Между светом и тьмой

Большая просторная после последней перестройки комната была насквозь пропитана осенними солнечными лучиками, которые с особым мягким теплом падали на всё живое, будто бы пробуждая желание жить. От такого обилия света вскоре проснулся двадцати восьмилетний мужчина. Сонно открыв глаза, он высунул правой руку из-под тонкого, очень мягкого одеяла и одним легким движением руки заставил занавески полностью закрыть окно, тем самым перекрыв все возможные пути поступления света в комнату. Собравшись с силами, он крайне аккуратно и медленно встал с кровати так, чтобы никого не разбудить. Вступив на предательски холодный деревянный пол, мужчина рефлекторно провёл рукой по своей длинной щетине, ощутив ладонью каждый её колючий волосок, что помогло ему несколько взбодриться. В следующее мгновение уже осознанный взгляд, из которого пропал весь туман сонливости, упал на одежду, покорно висящую на дверце нового шкафа. Быстрыми шагами сократив расстояние меж собой и своей целью, он стал стремительно, но всё ещё тихо одеваться. Мужчине пришлось года два назад сменить свою одежду, поскольку те вещи уже давно пришли в негодность. Тогда такое решение далось ему с большим трудом, поскольку с теми вещами было связано много воспоминаний, как хороших, так и крайне неприятных. Для него выбросить сшитую своими руками одежду было равнозначно отрешению от собственного прошлого, но его возлюбленная, глядя на такую проблему, сама сшила ему новый комплект вещей, которые были точно такими же за исключением цветовой гаммы. Пусть её муж предпочитал невзрачные цвета наподобие черного, серого и их прочих оттенков, но она привнесла в эту унылую палитру штрихи зеленого. Такой неожиданный подарок был очень приятен мужчине, и тот не смел отказаться от него, но выбросить свои предыдущие одеяния тоже не посмел, поэтому он собрал старые вещи в коробку и спокойно закопал её неподалёку от дома, после чего благополучно начал ходить в новой одежде, больше подходящей для гражданской жизни, поскольку была лишена любых боевых качеств, за исключением практичности и удобства. Полностью одевшись и собрав волосы на голове в небольшой хвост, мужчина подошёл к кровати, склонившись над спящей женой, ласково поцеловал в лоб её и трёхлетнюю дочку, которая беззаботно спала в крепких и нежных объятиях матери. После этого он быстро покинул комнату, беззвучно прикрыв за собой дверь. Спустившись по лестнице вниз, прямо у входной двери он взял большую корзину, красиво сплетенную из толстых прутьев, и, накинув тонкий темно-зеленый плащ с капюшоном, вышел из дома. С одеждой мужчина не прогадал, поскольку вскоре погода переменилась на пасмурную, не оставив и следа от утреннего солнца, нечаянно разбудившего его так рано. Пока он шёл до плантации нужных ему ягод, солнце медленно начало прятаться тучами, из которых потихоньку стал накрапывать дождик. Иккинг двигался вперёд, с удовольствием думая о предстоящем ему вкуснейшем завтраке после работы. Эта мысль невольно навла на его лицо улыбку, с которой тот пребывал в течение всего своего пути. Когда он уже почти добрался до плантации ягод Фарр, считавшихся дорогим деликатесом во всей Галактике, то сразу же ощутил весь их пряный, нежный и приятный аромат, доставлявший невероятное удовольствие при каждом его вдохе. Подойдя к самому ближнему кусту, мужчина аккуратно сорвал с его веток горсть ягод, кинув их себе в рот. Бодрость от этих маленьких растительных плодов пришла в его тело сразу же, стоило лишь их проглотить. Насладившись божественным ни с чем не сравнимым вкусом, Иккинг, держа в одной руке корзину, легким движением свободной руки при помощи силы заставил ягоды со всей плантации слетаться прямо в свою корзину. Понятно, что при столь большой скорости процесс сбора урожая много времени занять не мог. Вскоре мужчина наполнил тару, с которой пришёл на плантацию, после чего направился к виднеющимся вдали амбарам фермы. Слабый дождь к этому времени окончательно иссяк. Иккинг, не боясь намокнуть без средства защиты, теперь снял и положил плащ в корзину поверх ягод. Мужчина дошёл до фермы, он уже хотел войти в дом, но непонятный и громкий шум, раздающийся из старой комнаты на втором этаже амбара, заставил проверить его источник. Иккинг поставил корзину с ягодами у входа, после чего тихо поднялся по лестнице. Оказавшись перед дверью, мужчина аккуратно без скрипа открыл её и, изогнув от удивления одну бровь, увидел, как одна крайне непоседливая пятилетняя девочка, одетая так же, как и Иккинг, копалась в ящике с вещами своего отца, раскидывая их в разные стороны. -Они должны быть здесь… - негромко себе под нос говорила хулиганка, сильно увлекшись поиском. Через несколько минут раскопок в этом ящике она нашла два соединённых между собой световых меча. - Нашла! – восторженно крикнула она, подняв оружие над головой в знак победы. -Кхм-кхм-кхм… - демонстративно громко покашлял в кулак Иккинг, тем самым давая понять, что девочка в комнате не совсем одна. В это же мгновение выражение детского личика переменилось: восторг и радость исчезли, сменившись небольшим страхом быть наказанной, досадой за свою неосторожность и, наконец искренним чувством вины. -Что ж, юная леди, кажется, вы нарушили мой запрет, - суровым и недовольным голосом спокойно сказал мужчина, подойдя к девочке, которая всё ещё сидела к нему спиной, не находя в себе сил повернуться и предстать перед тем, чьё вето она преступила. Иккинг подошёл к ней вплотную, а она в этот же миг отбросила световые мечи в сторону, бросившись в слезах в его объятия. Мужчина чуть наклонился и взял свою маленькую дочку на руки. Милое создание, коим он считал её, вцепилось своими дрожащими пальчиками ему в шею, тем самым прижимаясь к ней ещё сильнее. -Папочка, прости меня! Я не хотела этого, честное слово! Только не ругайся, я не удержалась! Это не повторится, обещаю! – доносились до слуха отца приглушенные рыдания провинившейся дочери, виновато уткнувшейся хлюпающим носиком в мягкое плечо. -Я и не собирался тебя ругать, - слегка улыбаясь, спокойно и ласково ответил Иккинг. -П-правда? – чуть запинаясь, настороженно спросила девочка, подняв чудные, чуть покрасневшие от плача фиолетовые глаза, доставшиеся ей через гены от бабушки по линии матери. -Можно подумать, я на тебя когда-нибудь ругался. Да и любопытством ты пошла именно в меня, - глядя в детские глаза и видя в них искреннее раскаяние, нежно сказал мужчина, пытаясь хоть как-то ободрить это милое создание, отягощенное грузом вины перед своим отцом. – Я понимаю твоё стремление побыстрее взять в руки световой меч, но не пойми меня неправильно, я не лишаю тебя возможности их взять в будущем. Просто сейчас ты для владения столь мощным оружием просто не готова, ведь, лишь познав силу, ты сможешь без вреда для себя применять их, - ещё раз пояснил суть своего вето на эксплуатацию световых мечей Иккинг. – Авилла, ни я, ни мама, конечно, не хотели бы нанести вред твоему здоровью, мы же о тебе беспокоимся. Пора бы это уже понять и начать нас слушаться, - уже более строгим, но одновременно мягким и ласковым голосом сказал мужчина, и на душе у девочки стало спокойно. -А когда я буду готова? – всё ещё глядя в глаза своему отцу, отважилась поинтересоваться она. -Это зависит лишь от тебя, а такие детские выходки лишь оттягивают твое становление серым рыцарем. Чем раньше ты это поймёшь, тем будет лучше, - произнёс мастер наставление своей ученице, убрав с лица несколько прядей черных волос, выбившихся из двух аккуратных хвостиков, и вытерев рукавом робы последние крупные слезинки. Иккинг аккуратно поставил ребенка на ноги, после чего встал на одно колено и начал дружно собирать вместе с ней все вещи обратно в ящик. -А как ты нашла световые мечи? – поинтересовался мужчина, переведя взгляд на ушлую особу. -Не знаю, я хотела их получить, честно очень хотела, а тут какие-то странные голоса сказали мне идти сюда. И вот я тут, - всё ещё несколько виноватым голосом, скромно переминаясь с ноги на ногу, ответила девочка. -Это и есть сила, - на мгновение задумавшись, коротко ответил Иккинг и демонстративно захлопнул крышку ящика. – А маме мы ничего говорить не будем, не так ли? –улыбнувшись краешком губ, спросил мужчина, слегка наклонив голову, как бы давая понять, что он её поддерживает. -Да, - облегчённо ответила она, проронив в ответ ему ещё более светлую, свою фирменную детскую улыбку, от которой не могло не стать легко отцовскому сердцу. -Хорошо, пойдём-ка, поможешь мне, - встав на обе ноги, сказал Иккинг и направился к выходу. А за ним покорно побежал весёлый ребёнок. Они были во многом похожи, что и неудивительно, ведь им удалось сойтись характерами, а врожденная любознательность и искреннее желание познать силу делало этих двоих очень близкими. Обучение Авиллы продвигалось очень быстро, даже слишком, учитывая её нынешние способности и возраст, в котором она их достигла, но большая часть её истинных возможностей ещё не была ей подвластна в силу опасности подобной мощи, от которой Иккинг всеми силами пытается уберечь свою дочь. Темная сторона поглощает особенно сильно именно в столь раннем возрасте… А его младшая дочь, которую назвали Валорой в честь бабушек, с самого малого возраста была ближе к матери, нежели к отцу. Несомненно, в ней была сила, великая сила, но девочка пока ещё слишком маленькая, чтобы даже начинать учиться ею пользоваться. Да и вряд ли Валора станет столь же серьёзной и собранной в обучении, как её старшая сестра, а без этих качеств настоящим серым рыцарем не стать никогда. Спустившись вниз, мужчина взял в руку корзину, которую ранее оставил у входа, и оттуда незаметно от дочери набрал в ладонь горсть ягод, после чего резко развернулся и как бы нечаянно просыпал их. Эти плоды почти сразу же застыли в воздухе, стоило лишь Авилле сконцентрироваться на них. Через пару мгновений они строем по одной начали возвращаться в корзину, из которой Иккинг их якобы просыпал. -Прекрасно, - после этого слова на лице у отца появилась улыбка, преисполненная гордостью за дочь и мимолетной уверенностью в том, что он правильно её учит. Всё же Иккинг очень сильно боялся быть плохим учителем для своего ребенка, ведь великая сила – наука сложная, если нет хорошего наставника, то нет будущего у падавана. А его дочка наоборот боялась быть ему плохой ученицей, поскольку из его рассказов и историй матери она знала, насколько велик её отец и видела проявление его силы, а такому могущественному человеку нужен соответствующий протеже. Они оба знали свои роли, но никогда не забывали, что являются родственниками, отчего отношения между ними всегда были крайне теплыми. Ещё была некоторая сложность в том, что в ордене серых рыцарей иметь учеников мог лишь единственный великий гранд-магистр, коим всё время являлся Круциус Морн. Сам Иккинг имел лишь титул серого рыцаря, что соответственно не позволяло ему пользоваться данной привилегией. А глубокая вера в обычаи и традиции ордена усугубляли чувство вины от того, что он изменяет идеалам своих братьев и сестер. Мужчина старался об этом не думать, прикрывая свой отступничество от кодекса крайней надобностью. Иккинг оставил корзину с ягодами Ферр в прихожей, после чего направился в поле перед домом за мейлурунами, послав Авиллу за парой контейнеров в дальний амбар, чтобы та не сидела без дела. Через несколько минут девочка уже притолкала четыре металлических ящика на гравитационной подстилке, при исполнении поручения даже не коснувшись их. Отец подошёл к ней, присев на одно колено, чтобы их лица находились на одном уровне. -Спасибо, а теперь беги к маме, она, полагаю, уже проснулась, - слегка улыбнувшись, благодарно произнёс Иккинг, легонько поцеловав дочь в щечку. – Умница ты моя, давай беги, пока я в помощи не нуждаюсь, - после этих слов он по-отечески ласково погладил её по голове. Девочка была очень довольна тем, что помогла своему папе и, пребывая в приподнятом настроении, вприпрыжку убежала домой. Мужчина, глядя ей в след, не мог не проронить даже самой легкой улыбки. Да, Иккинг находил в своей семье истинное, настоящее счастье, которое так давно потерял. Каждое мгновение осознание того, что он отец, давало ему некую гордость и избавляло от чувства одиночества, пребывавшего с ним многие годы. Именно одиночества он боялся больше смерти, но даже это не шло ни в какое сравнение со страхом потерять своих любимым, свою семью…