И не друг, и не враг..

«Ань, а почему Primanka?» - я решил воспользоваться внезапной откровенностью авторши. Сегодня 31 декабря, скоро полночь, и она там совершенно одна. Я поймал себя на мысли, что неплохо было бы оказаться сейчас рядом с ней. Все же нельзя человеку оставаться одному в новогоднюю ночь. Да и вообще, любопытно же с авторшей своей в реале встретиться! «Все очень просто. Из-за моей внешности мама называет меня приманкой для маньяков». «А что не так с твоей внешностью?» - я мгновенно сел прямо, ожидая, что следом за сообщением последует фотография. Почему-то я всегда представлял себе авторшу русоволосой мелочью с зелеными глазами, она редко улыбается, почти всегда в печали и мне почему-то хочется из кожи вылезти, чтобы заставить ее хоть немного порадоваться. Аня не отвечала довольно долго. Я положил голову на руки и уставился на монитор. В комнате тихо играла музыка, и слышно было, как предки накрывают на стол. Где-то через часик президент скажет свою речь, куранты пробьют двенадцать, и начнется новый год. Долгожданный конец света так и не наступил, так, может, все не так и плохо? Еще полгода, и я получу свой диплом, навеки покину стены родного университета. Хорошо бы еще сразу работу по специальности найти. «Меня все устраивает... но ты хоть раз полностью довольную маму видел?» Это точно. У меня мама была б не мама, если бы не... - Леш! - донеслось с кухни. Комментарии, как говорится, излишни. Я нехотя поднялся, прекрасно зная, что орать в ответ бесполезно. Мамка ждет, что я предстану пред ней, как та самая сивка-бурка. На кухне мне вручили увесистую плошку с традиционным салатом «оливье», которую я почти торжественно водрузил в центре праздничного стола. Глядя на весело перемигивающиеся огни гирлянды, украшающей елку, я на миг застыл. А хорошо, наверное, если бы Аня была здесь. Может быть, она живет в соседнем доме? Мы живем в одном городе, учимся в одном институте, так почему бы и нет? Если уж везет, то до самого конца. Я направился в свою комнату с твердым намерением узнать, где живет авторша, но очередной требовательный окрик заставил меня изменить маршрут. Мамка вручила мне очередную хрустальную вазу с каким-то новым салатом, но я не торопился тащить его в зал. - Мам, - осторожно поинтересовался я, глядя на ее спину в нарядном платье, надеваемом исключительно на Новый Год, – а что, если я кое-кого приглашу? Она не обернулась, но я все равно понял, что мамка улыбается. - Приглашай, конечно, - и даже не спросила, кого именно. Подумала, наверное, что Машку. - Окей, - я доставил салат по назначению и вернулся в свою комнату. За время моего отсутствия Аня написала аж целый «драббл» в виде сообщения. «Прости, что говорю тебе это, просто настроение сейчас такое. Предки уехали к друзьям своим, оставили мне бутылку шампанского, а я его даже открывать не умею. С ними не собиралась ехать, но все равно кажется, что как будто бросили. Просто они считают, что раз я на Новый Год такая грустная, значит, мне не нравится праздник. Он мне нравится, но это очень печально. Наверное, я еще не до конца повзрослела, раз до сих пор жду какого-то чуда. В Деда Мороза не верю, да и не нахожу давно подарков под елкой. Но каждый год я проникаюсь духом праздника. У Нового Года особое настроение, какое-то волшебное, сказочное, и невольно ждешь чего-то, ждешь, а оно не происходит. И это сильно меня достает. Тебе, наверное, уже пора за праздничный стол, так что не отвечай на сообщение. И не подумай, я вовсе не хотела тебя грузить, просто ты единственный, кто в сети сейчас. С наступающим тебя, бет.» Я задумался, не зная, что сказать. В том, что ответить необходимо, я даже не сомневаюсь. - Леш? – дверь в комнату приоткрылась, явив мне обоих предков. – Четвертую тарелку ставить? - Да не знаю я, блин! - огрызнулся я через плечо. Предки как-то недоуменно переглянулись и скрылись за дверью. Выпрямившись, я несколько мгновений сидел не двигаясь, с занесенными над клавиатурой пальцами. Так, наверное, выглядел призрак оперы в процессе сочинения музыки. «Я давно хотел тебе кое-что сказать...» Затем быстро, чтобы она не подумала чего лишнего, набросал: «Помнишь, я спрашивал, из какого ты города?» «Помню. Еще помню, что ты мне тогда так и не ответил, из какого ты.» «Из того же самого», - я улыбнулся, жалея, что не могу видеть выражение ее лица. «Ясно», - кажется, она даже не удивилась. – «Я так и подумала». Ну конечно. Она, наверное, и мысли мои читать может. Часы на компьютере показали восемнадцать минут двенадцатого. Скоро надо будет уже идти провожать старый год и встречать новый. Но блин, как же не хочется уходить. «Не сиди здесь из-за меня», - написала Аня. – «Тебе пора». А вот хрен там. «Адрес говори. И не тупи над клавиатурой, а просто возьми и напиши свой адрес.» Я уставился в точку под полем ввода текста, как никогда желая увидеть, как забегает серый карандашик. Однако же он не спешил. «Ну?» Секунд, наверное, аж через тридцать серый карандашик наконец появился и забегал туда-сюда, оповещая о том, что «Аня набирает сообщение». Сердце у меня стукнуло так, что в груди заболело. Вот и сообщение. Улица Руднева, значит... не так уж близко, но и не слишком далеко - по Руставели ехать, потом на проспект Просвещения сворачивать и пилить по нему. Руднева вроде как его пересекает. - Пап! Па-а-ап! - заорал я, - мне срочно, мне просто очень, очень срочно нужны ключи от машины. Иначе смерть. Батя, конечно, слегка переполошился от такого заявления, но ключи все-таки дал. Предупредил только, что «со штрафстоянки сам будешь вытаскивать, как хочешь». Но я его уже не слушал. Ноги в кроссовки, на плечи куртку - и вперед по ступенькам вниз, даже лифта дожидаться не стал. Пиликнула сигнализация, я даже не уселся, а упал на водительское кресло, вонзил ключ в замок, повернул. С некоторой неохотой черный, «бандитский» ВАЗ-2114 все же завелся, загудел мотором. Но как бы я не спешил, а рвать вот так, прямо с ходу все равно нельзя - хоть пару минут, а уделить внимание прогреву двигателя надо. Зима всё-таки. Ох и история с этой машиной... мать чуть истерику не закатила, да и я слегка охренел, если честно - мы знали, что отец на ВАЗ-2114 нацелился, это-то само по себе не страшно, но вот чтобы покупать его у какого-то «реального пацанчика»... Причем как есть, со всеми приблудами - черной как ночь тонировкой, хромированными дисками, «ксеноном», акустикой. Ладно хоть пружины не срезаны, и на том спасибо. Глянул время - половина. Пора уже, пора! Рванул с места с пробуксовкой, на скорости вырулил из двора на проспект, шуганув по пути какую-то молодежную компанию. В желтом свете фонарей густо, хлопьями валил снег. На трассе ещё встречались какие-то машины, уже так, в виде исключения. А ведь тоже едут куда-то... Наверное, я еще не до конца повзрослела, раз до сих пор жду какого-то чуда. В голове заиграла дурацкая музыка из «Черной молнии». Я не верю в чудеса, но летит машина в небеса... И теперь я твой... супергерой... Ха-ха, машина у меня тоже черная. Будет тебе, авторша, самое настоящее Новогоднее Чудо. Я вдавил педаль газа в пол. За стеклом мелькали дома, фонари, мигающие жёлтым светофоры… Разогнался так, что на повороте меня занесло, но я даже испугаться не успел - скинул передачу, снова вдавил педаль в пол, так, что стрелка тахометра скакнула на какую-то совсем уже неприличную цифру... Вот и Руднева эта самая, нужный дом бы теперь только найти... Авторша ждала меня во дворе. Я ее сразу узнал - кто ещё за двадцать минут до Нового Года будет сидеть на лавочке в одиночестве с бутылкой шампанского? Резко затормозил напротив нее, бибикнул - нет, мол, времени объяснять, прыгай уже в машину. Сердце молотило как бешеное – волнуюсь, конечно. А может, это от гонки. Авторша с какого-то перепугу решила сесть на заднее сиденье. Прежде чем обернуться и утолить наконец свое любопытство, я чисто по привычке кинул взгляд на зеркало заднего вида. И замер. Из зеркала, едва выглядывая из-под длинной челки, на меня смотрела Убийца Телефонов.