V
31 октября 2017 г., 17:49
***
В конце ноября Роман Михайлович огорошил сына: в Москву собиралась итальянская делегация дабы убедиться в безопасности и целесообразности ведения бизнеса в России. Если раньше итальянцы сомневались в выборе фирмы, то теперь Кьяра Герра ссылалась на санкции. И эту без сомнения стерву, входившую в совет директоров компании «СНН», нужно было убедить всеми возможными и невозможными способами. Кьяра решила лететь в Москву лично, не доверяя отчётам рабочей группы.
— Итальянский знаешь? — спросил Роман сына на уже привычной вечерней посиделке в кабинете.
Ник покачал головой.
— Ну и хорошо, значит, «макаронники» на тебе.
— Не понял, к чему тогда был твой вопрос, — усмехнулся Ник.
— По сути, ни к чему. Язык не главное. Для меня в приоритете твоё личное обаяние и способность убеждать. Особое внимание нужно уделить сеньорине Герре.
— Боишься, что твоего обаяния не хватит? И что ты подразумеваешь под особым вниманием? — Нику совсем не улыбалось обхаживать какую-то итальянскую грымзу, которую он в мыслях уже окрестил «синьорина мегера». Такую цену за заключение контракта он платить не собирался. — Ты Игорьку подложи, прости, оговорился, предложи.
— О чём ты только думаешь? — Роман потёр лоб. — Я имел в виду, Москву ей покажешь, на балет сводишь и ненавязчиво расскажешь, как замечательно заниматься бизнесом в нашей стране, если юридическое сопровождение доверить таким профессионалам, как мы. И всё. Если у тебя появится к синьорине Герре непрофессиональный интерес, это твоё личное дело. Делегация прибудет в январе. Будет время познакомиться с их традициями и культурой.
Выйдя из кабинета отца, Ник подумал, что нисколько не ошибся в том, что имел в виду старый хитрый лис под особым вниманием. Так и быть, он выгуляет синьорину мегеру по Москве. А если Роману Михайловичу это покажется недостаточным, пусть продолжает очаровывать эту старую деву самостоятельно в меру своих возможностей и желаний. Неприятный осадок после общения с отцом нужно было растворить в бокале коньяка и закусить сочным стейком. Самое лучшее мясо готовили в том самом ресторанчике, где он в последний раз ужинал с Кристиной. Там, где работает Отмороженная. Не доведи господь, если сегодня её смена. Тогда он сразу попросит, чтоб его обслужил кто-то другой. Пятна коньяка на рубашке ему ни к чему. Ник поймал себя на том, что улыбается.
В ресторане к одному из немногих свободных столиков Ника проводила миловидная официантка. Его знакомой не было видно, как Ник не всматривался в полутёмный зал. Может, у неё выходной.
— Настенька, — оторвавшись от меню и бегло взглянув на бейджик, начал Ник. — У вас тут девушка одна работает, — и запнулся, не зная, как её описать, — худенькая такая, светленькая, очень неловкая.
— У нас нет неловких, — улыбнулась девушка. Нику понравилось, что улыбка у неё не дежурная, искренняя.
— Вот и хорошо, — улыбнулся в ответ Ник. — У нас корпоратив намечается. Не хотелось бы, чтобы кого-то из гостей случайно облили.
— Что вы! У нас такого не бывает. У нас обслуживание на высшем уровне.
— Поверил бы, если б сам не видел.
— А, — Настя опустила глаза, — я поняла. Можете не переживать. У нас увольняют тех, кто не справляется со своей работой.
— Значит, будем считать, что мне тогда не повезло. До сих пор помню, как ругалась женщина, облитая с ног до головы вином. Даже подыскал другое, более безопасное место, но любовь к превосходным стейкам снова привела меня сюда.
— У нас очень хороший управляющий. Он всегда заботится о наших гостях. Ту девушку он уволил в тот же день. Пострадавшей возместил убытки в полном объёме.
— Вот и прекрасно. Мне, пожалуйста, бокал «Хайна» и стейк средней прожарки с овощным гарниром. И ещё, раз уж вы полностью развеяли все мои сомнения, с кем я могу обсудить вопросы по корпоративу.
— Только с управляющим. Он будет минут через сорок.
— Настенька, счёт сразу. Коньяк вместе со стейком. И попросите управляющего подойти ко мне.
Получив счёт, Ник вложил в кожаную книжку несколько купюр, сказав, что сдачи не нужно. Официантка попыталась вяло протестовать, больше из приличия, но Ник заверил её, что это равноценная благодарность за прекрасное обслуживание.
— Настя, а ведь вы могли бы мне помочь, — обволакивающим бархатом прозвучал его голос.
Девушка изобразила предельное внимание. После таких щедрых чаевых иное поведение было бы крайне невежливым. Ник замялся, а потом решил импровизировать.
— Я вас не просто так о той девушке спрашивал. Другу пообещал. Он очень застенчив, не везет ему с девушками. После того, как она чуть не опрокинула на него тарелку, только о ней и думает.
— Об Аньке думает? — удивилась официантка. По её лицу было видно, что она уже готова посмаковать эту новость вместе со своими подругами.
— Я тоже его не совсем понимаю, — Ник потер переносицу. — Здесь такие красавицы работают, — многозначительно посмотрел на Настю, которая с удовольствием проглотила комплимент, и добавил. — Но о вкусах не спорят.
— Она и официанткой-то не была. Посудомойкой работала. Управляющий, попросил девочку подменить. Не вышла в смену. Обзвонил всех — кто заболел, кто уехал. Прямо стечение обстоятельств. Вот и решился на такое. В итоге получил недовольных клиентов. Ну и уволил Аню, зарплату ей не выплатил за месяц, сказал, что вычел в счёт убытка. Сама она виновата, не нужно было соглашаться. Спокойно мыла бы посуду, и ничего бы не произошло.
— А телефона этой Ани нет?
— Нет. Она ни с кем не общалась. Хотя коллектив у нас очень дружный.
— Не сомневаюсь, — тихо заметил Ник и громче добавил. — Что ж, не получилось у меня соединить сердца. Передам, что Золушка исчезла, не оставив даже туфельки.
Ник медленно цедил коньяк. Теперь пришлось запивать еще и злость. Этот урод всё-таки уволил её в тот же день. Ещё и нашёл, как нажиться. Наверное, посмеивался над Ником с его тысячей. Когда замаячила фигура знакомого дрыща, Ник с трудом подавил желание впечатать его мордой в стол. И чем растерянней становился вид управляющего, тем шире расплывалась улыбка Ника.
— Добрый вечер. Вы по корпоративу?
— Да.
— Хорошо. Давайте всё обсудим. Я присяду? — деловито начал дрыщ. — Вы как раз вовремя. Еще немного и совсем не останется свободных дат. Есть на двадцать девятое. И двадцать седьмое.
— Мне всё равно. Мне важно, чтобы нас обслуживала Анечка. Вы ведь вспомнили меня?
— Понимаете, она, к моему сожалению, уволилась, — с нотками лёгкой печали произнёс дрыщ. — Решила, что у нее не совсем получается.
— Понимаю. А ещё она пожертвовала тебе зарплату. К твоей радости. Я же говорил, что лично проверю.
— Давайте не будем переходить границы дозволенного, — голос управляющего дрогнул.
— Если бы я захотел перейти границы дозволенного, твоя голова проломила бы стол. Хотя, скорее, проломилась о стол, — слова звучали обманчиво мягко, и управляющий чувствовал реальную угрозу, не понимая, почему клиент так взъелся из-за какой-то официантки. Он даже стал озираться в сторону столика охраны.
— Даже не смотри туда, — усмехнулся Ник. — Мы просто беседуем. Я думаю, руководству будет плевать на нарушение норм трудового законодательства, так же, как и на то, что ты присвоил зарплату девочки. Но, полагаю, оно не очень обрадуется частым визитам инспектирующих служб. Открою небольшой секрет: я по своей работе часто помогаю решить проблемные вопросы с такими проверками, — для подтверждения слов Ник положил на стол свою визитку. — Наверное, ты в курсе, что придраться всегда есть к чему. А ещё придётся мягко намекнуть хозяину ресторана, с чем связано такое повышенное внимание к вашему заведению. Поэтому советую тебе сейчас принести мне тридцать тысяч, адрес, телефон Ани. А я ей лично передам деньги и твои извинения.
Парень нахмурил лоб, пытаясь понять, насколько все серьёзно. Фирма действительно на слуху. Рекламу постоянно крутили и на радио, и по телевизору. Подгадить могли на раз плюнуть, а тёплое место терять не хотелось. Но и тридцать тысяч отдавать из своего кармана желания не было. И почему тридцать?
— Я думаю, мы всё сможем уладить. Я позвоню Анне и на этой неделе выдам ей её деньги. У меня нет сейчас такой суммы.
— Найдешь. Минут десять у тебя есть, — ободряюще улыбнулся Ник.
— У неё зарплата пятнадцать была. Не слишком ли получается? — робко запротестовал управляющий.
— В самый раз. Даже, пожалуй, маловато. И не благодари — ту тысячу я тебе простил.
Деньги управляющий принёс минут через пятнадцать, пересчитал подрагивающими руками, положил сверху клочок с адресом и телефоном.
— Скажите только, к чему всё это? — до конца не осознавая происходящее, спросил он.
— Не заморачивайся, — широко улыбнулся Ник. — Просто не люблю, когда вместо официанток меня обслуживают посудомойки.
