха, а потом остановились. — Как ты уже поняла- с Микой мы знакомы давно. Я дружил с ней со средней школы, а в старшей мы уже начали встречаться. Тогда мне и в голову не проходило, что такое может случиться-Куроо сдавленно вздохнул и продолжил.— Мы с Микой всегда были «одного поля ягода», интересы, мировоззрение, любовь к волейболу и друзья-все было общим. Она понимала меня с полуслова. Но когда мы начали встречаться, все будто переменилось. Мика все чаще без повода ревновала, злилась, ссорилась со мной, а потом мы…утопали в собственных чувствах, если ты понимаешь о чем я. И так раз за разом. Все закончилось, когда в меня влюбилась девушка-менеджер из Куранаги… С их командой мы пару раз ездили в один и тот же летний лагерь, где я и узнал, что она испытывает ко мне «такие» чувства. Да и как было не узнать, девушка за мной хвостом ходила… Ну вот, Мика решила ей помочь увидеть мои чувства… Она позвала менеджера Куранаги на кухню, чтобы поговорить. Та, похоже, начала доказывать, что мы были не парой, и что она лучшая претендентка на моё сердце. Мика психанула, и в приступе ревности…кхм…нанесла шесть ножевых. Парень притих и выдохнул. Я знала, что он ждет моей реакции от его рассказа, но…мой мои мысли крутились вокруг слов «шесть ножевых». Как можно ненавидеть человека, чтобы пожелать ему смерти? Взгляд упал на сложенные в замок на моем животе руки Тетсуро. Как надо любить его, чтобы пойти на такое? — А с… Хайбой? Это был второй вопрос, волновавший меня. Мое сердце болело от того, что Алиса, считающая себя моей лучшей подругой, не сказала мне самого важного. Да, эта информация шокировала бы меня, но не имела бы такой эффект, как сейчас. — С Алисой было проще — сказал Куроо, и я почувствовала, что он ухмыльнулся.— Она притягивала к себе всех, еще когда была первогодкой.Я не был исключением. Именно в этот момент мне было нужно понимание и забота, которыми окружила меня Хайба. Ты же знаешь, какая она оптимистичная…но мы поняли, что лучший выход-просто остаться друзьями. У меня с ней был всего лишь месяц отношений… Да и рассказывать тут, в принципе, не о чем… И он снова замолчал. Спустя минуту я не вытерпела и, оглянувшись через плечо, увидела его глаза. О-мой-бог! Они переливались всеми оттенками золота и ясно указывали на то, что творилось у него в душе. Боль. Любовь. Грусть. Стыд. Похоть. Отчаяние. Страх. Я будто сейчас пролетела по всем этим чувствам, как машина под сто шестьдесят по русским дорогам (намек на бугры, разломы, ну, вы же знаете))). Мне на секунду стало стыдно за свою вспышку ярости, но потом я отдернула себя. Раз мои близкие решили остаться со мной, пусть терпят мой характер и не скрывают от меня ничего… Или я ошибаюсь? Не дав себе опомниться, моя рука потянулась к его щеке и прижалась к ней. Куроо на миг оторопел, но потом, справившись с удивлением, приник в моей ладони, как мурлычущий кот. Сейчас он выглядел немного истощенным, но, кажется, счастливым. Удивительно, как его властный, самоуверенный напор в игре, со мной превращался в нежность и расслабленность. И мне хотелось наблюдать такую перемену, как можно дольше. Я не помню, как мы уснули…но зато явно чувствовала его руку сжимавшую мою.

***

Ох. Первой моей первой мыслью было осознание того, что на мне лежит нечто большое, а луч солнца настойчиво бьет мне в лицо. А второй-не опоздали ли мы на завтрак? Переведя взгляд на настенные часы, я облегченно выдохнула. Только шесть тридцать. Еще целых полтора часа. Третьей моей мыслью было, что мне очень хочется в туалет, а на мне все еще спал Куроо. На мне лежали его семьдесят кг! Что он ест, чтобы так расширяться? Данон или растишку? Моя рука еле-еле выползла из захвата и попыталась разбудить его. Я дотронулась до его переносицы и провела пальцем по идеально прямому носу. В ответ парень только что-то пробормотал во сне и сжал мои конечности сильнее. Супер… Через тридцать мучительных для меня минут парень наконец приоткрыл сначала один глаз, потом второй. И с удивлением уставился на меня. — Рей? Ты чего делаешь в моей комнате— а потом последовала наглая улыбка. — Ты хотела ТАК передо мной извиниться? Мои щеки порозовели. Какой же он… — Придурок — я резко вырвалась и побежала в ванную — Больше ноги твоей не будет в моей комнате! Через закрытую дверь послышался истеричный хохот. Боже.

***

— Рей-ча-а-ан, перестань дуться! — Был бы ты в такой ситуации, посмотрела бы на твои действия в таком случае! -обиженно пробубнила я, прячась за пепельной стеной волос. Мы с Куроо приближались к залу Киокушинай, в котором должна пройти последняя игра с Фукуродани. Всю дорогу парень вспоминал своё пробуждение рядом со мной и все то, что последовало после, с насмешкой и иронией. В духе Тетсуры. Поэтому было логично обидеться и перестать с ним разговаривать на месяц. Сейчас я чувствовала легкое беспокойство. Весь завтрак, который состоял из вкуснейшего омлета от Юкиэ и сока, подаренного организаторами поездки, меня буравила взглядом одна синеглазая особа. Поэтому мне пришлось постоянно находиться с кем-то, следуя совету Куроо. Хоть она и уезжала днем, не следовало расслабляться. Когда началась разминка, я не заметила ничего необычного. Лишь только замечала извиняющиеся взгляды Бокуто, который сегодня играл из вон рук плохо. Наверное, до сих пор переживал из случившегося вчера. Как и ожидалось, игра прошла в пол силы. Нашей тактикой было выставить первогодок на первые линии, но Хайба не справлялся с атакой, а остальные не успевали прикрывать его косяки. В итоге мы проиграли со счетом 23:25. Конечно, не плохо для первого матча с сильной командой, но я и тренер надеялись на чутье и инстинкты первогодок, которых не оказалось… Пока команды пожимали друг другу руки, я побежала за полотенцами в тренерскую. В комнате было темно и пахло спиртом. Моя рука нашарила что-то мягкое, и я, решив, что это и есть полотенца, потянула. На мою руку упало нечто острое. Боль пронеслась по руке с невероятной скоростью, мой вскрик резко прозвучал на фоне тишины. Послышались мелкие шаги, и я услышала голос тренера: — Боже, Рейка, что произошло? Почему свет не включила?! Щелкнул выключатель. О, нет. Вся рука была изрезана, а кровь красной нитью каплями летела на пол. А злополучные полотенца лежали напротив, на полке! Рука тренера пробежалась по моей руке, осматривая повреждения. — Неглубокие царапины…сможешь промыть руки и отправиться в мед.блок? Я сам раздам парням необходимое? Мне оставалось только кивнуть. Боль пульсировала и передавалась всему телу, заглушая остальные чувства. Я вышла из зала через тренерскую, чтобы, не дай Бог, Куроо не увидел моей умирающей физиономии, иначе тут же увязался следом, и направилась к умывальнику. Подставив руку под теплую воду и смывая кровь, я задумалась, что чувствовала та девчонка, на которую напала Мика. Никто ведь и подумать не мог, что… Внезапно что-то обрушилось на меня сзади. Я попыталась пошевелиться, но что-то меня держало. Руки горели огнем, а потом взорвались вспышками боли. — Ты не лишишь меня его! Он тебе не пара! — прошипел женский голос. Мика. Меня охватила паника. Я начала извиваться и орать, что было сил, но мои крики были подавлены ударом головой по раковине. А затем я почувствовала у себя на шее холодные руки. Она была выше и сильнее, поэтому мои удары не приносили ей весомого вреда. Я отчаянно дергала головой, пытаясь её скинуть. Бесполезно- я начала задыхаться. Что-то давило на плечи. Оказывается, это она навалилась на меня. — Ты мерзкая и грязная! Ты не достойна его! Именно в эту секунду я поверила ей, подумала, что она, быть может, права, и я не та девушка, за которую Куроо должен сражаться. Передо мной промелькнули моменты, когда мы были вместе: наше первое знакомство, как мы ночевали вместе, прогулки, сцены ревности, его мягкая улыбка, когда он смотрел, как я смеюсь.Вспомнила нежный трепет в сердце, когда он целовал меня, как проводил в нетерпении по моему бедру, его хриплый голос и любовь, читавшуюся в янтарном взгляде. Он стал частью меня, за которую я отчаянно цеплялась. Воздуха не хватало, но в это время, моя мысль была только о нем. О том, что я не хотела бы, чтобы он видел, как я страдаю. Мои глаза медленно закрылись, наливаясь свинцом. Кажется, это конец… Я уже не видела, как рука Куроо отпихнула Мику в строну. Как тренер попытался привести меня в чувство. Как у капитана Некома перехватило дыхание от моего бледного лица и крови повсюду. Как он начал кричать на свою бывшую, которая билась в истерике от содеянного. Его одинокая слеза, когда он понял, что мой пульс медленно останавливается.