Братья навеки

— И что это значит? — я походил вокруг дуба, который едва ли смогли обхватить четыре взрослых человека. Сегодня именно он стал моим подопытным в небольшом эксперименте. Я со смесью недоверия и любопытства посмотрел на руку, сжав ее в кулак и еще раз осмотрел маленькую вмятину в коре дерева, которая появилась после моего удара. Решил повспоминать старые навыки! Что за мир, где обычные законы физики просто не вписываются в местный антураж? А началось все с Мариджоа. Еще тогда я отметил фантастический прирост в силе, ловкости и выносливости всего лишь позанимавшись пару месяцев обычной, средней сложности, разминкой для Стражей, которая если и предусматривала прирост вышеуказанных показателей, то только через пару лет, но ни как не за месяцы. Единственное, что я мог делать, это заниматься тренировкой и улучшением своего тела, но были и лишения: отсутствие нормального спарринг-партнера, я уже не говорю про обычные драки и специальные навыки, маленькое и все еще детское тело, которое отвечало высказыванию «что полезно для тела, не нужно личности, что хочется личности, не полезно и даже вредно для организма». И я вполне объективно оценивал свои навыки и подготовку, но все-таки кое-что смогло меня удивить. — Закрепить успех? — я перешел на другую половину дерева и примерился к дубку. Неторопливо замахиваюсь рукой для удара и вхожу в боевой транс, в котором концентрирую энергию и уплотняю кулак до такого состояния, пока не почувствую его резкий отток, на что моя рука приобретает черный металлический оттенок. — Ха! — в разные стороны полетели щепки, а дерево протяжно застонало. Вмятина оказалась еще глубже, чем на той стороне, а я всего лишь сконцентрировал побольше внутренней энергии в одной точке. Еще раз осматриваю костяшки пальцев, на них не было и малейшего покраснения или видимых увечий. И ладно если бы это было легко, но нет… Покрову или «Коже Дракона» я научился уже в возрасте шестнадцати лет, просто сейчас я знал, что надо делать. Как не странно, но физическая составляющая тела играла тут малую роль, наиболее важной частью умения являлась концентрация и терпение, которого так не хватало в возрасте с восьми до десяти лет. Неудивительно, что мама только смеялась надо мной, когда я уверенно заявлял ей, что смогу выучить покров в раннем возрасте. Для этого надо было все-таки подрасти, но сейчас я не имел этого недостатка. Собираю энергию в руке, ощущая отток, но не такой сильный, если бы я использовал «Кожу Дракона» у себя на родине. Рука преобразовалась в металл почти до середины предплечья, удерживаю концентрацию, ладонью другой руки провожу по черной коже. Она не была холодной, как я подсознательно ожидал этого, а теплой и надежной на ощупь. — Ха-ха-ха! Где же вы были, невиданные свойства этого мира? Может обладая такими возможностями в своем, никто и не погиб бы? — меня охватывает болезненная горечь и ненависть, чтобы избавиться от них приходиться закрыть глаза и равномерно дышать. Как долго прошлое будет хватать меня за горло? Как долго я буду винить себя в случившемся и постоянно обдумывать те действия, которые так и не совершил, чтобы спасти своего маленького брата? Однако в этом мире у меня тоже есть брат, о котором я обязан заботиться. Последняя мысль отрезвляет и заставляет думать здраво. — Ты точно уверен, что Батильда видела их? — от шедших в гору людей меня укрывали высокие кусты, за которые я присел и прислушался. — Ха! Да она мне все уши прожужжала про то, что три дня назад какие-то господа в сопровождении солдат проезжали ночью невдалеке от ее дома, — ответил высокий недовольный голос, за которым последовал звук плевка. — И она прямо ночью разглядела то, что к нам пожаловала Мировая Знать? — скептически протянул женский тенор. — Разглядела не разглядела, а шухеру навела будь здоров. Ты сама знаешь, как, а точнее по чьей вине погибли ее сын и невестка с не родившимся внуком, — голос подымающегося человека был мрачен, суров и я сразу понял, что в четверке он главный. — Я слышал, что старуха была готова в ту же ночь рвануться мстить неизвестным богачам, — со смешком поведал четвертый и последний из мужчин с хриплым и пропитым голосом. Я крался вдоль кустов преследуя людей, из-за своего укрытия я мог видеть только неясные человеческие силуэты. — И что же остановило эту несчастную? — Направление, — как само собой разумеющее ответил собеседник и добавил. — Мы его не знаем. Еще три группы добровольцев рыщут в южной, восточной и западной стороне, а в северной части, где мы сейчас находимся, всегда проживало хоть и немного, но достаточно богатых людей, чтобы мы перепутали обычных зажравшихся «наших» и Мировую Знать! — Заткнулись! Мы подходим к дому Лонсенов, — прикрикнул суровый мужик и люди заспешили по дороге к закрытым воротам. — Ох! К ним же на днях приехали родственники? — поинтересовалась женщина с любопытством рассматривая особняк. — Без понятия. Но то, что там кто-то обитает это точно, — с такого расстояния я уже мог более детально разглядеть людей. Самый высокий из них с черной копной волос пихнул от себя ворота, которые мы не закрывали в последние дни. Створка без скрипа поддалась в сторону и переглянувшись люди вошли на частную территорию. Мозг лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. Сейчас примерно без двадцати одиннадцать. Я встал в шесть и в предрассветных сумерках убежал тренироваться, тем не менее, поставив в известность своего отсутствия проснувшегося, а затем вновь уснувшего брата и Мари, которая заставила меня взять с собой пару бутербродов. Допустим, семья встала около девяти, позавтракала в десять, а сейчас они чем-то занимались. Хорошо Мариэль пока удается отвлекать мать и отца от идеи поездки в ближайший город. Брат читает либо еще чем занимается. Мне пока не удается добудиться до этого сони на утреннюю пробежку и тренировку. — Эй! Хозяева! Есть кто дома? — напротив парадной двери местные остановились и чернявый руководитель стал настойчиво барабанить в нее. На первый взгляд все четверо не представляли большой опасности, хотя двое мужчин держали в руках увесистые дубинки, а у главного на поясе был приторочен ятаган. — Хозяева! — Вы кого-то ищете дяденьки и тетенька? — люди нервно обернулись ко мне, готовые вступить в бой с мифической Мировой Знатью. Усилием воли сдерживаю циничную и понимающую ухмылку, которая не должна быть на лице шестилетнего ребенка. Увидев перед собой дитенка, который был чуть выше колена мужчин и по бедро женщине, они облегченно выдохнули. — Ты здесь живешь? — ласково улыбнулась женщина. Она была некрасива, крупные черты лица, длинный нос, близко посаженные карие глаза, но при этом она обладала широкой и очаровательной улыбкой, которая осветляла внешность женщины и делала ее не такой страшной. Она не спеша приблизилась ко мне и остановилась на расстоянии вытянутой руки, будто боялась, что я убегу. — А давно вы приехали? И как тебя зовут? — Меня зовут Франческо. Здесь мы живем с мамой, братом и дядей с тетей. Мы переехали сюда с острова Катон и еще не успели обжиться, — бесхитростно улыбаюсь, острый ум быстро просчитывает вероятные ответы и вопросы, и с охотой делюсь подробностями со взрослыми. — А вы кто будете тетенька? А дяденьки? Вы к кому пришли, к маме или дяде? А где вы живете? У вас красивая улыбка! Женщина только шире улыбнулась, польщенная нехитрым комплиментом, а мужчины, видя такое развитие событий окончательно расслабились и начали весело переглядываться. — Малыш, а ты случаем не знаешь, Мировая Знать у вас поблизости не селилась? — с широкой, но напряженной улыбкой спрашивает невысокий мужчина с короткой рыжей бородой. — Мировая Знать? А кто это? — тяну непонимающую мордашку, ощущая тяжесть в животе. Не переиграть бы только. — Они носят странные одежды, высокие прически и… некрасиво себя ведут, — начала пояснять женщина, которая добралась до моих волос и с умилением гладила меня по голове, как котенка. — А ничего если ты тут один? Где твоя мама и остальные? — Хотите с ними познакомиться? Они хорошие и понравятся вам, — спрашиваю с интересом, давя внутреннее напряжение. Мне нельзя никого убивать. В городе заволнуются, что никто не вернулся и придут другие на смену этим. Но что делать если они согласятся? В Мари я не сомневался, она сумеет хорошо сыграть, а вот родители и брат могут не справится. Одни наивные, как табуретки, а другой еще слишком гордый, высокомерный и презирает простолюдинов. Хорошо хоть с Мари у них отношения уже не воспринимаются в штыки. — Спасибо малыш, но как-нибудь позже обязательно заглянем на чай, а сейчас нам пора, — выделил последнее слово высокий мужчина с серыми пронзительными глазами. — Тогда до свидания, — активно машу засланным казачкам на прощания и жду, пока четверка людей не скроется за забором и не последует дальше по дороге. — Как все нехорошо, — моя улыбка сходит на нет, а глаза приобретают опасный желтый оттенок. — Мари, можешь не прятаться, я заметил тебя. Девушка выходит из-за деревьев, сжимая в одной руке взведенный пистолет, а в другой одну из своих катан. Она оглядывается и подходит ко мне с волнением в зеленых глазах. — Где родители и брат? — Дофи на заднем дворе отрабатывает те упражнения, которые ты показал ему два дня назад, а Лея с Хомингом пьют чай на веранде, — четко доложила Мари и посмотрела в сторону ушедших местных. — Они засомневались в том, что пришли по адресу. Хотя по факту, только мы прибыли на этот остров, хотя могу и ошибаться, так как мы причалили на корабле не в местном порту и нас еще не могли так быстро рассекретить. На счастье, ты отстрочил нам несколько дней покоя, пока люди не соберут больше данных по местным резиденциям, а когда поймут, что их обдурили, то придут сюда за возмездием. — Возмездие? Красивое слово, но отнюдь оно не подходит для толпы, которая обуреваемая слепой ненавистью придет сюда, чтобы нас убить, — безразлично поведал я девушке, которая посмотрела на меня со странным выражением на лице. Больше, чем ожиревшую в своей вседозволенности Мировую Знать, я ненавидел организованное людское стадо, которым так удобно управлять и которое уничтожит все на своем пути, если конечно их не припугнуть. Чем пугать жаждущую крови толпу шестилетнему ребенку пока не понятно, но при должном усердии и желании они умоются кровью, если рискнут тронуть мою семью. Я никогда не считал себя жестоким человеком, пока дело не касалось близких мне людей, тогда и посторонние уверяли, что я становлюсь похожим на демона не знающего сочувствия ни к мужчинам, ни к женщинам. Только детей я никогда не трогал, хотя если судить по себе и Дофи могу сказать, что и они со временем имеют свойство вырастать. — Ты хотел убить их? — неожиданно спокойно спросила Мари. Я фыркнул на ее вопрос и со смешком пояснил. — Хотел, но это не решит вопроса о нашем существовании. Я не считаю себя неправым, когда дело касается семьи. Ради них я готов убивать и идти по трупам. И к слову, ты тоже являешься членом моей семьи, — на миг Мари замирает, а в ее глазах растерянность сменяется жадной надеждой и радостью. — Спасибо, Роси, какие будут указания? — интересно, когда эта взрослая женщина стала моим если и не подчиненным, то что-то близкое к «правой руке». — Ты уже интересовалась местными населенными пунктами и их обитателями? — Тебя интересует сможем ли мы найти достойное убежище в Старом городе, если местные откроют на нас охоту? — четко перефразировала мой вопрос Мари. — Почему только Старый город? — я знал ответ, но мне было интересно послушать выкладки своей «сестренки» на этот счет. — Потому что только его обитатели плевали с высокой колокольни на Дозор, Знать и Мировое Правительство, а учитывая историю острова, там осели и сколотили состояние вполне себя респектабельные пираты, к которым не суются из Нового города, хотя последние и недовольны таким развитием сюжета, но что они могут поделать, когда прибыль делится поровну? Зато они будут первыми, кто броситься на приплывших защитить их от пиратов дозоровцев, гнилой народец здесь живет, — негромко рассказывала Мари. — Насчет «крыши» ничего не могу сказать наверняка, так как я новенькая в их окружении и еще не успела окончательно осмотреться, а в Новом городе сидят слишком зажратые козлы, которыми уже давно руководят местные жители. Они называют это демократическим управлением. — «Смерть народу», — расшифровал я задумчиво и на вопросительный взгляд женщины пояснил. — Не существует такой демократии, которая полностью руководила бы страной или государством на том уровне, чтобы все были счастливы. Каждый хочет урвать лучший кусок именно в свою сторону, а на других им плевать с высокой колокольни и они готовы станцевать на их костях. Давай сделаем так. Наведи связи с местными «крысами» и поспрашивай их о житье-бытье. Пусть тебе посоветуют домик недалеко, а лучше в самом городе, а еще человека, с которым можно договориться о вступление в банду, пообещав ему достойное вознаграждение. Думаю, нашего золота, которым нас снабдили от щедрот, хватит хотя бы на два или три года спокойной жизни. Только для этого необходим условно надежный и не последний человек в их «обществе». И да, будь осторожна. — Тогда этой ночью отправлюсь на дело, — мило и одновременно жестко улыбнулась девушка. — Пойдем готовить обед? А то ведь я знаю, что ты уже как шесть часов ничего не ел. Для твоего возраста это не порядок. — Ну что с тобой поделать, — закатываю глаза и улыбаюсь краешком рта. Мари — такая Мари.— Уговорила языкастая, пошли.