N7: Координаты «Скайхолд»

Бред. После всего того, что случилось с Шепард, после того, что с ней сделал «Цербер», ему не хотелось даже смотреть в сторону девушек. Сколько он себя помнил, ему вечно с ними не везло. Чего стоила одна только Райна, с которой они вместе участвовали в программе по подготовке биотиков. Если сказать, что с ней ничего не сложилось — это будет мягко говоря. Чего стоила Эшли, с которой они так и не успели сблизиться до ее гибели. Его душу изъедало чувство вины за смерть той, что была ему едва знакома. Чего стоила сама Джейн. Его погибшая Джейн, а не новая, по осколкам собранная "Цербером" капитан Шепард, будто сшитая пронзительно-голубыми нитками. И теперь она. Пусть в этот раз ему сразу известно, чем все закончится. На ее лице отражается вся усталость, что скопилась за годы, начинающие свой отсчет от дней, когда лицо ее не было изуродовано ядовито-черными побегами, похожими на темный росчерк молний, вплетающихся в ее бледную кожу, делая ее такой пугающей и такой… необычной. Он знает, что она будет сидеть вот так, глядя на догорающее пламя, а потом и на тлеющие угли, пока последняя искра не погаснет, погружая холодную пещеру в кромешную тьму. Он знает, что она не сдвинется с места и ему придется самому сызнова разводить огонь. — Уходи, — еле слышно произносит она, откидываясь назад. Он только молча подходит, чтобы уложить ее голову себе на колени, не позволяя сдаться в плен мертвенному холоду, исходящему от земли. Она, конечно же, попытается скрыть лицо капюшоном или темными волосами, лишь бы он не видел уродливых отметин, кричащих о неизбежном. — Ты ведь знаешь, что я этого не сделаю, — говорит он. Касается ее щек и спутанных прядей волос, пытаясь убрать их с лица, но она реагирует на его попытки, как дикий раненный зверь: уворачивается от руки, отстраняется, поспешно забираясь подальше вглубь темной пещеры. — Зря, — шепчет она, и голос ее эхом отзывается во тьме. — Не зря, Солона, — он идет за ней, пытаясь разглядеть хоть что-то во мраке, но сдается, вызывая голубоватое свечение, всегда вселявшее в нее страх. В нее, в отважного мага, спасшего весь чертов Ферелден. — Кайден, — ее усталый голос внезапно раздается совсем рядом, и он оборачивается. — Перестань, прошу. Уходи, я… — она замолкает, закрыв лицо ладонями. — Чудовище, — произносит она приглушенно. — Ты — совершенство, — говорит он, мягко отводя ее руки в сторону. В ее глазах сквозит недоверие и невыносимая печаль, но в этот раз она не отворачивается. И это его маленькая победа. — Я буду с тобой до конца, слышишь? — шепчет он, проводя чуть загрубелыми пальцами по бледной, впалой щеке. Она всхлипывает. — Конец уже близко, — выдавливает она, уткнувшись носом ему в плечо. — Хватит, — он нежно приподнимает ее лицо за подбородок и целует в уголок потрескавшихся губ. — Я здесь. — Хорошо, — слабо шепчет она, снова поднимая взгляд, и, Боже, как же она прекрасна, когда слезы стекают по ее щекам, и она смотрит на него так, будто на мгновение верит, что он сможет защитить ее от грядущего. Защитить ее от всего мира, которому она давно не нужна. — Но они... зовут меня, — Амелл закрывает глаза, стараясь больше не позволять себе слез, но это выше ее сил. Один Создатель знает, как это все ей осточертело. Осточертело быть позабытой за ненадобностью, покинутой героиней, что на страницах книг живет реальнее, чем на самом деле. Никому нет дела до бесполезного в мирное время Стража, одиноко доживающего свой недолгий век в ожидании заранее известного конца и леденящего душу Зова, что потянет ее за собой. Вот только она больше не одна. — Я буду с тобой, обещаю, — говорит он, целуя ее закрытые веки, чувствуя привкус слез, все так же невольно прокладывающих влажные дорожки по ее лицу. — До самого конца. Наконец она обвивает руками его шею, позволяя себя обнять. Они засыпают вдвоем. Двое людей, цепляющихся за крупицы болезненного счастья в далеком и всеми забытом уголке Галактики.