Я ненавижу(?) своих соседей

Настроение было замечательным. Василиса порхала по квартире, заканчивая последние приготовления: смахивала с полок в коридоре невидимые пылинки, постоянно подбегала к зеркалу, чтобы поправить ненавязчивый, но милый макияж, перекладывала мягкие игрушки с одной стороны кровати на другую. У отца час назад начался корпоратив в честь юбилея директора его фирмы, поэтому вернётся он не раньше, чем к утру. А ещё сегодня к ней приедет Маар. Из-за пересдач в колледже в последние два месяца парень был постоянно занят, и Василиса, привыкшая к их регулярным прогулкам и уютным посиделкам в кофейнях по особо холодным вечерам, совсем соскучилась и измаялась, словно её лишили солнечного света на всё это время. Огнева заварила новый чай и проверила наличие в шкафчике кофе — вдруг им предстоит бессонная ночь за долгим и приятным разговором. Уснуть посреди долгожданной беседы Василиса считала крайне обидным обстоятельством. Близился вечер субботы. В квартире Драгоциев было на удивление тихо, и старшеклассница решила, что ребята куда-нибудь уехали с дядей на выходные. В этом есть свой плюс, рассудила она: никто не испортит встречу извечными попытками выбесить соседку ради забавы, поэтому можно наконец-то расслабиться и почувствовать себя комфортно.

***

— Привет, — Василиса лучезарно улыбнулась, едва завидев лицо Маара в проёме открывающейся двери. — Никак не могла дождаться нашей встречи, поэтому очень и очень рада видеть тебя. — Привет, огонёк, — с натянутым дружелюбием протянул парень и нырнул в квартиру, увернувшись от предлагаемых объятий, якобы не заметив их. Василиса посерьёзнела. — Что-то случилось? — она обеспокоенно посмотрела гостю в глаза, до того отвлёкшись, что забыла привычно щёлкнуть внутренним замком на двери. — Да, на работе неприятности. Ещё и на комиссию отлетел по сегодняшней пересдаче. Так что я немного расстроен, извини, что порчу вечер, который ты так ждала. Маар приобнял девушку прямо на пороге квартиры и меланхолично погладил её по волосам, будто стараясь успокоить самого себя. — Ты ничего не портишь ни в коем случае, слышишь меня? У всех бывают трудности, которые происходят в не самые удачные моменты жизни. Сегодня как раз такая ситуация. Ничего страшного. Может быть, тебе станет получше, когда мы немного пообщаемся? — И правда, огонёк, непременно станет, — коротко улыбнулся Маар. — Уже совсем отвык. Так давно не виделись… — Пойдём на кухню. Сейчас поговорим, и ты придёшь в себя, я как раз сделала чай под долгую беседу.

***

Маар и впрямь выглядел подавленным. Работа и учёба не ладились, из-за задержки зарплаты он не мог рассчитаться за съёмную квартиру, а недавно ещё объявилась тётка, воспитавшая его, однако выгнавшая с приходом совершеннолетия в самостоятельную жизнь, потому что «ей это всё надоело». Теперь ей требовались деньги. Для чего, парень не понял, но даже в случае жизненной необходимости не стал бы делиться: во-первых, в этом месяце было просто нечем, а во-вторых, по его словам, она и не заслужила благосклонного отношения к себе. Василиса сочувственно сжимала ему руку, бормотала какие-то успокаивающие вещи и порой терялась, совсем не зная, как помочь любимому человеку. За последнее время его жизнь превратилась в дремучий лес, всё слишком поменялось, поэтому и подобрать нужные слова едва ли выходило. — Может, в комнате посидим? Там более уютно. Можно включить гирлянду и завалиться мягкими игрушками — я обнимаюсь с ними в эмоционально трудные минуты, как будто даже легче становится. Вдруг и тебе поможет? — неуверенно предложила Огнева, когда пауза в разговоре слишком затянулась. Получив кивок, она наскоро поднялась и направилась в свою комнату. Подхватив пару любимых и самых удобных для объятий плюшевых друзей, девушка собиралась повернуться к двери, как сзади подошёл Маар и крепко прижал Огневу к себе. — Внезапные обнимашки? — Василиса растерянно улыбнулась. — Я же только-только отошла, погоди секунду, давай хоть сядем. Она повернулась к парню и тут же оказалась втянута в поцелуй. Но не по-привычному романтичный и мягкий, как это обычно бывало, а какой-то нервный, рваный и немного нетерпеливый. Чужие руки осторожно скользнули под свободную футболку и с нажимом прошлись по бокам куда-то на спину, плотно притягивая всё тело к хозяину. Василисе показалось, что Маар переходит черту, и захотелось оттолкнуть его, возразить, однако именно в этот момент хватка ослабла, а пальцы опустились к ремню джинсов, пробежались по нему, и на этом активные действия кончились — прикосновения вновь огладили бока и остановились. «Всё в порядке, зря забеспокоилась», — решила Огнева и, несмотря на появившуюся возможность вырваться, ничего предпринимать не стала. Но тут руки всё-таки скользнули выше, добираясь до бюстгальтера, и Василиса вздрогнула. — Маар, не надо, слушай… — Всё в порядке, не волнуйся, — парень настойчиво посмотрел ей в глаза и попытался вновь поцеловать, но Огнева отвернулась. Рыжие волосы, словно живые, в поддержку хозяйки тщательно спрятали её лицо. — Огонёк, успокойся, я ведь не сделаю ничего плохого. Василиса очень хотела попросить его отойти, но побоялась обидеть, ведь у Маара и так выдался крайне сложный день, так ещё и она вредничает. Это совсем добьёт его. Но Огневу подтолкнули к кровати. — Маар? — Чщщ, моё солнышко, не беспокойся. Толчок повторился, и Василиса, потеряв опору, упала назад, на мягкое покрывало. Маар тут же навис над растерявшейся девушкой. — Не совсем понимаю, что ты хочешь, но давай не будем... — скомканно пролепетала она и слабо попыталась сдвинуть с себя парня. - Маар? Её снова хотели заткнуть поцелуем, но Огнева предупредительно забрыкалась, и парень отстранился, чтобы посильнее сдавить сопротивление. Сердце испуганно забилось - Маар явно не собирался прислушиваться к её несогласию на развитие событий. Он ещё и сильнее, Василиса с ним просто не справится, особенно когда руки начинают трястись от хлынувшего по венам страха. Едва удерживая способность здраво мыслить, она повернула голову к батарее и изо всех сил вскрикнула: — Драгоций! Хотя даже не надеялась, что её услышат - Огневу стало накрывать отчаяние, соседи ведь... уехали. — Чего кричишь, ненормальная? — зло глянул на неё Маар. — Словно тебя насилуют тут. Ты же сама этого раньше хотела, сколько обсуждали уже? И сейчас хочешь, просто стесняешься, как обычно, не обманывай ни меня, ни себя. Как будто я тебя плохо знаю. Василиса внутренне сжалась. Может быть, он прав, и Огнева просто ещё не умеет понимать свои чувства и желания? Маар ведь старше, опытнее её, поэтому наверняка знает, о чём говорит... И тут буквально краем уха она расслышала, как этажом выше негромко закрылась дверь в комнату. Извернувшись всем телом из последних сил, она, насколько смогла, приблизилась к батарее и едва не сорвалась на визг: — Драгоций! Маар дёрнул её на прежнее место и прижал сильнее. — Ты чего творишь? — зашипел он. Зато сверху раздался задорный ответ: — Чего тебе, мелкая? Василиса даже вздрогнула в мандраже. Всего на секунду отбившись от приближающейся к лицу руки, она выкрикнула: — Помоги м… Рот намертво зажали, сильно сдавливая челюсть. От непривычного дискомфорта девушка зажмурилась и замычала, пытаясь вырваться, но больше двигаться не удавалось ни на сантиметр. — А что случилось-то? — спросил Драгоций. Ответа не последовало. — Эй, Огнева, это не смешно. Мелкая, ты слышишь меня вообще? Василиса отчаянно замычала в полную силу, понимая, что, даже несмотря на плохую звукоизоляцию, её не услышат. На глаза наворачивались слёзы. Смотреть на Маара ей было так мерзко, что оставалось только жмуриться дальше. Сверху всё стихло. «Он не придёт, — наружу рвались рыдания, отчего Василиса начала задыхаться. — Он даже не услышал, что мне нужна помощь. Воспринял за розыгрыш, шутку, он же сам так делает». — И ради чего это было, глупый ты огонёк? Страсти не хватает? Или ты любишь грубость, поэтому пытаешься посильнее разозлить? «Ты больной!» — вспыхнуло в голове. А потом кто-то едва не сорвал ручку входной двери. Кто-то сильным рывком отшвырнул Маара. Кто-то прижал к себе трясущуюся Василису, с надрывом и хрипом хватающую покрасневшим ртом воздух. — Ублюдок, ты знаешь вообще, что она несовершеннолетняя, кретин ты похотливый? — рявкнул юношеский голос. В ухо раздалось: «Тихо-тихо, теперь всё в порядке, мы не дадим тебя в обиду». — Да она сама этого хотела, а потом передумала! — Маар попытался подняться с пола, но его с силой отпихнули в сторону двери. Драгоций бросил сосредоточенный взгляд на дёргающуюся в объятиях Захарры Василису, которая, едва сохраняя последнее самообладание, рвано мотнула головой. — Вали отсюда по-хорошему, или завтра дело по этому происшествию будет лежать у главы следственного комитета города и окажется первым к рассмотрению. И очень быстро закрытым, поверь мне, не в твою пользу. — Да что ты мне сделаешь?! — Лично я — ничего. А вот с моим дядей даже я при наших близких родственных связях предпочёл бы лишний раз не пересекаться. Так ты услышал меня? Выметайся.