Между светом и тьмой

Темного лорда и серого рыцаря разделял лишь жалкий десяток метров. Вейдер прекрасно понимал, что эта битва будет сложнее предыдущих поединков, поскольку сейчас его противник сам использует темную сторону, отчего явное преимущество перед любым джедаем сейчас утратило свою силу. Иккинг в свою очередь осознавал, что в этом бою необходимо будет использовать самые темные техники, подвластные ему, что, конечно же, заставит его испытывать спектр эмоций, к которым он предпочитал не прибегать из-за их пагубного влияния. Но ему было известна своя же стойкость и верность своим идеалам, не позволявшие ему пасть до уровня оппонента. Оба соперника умом понимали, что сейчас произойдёт нечто судьбоносное, то, что покажет истинную суть столь непонятной картины, как сила, и для этого в поединке им обоим нужно будет показать все свои достоинства и скрыть недостатки. Эта дуэль могла бы закончиться в одно мгновение в пользу серого рыцаря, стоило лишь ему использовать баллистакинез на своём оппоненте, но пассивный щит силы, являвшийся самым слабым подвидом этого навыка, темного владыки не дал битве завершиться столь быстро. Эта способность была мало кому известна, мало кем практиковалась, ей мало кто мог обучить, но даже исключительная редкость и сложность не приуменьшали мощи данного навыка, ведь благодаря ему можно было защититься практически от любой сильной длительной ментальной или телекинетической атаки. Эта энергетическая аура щита силы, нависшая над лордом ситхов, отчетливо ощущалась серым рыцарем, который ради собственной защиты, как и его противник, использовал эту технику. Не придавая слишком большой важности изучению оппонента перед схваткой, Дарт Вейдер не ощущал такую же ауру своего врага, поскольку внимание и концентрация лорда ситхов целиком и полностью были направлены на составление плана действий в будущем поединке, который обещал быть крайне коротким, в чём безоговорочно был уверен темный владыка. Перед Иккингом с характерным резким и звонким звуком загорелось кроваво-красное лезвие светового меча, поразившего столько джедаев и врагов империи, что он не мог этого вообразить. Напротив Вейдера мгновенно появился светло-фиолетовый луч из специального навершия, слегка искривляющего главный поток плазмы, из рукояти столь же мощного оружия. Теперь сражение было неизбежно. Мужчина парой резких и плавных движений быстро расчертил в воздухе фиолетовым плазменным лезвием крест в знак уважения к своему противнику, после чего встал в стандартную для второго стиля боя стойку, чуть присев и вытянув вперёд руку, держащую направленный в сторону световой меч. Но у его оппонента были другие планы на начало их поединка. Крайне тяжелым движением не самого совершенного протеза руки темный лорд, применив телекинез, послал несколько обеденных столов прямо в своего противника, но тот ожидал подобного хода. Мгновенно перекатившись в сторону, он в длинном прыжке увернулся от ещё от одной атаки, после чего оказался на таком расстоянии от темного владыки, что последний не мог использовать подручные средства в борьбе с ним, что вынуждало ярого адепта темной стороны использовать световой меч. Первый удар был за Иккингом. Быстрый и ловкий наскок на странность даже не потеснил Вейдера, который после своего умелого блока одним резким и угловатым ударом светового меча, крепко сжатого обеими руками, заставил соперника присесть на одно колено, чтобы суметь отразить столь мощную атаку, не выпустив своё оружие из рук. Мужчина был слегка растерян, он совершенно не ожидал столь грозного напора. Каждый последующий удар лорда ситхов был сильнее и быстрее предыдущего, красный световой меч так сильно ударял по фиолетовому, что Иккингу стоило невероятных трудов удержать его. Ситх был крайне силён и могуч, и с этим серому рыцарю должно было считаться, но тот был до этого момента слишком самоуверен. Мужчина, понимая, что его нынешняя боевая позиция не несёт за собой никаких преимуществ, решил несколько изменить дислокацию. Подождав, пока Вейдер начнёт заново замахиваться, он выставил ногу в сторону и направил плазменный поток оружия параллельно ей, и неуклюжая, но до жути сильная атака светового меча темного владыки соскользнула по фиолетовому энергетическому лезвию, слегка задев пол и оставив на нём желто-красный след раскалённого металла. Серый рыцарь, пользуясь мимолетным преимуществом, одним ловким движением сильно ударил по лезвию светового меча Вейдера, что тому, чтобы противостоять такому количеству кинетической энергии пришлось оттянуть руки на себя. Теперь, твердо встав с колен на обе ноги, Иккинг начал решительно наступать. Ловкие, точные, грациозные и элегантные одноручные удары формы Макаши не требовали на своё совершение практически никаких усилий, но в связке с умелыми отступлениями при атаке противника давали некоторое наступательное превосходство над специфичной смешанной формой боя Вейдера, постепенно тесня его назад к двери. Но доминирование одного оппонента над другим не могло длиться вечно. Темный владыка дождался ошибки противника и одним точным ударом выбил из наработанного ритма битвы серого рыцаря, заставив его защищаться. Теперь он совершенно не чувствовал себя так расслабленно, как при своём наступлении. Мощные и грубые выпады смешанного стиля темного владыки выбивали Иккинга из привычного ритма формы Макаши, заставляя его спешно отступать и при этом не давая никакой, даже малейшей возможности контратаковать. Теперь мужчина окончательно понял, что его нынешний стиль, сколь тот не был бы грациозен и элегантен, бесполезен против невежественного и грубого стиля боя этого лорда ситхов, что означало невозможность дальнейшего противостояния с использованием второй формы в данном поединке. Мужчина твердо решил изменить свою манеру боя для повышения результативности противостояния Вейдеру. Предвидя удар, направленный на свои ноги, Иккинг с помощью силы высоко подпрыгнул и, находясь в воздухе, сильно оттолкнулся обеими ногами от тела лорда ситхов, чтобы отпрыгнуть в сторону. Такой приём несколько обескуражил темного владыку, нарушив его равновесие. Мужчина через пару мгновений приземлился на один из оставшихся нетронутыми столов, скользя по нему подошвами сапогов и сметая своими ногами большую часть посуды на пол, которая с громким грохотом разбилась вдребезги об железные плиты. Иккинг, пользуясь мимолетным замешательство своего противника, буквально за несколько секунд сменил навершие на своём оружии, установив насадку, превращающую его в обычный световой меч без всяких излишеств. После этого он свободной левой рукой взял одну из оставшихся на столе тарелок и начал её демонстративно рассматривать, глумясь над своим соперником. -Для ценителя такую красоту разбить – грех! Хорошо, что я дурак, - язвительно сказал мужчина, резко подкинув эту тарелку в воздух и мгновенно отбив её ударом ноги прямо в голову Вейдера. Тот разрубил летящий в него предмет пополам ударом светового меча, но пока он отвлекся на эту безобидную вещь, Иккинг очень быстро совершил прыжок, раскручиваясь параллельно земле. Несколько переворотов придали удару его плазменного лезвия столько кинетической энергии, что столь мощный удар смог пробить даже блок лорда ситхов, нанеся ему скользящий неглубокий удар остриём светового меча по наплечнику. Этот приём снова смог удивить Вейдера своим крайне мастерским исполнением, но всё равно явного преимущества в битве над ним мужчине не дал. Моментально отойдя от столь удачной атаки, лорд ситхов начал наступать с новой силой и яростью, нанося удары всё быстрее и сильнее с каждым разом, но теперь Иккинг с завидной легкостью отражал их, пользуясь столь хорошо знакомой ему третьей защитной формой Соресу и выжидая удачного момента, чтобы применить контратаку. Это осложняло то, что теперь Вейдер начал помимо светового меча использовать телекинез в бою, швыряя в противника с помощью силы разные предметы вроде столов и посуды. Мужчина с помощью того же телекинеза их перенаправлял прочь от себя, но это требовало достаточно много сил и не позволяло ему полностью сконцентрироваться на третьей форме, что постепенно приближало поединок к логическому финалу не в пользу Иккинга, поэтому, чтобы измотать темного владыку, тот решил начать использовать более действенные способности силы. Отразив по касательной мощнейший рубящий удар Вейдера своим световым мечом, Иккинг воспользовался теми долями секунды, что требовались ситху для нанесения новой атаки, и применил против него молнии силы, заставив того встать на колени. Столько энергии в виде десятков сильнейших электрических разрядов с противным неестественным потрескиванием прошли сквозь системы жизнеобеспечения брони темного владыки, разрушая их и доставляя жуткую, непрекращающуюся ни на секунду, почти невыносимую боль, ощущаемую каждой клеточкой его обезображенного тела. Электроника быстро начала выходить из строя, что в первую очередь привело к сбою процесса дыхания. Вейдер понял, что если ничего не сделать, то ему вскоре придёт конец, поэтому несмотря на дикую боль, вытянул протез руки и применил удушье силы против серого рыцаря. Тело мужчины медленно поднялось в воздух, а сам он, чувствуя постепенно усиливающее сдавливание в области горла и из-за явной нехватки кислорода, продолжал посылать молнии силы в ситха, надеясь на то, что он победит быстрее. Но его противник не мог ждать, осознавая, что сил уже практически не осталось, темный владыка предпринял то, что разняло две их соперничающие стороны. С помощью телекинеза, он со всей возможной силой отшвырнул Иккинга в стену, прекратив их обоюдные мучения. Посланное в полёт тело проделало в бетонном перекрытии внушительную вмятину, а когда мужчина упал плашмя рядом с приземлившимся мгновением ранее световым мечом на крытый железными плитами пол, то на него посыпались мелкие камешки, сопровождаясь обильными клубами пыли. Ему было жутко больно, в глазах двоилось, ноги и руки будто бы онемели, в ушах неприятно звенело, казалось, мысли в голове путались! Он рефлекторно коснулся кончиками пальцев левой руки волос на затылке и когда поднёс их к своему лицу, то сквозь двоящееся в глазах изображение увидел на пыльных пальцах следы свежей крови. -Хедер меня убьёт… - очень тихо прошептал Иккинг, видя перед собой двоящуюся в его глазах руку. Броня инквизитора почти полностью спасла его тело, лишив множества ненужных переломов и прочих серьёзных травм, но голова была совершенно не защищена. Надо признать, что лорду Вейдеру досталось не меньше. Сейчас все системы жизнеобеспечения его костюма работали в аварийном режиме, ожидая автоматической стабилизации. Лорду ситхов повезло, что его броня подверглась кратковременному действию столь сильных молний, не приведших к фатальным нарушениям её главных систем. Сейчас дышать было особенно сложно, выгоревшие легкие при каждом вдохе и выдохе доставляли жуткую теперь уже невыносимую боль, приносившую вместе с собой животный гнев и ненависть к тому, кто заставил темного владыку испытывать её. Теперь в мыслях Вейдера окончательно закрепилась мысль об убийстве этого человека. Он слишком рьяно и фанатично сражается, слишком силён своей волей, слишком предан своим идеалам, слишком могущественен, слишком умен - его невозможно сейчас полностью склонить на темную сторону. Лорд ситхов понял, что если он продолжит дальше пытаться одержать верх как можно менее кровавым способом, то его кончина будет неминуема. Некоторых нужно просто убить, и это темный владыка прекрасно знал… Два пользователя силы постепенно приходили в себя, но на самой базе подобного затишья не наблюдалось. На нижних уровнях штурмовая группа в составе четырёх человек уже почти прорвалась с боем к точке, которую им указал информатор, дожидающийся нужного момента, чтобы совершить диверсию и покинуть это место раз и навсегда. Триана, плотно прислонившись к железобетонной стене, методично выводила из строя вражеских штурмовиков, как только те попадались ей на глаза. Близнецы успешно прикрывали тыл, а Сморкала, находясь в небольшой нише у конца короткой лестницы, пытался так аккуратно и точно заминировать дверь в тюремную камеру, где заточили адмирала Эрета, чтобы не нанести ущерба его здоровью при взрыве. - Чего ты там возишься!? Давай быстрее! – разгневанно крикнула ему Триана, убив парой точных выстрелов из бластера ещё нескольких штурмовиков, показавшихся из-за угла. -Хочешь его по частям собирать!? Так пожалуйста, я прямо сейчас могу это устроить! – судорожно переставляя пальцами проводки между блоками взрывчатого вещества, нервно ответил ей брюнет. -Ребята, спорю, что Иккингу наверху куда хуже, - чтобы прекратить столь ненужные разговоры крайне серьёзно сказала Зен, отстреливаясь от надвигающихся с огромной скоростью штурмовиков. Все в этот момент мысленно с ней согласились, не став ничего отвечать. Они даже в самом худшем кошмаре не могли представить каково сейчас ему. Через несколько минут Сморкала, пусть с большим трудом, всё же разместил в нужных позициях взрывчатку, правильно соединив всё воедино. Он быстро отбежал от двери за стену, уворачиваясь от выстрелов штурмовиков, и с некоторой опаской нажал единственную кнопку на детонаторе. Мощный заряд разорвал дверь в щепки, задымив всю камеру внутри и сильно оглушив каждого, кто в ней находился. Эрета задело слабо, но от столь жуткой звуковой и ударной волны тот был дезориентирован: этот отвратный свист в ушах, резь в глазах и горле от дыма… это больно. В тюремную камеру буквально сразу же после взрыва сквозь клубы дыма врывается Триана, несколькими точными выстрелами убив всех штурмовиков, что по приказу лорда Вейдера допрашивали повстанческого адмирала, и уничтожив парящего в воздухе пыточного дроида. Она несколькими ударами приклада бластерной винтовки сбила оковы, удерживающие измученного жестокими издевательствами мужчину. Он падает на пол, смягчив своё приземление рефлекторно выставленными вперёд руками. -Ты не должна была… - ослабевшим тихим, но гневным голосом сказал адмирал Вент, пытаясь самостоятельно встать на ноги. -Пап, ты же знаешь, в кого я такая упрямая, - слегка улыбнувшись под неудобным шлемом штурмовика, с легкой иронией ответила Триана, одновременно помогая своему отцу подняться. -Если бы с тобой что-то случилось, то я бы себе этого никогда не простил… - всё ещё будучи рассерженным, произнёс Эрет, кинув недовольный взгляд на собственную дочь. -Ты единственный, кто у меня остался, я не могла позволить тебе погибнуть, - крайне серьёзно с нескрываемым волнением произнесла девушка, протянув почти оклемавшемуся джедаю его старый световой меч, который в качестве памяти хранился у её матери на Мандалоре все эти годы. -Мы всё понимаем: дела семейные и всякое-такое... Но поторопитесь, черт подери! – почти в один голос крикнули им близнецы, которых вместе со Сморкалой потихоньку вытесняли с насиженных позиций имперские штурмовики. Девушка отдала отцу оружие и выбежала наружу помочь своим товарищам. Мужчина, с некоторой ностальгией посмотрев на старый испещренный царапинами и покрытый вмятинами световой меч, прослуживший ему почти полтора десятка лет, когда он был ещё падаваном, вспомнил единственную любовь в своей жизни, возлюбленную, которую ему пришлось оставить из-за слепой жажды мести галактической империи, лишившей его почти всех братьев и сестёр по вере. Он быстро отогнал эти воспоминания, навевавшие мысли о самой большой ошибке в его жизни, после чего активировал меч, обнажив зеленое плазменное лезвие. Знакомый звук взрыва термального детонатора и вопли имперских солдат вывели мужчину из транса, в который тот погрузился, стоило лишь ему почувствовать в руках свой первый световой меч. Ему, как джедаю, пусть и не состоявшемуся, конечно же, не очень повезло, что его ребенок не оказался чувствительным к силе, но он сам прекрасно понимал, что она прекрасна и уникальна во всём остальном. С непривычки прихрамывая, он быстро, как только мог, выбежал из тускло освещенной тюремной камеры, начав отражать бластерные выстрелы имперских штурмовиков в них самих, чем сильно облегчил задачу команде спасения. Теперь им осталось на лифта выбраться наружу, а там всё будет сложнее… Несколькими этажами выше Иккинг смог, не взирая на сильнейшее сотрясение мозга, встать на ноги, но продержаться долго на одном месте не сумел, обессиленно упав на спину. Ему было жутко больно, но если он не продолжит бороться, то будет побеждён, что не должно ни в коем случае случиться. Мужчина, прибегнув к своей связи с силой, перевёл всю боль, все свои муки, злость и гнев, раздирающие его тело, в энергию темной стороны. Она в свою очередь позволила ему не замечать этих травм и полностью нивелировать их последствия, но такой эффект наблюдается лишь пока столь мощный поток энергии пропитывает его организм. Хвост из пыльных слипшихся из-за крови волос на его голове выглядел достаточно жутко, а в купе с ядовито-желтыми, красными глазами, в которых виднелось сейчас лишь желание победить любой ценой, и злобным оскалом на лице, Иккинг смотрелся действительно устрашающе. Конечно, в этом он сильно уступал своему противнику в силу его репутации, но совсем не уступал в силе и подготовке, проигрывая лишь в боевом опыте. Серый рыцарь твердо и уверенно, только слегка пошатываясь, встал на обе ноги, после чего вытянул правую руку, притянув в неё лежащий неподалёку без дела световой меч. Вейдер к этому времени тоже практически оправился от ущерба, нанесенного механизмам его костюма. Теперь, встав с колен, он был готов продолжить поединок. Иккинг издалека с надеждой на скорую победу снова применил молнии силы против лорда ситхов, но тот с завидной легкостью начал поглощать их красным плазменным лезвием своего светового меча, крепко держа оружие обеими кибернетическими протезами, заменяющими ему руки. Серый рыцарь быстро понял, что в данный момент подобная техника никакого преимущества не принесёт, поэтому моментально сменил её на толчок силы, чем застал темного владыку врасплох. Оттолкнув лорда ситхов за открытую заранее раздвижную дверь, мужчина сменил поле боя с просторной столовой с огромным количеством предметов, подходящих для отвлекающих маневров с использованием телекинеза, на узкий длинный коридор, прекрасно подходящий для равного противостояния на световых мечах. Вейдер, подошвами сапог проскользив при приземлении несколько метров по железным плитам пола, вытянул вперёд руку и применил снова удушение силы на своём оппоненте, но неудачно, поскольку сейчас тот был готов к атаке и сумел защититься от неё, создав перед собой энергетическое поле, полностью останавливающее действие подобных техник. Темный владыка вновь был удивлён такой способности, поскольку ни разу не видел, чтобы кто-то кроме него применял её раньше… Иккинг медленно, но верно сближался с лордом Вейдером, демонстративно оставляя выжженные остриём плазменного лезвия своего оружия красно-желтые следы раскалённого металла на стенах длинного коридора, непосредственно соединяющего столовую для гарнизона и тюремный разветвленный блок вместе с грузовым лифтом для бронетехники. Оба оппонента не сомневались в своей победе, но всё равно были достаточно умны, чтобы трезво и верно оценить силы противника для выбора самой верной тактики против него. Правда, они понимали, что из этой схватки победителем выйдет лишь один…