Герой ее романа

      Пять лет спустя.       На красивой, чистой кухоньке с веселыми желтыми занавесками на окнах мерно тикали часы. Лучик утреннего солнца осторожно скользил по стене, спотыкаясь о полки с посудой и цветочный узор на обоях. На сковородке аппетитно подрумянивались блинчики.       — Мамочка, мы же пойдем сегодня в парк, правда? — очаровательная пятилетняя девочка влетела в кухню мгновенно нарушив состояние какого-то кристально-прозрачного покоя, царившего в ней. — Ты обещала, мамочка! Ну, м-а-а-ам! — худенькие ручки обвились вокруг талии матери, а карие глаза умильно округлились.       Гермиона не сдержала улыбки, ласково потрепав дочь по длинным каштановым волосам.       — Я помню, что обещала, Ханна, — она переложила последние блинчики на тарелку и выключила плиту. — Но дело в том, что…       — Ну вот, — насупилась девочка, забавно хмуря бровки. — Так я и знала! Нет, ну ты слышал? Я же говорила, что что-нибудь пойдет не так! — крикнула она в сторону двери.       Гермиона обернулась.       — Это правда? — грустно спросил стоявший на пороге мальчик. В его светлых, почти белых волосах запутался солнечный зайчик, а прозрачные серые глаза смотрели с бледного личика с немым укором. — Мы не пойдем гулять?       Сердце предательски замерло в груди от этого взгляда, и Гермиона виновато опустила глаза. Пять лет, а она до сих пор не научилась отказывать сыну, который рос точной копией своего отца. Она помнила, как увидела его впервые после родов. Уже тогда, при одном взгляде в большие серо-голубые глаза ребенка, она почувствовала, как что-то оборвалось внутри. Но чем старше становились двойняшки, тем очевиднее было, что природа не ограничилась одним лишь внешним сходством. Мальчик был не только похож на отца, как две капли воды, но и унаследовал его серьезный, но мягкий характер.       — Мы… — Гермиона усилием воли взяла себя в руки и откинула со лба прядь волос. — Мы пойдем. Обязательно. Я же обещала…       Радость, вспыхнувшая в серых глазах, отозвалась приятным теплом где-то глубоко внутри.       — Ура! — Ханна счастливо завизжала, кинувшись обнимать мать. — И мороженое купим, да? Ну скажи, купим? Купим?       — Купим, — с улыбкой кивнула Гермиона. — А теперь, давайте завтракать. Драко, тебе апельсиновый сок или яблочный?       Усадив детей за стол, девушка несколько секунд полюбовалась, как они с аппетитом уплетают блинчики, а затем вышла в другую комнату и вытащила из кармана телефон.       — Алло, Гарри, я…       — Герм, где ты? — тут же раздался в трубке недовольный голос коллеги. — Ты помнишь, что сегодня у нас встреча с клиентом?       Гермиона сделала глубокий вдох.       — Слушай, давайте сегодня без меня, ладно? Я обещала детям, что проведу день с ними.       — Что? То есть, как это без тебя? Подожди… — в трубке раздался шорох, а затем прорезался возмущенный голос Ханны Аббот: — Что она сказала? Нет, ну я говорила? Грейнджер, ты в своем уме?! Ты знаешь, сколько мы можем заработать на этом процессе?!       — Знаю, — устало отозвалась Гермиона. — Но ведь для этого мне не обязательно присутствовать на заключении договора, так? А завтра я приеду и сама обо всем договорюсь. Ребята, поймите, я обещала им…       — Ну… — неуверенно произнес Гарри. — В принципе мы можем справиться сами…       — А ну дай сюда трубку! — сердито прошипела Ханна, очевидно, отобрав у него телефон. — Поттер, скройся, я сама с ней поговорю…       Гермиона возвела глаза к потолку.       — Я все равно не передумаю, — твердо сказала она прежде, чем подруга успела начать агитацию.       — Да я не про это, — неожиданно заговорческим тоном прошептала Аббот. — Фиг с ними, с клиентами, ты мне скажи, как у тебя с Роном?       — С кем? — нахмурилась Гермиона.       В трубке раздался шумный вздох.       — С Уизли! Ну тот, рыженький, ты с ним обедала на прошлой неделе, помнишь?       — А, — Гермиона потерла лоб. — Это который из тех-отдела? Погоди-ка, так это ты его подговорила меня пригласить?       — Я? — предельно искренне возмутилась подруга. — Да я вообще…       — Ханна.       — Ну ладно, я. А что еще остается? Ты же ни на кого даже не смотришь! Герм, ну в конце концов, пять лет прошло, неужели ты…       — Я не буду обсуждать эту тему.       — Герм… Ты бы хоть о детях подумала. Им нужен отец.       — У них есть отец, — отрезала Гермиона. — Спасибо, что беспокоишься обо мне, но прошу тебя, давай закроем эту тему раз и навсегда. Мне никто не нужен, ясно? И прекрати искать мне кавалера! Прости, мне пора идти. Завтра поговорим.       Решительно сбросив вызов, она опустила руку с телефоном и прислонилась к стене.       Конечно, за прошедшие пять лет она сильно изменилась. Повзрослела, поумнела, научилась принимать жизнь такой, как она есть, без прикрас. Ушла та наивная, почти детская восторженность, упали с глаз и разлетелись миллионом ярких осколков розовые очки… Неизменным осталось только одно. Она по-прежнему верила, что однажды Драко вернется. Эта вера помогала ей выжить в самые тяжелые моменты, помогала не сломаться, когда больше всего хотелось опустить руки и сдаться. Гермиона просто не могла представить рядом другого мужчину, не хотела, чтобы ее дети называли отцом чужого человека. Умом она понимала, что, возможно, это эгоистично, что она лишает своих детей шанса на полную семью, но ничего не могла с собой поделать.       — Мам, мы готовы! — радостный возглас дочери отвлек ее от невеселых мыслей. — Идем?       — Идем, — Гермиона заставила себя улыбнуться. — Только сумочку возьму.       В парке царила оживленная атмосфера. По-летнему ярко светило солнце, по ухоженным дорожкам бегали непоседливые дети, гоняя голубей, не спеша прогуливались взрослые, наслаждаясь выходным днем.       — Мам, смотри, вон там мороженое продают! — Ханна подпрыгнула на месте от нетерпения. — Можно я побегу куплю, ну можно? Можно?       — Можно, — кивнула Гермиона, вручая дочери деньги. — Только не беги так, упадешь! — крикнула она уже ей вслед, глядя, как девочка несется к яркому фургончику, таща за собой брата.       Драко не сопротивлялся, хотя никогда не любил быстрой ходьбы, но предпочитал не спорить с излишне активной сестрой.       Гермиона проводила детей взглядом и обернулась в поисках свободной скамейки, но внезапно на нее налетела крохотная девочка, на вид лет четырех.       — Ой! — ребенок споткнулся и чуть не упал, но Гермиона вовремя подхватила.       — Осторожнее, — она поставила девочку на ноги, мимолетно удивившись ее сходству с Драко. Те же светлые волосы, серьезные серые глаза и бледная, почти прозрачная кожа. — Все хорошо?       Ребенок молча кивнул.       — Нарцисса! — раздался внезапно откуда-то справа женский голос. — Сколько раз я просила тебя не бегать? — красивая, ухоженная девушка в дорогом светлом костюме подошла к ним и, укоризненно посмотрев на девочку, повернулась к Гермионе. — Извините.       — Ничего, — улыбнулась та. — Это же дети.       Но девушка, казалось, ее уже не слышала. Посмотрев куда-то ей за спину, она махнула рукой.       — Дорогой, мы здесь!       За спиной Гермионы послышались шаги.       — А вот и мороженое для принцессы…       От звуков низкого, чуть хриплого голоса Гермиона застыла на месте, чувствуя, как от лица отхлынула кровь. Время остановилось, будто кто-то нажал кнопку «стоп». Словно в замедленной съемке она увидела, как справа появился светловолосый мужчина и, вручив ребенку лакомство в яркой обертке, остановил взгляд на ней.       — Добрый день, — на его лице появилась вежливая улыбка.       У Гермионы похолодели кончики пальцев.       — С вами все в порядке? — чуть удивленный ее неестественной бледностью, добавил он.       А Гермиона не могла произнести ни слова, глядя в такие знакомые, до боли родные глаза.       — Это ты… — с трудом прошептала она, невольно отступая на шаг.       — Простите? — он смотрел на нее, как на совершенно постороннего человека.       — Вы знакомы? — удивилась его жена, переводя взгляд с Гермионы на мужа и обратно.       Мужчина непонимающе пожал плечами, отрицательно качнул головой, и Гермионе показалось, что небо вдруг рухнуло на землю, погрузив мир во тьму.       — Мама! — едва слышный, какой-то далекий голос дочери привел ее в чувство.       — Идем, Астория, — мужчина кивнул жене, подхватил дочь на руки и, бросив на Гермиону странный взгляд, отвернулся.       А она осталась стоять посреди парковой дорожки, глядя им вслед и чувствуя, как неистово колотится в груди сердце.       — Мам, мы тебе тоже купили, ты будешь? — подбежавшая к ней Ханна протянула вафельный рожок.       — Мам? — Драко взял ее за руку. — Ты чего?       — Ничего, — выдохнула Гермиона, судорожно вытирая текущие по щекам слезы. — Все хорошо… — она вдруг опустилась вниз и крепко обняла детей, зажмурившись так, что под веками вспыхнули алые пятна. — Все в порядке, мои хорошие. Я так вас люблю…       — Мы тебя тоже любим, мамочка, — тихо сказал Драко, и сердце защемило от боли.       — И ты даже не дала ему в морду?! — возмутилась Ханна, выслушав рассказ подруги. — Просто стояла и смотрела, как он нагло врет?       — Перестань, — тихо сказала Гермиона, закрывая руками лицо. — Возможно, он и правда меня не помнит… Господи, я так надеялась, что он вернется… Я так ждала…       — Да скотина он! — припечатала Аббот, скрестив руки на груди. — Эй, ну не раскисай ты… Ты же знала, что он женился, чего уж теперь-то?       — У них дочь… — едва слышно шепнула Гермиона. — Так на Драко похожа, ты представить себе не можешь… Просто копия.       Ханна только вздохнула, покачав головой.       — Ну ты даешь, подруга. Слушай, забудь ты уже его, а? Посмотри, сколько мужиков приличных вокруг! Рон неделю вокруг меня кругами ходит, все интересуется, какие цветы ты любишь, да какую музыку слушаешь… Поттер с тебя вообще глаз не сводит уже второй год. Чем плохи? Почему не дать шанс и себе и им, вдруг получится?       Гермиона не ответила. Да в этом и не было необходимости. Ханна хорошо знала подругу, чтобы понимать — какими бы прекрасными не были мужчины вокруг нее, у них у всех есть один, но непреодолимый недостаток. Они не Малфой. И все же, со вчерашнего дня надежда, что Гермиона все-таки сможет устроить личную жизнь, снова воскресла. По-крайней мере, теперь ей некого было ждать.

***

      Три года спустя.       Гермиона отложила очередной документ и, устало потерев переносицу, бросила взгляд на часы. Десять вечера. Рабочий день закончился три часа назад, а на столе все еще возвышалась стопка документов, которые необходимо было просмотреть.       — Герм? — в кабинет заглянула Ханна. — Ты вообще собираешься домой сегодня?       — Конечно, — глухо отозвалась она, придвигая к себе следующую папку. — Няню нужно отпустить не позже одиннадцати.       — Слушай, ты так себя вконец измотаешь, — подруга посмотрела на нее с сочувствием. — Два сложных дела одновременно, да еще и завтра с новым клиентом встречаешься. У тебя же не тридцать шесть часов в сутках, отдыхать тоже нужно.       — Некогда, — коротко отозвалась Гермиона. — Ты же знаешь, у меня выбора нет. Мои дети ни в чем не должны нуждаться.       Ханна закатила глаза.       — Герм, детям в первую очередь нужна мать. Говорила я тебе, выходи замуж за Поттера. Сколько раз он тебе предложение делал? Два? Три? Пусть бы у него голова болела о заработке, а ты смогла бы с детьми больше времени проводить.       Гермиона подняла на нее красные от недосыпа глаза.       — Ты же знаешь, я отношусь к Гарри, как к другу. Я не люблю его.       — Да не люби на здоровье! — всплеснула руками Аббот. — Дружба, между прочим, намного крепче страсти. И вообще, в браке всегда так — один любит, а другой позволяет себя любить. Вот посмотри на нас с Невиллом. Помнишь, как я от него нос воротила? А он не отступался, взял меня измором, можно сказать. И что? Уже второй год прекрасно живем! Душа в душу.       — Ханна, я рада за вас, правда, — твердо ответила Гермиона. — Но я так не могу. Прости.       Дети давно спали, когда она вернулась домой. Осторожно поцеловав дочь, Гермиона присела возле кровати Драко и вгляделась усталыми, больными глазами в безмятежное личико сына.       — Как же ты похож на него, — чуть слышно прошептала она, проводя кончиками пальцев по светлым волосам. — Если бы он только увидел тебя тогда в парке… Он бы сразу понял… — в горле встал горький комок. — Как бы я хотела найти его, чтобы просто спросить, почему он ушел? Ведь он любил меня. Я точно знаю, что любил…       Было глубоко за полночь, когда Гермиона наконец вышла из детской и побрела в свою спальню. На сон оставалось совсем мало времени, а утром она должна была быть максимально собрана и сосредоточена перед встречей с новым клиентом.       В офис она приехала за полчаса до назначенной встречи, ругая про себя утренние пробки и опоздавшую почти на сорок минут няню.       — Доброе утро, Сьюзен, — она быстро стянула пальто, на ходу кивнув секретарю. — Клиент еще не приехал?       — Нет, мисс Грейнджер, — успокоила ее та.       — Напомни мне еще раз, как его фамилия? — переведя дух спросила Гермиона.       Сьюзен застучала по клавиатуре компьютера и взглянула в монитор.       — Снейп. Северус Тобиас Снейп. Он собирается подать иск совместно с Люциусом Малфоем…       Гермиона вздрогнула.       — С кем? — ей показалось, что она ослышалась.       — Люциусом Абраксасом Малфоем, — повторила Сьюзен, подняв на нее взгляд. — Мисс Грейнджер, вам нехорошо? Вы побледнели…       Гермиона неосознанно рванула шарф на шее. Почему-то вдруг стало трудно дышать, казалось, в помещении разом исчез кислород. Люциус Малфой… Она прекрасно помнила, что отца Драко, о котором он заговорил лишь однажды, звали так же. Совпадение? А если нет? Каковы шансы…       — Налей воды, пожалуйста, — севшим голосом попросила Гермиона, опускаясь в кресло.       Встревоженная девушка тут же протянула ей наполненный стакан, но не успела Гермиона сделать глоток, как дверь в приемную распахнулась. Стакан выскользнул из руки и упал на пол, разлетевшись осколками.       — Ой! Не волнуйтесь, я сейчас все уберу! — быстро воскликнула Сьюзен и убежала в подсобку.       А Гермиона, кажется, даже не обратив на это внимания, смотрела на вошедших посетителей. Одного из них, темноглазого брюнета с худым, бледным лицом она почти не заметила, а второй… Вторым был Драко. Точь в точь такой, каким она запомнила его в парке. Он скользнул по ней вежливо-отстраненным взглядом, но затем пригляделся внимательнее. В серых глазах мелькнула тень узнавания.       — Это вы? — чуть удивленно произнес он. — Кажется, мы встречались с вами однажды, не так ли? У меня хорошая память на лица.       Хорошая память… Гермиона медленно поднялась на ноги. Неужели он настолько жесток? Как он может вот так, глядя ей в глаза, делать вид, что между ними ничего не было?       — Прошу прощения, у нас назначена встреча с адвокатом Гермионой Джин Грейнджер, — прервал затянувшуюся паузу второй мужчина. — Она на месте?       — Это я, — с трудом взяв себя в руки произнесла Гермиона, не отрывая взгляда от Драко. — Я — Гермиона Грейнджер.       Ничего. Ни малейшего отголоска воспоминаний. Только легкий интерес смешанный с недоумением.       — Северус Снейп, — представился мужчина, скользнув по ней цепким взглядом. — Мой партнер, Люциус Малфой, к сожалению не смог приехать, но вместо него будет присутствовать его сын.       — Скорпиус Малфой, — с вежливой полуулыбкой сказал Драко, слегка кивнув.       Гермиона непонимающе моргнула.       — Скорпи… Скорпиус? — она недоверчиво вгляделась в его спокойное лицо. — Но…       И тут в глазах мужчины вдруг мелькнуло понимание.       — Постойте, вы подумали, что я — это Драко, да? Вы знакомы с моим братом?       — Братом? — Гермиона почувствовала, как у нее участился пульс.       — Мы близнецы, — пояснил Скорпиус и вдруг осекся. — Секунду, вы сказали, вас зовут Гермиона? Так вы та самая девушка, которая… О, Господи… — он замолчал и растерянно взглянул на Снейпа.       — Это она? — тот приподнял бровь, еще раз взглянув на Гермиону.       — О чем вы говорите? — у Гермионы зашумело в ушах. — Что с Драко?       Мужчины снова переглянулись.       — Наверное… нам лучше пройти в ваш кабинет…       — Пожалуйста, — умоляюще прошептала Гермиона, отмахнувшись от вернувшейся Сьюзен. Та мгновенно скрылась. — Пожалуйста, я вас очень прошу… Я семь лет живу гадая, почему он бросил меня… У меня от него двое детей…       Скорпиус заметно побледнел.       — От Драко? Так это его… Боже, — он прикрыл глаза. — Вы… присядьте, — он помог Гермионе опуститься обратно в кресло, а сам устроился на небольшом диванчике рядом.       — Ты уверен в том, что собираешься сделать? — холодно спросил Снейп, глядя на него. — Твой брат…       — Северус, это его дети! — Малфой запустил пальцы в волосы. — Черт, если бы Драко знал об этом, он бы никогда…       — Он все-таки бросил меня, да? — тихо спросила Гермиона, поднимая голову. — Прошу, скажите мне. Все лучше, чем неизвестность. Я же… Я люблю его до сих пор. Даже если он женат, даже если у него есть другие дети, я…       — Господи, Гермиона, да нет у него никого! — с каким-то отчаянием воскликнул Скорпиус и взял ее за руку. — Послушайте, Драко никогда не бросил бы вас, если бы не обстоятельства… Он любил вас, я точно знаю.       — Обстоятельства? — прошептала Гермиона, глядя на него полными слез глазами. — Какие?       Скорпиус опустил взгляд, крепче сжимая ее руку.       — Это моя вина. Если бы не я… Тогда, семь лет назад, мы жили в Шотландии. У отца был там бизнес, а Драко всегда хотел перебраться в Лондон. Той зимой он решил на время приехать сюда пожить, осмотреться, возможно, открыть свое дело. Но в феврале я попал в больницу. Ничего серьезного, обыкновенный перелом руки, но наша мать… она очень впечатлительная женщина. Она позвонила Драко, напугала его так, что он решил — я чуть ли не при смерти. Вот он и сорвался домой первым же рейсом. Поймите, он тогда так испугался за меня, что забыл обо всем, даже предупредить вас об отъезде, а потом…       — Что? — сердце болезненно замерло. — Что с ним случилось?       — Той зимой было много снега, гололед, — Скорпиус говорил медленно, будто каждое слово давалось ему с трудом. — Машина, в которой он ехал слетела с трассы. Водитель погиб на месте, а Драко… Он выжил, но несколько недель пролежал в коме, а когда очнулся… У него были очень серьезные травмы, Гермиона, врачи сказали ему, что он больше никогда не сможет ходить…       — Боже… — Гермиона прикрыла рот ладонью. Слезы безостановочно катились по ее щекам. — Он поэтому не сказал мне, да? Он подумал, что будет мне обузой? Бедный… Где он сейчас? Он в Шотландии? Я полечу к нему… Он должен знать, что я люблю его, мне все равно ходит он или…       — Подождите, — остановил ее Скорпиус. — Во-первых, Драко сейчас в Лондоне, мы живем здесь уже три года. Во-вторых, диагноз врачей оказался ошибочным. На реабилитацию ушло много времени, но Драко сильный, он смог снова встать на ноги.       — Тогда почему он не нашел меня? — растерянно спросила Гермиона. — Почему не захотел вернуться?       — Он хотел, Гермиона, — Скорпиус с жалостью посмотрел на нее. — Как только он встал на ноги, он прилетел в Лондон, чтобы найти вас, и увидел, как вы выходите из дома с дочерью. Он подумал, что вы вышли замуж, что у вас семья, он не хотел мешать вашему счастью, понимаете? Тогда он еще с трудом ходил, не было понятно, сможет ли он полностью оправиться…       — С дочерью, — недоверчиво выдохнула Гермиона. — Какая ирония… Если бы он только увидел меня с сыном… Они похожи, как две капли воды, — она быстро вытерла с лица слезы. — Где он сейчас? Мне необходимо увидеть его!       — Да, конечно, — Скорпиус слабо улыбнулся. — Если хотите, поедем прямо сейчас.       В просторном холле особняка, принадлежавшего Малфоям, было пусто, но едва за Гермионой и Скорпиусом закрылась дверь, как в одной из арок, ведущих в другие помещения, появилась уже знакомая красивая женщина.       — Гермиона, позвольте вас познакомить с моей женой Асторией, — Скорпиус подошел к жене. — Дорогая, ты помнишь Гермиону? Мы как-то случайно встретились с ней в парке.       — Очень приятно, Гермиона, — Астория вежливо улыбнулась и посмотрела на мужа.       — Милая, Драко дома?       — Да, — все еще не понимая, кивнула она. — Он у себя, а…       — Идем, я тебе позже объясню, — Скорпиус взял ее под руку. — Гермиона, комната Драко на втором этаже. Вверх по лестнице и первая дверь направо, — он ободряюще улыбнулся ей. — Удачи.       Гермиона нервно сглотнула и, благодарно кивнув ему, медленно начала подниматься. Лестница будто была бесконечной, а внутри с каждым шагом почему-то нарастал страх. Что если Драко не обрадуется ей? Что если она больше не нужна ему? Третьего разочарования она просто не вынесет…       Несколько шагов по коридору до двери комнаты показались ей вечностью. Коснувшись пальцами холодной металлической ручки, она на секунду прикрыла глаза и, не давая себе времени передумать, толкнула дверь.       Драко сидел в кресле возле окна и читал какую-то книгу. Услышав скрип открывшейся двери, он поднял на вошедшую девушку рассеянный взгляд и замер. Его и без того бледное лицо вдруг стало пепельно-серым, почти слившись по цвету с волосами. Каким-то резким порывом он поднялся на ноги, но остановился, будто не решаясь шагнуть. Книга в кожаной обложке с тихим стуком упала на пол.       Медленно, очень медленно Гермиона сделала шаг вперед. Затем еще один. А потом присела возле застывшего Драко и подняла с ковра небольшой томик, машинально скользнув взглядом по обложке.       — Бальзак… — она с горечью улыбнулась и, подняв взгляд, вздрогнула, увидев в серых глазах слезы.       — Ты помнишь, — едва слышно выдохнул Драко, глядя на нее так, будто она была призраком, но уже в следующую секунду в его глазах отразилась боль. — Зачем ты пришла?       — Потому что я люблю тебя, — просто ответила Гермиона, положив книгу на столик рядом с креслом. — Потому что всегда любила.       — У тебя дочь, — горько произнес Драко. — Я видел ее. Такая же красивая, как и ты.       — Да, — Гермиона улыбнулась. — Ее зовут Ханна. Ей семь с половиной.       Драко замер, недоверчиво глядя на нее.       — Семь…       — А еще у нее есть брат, которого я назвала в честь отца, — продолжала Гермиона, чувствуя, как предательски дрожит голос. — Он младше на семнадцать минут. Они двойняшки, но такие разные, знаешь… — она улыбнулась и часто заморгала, прогоняя непрошеные слезы. — У него волосы светлые совсем… И глаза… Твои.       — Господи, Гермиона… — Драко резко подался вперед и обнял ее так крепко, что у девушки перехватило дыхание. — Родная моя, любимая, я же не знал… Почему ты не сказала мне?       — Потому что я не могла тебя найти, — она уже не сдерживала слез. — Ты пропал так внезапно…       — Мне позвонили из дома, — он напрягся, чуть отстранившись.       — Тшш, я знаю, — она прижала палец к его губам, а затем провела ладонью по влажной от слез щеке. — Я все знаю, хороший мой.       — Откуда?       — Твой брат рассказал, — она улыбнулась. — Мы встретились случайно. Он пришел в адвокатскую фирму, где я работаю.       — Я бы никогда не бросил тебя, если бы…       — Я знаю, — Гермиона осторожно коснулась губами его губ. — Всегда знала.       — Я люблю тебя, — он обхватил ладонями ее лицо и жадно, как-то отчаянно поцеловал. — Люблю тебя… Только тебя… Я знал, что однажды мы встретимся. Даже когда думал, что ты с другим, даже когда потерял надежду… Я знал, если я часть твоей судьбы, когда-нибудь ты вернешься ко мне.