Радужный попкорн

Он влюбился в него, когда ему было всего девять лет. Навсегда запомнился тот момент: самый прекрасный (наверное), самый пугающий (это вернее). - Тэхенни, смотри, что я нашёл! - и маленький Чонгук несет ему живую ящерицу, которую тот вытащил из-под камня рядом с рекой. То лето, они провели вместе у бабушки Тэхена. Друзья не разлей вода, не разбей лица и все коленки в синяках и ссадинах. И крики матери: "Хоть бы ничего не сломали себе, проказники!" Ким привязался сразу к этому мальчику-оленёнку с его огромными глазами и пугливым взглядом, чуток смешными зубками и безоговорочной преданностью к нему. А затем бац. Влюбился. Как мальчик в девять лет это понял? Как различил бурю эмоций внутри себя и выдал ответ "Любовь"? Это чувство проще и сложнее, да не важно. Просто именно в момент, когда эта ещё пухленькая ручка с яркой ящеркой протянулась к нему, Тэхен понял, что он хочет быть рядом всегда. По-взрослому, по-глубокому понял: Чонгук для него больше чем все. Может он и не осознавал, как сделал это после, что тот невероятно красив, притягателен и ... Предпочитает девушек. А Тэхен - парень. От макушки и до пяточек. Ни капли не женственный, ещё и голос ломаться стал к тринадцати, грубым стал. Ужасным. Все время желая стать ближе и теплее к Чонгуку, Ким не заметил, как перешёл черту. Он представлял себя на месте тех девушек, которыми тот восхищался, пытался ухаживать... Целовал... Боже как невыносимо и невероятно больно было Тэхену, когда губы, на которые он тайком заглядывался прижимались к чужим. Незаслуженно. Неправильно. - Да, что ты творишь, Гукки! - Ким сильно сорвался, когда в пятнадцать застал того целующимся со старшеклассником. Парнем. Но не с ним. Все внутри взрывалось и перемалывалось и в итоге вдарило по психике. На следующее утро Тэхен впервые сказал себе в зеркало. - Красивая... Прошло много лет. Тэхен до сих пор любил только одного человека на планете. Так сильно, что поначалу забылся, дал себе помечтать, открылся и отпустил ситуацию. Но как он мог? Как он мог допустить все это? Ему было понятно с первых минут, что Чонгук ломает себя, перестраивает и, кажется, многое выдумывает. А Тэхен всего лишь... Парень в юбке. Позор и клеймо такое - на пол-лба. И тыкающие пальцы в его сторону, ржущие лица моральных уродов. Гукки такого не заслужил, нет-нет. - Я люблю тебя, - после выматывающего секса Тэхен не спал, перебирая чёрные волосы между пальцев: это так успокаивало. Весь перемазанный в потекшей косметике и со свисающем на одном боку разорванном платьем гейши Чонгук был экстремально милашным. И сопел так. Тянулся бессознательно за лаской к Тэхену. - Я не могу так с тобой, - прошептал Ким, поднимаясь с кровати. - Только не с тобой. В дорожную сумку только запасные трусы, зубную щётку, кошелёк да ноутбук. Телефон в руки, да широкополую шляпу поглубже на лицо. Сбежать. Что ещё могло придти в его неразумную голову? Этим он думал, что спасёт его Чонгука от своего дурного влияния. Тот перебесится, забудет, продолжит жить весело и счастливо. Без него. Может быть... - Только, если получится, - поставил себе условие Тэхен, выходя за дверь. Может быть когда-нибудь он вернётся. Чтобы быть рядом. Сейчас не имеет право. Либо он просто дурак.

***

Утро. Утро после потрясающего секса с любимым человеком должно быть прекрасно, не так ли? А утро, когда ты не можешь найти этого человека и даже записки нет? Катастрофично. - Тээээхееен, - позвал, лишь раскрыв глаза, Чонгук, но тишина в ответ. Ни в одном уголке дома, затем набег на рабочее место и удивлённое лицо Намджуна, который... - Он прислал заявление об увольнении по почте ночью, - почёсывая щеку, рассказал тот. - Я, честно говоря, малец охуел с утреца. Чонгук глубоко вздохнул. Пытался вспомнить, рылся в памяти: где может быть Тэхен? И куда вновь завела того истерика? По списку значились: - родители: позвонил, сказали не объявлялся. - все гей/транс бары: "Оу, нет не было. Но ты проходи". - Сокджин: вот тот забеспокоился вместе с ним и назначил встречу втроём с Хосоком в кафе рядом с клиникой. У Чонгука немного (много) дрожали пальцы на руле, когда он подъехал к месту встречи. Уж эти двое (не зря же у них такое крутое образование и опыт, да?) точно подскажут ему, где найти свою пропажу. - Если его нигде в известных местах нет, - начала психотерапевт. - И вчера вроде как все было хорошо, и вы... - Трахались, - Чонгуку пофиг на стеснение, очень пофиг на все: дайте ему Тэхена. - Ой, без подробностей, - покачала головой Хосок. - То скорее всего, он решился, идиот. - Ты думаешь? - загадочно переспросил Джин, меняясь в лице. - Я думал, что он будет тянуть с этим. - Заметь, Чонгук хорош, и девки по нему текут, - продолжили они обсуждать, не обращая внимание на третьего собеседника. - Да, это конечно весомый аргумент, - покачал головой Сокджин. - Эй, я вообще-то тут! - не выдержал Чон, резко вставая из-за стола. - Где, твою мать, Тэхен?! И о чем вы догадывались?! Врач переглянулся с Хосоком и, тяжело вздохнув, выдали вместе. - Операция. Чонгук замер, не сразу поняв о чем они, но, когда осознал суть, то еле подавил желание врезать этим двоим. - Так какого хера вы, зная, что он на такое способен и не готов к этому, ничего не сделали? Вы вообще профессионалы?! - разорался Чон, кидая деньги за свой кофе на стол. - Где? Где он может быть? - Тайланд или Германия, может Израиль, - предположила Хосок. И, разгрызая губы в кровь, Чонгук рванул быстрее в машину, выводя навигатор на аэропорт. Только бы успеть, вжимая педаль газа, объезжая по косой автомобили, злясь на каждого тормоза на дороге. - Я себе не прощу, не прощу, не прощу, - как мантру он читал себе под нос. - Какой же ты идиот, Тэхенни. Какой идиот... Огромная конструкция из стекла и металла казалась ему когда-то прекрасным результатом человеческой фантазии и таланта. Как архитектор он восхищался зданием аэропорта. Но не сейчас. Это место стало отправной точкой его невозврата, этой странной истории, перевернувшей его взгляды на жизни, на дружбу, на любовь, на Тэхена... Всего месяц назад была беспечная и лёгкая (да, теперь он понимает, что лёгкая) жизнь, а сейчас Чонгук на грани нервного срыва, потому что, сука, этот человек нужен так сильно рядом, что плевать на мир, плевать на проблемы, глобальное потепление и политический кризис, да на все плевать, лишь увидеть в толпе спешащих людей рыжую макушку, любимую походку, которая его всегда завораживала, услышать дорогой сердцу смех... - Тэхеееен, - закричал Чон у табло с рейсами. - Ким Тэхееен, - орал он перед стойками регистрации и правого и левого сектора поочерёдно. Никто не отвечал. Почему становилось так страшно? Почему мысль о предстоящей ошибке любимого человека пугает его до трясучки? Чонгук чувствует свою вину. Паника нарастает, когда нечто оранжевое блеснуло над тёмными головами пассажиров. Всплеск надежды вызвал мурашки, и он рванул, продираясь сквозь толщу людей, пихая локтями, зовя по имени, получая в ответ претензии и мат. - Тэхен! - вот наконец он близко, добрался, хватает за плечо, разворачивает... - Простите, вы что-то хотели? - спрашивает незнакомец. Это не он. Все бесполезно. Чонгук мечется ещё пару часов по залу отправления и не может найти. Набирает раз за разом номер, а он недоступен, выключен. Он в смятении, смущён, стоит посреди аэропорта и не знает, что дальше. Что он может? Куда бежать? Искать? Ломиться? Одолженные сигарета у мужчины на входе в здание, нагретый асфальт напротив парковки, мерзкий дым в лёгких. Он бы бросил, да не хочется. Сейчас бы соврать, что курение помогает, даёт успокоение. Но это была бы самая отвратительная ложь по своей нелепости. С каждой секундой становилось тяжелее, мысли разрастались и теперь давили на грудную клетку. Только бы знать, что с ним все хорошо... Вернуть его... Прижать... Замереть... И провести так вечность... - Алло, да, - не смотря на экран, Чон поднял трубку, ожидая, что Чимин начнёт орать за пропуск работы. - Гукки... - произнёс сдавленный знакомый голос и сорвался на рыдания. - Тэтэ, это ты? - закричал в трубку Чонгук, подскакивая на ноги, уже готовый умчаться в сторону, в которую позовут. - Я... *хлюп* ... Я... - и снова раздались плачущие звуки. - Малыш, где ты? Ну ты чего? - смягчавшись, Чон перешёл на нежную мольбу. - Вернись, пожалуйста, куда ты ушёл? - Нет, - сделав пару глубоких вдохов, Тэхен смог говорить. - Я делаю все так плохо, я неправильный, Гукки. - Нет... - Я порчу твою жизнь, ты не заслуживаешь такое, - снова тишина и шмыгание носом. - Я люблю тебя, - выпаливает Чон и уже не знает, как удержать. - Очень. Тэхен, я очень люблю тебя, малыш. В любом образе. Не делай ничего с собой, умоляю! - Нет, ты ничего не понимаешь! - теперь кричит Ким. - Столько лет! Кукки, я столько лет был так... Не важно. А сейчас... Не могу я позволить все это... Отпусти меня... Чонгук готов был ответить, взять за все ответственность, за секунду повзрослеть и выбить эту дурь из головы Тэхена, но короткие гудки сменились снова на бесячие слова оператора "абонент аппарата выключен или находится вне зоны действия сети". Что дальше? Что ты будешь делать, Чонгук?