If you know what I feel

- Черт! – Вслух выругался я и чуть не сбросил ноутбук с колен прямо на пол. Рассказ никак не хотел писаться. Действительно, как тут опишешь трогательный момент с первым поцелуем, когда сначала Даня безо всяких церемоний решил понаблюдать за тем, что я тут делаю, подтянув за собой и всех остальных, находящихся в этот момент в комнате. Клянусь, они пялились в мой полупустой рабочий стол минут так с пять. И, естественно, в отсутствии всякого вдохновения я винил «непригодные для работы условия». - А вы не могли бы все заткнуться!? – не выдержал я, обратив на себя внимание всех присутствующих. К слову сказать, сейчас мои соседи по комнате, Даня и пара девчонок были заняты игрой в мафию. - Димон, приятель, да ты чего такой нервный? – попытался снять напряжение Серега, но это разозлило меня еще больше. - Да вы раздражаете хуже вожатых своим пиздежом! Одни, что ли? Совсем, блядь, ахуели уже, орут и орут! - Не обращайте внимания, принцесса сегодня не в духе, - послышался всеобщий смех, а я бросил на Кирилла испепеляющий взгляд. Понять не могу, он совсем не боится, что я все могу рассказать? Будто прочитав мои мысли, он еле заметно подмигнул мне и вернулся к игре. Очевидно, что нет. Прошло еще пятнадцать минут, а мой романтический момент так и не сдвинулся с места. Понять не могу, в чем моя проблема? Парень целует девушку на прелестном балкончике с шикарным видом, банальней и быть не может. Так почему слова не хотят из меня выходить? Я попытался представить себя на месте главного героя, и это только все испортило, потому что мозг услужливо подсунул сцену в коридоре, а вместо симпатичной девушки возник образ этого белобрысого мудака! - Бля-я-я-я-ядь! – Уже просто в голос заорал я, захлопнул ноут и спрыгнул с кровати, тут же приковав к себе всеобщее внимание. Да пусть нахуй идут, если их не устраивает мое плохое настроение. И, пройдя через центр комнаты, где все, собственно, и сидели, я направился на балкон. Эх, покурить бы сейчас, но в пачке осталось не больше трех сигарет, а удовольствие, как известно, надо растягивать. Шла вторая неделя нашей смены. Половина народа уже успела завести «курортные романчики», друзей, подруг, предметы воздыхания, ну и так далее… Я же медленно сходил с ума. С моря повеяло легким ветерком, и я закрыл глаза от удовольствия. Как раз то, что было нужно сейчас. Я в очередной раз ужаснулся тому, что такая шикарная территория, такая природа, и ты не имеешь ни малейшего шанса насладиться ей в полном одиночестве. Нет, серьезно, я ни разу не гулял тут один, хоть и езжу в этот лагерь почти каждый год. Все время с отрядом, да с отрядом… Вдруг голову посетила спонтанная идея. Пулей я влетел обратно в комнату и полез на свой шкаф, спиной чувствуя, как чей-то взгляд впился мне в спину. Вытащив из-под всякого мусора и хлама свой телефон, ловко припрятанный от вожатых, я двинулся в сторону двери. Чем дольше я шел, тем быстрее становился шаг. Ступеньки, главный вход, и вот я на улице, вдыхаю запах свежескошенной травы и моря, чувствуя, как кровь закипает в венах. Пожалуй, одно из тех чувств, которые каждый должен испытать. Прямой контакт с природой, как бы старомодно, глупо и пафосно это не звучало. Медленным шагом я двинулся вперед. На улице было совершенно пусто, и я таки решил достать телефон. Сейчас я крайне нуждался в одном человеке и чувствовал, что этот разговор откладывать нельзя. Чувствовал, что если не выговорюсь, то внутри все может просто взорваться от объема эмоций. Несколько коротких гудков, и мой друг поднимает трубку, отвечая сонным голосом. - Я влип, - коротко бросаю я. - О Господи! Что ты на этот раз натворил? С сигами спалился? Димон, я же говорил, осторожнее надо… Твоя мать тебя… - Нет, придурок! Ни с чем я не спалился. Пока что… - и имел ввиду я явно не сигареты. – Но сейчас спалюсь. - Ты о чем вообще? - Только обещай не ржать… - Выкладывай уже, а? - Нет, я серьезно! Обещай. - Ладно, обещаю не ржать, - я будто наяву видел, как он закатывает глаза. - В общем… Тут такое дело… Я даже не знаю, как начать, - томный вздох на том конце провода. - Ты опять влип во что-то сопливое? – и как этот придурок всегда догадывается? - Э… Да, только не совсем традиционного характера… Ты же понимаешь, о чем я, да? – слышу шорох в трубке, а значит, Саша заинтересовался настолько, что даже решил встать с дивана. - Так, а вот теперь я тебя точно слушаю. - Спасибо, блядь! - Так ты расскажешь или нет? - В общем… Есть один тут… - я еще раз огляделся по сторонам для верности, - парень… - Стоп! Парень!? – перебил меня он. – Ты там ебу дал, что ли? - Ты обещал, мудака кусок! Теперь слушай… - и я рассказал другу обо всем том пиздеце, который происходил со мной на протяжении недели, не упуская ни единой подробности. Рассказал про тетрадь, про «миленькие» посиделки на крыше, и прочее, - … и вот теперь мне кажется, что он мне нравится. Только кажется, понимаешь? – молчание на том конце. – И я понятия не имею, что, черт возьми, мне с этим делать. - Да ладно, чо ты паникуешь-то? Сам же знаешь, как я отношусь ко всему этому, - Саша рассмеялся. К слову сказать, этот вообще не парился по поводу пола человека. Был, как говорится, грязным бисексуалом, что я лично никогда не одобрял. - Я собираюсь свалить отсюда! - Придурок… - Нет, серьезно, или загреметь в изолятор. Проблююсь прилюдно котлетой и пойду в изолятор писать свою гетеросексуальную историю! Подальше от всех этих пидорских штучек. Я не гей, ясно? Я даже не как ты. Мне все это не надо, тебе понятно? Я не… - и все в таком духе. Проще говоря, минут с десять я убеждал Санька, хотя походило это на разговор меня со мной, в том, что я натуральный натурал, и по-другому быть не может, а мой друг все это время практически беспрерывно ржал. - Вот чего ты ржешь? – уже сам почти смеясь, возмутился я. – У твоего друга серьезная проблема, а ты мудак, как всегда! - Ладно, ладно, раз уж так боишься спать с парнем, то… - Да при чем тут твое спать!!? – вспылил я. – Никто тут ни о каком «спать» не говорит! И вообще, все, не нравится мне никто, у меня вечная любовь с плакатом Анжелины Джоли, весящий у меня на стене. Отъебись! - Ой, ну ты и идиот зажатый, - сквозь смех выдает Саня, - слушай, скорее всего, тебе это просто показалось. Ну, давно девушки не было, я все понимаю. Но прятаться в изоляторе… Чува-а-ак! - Где хочу, там и прячусь! А потом вообще закачу матери истерику и съебусь домой! Так что, копи бабло. На следующей неделе идем бухать! - Ага, конечно, идем мы. Ставлю свои сто рублей, что через неделю ты уже будешь зажигать со своим этим… не важно, и забудешь всю эту чушь, которую сейчас спизднул, - я чувствовал, что готов ему вломить, - Ладно, все, не мешай мне кино смотреть. В ВК напишешь о своих… - нервный смешок, - похождениях. - Да пошел ты! Просто пошел ты! – И я повесил трубку, с силой пнув валяющийся рядом камень, будто тот был виноват в моих душевных терзаниях. Остаток дня прошел в бессмысленных мероприятиях, уже успевших надоесть всем играх, а на вечер перед ужином был запланирован поход в ККЗ. Сколько себя помню, этот момент всегда был самым волнительным и долгожданным для меня. Обычно, влюбившись в какую-нибудь девчонку, я каждый раз пытался встать с ней в пару, а потом и сесть рядом, но зачастую все заканчивалось провалом, и я грустил и страдал. Вот и в этот раз, вытаскивая из шкафа помятую рубашку, приятное волнение покалыванием отзывалось в кончиках пальцев, и я ненавидел себя за это. - Ох, Димон, да ты просто огонь сегодня, - заметил обычно молчаливый Илья, - пикапить кого-то собрался? – и тут я оглядел себя. Господи, выгляжу, будто на бал собрался в этой белой рубашке, узких джинсах и прелестно растрепанными волосами. Согласен, выглядит… сексуально? - Да я сам не знаю, как так вышло, - смущенно улыбнулся я, - просто одел первую попавшуюся рубашку, и тут… - Да ладно… - его тон сменился на подозрительно заговорщицкий, и я заинтересовался, - слушай, мы кое-что запланировали тут, пока тебя не было. - Ну ка… поподробней? – неужели кто-то таки догадался привести с собой бухло, и сегодня будет большая пьянка? - Ну… мы играли с этими девками из соседней комнаты, ну, ты видел… и они предложили сегодня после отбоя… - да, да, скажи это, детка… - Вау, а тебе идет, - заметил взявшийся из ниоткуда Даня, не дав Илье договорить. Разглядывая меня с ног до головы своими вечно изумленными глазами, с лица его не сходила улыбка, что даже заставило меня покраснеть. Я уже собирался что-то ответить, как в комнату зашел еще и Кирилл, тут же встрявший в наш разговор: - Блядь, ну вы хуже баб. Что, Дань, интересуешься, какой он пользуется помадой? – бросив на Данила надменный взгляд, Его Величество продефилировало к своей койке. Тот ничего не ответил, явно смутившись, и отошел от меня. - Да иди ты нахуй, - через плечо бросил я, приглаживая непослушные волосы. - Фу, Дим, ты чего такой грубый? Мне же обидно, - и, клянусь, он состроил такое выражение лица, что даже принимая во внимание все «он циничный мудак» и «еще и целовал меня», я еле сдержался, чтобы не подойти и не обнять его. Черт, нельзя таким быть! Тут в нашу комнату очень вовремя зашли какие-то бабы, чего-то хотевшие от Сереги. На их разговор я не обращал никакого внимания, и как выяснилось потом, зря… Странное дело, но до концертного зала мы дошли без приключений, а я все думал, как бы сделать так, чтобы мать забрала меня из этого скатившегося в говно лагеря. Саня думает, что я придурок, ага, как же! Окажись он на моем месте… ах да, ему бы это было только в кайф. Может, это у меня какие-то проблемы? Может, я слишком… как же он выразился… зажат? - Димон, прием, ты вообще с нами? – я повернул голову и увидел Серегу в окружении все тех же баб, одна из которых явно ждала от меня ответа. - А, да? Я просто задумался… Что такое? - Да забейте, он сегодня в трансе, - махнул рукой мой сосед под глупое хихиканье девчонок, возвращаясь к своей интереснейшей, без сомнения, беседе. Когда наш отряд наконец впустили в зал, я думал, что усну, так мне было хреново. Но нет, нужно было ежесекундно вставать, хлопать и подпевать мерзким, на мой взгляд, песням. - Боже, блядь, когда же это закончится, - не рассчитав, слишком громко выдал я после очередного дичайше скучного выступления какого-то ансамбля. - Тут я не могу с тобой не согласиться, - монотонным голосом протянул сидящий рядом Кирилл, и, клянусь, его лицо выражало те же эмоции, что и мое. Ничего не ответив, я только смерил его грозным взглядом. А что? Я все еще злился. - Надеюсь, ты был достаточно умен, чтобы никому не рассказывать о том, что недавно… Хм… Вычитал? – значит, его это все таки волнует… И даже больше, чем я думал. На моих губах заиграла ухмылка. - А что, боишься, что пойдут ненужные слухи? – в этом деле главное – не проколоться и говорить максимально завуалированно. Ведь я понятия не имею, о чем говорю! Кирилл нахмурился, а потом наклонился к моему уху и зашептал: - Предупреждаю, если ты хоть кому-нибудь скажешь о моих небольших увлечениях, я буду отравлять тебе жизнь не только в пределах этого лагеря, - краска прилила к моему лицу. Я уже начал закипать… - А ты мне не угрожай, понял, урод!? – я вздохнул, слегка успокоившись, - Расслабься, ладно? Я не из тех, кто лезет не в свои дела, - Кирилл многозначительно на меня посмотрел, - ну да, да, я не должен был читать. Но, можно подумать, ты бы не прочитал, найди ты что-то такое у меня, - его губы растянулись в хитрой улыбке. - Я бы точно не удержался. Остаток этого жуткого концерта мы просидели молча, каждый думая о своем. И в течении этого, казавшегося мне бесконечным, часа, я осознал одну вещь: мне нравится эта надменная сволочь.