Яркие оттенки страсти

       Она просыпается вся в холодном поту. Словно в полном бреде. Глаза мечутся в испуге. А в мыслях всплывает тот самый образ, с глазами полными тьмы. И вдруг Ханна вспоминает про своего спасителя. На удивление его здесь нет, того маленького зверька, белесного лиса. Выдыхает раскалённым воздухом из недр горла. Вскидывает голову и пытается остудить этот жар. Она снова одна… Эй было неприятно. Холодно и жарко одновременно. Ей было холодно от одиночества и взгляда, пожирающего её тело. Но еще и тепло от ожидания. Какого ожидания? Она не знает… Только в прикосновениях незнакомца она чувствовала что-то знакомое. Но не с ним. С тем, другим, и ей было даже приятно? Девчонку отрывает от своих дум стук в дверь. Причесав рукой волосы, она пробормотала что-то вроде: «Войдите!». На пороге робко стояла дочурка будущего отчима, и Такана облегчённо выдыхает, манит к себе жестом.       — Ханна, братик приехал! — она так искренне улыбалась, держа что-то в ладонях.       — Какой ещё «братик»? Твой отец ничего не говорил о нём… — ответила девушка, смотря на настенные часы, почти десять часов вечера. Ханна зашла в гардеробную, щечки маленькой девочки порозовели, и та отвернулась.       — Сейчас мы будем ужинать! Папа извиняется, что так поздно, просто задержался на работе! Брат тоже будет с нами, он приехал совсем недавно… — прокричала девчонка так, чтобы будущая сестра услышала. Такана сразу же выглянула, её лицо стало сосредоточенным.       — Ладно, я сейчас… — наконец ответила девушка, напяливая теплый белый свитер и короткую чёрную юбку. Наспех снова причесывает волосы и движется вниз. Они бежали на перегонки. Вместе спотыкаясь. Улыбаясь. Что-то ушло. Но то чувство в груди пожирало её. Ханна могла улыбаться, могла смешить. Но… Разве то, что сломано окончательно, можно починить?        Буквально секунда, и она ловит взгляд. Горящие янтарем глаза. Хищные. Опасные… Чуть ли не падает, ногой цепляясь за последнюю ступеньку, но сильная рука подхватывает её, ложится на талию, словно она — пушинка. Почти не весомая. Губы Ханны дрожат.       — Что за девушки пошли? Всё время то спотыкаются, то падают. Каждый раз с тобой что-то случается, — и осекся, бросив короткий взгляд на девушку. Но, уловив, что та не придала лишнего внимания его последней фразе, продолжил в том же тоне, — Смотреть по сторонам нужно, девочка. Меня может и не оказаться рядом. — закончил он недвусмысленно.        Ханна хотела было что-то ответить, злость и негодование разом вскипели внутри, лицо покрылось алыми пятнами, а в очах заплясали бесята, дремавшие все это время. Но девушку остановила усмешка на губах парня и надменный взгляд. Он смотрел на нее сверху вниз. И только сейчас Ханна заметила, как этот грубиян сильно наклонился к ней, насколько непозволительно близко он сейчас к ней оказался. И сразу отпрянув от него, грубо вырывая руку из его ладоней, Такана с нарочито недовольны лицом прошла немного вперед и присела за стол.       — Мама, кто этот невежа? — тихим голосом обратилась девушка к светловолосой женщине, скрестив руки на груди и гордо подняв подбородок, косо поглядывая на высокого парня.       — Девушки… — усмехнулся он, присаживаясь напротив нее, прекрасно слыша этот незатейливый вопрос. Парень еще раз без всякой тени смущения вглядывается в её лицо, усмехается вновь и отпивает немного вина из хрустального бокала, стараясь придать себе непринужденный вид.       — Ханна, не язви! — ответила мать и подозвала жестом своего жениха ближе к себе. Такана же только закатила глаза и откинулась на спинку стула, выжидая ответа. — Это твой сводный брат. Он старше тебя на два года.       — У тебя что, нет уважения к старшим?! — послышался новый комментарий от парня, задевающий её еще больше. Взгляд её вновь прошёлся по своему «новому» родственнику, против воли все же подмечая его привлекательную внешность, но она скривила гримасу отвращения, старательно демонстрируя ему свое пренебрежение.       — Отлично! Теперь мне век видеть это чучело! — бросила Ханна вскакивая со своего места, не обращая внимания на замечания матери, она обогнула стол и подошла близко к сереброволосому. Так близко, что казалось можно было почувствовать её холодное дыхание, ощутить всё негодование, что клокочет сейчас в ней. Она заглянула «брату» в глаза, всем своим нутром показывая враждебность своего настоя к нему, и нарочно, с силой задела плечом, проходя дальше. Выходя в сад, громко хлопнув за собой дверью.       — Не переживай, Томоэ, у неё просто ужасный характер. — демон молча кивнул и залпом допил остатки красного сухого. Женщина же продолжила беседу с мужчиной, извиняясь за опрометчивость и грубость со стороны её дочери. Казалось, что больше всего от этого расстроилась лишь маленькая девочка. Она опустила голову и изучала незатейливые узоры на фарфоровой тарелке, что лежала перед ней, без интереса ковыряя листья салата и других свежих овощей, что её заставляли съедать каждый день.       — Эй, — послышался тихий голос над её головой, и та сразу вздернула свой острый носик, уловив на себе теплый взгляд янтарных очей, — не волнуйся, она всегда была такой, — проговорил лис с хитрой улыбкой, незаметно подмигнув малышке.        Такана уже бежала в сад, спускаясь по неровным ступенькам. Яростно пиная ногой любой камень или кочку, попадавшуюся ей на пути. А потом остановилась. Замерла, горько сглотнув.        «Я опять переборщила. Но он тоже хорош! И эта его улыбка… Чёрт бы побрал этого парня! Сам виноват, что так вышло, нечего было руки распускать.»        Танака присела на удачно подвернувшуюся лавочку, что находилась вблизи раскидистого водоема. Нагнувшись немного вперед и тихо выдохнув, она взяла в ладошку небольшую горсть мелких камушков и принялась один за другим закидывать их в воду, нарушая спокойную, водную гладь. Круги медленно рассекали поверхность, а звук этот успокаивал её тревожную натуру. Она вздохнула глубоко и полной грудью, решив подойти к воде ближе. Смочив ладони прохладной водой, она на секунду даже забыла о той перепалке, что случилась несколькими минутами ранее.       — Может хочешь искупаться? Я помогу. — послышался голос с хрипотцой. Ханна быстро вынула конечности из воды и недовольно уставилась на демона, что появился за ее спиной.       — Может лучше ты? — парировала она вопросом на вопрос, отвечая той же высокомерной улыбкой, что тянула губы парня. И стряхнув быстрым жестом капли воды с рук, девушка спешно присела обратно на лавочку. Стараясь показать всю свою незаинтересованность в продолжении этого разговора, краем глаза отметив его неспешные шаги в её сторную.        Он обошел скамейку спокойно и размеренно, словно боялся спугнуть её и, оказавшись напротив своей собеседницы, чуть усмехнулся склонив голову на бок, внимательно всматриваясь в её глаза. Будто надеялся найти в них что-то глубоко припрятанное специально для него.       — Тогда давай вместе? — шепнул он ей, быстро вынимая руки из карманов. Кицунэ поставил их по бокам от девушки, нависая над ней, и Ханна чуть вскрикнула от такой неожиданности, недоверчиво посмотрев оппоненту в глаза.        Танака медленно сглотнула тугой ком в гортани и прочистила горло, стараясь выглядеть перед ним уверенно и спокойно. Прекрасно понимая, что её лицо, скорее всего сейчас залито ярким румянцем аж до кончиков ушей.       — Я не думаю, что это хорошая идея, — немного хрипло ответила она, вжимаясь в спинку кованной лавочки, на которой сидела.        Парень обаятельно улыбнулся, демонстрируя белоснежный ряд белых зубов и немного тихо посмеялся, снова наклонив голову на бок, не отрывая от нее глаз.       — Была ли ты близка с кем-нибудь? — обхватывая её запястье теплыми пальцами, спросил он, потянув на себя, вынуждая подняться.         — Нет, — слишком быстро ответила она, стоя уже напротив демона. Ответ сорвался сам собой, машинально…       — Ну, а может тебя целовал кто? — тепло улыбнувшись, задал второй вопрос парень, не разрывая с ней зрительного контакта и не отпуская руки. Но она снова дала отрицательный ответ, помотав головой, глядя на него будто завороженная, чувствуя, как он въедается в нее глазами.       — Мне кажется, ты просто забыла, — едва насмешливо продолжил лис, отпустив наконец её руку, но вместо этого его ладонь уверенно опустилась на талию, привлекая к себе ближе.       — Нет, — снова отозвалась она, одними губами, не проронив ни звука. Дыхание её к этому времени уже давно вышло из-под контроля, и взгляд лихорадочно бегал по его лицу.         — Тогда я хочу напомнить тебе, — вполне уверенно и даже как-то самодовольно протянул парень, практически касаясь кончиком носа её. В следующую секунду едва заметно соприкоснувшись своими мягкими губами с её. И сейчас он смотрел без единой тени насмешки, второй рукой мягко, почти иллюзорно касаясь её румяной щеки.        — Вспоминай, Ханна, — прошептал он ей в губы, и она прикрыла глаза, растворяясь в этой близости. В близости, которая заставляла забыть обо всем, что волновало ранее.        Рука спустилась на поясницу и ниже, сочно сжимая ягодицу, от чего Ханна сразу всхлипнула, вставая на цыпочки резко распахнув большие глаза, порывисто отстраняясь от лиса. Отчаянно краснея, со сбивчивым дыханием. Эта наглая вольность с его стороны мгновенно вернула её в реальность. Снова эта насмешливая улыбка, этот тайный дьявольский блеск в глазах. Нет. Она не даст всему этому вновь легко сойти ему с рук.        Танака глубоко вдохнула, принимая решение, брови на её лице сошлись не одобрительно, мгновенно очертив открытый лоб морщинами. Громки звук пощечины прозвенел почти одновременно с криком, — Как ты смеешь ко мне прикасаться? Идиот!        Парень отшатнулся от неё. Несколько долгих мгновений молча всматриваясь в лицо, потирая место удара. Он не сказал больше ни слова, наблюдая за тем, как быстро вздымается её грудь, как искры мечутся в глубине её глаз.        «Все же тогда, семнадцать лет назад, Акура-оу не прогадал, указав на нее. Это действительно была та самая Ханна… Моя Ханна…»        Он так и стоял, приложив ладонь к лицу, все наблюдая, как быстро она чеканит шаги, уходя обратно к дому, как что-то бормочет себе под нос, скорее всего не очень-то и лесное для него. Но все же тонкая нить улыбки тянула его губы. Он нашел её. Сколько времени понадобилось, чтобы она снова вернулась в этот мир. И теперь он уже точно не отпустит её от себя.