Радужный попкорн

По шкале от безнадёжности до нуля спокойствия, это был самый отвратный день за всю жизнь Чонгука. Даже когда Тэхен уезжал в США много лет назад, было не так паршиво на душе. Тяжело находиться наедине со своими чувствами: вина, тоска, уныние, волнение, отчасти злость на самого себя, любовь... Да, все эти многочисленные эмоции были опутаны нежными чувствами, и, черт, от того он метался по квартире как сумасшедший. Не находя себе комфорта и даже секунды покоя, ни капли усидчивости. Когда нужно что-то делать, а ЧТО не знаешь вовсе? После аэропорта его забрал Намджун, встретил вместе с Чимином. Они объездили полгорода, обзвонили все больницы, полицейские участки (ну а вдруг?), даже поумоляли по списку все крупные компании авиа-перевозчиков, но просто так информацию о пассажирах никто не говорит. Ни слезы, ни угрозы не помогли: никто из них не были в родственных связях с Тэхеном. - Все будет хорошо, - прошептал Чимин, когда они подъехали к дому Чонгука около десяти вечера. - Правда... Чон кивнул, из вежливости и уважения к этому парню, но, честно говоря, эти дурацкие слова "все будет хорошо" хочется засунуть обратно тому в глотку. Потому что - НЕТ. Ничего не будет хорошо, если Чонгук не остановит отчаянное желание любимого человека разрушить себя, испортить здоровье, если позволит неверию в самого себя поглотить того и перечеркнуть многое, важное. НЕТ. Все НЕхорошо, когда Тэхен НЕ рядом, НЕ вместе с Чоном, когда не засыпает, закинув все конечности на того, не душит ночью в объятиях, не причмокивает громко на ухо во сне... Тяжёлый выдох. На часах двенадцать. Как медленно тянется время. Чонгук ещё даже не присел. Не "можется". Внутри все крутит-вертит, кости наружу словно выворачиваются. Чувствует себя беспомощным маленьким котенком. Когда он успел стать таким? Таким ... Нуждающимся. Преданным. Привязанным. Может, это было всегда? Тэхен всегда занимал особое место в его жизни, в его душе, сердце... Чон смотрел с первых минут их знакомства на того с восхищением, восторженностью, будто этот хён знает все, умеет все, "хён самый лучший". Согласись, Чон, это была одна из самых частых мыслей в твоей голове, когда вы проводили время вместе? - Аааааа, - взревел Чонгук. Он уже так скучает, вроде меньше двадцати четырёх часов не видел Тэхена, а уже словно невыносимую вечность. Это ли любовь? Может так было всегда? Может Чон только и чувствовал себя настолько цельным лишь рядом с этим человеком? Только с этими смешинками в красивых глазах, этих милых родинках по всему телу ("смотри, это слоник, Кукки!"), открытой чуть наивной улыбкой, этих нежных пальцах, глубоком голосе... Любил ли он лишь Тэхена всегда? Чон далеко был не сведущ в дебрях собственных чувств, но не может найти доводы ответить "нет". Ким никогда не переставал быть центром его внимания и интересов, а дружеских или романтичных, интимных... Есть ли разница для него? Была ли разница для самого Тэхена? - Не мог же Тэтэ в самом деле... - внезапно шальная мысль посетила больной разум парня. Могло ли так случится, что "эмоциональная слепота" Чона повлияла на психику Тэхена? Вдруг он из-за него так страстно желал измениться? Да нееет, он всегда был для того милым забавным кроликом, с которым можно было поржать, которого не хотел делить ни с кем, которого обнимал ежесекундно, с которым проводил все свободное время, на которого так смотрел... - Тэхен-а, почему ты плачешь? Я сделал что-то не так? - озабоченно спрашивал пятнадцатилетний подросток. - Это же прикол! Ну ладно-ладно, больше не буду так делать! Когда губы впервые горели от неловкого поцелуя на их совместных посиделках с друзьями, когда в шутку "а почему бы и не попробовать", Чонгук поцеловал своего лучшего друга с чувством, толком и глубоко ради пущего эффекта. Было приятно. Оторвавшись от чужих губ, он смеялся и хотел продолжить веселиться, но был ошарашен, когда Тэхен внезапно сорвался в ванную комнату и там заперся под едва слышимые и сдерживаемые рыдания. Чон тогда все же прорвался внутрь и успокаивал того, но понять не мог причин истерики, да и Ким не объяснял. Кто ж знал... Если представить, что тогда все имело такое большое значение, что хрупкий цветок любви уже расцветал внутри Тэхена, то... То... - Глупышка, - Чон наконец перестает маячить по комнате и опускается на пол, зажимая раскалывавшуюся голову в тисках ладоней. Слезы собираются в уголках глаз и стекают горячими ручьями, обжигая и раздражая кожу. За секунды набирают обороты жалкие всхлипы, и вот уже парень ревет в голос, не сдерживая усталость, волнение, некую обиду и всепоглощающую грусть... Спустя час охрипло горло, а лицо превратилось в мокрое красное месиво. Время за полночь, пустые терзания разрывают душу, ощущение какого-то дна, которого он с лихвой достиг. Когда в дверь звонят. Неужели Намджун так беспокоится, что приперся посреди ночи? Или может Чимин, добрая душа, притащил ему набор платочков и мороженое? Утирая нос рукавом, Чон медленно тащится, чтобы открыть ночному гостю. Нежданному и негаданному. И увидит перед собой ЕГО. - Тэхен? - робко спросил Чонгук, не веря своим глазам. - Ммм, да, - чуть простуженным голосом с хрипотцой ответил тот. - Это я... Пустишь? Согревающие крепкие объятия накрыли продрогшие от холодного ветра плечи. Он рядом, он здесь, прижимает к себе. И преданно касается носом его шеи. - Я так ждал... - пробормотал Чон, зарываясь все глубже носом в мягкие рыжие волосы. - Я не смог, знаешь, - начал Ким, тяжело вздыхая. - Не смог его отрезать... Он вроде как дорог мне... И в полутьме был виден смущённый румянец на его щеках. - Скажи честно, ты просто хочешь ещё раз меня хорошенько трахнуть? - пошутил Чонгук, хотя шутка ли? - Ах, ты, - Ким шлёпнул его по плечу и продолжил. - Не знаю, в голове такая неразбериха, я снова себя не понимаю... - Давай просто разберёмся в этом вместе? Вдвоем? - осторожно предложил Чонгук, укутывая в огромный теплый плед и усаживая Тэхена на диван. - Не смогу тебя отпустить. Я люблю тебя... - И я люблю тебя...