Метро: пути господни

В Рейхе холодно, ранее родные, тёплые и уютные станции уже не кажутся такими, какими были прежде. Кругом кровь и трупы, вонь, сектанские символы на всех стенах. Иван шёл по своей родной станции и не узнавал её. Где был когда-то бар, сейчас уже просто склад для трупов, все изувечены, покалечены, но никого живого, всех он знал, со всеми здоровался, каждого за что-то уважал, а теперь, они все были мертвы. Но вдруг, Ваня слышит детский плач. Неужели это его дочь?Вот какова была его первая мысль. Рейховец тут же ринулся бежать по зову родной крови по мёртвой станции, ветер смерти гулял по закоулкам и окрестностям Рейха, и вот рейховец отчаянно бежит туда, куда зовёт его сердце, ради своей семьи он бы ничего не пожалел, сделал бы что угодно, и вот наконец его дом, а точнее вагон от поезда, в которых жили почти все рейховцы, дверь была заблокирована, и именно от туда и доносился столь пронзающий, душераздирающий плач, от которого внутри всё горело. - Я уже иду, милая! - крикнул Ваня, а после выбил дверь, и вошёл внутрь, в вагоне было всё в крови, как и везде снаружи, но не было одного, плач его дочери больше не звучал, а посреди комнаты стояла его жена, маленькой семилетней девочки и помине там не было, Диана медленно поворачивается к нему, а вместо глаз у неё лишь пустые глазницы, а от туда потоками хлещет алая кровь, стекая по лицу, и капая на пол. Ваня просто стоял и смотрел на эту ужасающую и потрясающую душу картину. Он не мог ни пошевелиться, ни двинуться или моргнуть, он просто стоял и смотрел. А она с улыбкой произнесла ему ему - Что же, ты, любимый, неужели не узнаёшь меня? Резко, Иван вскакивает рывком с холодного пола и начинает судорожно дышать, всматриваясь в темноту клетки. Понадобилось две-три секунды, чтобы прийти в себя, и осознать, что он всё ещё в заточении, а это был просто страшный сон, который приснился ему. из-за недавних событий. Но вот что не было сном: он всё ещё находился в плену у каких-то сумасшедших сектантов, которые держат его в своём "концлагере", где по-прежнему воняло кровью и смердело отчаяньем и страданиями. Он не знал, того, что он ощущал в этот момент - страх это был, или же злоба, он точно понимал, что должен выжить, выбраться отсюда, не ради себя. а ради тех, кто остался там, он не верил в вещие сны, но точно знал, что этот сон был явно не к добру. - Ваня - послышался голос откуда-то сбоку, Иван обернулся и увидел там одного из людей своей группы, это был Вася, тот что был младше Ивана года на два, он был самый худой и тощий в группе, его часто подкалывали, и брали на слабо, в их Рейхе он играл роль парня, который пользовался всеобщей антипатией, это был он, вот только сейчас у него была разбита нижняя губа, по всему лицу ссадины, а пол-уха отрезано, такого, как бы он тебе не нравился, всё равно пожалеешь, и назовёшь своим братом. Увидев его, Ваня тут же встал на ноги и шатаясь, приковылял к сослуживцу. - Как же я рад, что ты жив и невредим. - Вася - Иван взялся за железные прутья решётки руками и прислонился лбом, к металлическим прутьям, и смотря прямо на собеседника - где Андрей? Что с ним? - спросил Ваня, быстро с волнением проговаривая каждое слово. - Я не знаю - оправдался Василий - нас разделили всех, нас по клеткам, рассадили и начали издеваться, пытать, как могли, воображение у них очень богатое, Серёгу и Саню на тот свет отправили, Андрея с нами не было, его сразу куда-то увели, не знаю, куда. А потом увели Вадима, и след его простыл, куда они его дели, не знаю. - после того, как Иван услышал про Вадима, он тут же вспомнил про то, как сам же вставил лезвие ножа ему в грудь, смотря в его единственный глаз, вспомнил то ощущение, которое почувствовал,когда вводишь нож в плоть того, кого недавно называл братом. - Вася - проговорил Рейховец - Вадик погиб - Василий опустил взгляд и с волнением, хриплым, обессиленным голосом проговорил - Погиб? Как? - сказал Василий и на его глазах проступили слёзы. - Сектанты-ублюдки зарезали его ножом на моих глазах, а я ничего не мог сделать - оправдался Ваня - Вот же чёртовы выродки! - в гневе сказал Вася, и выступившие слёзы уже пошли сильнее, то были слёзы отчаяния, когда теряешь надежду. - ну ничего, вот только Штурбанфюрер поймёт в чём дело, когда он узнает отправит сюда отряд ликвидаторов, и они вырежут тут всех к чёртовой бабушке! - Вася говорил это с гордостью за то место, в котором жил и в то же время с надеждой, но Иван терзался сомнениями, узнает ли Штурбанфюрер об этом? По-любому он узнает, вот только тогда, когда это будет уже слишком поздно, не даром тот плешивый сказал " нет опаснее врага, чем тот, что бьёт из тени". Рассуждения Ивана словно ножом вырезал приход этих двоих, растатуированных амбыллов, которые обычно приходили затем, чтобы увести еретика на крест, их приход заставил Ваню отойти встать на ноги и повернуться к ним лицом, Вася же просто откинулся так, будто спал всё это время, а их приход внезапно разбудил его. Они подошли к решётке, за которой сидел Ваня. Он стоял и смотрел на них с отчаянием и злобой, по выражению лица можно было ясно прочитать эмоцию страха, но это лишь казалось таковым. Один, тот что слегка пониже сказал - Ты правда веришь, что эта крыса верующая? - он повернулся к другому, тот выслушав его повернул голову обратно к Рейховцу и проговорил - Даже не знаю, но сегодня мы это узнаем наверняка - он поднял кожаную котомку, которую сжимал в руке, вверх, показывая её голодному нацисту - это твой паёк на сегодня. - Конечно - продолжил другой - нам не велели кормить тебя, но если ты будешь слишком голодным и уставшим, это будет совсем не интересно - высокий просунул её через решётку и швырнул парню под ноги так, словно тот не человек, а какая-нибудь собака. - Ешь, набирайся сил - говорил он же - А вечером, всё будет решено - продолжил низкий и усмехнувшись ушёл, второй последовал за ним, таращась на Ваню. Иван быстро раскрыл мешок с едой, оказалось даже лучше, чем он предполагал, мясо было хорошо прожаренным, целых семь кусочков шашлыка, была так же горбушка хлеба и витамины в пакетиках, помимо всего этого была палка хорошей свиной колбасы, он взял, да разломил её на две части и подойдя к решётке Василия, дал ему половину, другую же стал есть сам, оперевшись спиной на стенку, которая отделяла его от его боевого товарища. Остальные заключённые были настолько потрёпаны, что даже не в силах были встать, их не кормили на протяжении долгого времени, всё что они могли делать - лежать на полу и стонать, издавая хрипы вместо стона, так как воды им тоже никто не давал. Все они страдали, и тут, откусывая кусок от колбасы, рейховец понял, что именно так и образовывались те самые трупы, которых он нашёл на станции, они просто умерли от обезвоживания, а сектанты просто потом изувечили их останки. Это была лишь теория, но он сразу же в неё поверил, в это было легче поверить, чем в то, что вечером его поведут на бойню и сделают что-то ужасное - Ублюдки говорили, что ты верующий - поинтересовался Василий - это как? - Чтобы выжить - начал Иван - мне пришлось сказать им, что я один из них, иначе бы прибили к кресту, как того парня из убитой смены. - А есть что-нибудь попить? - перевёл тему Вася - Да - ответил Ваня - кажется в мешке была какая-то серебряная фляга, - и Ваня рывком встал и подошёл к котомке, постелил на пол свою куртку, и перевернул а затем потряс мешок, от туда действительно вместе с хлебом, витаминами и кусочками жаренного мяса выпала фляга, рейховец взял её в руки - Надеюсь водка - сказал вася смотря на командира, который открыл флягу и сделал глоток - Нет - ответил Ваня, - обычная вода - он закрыл крышкой и поднёс её Василию - А жаль - произнёс тот разочаровано - сейчас бы было хорошо забыть об этом богом проклятом месте и этой ситуации. - он сделал несколько глотков, затем закрыл флягу и передал обратно своему боевому товарищу, тот сложил её в котомку, где лежал шашлык и хлеб, и передал её тому в клетку - Зачем это? - спросил тот, недоумевающее - Ты слышал? - спросил Ваня - вечером меня уведут отсюда, не факт, что я вернусь сюда, тебе это нужнее. - Нет, ну нельзя же... - Это приказ! - перебил его Иван - как командир я обязан защищать свой отряд, и ты сейчас единственный, кого я могу спасти. - оправдался рейховец и на глазах читалось явное отчаянье, боль и чувство вины за что-то, затем он сел под стену, упёршись в неё спиной. он всё размышлял на ту тему, что соглашаясь на это задание, разве мог он представить, что окажется в этом аду? Рейховцы считаются самыми жестокими людьми во всём метро, они убивают всех кто не соответствует стандартам "нормального" человека, так же везде, на всех рейховских плакатах было сказано: "метро для русских". Теперь, самый жестокий и кровожадный народ в метро, отправляющий людей за малейшие признаки "уродства" в концлагеря, теперь сам мог сгинуть в концлагере куда более жестоких садистов, чем они, эти люди, как будто слепо верят в то, что бог жаждет жестокости, в прочем, чего ещё ждать, ведь их предводитель - превосходный оратор, он умеет убеждать, его речи очень громкие, и пропитывают душу, словно яд, отравляя сознание человеческое. Иван задремал, но из состояния дрёма его вывел звук отворившейся двери, в этот раз амбал был один, тот, который высокий - Вставай! - рявкнул он - мразь, сейчас мы посмотрим, что ты из себя представляешь. - он подошёл и схватил Ваню за руку а потом повёл в глубь туннеля, и рейховец с лёгкостью узнал и опознал дорогу к крестам. Через минуту они были уже там, толпа сектантов стояла в ожидании, амбал отпустил парня и толкнул его вперёд, в этот момент все сектанты окружили его, плешивый вышел вперёд, в круг и снова завёл одну из своих громких речей. - Вот этот человек утверждает, что он не богохульник, а честный праведник, что он не еретик, а верный господу сын, что он не выродок Сатаны, а один из нас! - толпа поддержала его шумом, все ликовали в ожидании чего-то зрелищного - сегодня мы узрим истину. Он может врать нам, может пускать пыль в глаза, но око господне видит всё, и распознать лжеца, нашему господу ничего не стоит! Коли он правда праведник и один из нас, господь даст ему силу и он выйдет победителем в этом бою, а коли нет, то пусть катится в ад! - после этих слов, амбал невысокого роста вышел в центр круга, и Ваня сразу же понял, что это арена, а он в ней - гладиатор, и победитель получит право жить, проигравший умрёт, и его труп изуродуют и положат около стены на той станции. Соперники глядели друг на друга, на лице здоровяка была лёгкая ухмылка, рейховец же пытался хладнокровно оценить врага. - если же он неверный, если он поганый еретик, то бог обделит его силами, и вложит оружие в руку того, кто действительно достоин! - продолжил плешивый сектант и после своих слов встал в круг к остальным - можно начинать! - рявкнул он, и оба соперника стали обходить друг друга, смотря прямо в глаза своему сопернику. Сектант начал первым, он бросился, и замахнулся кулаком, стараясь попасть в парня, но Иван ловко уклонился от удара, после чего, сам попытался нанести хоть какое-то повреждение, но тот быстро схватил его руку в воздухе и отвёл её в сторону, после схватил рейховца за шею и двумя пальцами начал душить его сжимая его сонную артерию так. что парень буквально услышал, как пульсирует его кровь, однако, посчитав, что это будет слишком скучно, отпустил, и парень стал жадно глотать кислород, но тут же здоровый мужик сбил его с ног одним ударом правой по лицу, парнишка упал на каменный пол, сектант наступил ему ногой на грудь и посмотрел прямо в глаза, после поднял голову вверх, и осмотрел толпу, которая жаждала смерти еретика, но этого времени хватило, чтобы Иван подобрал с пола стеклянный осколок и вонзил его в ногу амбала, он застонал и от шока резко отступил назад, убрав ногу с парня. Ваня встал, держа в руке окровавленное стекло. Враг начал дразнить Ваню, делая рывки вперёд, как бы нападая, но Иван на них не реагировал, но вот настоящий рывок, и ловко уклонившись от сектанта, Иван осколком разрезает ему вены на локтевом изгибе, сразу же побежал бурный поток чёрной артериальной крови, она капала на пол, а амбал корчился от боли и ярости, он снова сделал рывок в сторону парня, но на этот раз, манёвр рейховца не сработал и сектант захватил его, забрав из рук стекло. Он вонзил его парню в живот, но не со всей силы, так. чтобы поиздеваться. но не убить. Иван почувствовал резкую боль в животе, из открытой раны побежала кровь, но жизненно важные органы не были задеты, но ведь амбал и не хотел этого, он хотел позабавиться, он снова сделал то же самое, немного левее, стало так больно, что ноги парня ослабли, и он посунулся вниз, тогда сектант опустил его вниз, и сам сел на пол,уже готов нанести последний удар в горло или в глаз, осталось лишь добить, как тут, Ваня увидел камень, что так услужливо валялся на полу, недалеко от него, схватив его, он резко ударил обидчика по голове, шок от такого удара длится одну-две секунды. и этого хватило, чтобы освободится от захвата, Ваня развернулся, схватил сектанта за руку. и ударил его камнем по голове. Он попытался нанести удар стеклом, но ваня остановил его руку в воздухе, и быстро нанёс ещё один, повторный удар по голове противника, после чего резко подошёл вплотную и ногой свалил с ног своего ослабевшего противника, сектант упал на спину, Ваня сел на него сверху, собрал все силы в кулак и снова нанёс удар, затем ещё один, не менее сильный, удар за ударом, он яростно смотрел на него, адреналин, кровь закипала в его жилах от злости, каждый удар был сильнее пред идущего и череп амбала дал трещину, ещё удар, и ещё, и голова сплюснулась, после этого, рейховец не остановился, он продолжал бить и бить с яростью и злостью, до тех пор, пока от головы не осталась лишь кровавое месиво, в котором чётко был виден мозг, а точнее то, что от него осталось. Иван медленно поднялся на ноги, его раны на животе всё ещё кровоточили, но он был в силах стоять, он осмотрел толпу, запыхиваясь, продолжая жадно глотать воздух. Женщина из толпы вышла, и осмотрев всех, крикнула приятным женским голосом - Этот человек доказал, что он праведник, бог дал ему силу в бою, он один из нас! - толпа поддержала её шумом, но Иван стал уходить от реальности, его раны давали о себе знать, и он отключившись упал, последнее, что он видел тогда - это как несколько сектантов кинулись к нему, затем темнота.