Радужный попкорн

- Это не отель, - когда машина остановилась в подземном паркинге, Тэхен наконец сказал хоть что-то. - Да, - подтвердил Чон. Он и не подумал отвезти Кима в иное место, нежели чем в свою квартиру. Он был виноват, возможно, но это не повод рубить все на корню и переезжать. - Прости, - произнёс Чонгук, сжимая пальцами руль. - Прости. - Вот мне интересно: за что? За твои слова в кафе или за поцелуй? - ехидно спросил Тэхен. - За слова, я не хотел тебя задеть, я просто не знаю, правда, - кожаная обивка скрипнула под руками Чона. - Не знаю, понимаешь? И я пытаюсь, я хотел всего лишь защитить. Но я наверное глупый. - Глупый, - кивнул Ким и вздернул бровь. - И грубый, и нечуткий, и ... - Ещё скажи - какой я?! - перебив, начал заводиться Чонгук, итак еле сдерживающий себя. Вся ситуация была для него дикой и ломающей устои, он, черт побери, просто пытался себя в ней прописать, но, увы, гением его не назовёшь. А вот такими обидными словами - да. - Ты - мужлан, - добавил Тэхен, уже пуская на лицо улыбку. - Такой мужлан, ей-Богу. И, не сумев сдержаться, Ким тихо смеется. Взгляд теплеет. Чонгук чувствует: его почти простили. Тянет кончики губ вверх в ответ. Кивает и уже выходит из машины, как слышит в спину. - И целоваться не умеешь, жуть, - ехидно так, с усмешкой, возможно даже с вызовом звучит из уст Тэхена. Очень злит. Задевает. И приводит к опрометчивости. Больно ударившись коленкой о коробку передач, Гук влетает в авто обратно и словно пытается выиграть какой-то важный спор (а мы-то знаем, что спор идёт с самим собой) - целует Тэхена снова. Не так, как прежде. Совсем нет. Сначала яростно впившись в губы, затем мягко касаясь их языком, проскальзывая внутрь и поглаживая им там, так искусно, что Ким против воли закрывает глаза, а Чон теряет голову. Ему приторно сладко, мёд больше не любимая сладость, прости. Чонгук утопает в вязкой зыбкости влечения и притяжения и не думает ни о чем эти тридцать секунд. Он не чувствует этого, но в нем каждая клеточка и нервный импульс затронуты, они треволнуются и дрожат. Они меняют его изнутри. Не смогли бы, если бы Чон был против. Но это же Тэхен... Соблазн, теплота и родственная душа во плоти. - Ты меня пугаешь, - отстраняя от себя руками, Ким вопросительно уставился на него. Он бы мог тоже тысячу раз соврать себе и сказать, что это его никак не взволновало. И что Чонгук не терпко пряный, как дорогое французское красное вино. И что, допустим, его дыхание на чувствительных губах Тэхена не выжигало кожу, оставляя шрамы. Бывает краткий миг, простое действие - и Мир переворачивается. И словно уже другие глаза смотрят на реальность вокруг: другие - не твои. А ты вроде и дышишь как прежде и двигаешься тоже, и даже внешне нет иных изменений. Но... - Прошу... - еле слышным шёпотом Чон звучит так умоляюще. - Не отталкивай так. Не надо... Коснувшись горячим лбом плеча Кима, Чонгук глубоко дышит и сползает объятиями, крепко стискивая в руках все ещё переодетую Тэхи. Правда, парик был скинут в ноги кресла всего пару минут назад (он так бесил Чонгука). - Не носи парик... - выдыхает в шею тот и вдыхает запах мускатной кожи Тэхена (не спорьте, Чон лучше знает, какая она на вкус). - Тебе это не нужно. А Тэхен молчит. Молчит в ответ, и когда они поднимаются наверх, когда Чонгук готовит ему облепиховый чай, когда забираются вдвоём на диван и смотрят последние серии "Человека со звезды". Он также не произносит ни слова, когда, сделав вид, что задремал, почувствовал, как чьи-то заботливые и сильные руки отнесли его в кровать, укрыли одеялом. Когда его поцеловали нежно в щеку. Даже тогда, когда со стороны кухни раздались приглушённые рыдания. Тэхен жалел, что приехал и что своим появлением может сломать жизнь важному (самому важному ему) человеку. Ведь свою-то он уже покалечил напрочь, вместе с психикой. А его Гукки всегда был таким хорошим, умным и правильным. Внимательным и невероятно заботливым. И таким привязанным к нему. А сейчас этот малыш впервые так горько рыдал. Чонгук в детстве был плаксой, но все это было как то несерьезно. Неглубоко. Сейчас же - до марианской впадины и обратно: сердце Тэхена не могло такое выдержать. Он тихо поднялся с кровати и спрятавшись за косяком шкафа, наблюдал: Чон сидел на полу, прижавшись к кухонному шкафчику. Кулак зажат между зубов, и крупные слезинки словно тяжёлый град падали на кафель, разбиваясь похлеще надежд Кима о счастливом и беззаботном проживании вместе с лучшим другом. Ведь Тэхен пожелал забыть и лгать себе и всем вокруг, почему и когда все пошло не так.

***

Проснувшись с тяжёлой головой утром, Тэхен осознал, что один в квартире. - На работу уехал, - лениво спустив ноги с кровати, он произнёс вслух. Оглядев помещение, ненадолго задержавшись на нескольких фоторамках на стене (на которых были мелкие они), Ким громко выдохнул. Наскоро приготовленный завтрак из мюслей и молока не шёл в горло. Настроение стремилось к нулю, а губы жгло от воспоминаний. - Дурашка, - и улыбка вышла какая-то слишком горькая от этого слова. Его искренний Гукки запутался и не ведал, что творил вчера. А он идиот, что поддался и откровенно смаковал приятный привкус поцелуя. Неправильного и такого несвоевременного. И незабываемого. То ли отчаянно хотелось повторить, то ли высечь из мозга память о нем. Глупо, он же не хирург. А глупец. - Два глупца, - отставляя чашку в сторону, Тэхен заметил клочок бумаги на краю стола. Записка. Чонгук все-таки ушёл спозаранку не молча. "Доброе утро. Работы по горло. Не стал будить, ты сладко спал. Я буду поздно, не жди и высыпайся. Отдыхай". И приписка в конце чуть неровными буквами: "Я ни о чем не жалею". Если бы листок можно было бы разбить как хрустальную вазу, то Тэхен бы кинул ее об стену и на мелкие-мелкие кусочки ее. Но нет. В руках она дрожащим напоминанием, что Ким - плохой друг. Ужасный. А друг ли? Друзья не растворяются в поцелуе, и по правде говоря - не провоцируют и не ждут нежностей. С самого начала все пошло не так - шутка в аэропорту обернулась травмой, которая переросла в нечто ошибочное и болезненное. Ведь если это не так, то почему в груди так тянет, и влага застилает глаза? И так хочется вновь уткнуться в сильное плечо? - Черт, что я делаю? - чашка бьется об пол. И наконец - осколки. Ким будто бы их и ждал. Они как олицетворение его старой-новой личности. Вдребезги и не соберёшь. Есть только наивная уверенность, что он вроде как делает все верно. Поэтому таблетки без запивания водой летят в рот, и розоватый блеск ложится на губы. У Тэхена по плану сегодня собеседование на работу. Дома сидеть скучно, и деньги лишними не бывают. Хотя его счёт был полон грамотных накоплений, но все же. Офис его будущей компании в огромном стеклянном небоскребе, на этаже с которого видно пол города на ладони. Пока он ждёт директора, наблюдает за людьми, как тараканами мельтешащими, с высоты полёта. Торопятся куда-то: туда-сюда входят и выходят из здания, влетают в такси, даже не смотрят друг на друга, уткнувшись в свои смартфоны. Открывают ли они глаза проснувшись? Открыты ли глаза у него самого? - Ваше резюме впечатляюще, - спустя пару минут изучения папки с достижениями Тэхена, его наниматель счастливо улыбается. - Только ваш внешний вид... Ким взбрыкивает и готовится дать внушительный отпор и критику "нетолерантности". - Юбка должна быть длиннее, - быстро реагирует тот и прерывает так и не начавшийся поток недовольства. - Мне лично все равно: парень вы или девушка, просто не делайте из этого шоу, ок? Ким кивает, вполне резонное замечание. Да и мини было сегодня ни к чему. Просто... просто, черт, Чонгук всегда так залипает ненавязчиво на его ноги. И вот Тэхен... Мысленно хочется избить себя до полусмерти, за то, что так хочется НРАВИТЬСЯ ему. - Ким Намджун, кстати, - представляется директор и тянет руку. - Давайте так: испытательный срок месяц, а дальше - постоянное место. Согласны? - Да. Тогда завтра на работу? - уточняет Ким, испытывая радость. Хотя точно знал, что его опыт финансиста и консультанта в США, плюсом с образованием привлечёт любого работодателя. - Да хоть сегодня, дела не ждут, понимаете? Кхе-кхе. Тэхену понравился этот простоватый чудак-директор. Он был как родной дядя с забавными ямочками на щеках и такой несложный в общении. Главным фактором, что новый работник кивает и следует на своё место в офисе, была как раз эта располагающая к себе натура Намджуна. "Я устроился на работу". Коротко написал Тэхен Чонгуку и постарался не ждать с детским нетерпением ответа, а погрузиться в изучение финансового отчёта за предыдущий квартал. "Это будет странно, если скажу, что горжусь тобой?" Тэхен смущённо кивает, но не пишет ничего. Чонгук: Знаешь, мой секретарь очень ворчал, когда я отправил его за эксклюзивным шампанским и свежей клубникой из Израиля на разные концы Сеула. Приходит через два часа. И какая-то бешеная птица бьется под рёбрами, мешая нормально дышать, от незамысловатой романтики Чонгука. Тэхен: Дурак 🤗 Чонгук: Я скучаю Тэхен: Ещё больший дурак Чонгук: Потому что плохо целуюсь? Тэхен закатывает глаза и чуть ли не ржёт в голос. Чон божественно и крышесносно целуется. Как никто другой и никогда. И хочется сорваться и вновь заставить доказывать насколько "плохо" целует Чонгук. Но Ким больше такого не допустит. Тэхен: Потому что такого больше не повторится Чонгук: Чимин обрадовался, что я ему подарил бутылку шампанского. С тебя хватит и клубники, знаешь? И быстрее, чем смог осознать, Ким набирает Чонгука. - КТО ТАКОЙ ЧИМИН? - и да, это было чуть выше по тональности для полного безразличия. - Кто такой Чимин? Хмм, кто же он такой... - дразнит Чон, не скрывая издевательских мотивов в голосе. - А хотя - пофиг, - Тэхен психует, уже хочет сбросить вызов. - Тот самый несчастный секретарь, который и ездил за ним, - смягчившись, нежно проговаривает Чон. И он так хочет излить эту нежность, перебрав между пальцами рук мягкие волосы Тэхена. И снова целовать. И обнимать. Защищать этого странного и несуразного хена от всей вселенной. Потому что он с пяти утра сходит с ума, скучает и его ломает как от кокаина в миксе с героином. Все не так и не на своём месте, и душу теребит тревога и неспокойствие. И друг. Или девушка... Или его маленький апокалипсис не выходит из головы. И так сложно как никогда в жизни. И так тянет к родному Тэхену... - Ты ревнуешь, - спустя десять секунд молчания говорит Чонгук. - Я не люблю недомолвки, - завирается так открыто Тэхен и выбивает марш пальцами по рабочему столу. - Всё, я занят, я тружусь вообще-то! - Увидимся дома. И они не хотят этой встречи и хотят в то же время. Чонгук сделает все, чтобы приехать пораньше с презентации проекта, а Ким будет терпеливо ждать хоть всю ночь, что даже возможно не выспится совсем перед первым полноценным рабочим днём. - Я дома, - Чон сумел и добрался до дома к одиннадцати, надеясь, что его встретят. Его встретил жуткий запах блевотины и Тэхен без сознания посреди комнаты в луже воняющей жидкости. И Чонгук впервые пугается до ледяного мороза по коже и онемения.