Крыса
8 мая 2017 г., 00:43
Черный вход с шумом распахнулся — Ноя просто вышвырнули из помещения. Он упал на грязный асфальт подворотни, как в клише из какого-нибудь низкосортного фильма.
— И чтоб я тебя здесь больше не видел, Клоп, — прорычал здоровенный повар на пороге, отряхивая ладони. — Поймаю еще раз — сдам на растерзание Виконту, понял меня?
Клоп торопливо закивал. Перспектива угодить к Виконту в пасть была не самой приятной. Дверь захлопнулась. Ной, опиравшийся на локти, с шумным выдохом опустился прямо на землю. Что ж, он только что потерял работу. Снова. А в кармане оставалось пять центов. Не хватит даже на шоколадку.
Ной поднялся, отряхнулся как смог — не то чтобы он стал выглядеть лучше после этого, — накинул капюшон и, спрятав руки в карманы, побрел прочь.
Надо возвращаться домой, вернее, в комнату, которую он снимал у вредной престарелой леди, и спасти хоть некоторые вещи — Ной на полмесяца опаздывал с оплатой, и старая перечница уже грозится выбросить все его вещи. Вот только возвращаться не хотелось от слова совсем. Внутри бушевало разочарование. От себя, от жизни. Да и вообще.
Словно, чтобы причинить ему еще больше неудобств, солнце в этот день светило как никогда ярко. Клоп шел, полузажмурившись и стиснув зубы, игнорируя пляшущие под глазами пятна и тупую боль в глазах. Он проклинал свою светочувствительность и месяц май. Он проклинал повара, родителей, что родных, что приемных, этот город, он проклинал себя — для него это было привычным состоянием. Недовольство собой было для Ноя естественно на уровне инстинктов, оно впиталось с детства и было своеобразной движимой силой.
Клоп вздохнул, закрыл глаза, запустил пятерню в отросшие засаленные волосы — и предсказуемо споткнулся на ровном месте. Пять центов выпали из кармана и покатились по асфальту, остановившись возле ног некого мужчины, который не поленился наклониться и поднять их.
— Спасибо, — прохрипел Ной, вставая на ноги. Он подошел к мужчине, протянул руку.
Мужчина задумчиво смотрел то на него, то на монеты. Отдавать не спешил. Клоп напрягся.
— Эй, парень, — протянул мужчина, возвращая пять центов. — Ты заработать не хочешь?
— Эм-м-м, — глубокомысленно ответил Ной. Заработать он хотел и даже очень, но опыт подсказывал, что подобные предложения от незнакомцев на улице редко означают что-то хорошее. — Смотря что вы хотите и сколько заплатите.
— Сущая безделица. Возьми одну штуку на хранение. Получишь пятьсот долларов.
Ной выпучил глаза, несмотря на огненное солнечное марево перед ними. Пятьсот долларов за хранение?..
— Это… это что, наркотики? Я с таким не связываюсь, приятель, спасибо, — он попытался обойти странного человека, но тот вцепился в его рукав.
— Пожалуйста, парень! Клянусь, тут ничего противозаконного!..
— Отпусти меня! — возмутился Клоп.
— Пятьсот пятьдесят! Шестьсот! — мужчина выглядел так, словно был на грани отчаяния. — Да ради бога, возьми весь кошелек, только забери его! Я больше не могу это слушать!
Человек буквально пихнул ему в руки пачку денег и что-то похожее на кулон и быстрым шагом удалился, не обращая внимания на громкое «Эй!» Ноя. Клоп смотрел ему в след в полнейшем шоке. Затем, встрепенувшись, быстро пересчитал деньги.
Восемьсот долларов.
Юношу замутило.
«Хоть бы настоящие, — подумал он. — Хоть бы не ворованные».
Клоп, оглядываясь по сторонам, распихал деньги — что-то в карманы брюк, что-то в куртку, что-то спрятал в обуви. И только после этого он осмотрел предмет, который ему так настойчиво вручили.
— Ах ты ж, дерьмо, — Ной передернулся от отвращения. Предметом оказался череп животного, судя по всему, грызуна — Ной не шибко разбирался в биологии. Он висел как украшение на какой-то веревке.
— И это за тебя меня дали столько денег? Ты что же, несчастье приносишь?
Ной осматривал эту штуку, вне себя от недоумения. Не похоже, чтобы она имела особую ценность. Можно, конечно, продать какому-нибудь извращенцу любителю мертвечины, но… восемьсот долларов?
Лучше просто выкинуть. На всякий пожарный. Ной замахнулся, чтобы выбросить вещицу куда подальше. С другой стороны, возможно, продать ее не такая и плохая идея? Клоп неуверенно замер и снова посмотрел на черепок. Не такой уж он и противный. Вроде… Тот странный парень, наверное, просто… не разбирался, да?
Ной завороженно держал черепок в ладонях.
А может не продавать его и оставить себе?
Да, точно. Тот мужик идиот.
Он не был достоин.
Клоп замер на полпути к тому, чтобы надеть на себя странное ожерелье. Он что, в самом деле сейчас это подумал? Это было на него не похоже. Он нахмурился и отстранил череп. Выбросить. Срочно. Сейчас же.
Стой.
Ной замер. На этот раз он был совершенно определенно уверен, что ему не показалось.
Ладно, умник, давай не пороть горячку. Мы можем это обсудить, окей?
— О. Мой. Бог!
Черепок упал на землю, выпав из рук ошарашенного Клопа. Ему не показалось. В его голове звучал чужой голос.
«Я, наверное, сплю. Вырубился, когда меня вышвырнули. Нет ни черепа, ни денег, мне это снится». Он ущипнул себя за одну руку, но ничего не произошло. Потому за другую, потом за щеку.
Да-да, давай продолжай. Не торопись. Мне спешить некуда.
Ной закрыл глаза и глубоко вздохнул. Кажется, это не сон. Надо это признать.
— Может я просто приход словил? — вслух подумал он. Хотя, вообще-то, он уже долгие годы ничего не употреблял. Либо у него шизофрения с голодухи.
Просто, чтобы знал — обычно шизофреники абсолютно уверены в том, что здоровы. Предлагаю тебе найти скамейку, посидеть чуток, правиться… это нормальная реакция, не беспокойся.
Ной кивнул. Да, идея неплохая. Там, гляди, и голоса из головы исчезнут.
Ты главное меня с собой захвати. Лежать на грязной дороге — удовольствие то еще.
Клоп задумчиво посмотрел на черепок под ногами. Поднял его, отряхнул и положил в карман, и пошел на поиски ближайшего сквера или детской площадки.
***
Ной сидел на скамейке возле детской площадки и в прострации таращился в пустоту. Хорошо, что был рабочий день. Хорошо — потому что здесь не было ни одного ребенка или его мамаши, которая вызвала бы полицию. Человек с обдолбанным видом разговаривающий сам с собой — тут есть из-за чего понервничать. — Что ты такое? — спросил с легким испугом Клоп. Он уже достаточно оправился, чтобы быть уверенным, что это не сон и не галлюцинация, но все еще с трудом верил в происходящее. Я Крыса. Крыса с большой буквы. — Ты говорящий, разумный череп. Ага. — Как… как ты вообще можешь существовать? Откуда ты? Ты волшебная? Это весьма сложный для понимания вопрос. Особенно для первой встречи. Давай сойдемся на том, что я существую, чтобы помочь тебе. — Мне? Почему мне? Потому что ты достоин. Клоп посмотрел на Крысу с недоумением. Кажется, его впервые в жизни назвали достойным. Даром, что это была волшебная крыса-череп. То есть, простите, Крыса. — Я в это с трудом верю. Ну, если тебя успокоит, ты такой не один во вселенной. Просто оказался ближе всех. — Тот мужик?.. Неа. Ни разу. — Хм-м-м, — Ной почесал сальную голову и оперся подбородком в руку. — И как именно ты собираешься мне помогать? Я буду направлять тебя по верному пути! Ной так и услышал в этой фразу торжество и патетику. Ему это не понравилось. — Я уверен, что могу прекрасно выбрать свой путь сам, — холодно сказал он. О, я ничуть не сомневаюсь! Но так уж вышло, что путь, который ты выберешь, идеально совпадает с моим. Ты ведь тоже Крыса. — Я Клоп. Не суть. Суть в том, что иначе ты и не был бы достойным. Давай так. Пока ты думаешь, принимать ли мою помощь или нет, — займемся делом, в процессе которого ты и решишь, нужна она тебе или нет. — Что за дело? О, думаю, мы начнем с сущей безделицы. Давай грабанем того мудака, который тебя уволил? Под моим руководством это будет проще, чем отобрать конфетку у ребенка. У Клопа так и отвалилась челюсть. Затем на губах появилась улыбка — слабая, которая с каждой секундой становилась все шире и шире. Да, пожалуй, такая помощь и правда пригодилась бы.
