Если бы не ты...

      Утро началось суматошно: все бегали туда-сюда, прося фен, тушь или ещё что-нибудь, а у Оли вообще начался нервоз. Марго как только её не успокаивала, но всё равно ничего не получалось. И вот настало время прогона программы, и потом начнется выступление.       Коллективные номера шли на ура, но сольники… Почти у всех выступающих в этом направлении были проблемы. Анна Сергеевна и Людмила Витальевна бросали молнии от злости и безысходности, ведь концерт мог накрыться медным тазом.       И вот наступило время концерта. За кулисами было шумно и мало места, ведущие развлекали публику, а Марго ела шоколадку «Аленка» и ни о чем не волновалась. Оля же, сидевшая рядом с ней, тряслась как осиновый лист на ветру.       — Оля, постарайся дышать глубже и думать о котиках, — проговорила Марго, отломила кусочек шоколадки и протянула его Оле. Девушка кивнула и посмотрела на расписание. Её сольное выступление должно начаться через два номера, а это значит, что времени, чтобы расслабиться и думать о котиках, не было.       — Смотри какой красивый мальчик, — выдохнула Марго, и глаза её превратились в сердечки. Оля посмотрела в ту сторону, куда указывала подруга, и увидела высокого милого парня одетого в бальный костюм. Рядом с ним стояла девочка, одетая в синее бальное платье. Кивнув на её замечание о том, что он милый, Оля жестами показала Марго, чтобы она подошла познакомиться.       — Ты что! — в ужасе выдохнула подруга и чуть ли не начала креститься. — Он же занят, наверняка, его партнерша является его девушкой.       На такое Оле нечего было ответить, и она стала смотреть на выступление девочки и мальчика, которые пели дуэтом. Песня была зажигательная и со смыслом, да и дети, исполняя её, играли как актеры. А.Варламов — Ты ревнуешь       Мы ссоримся и ссоримся опять И ты меня не хочешь понимать На улице черемуха в цвету А ты не видишь эту красоту А на дворе цветет, шумит весна       А, я сердитой ревностью полна А на дворе цветет, шумит весна А, ты сердитой ревностью полна.       Марго, услышав начало, стала неистово хлопать и улыбаться, ведь исполнителям было всего десять лет, а они такую песню поют.       Не танцуешь ты со мною, не танцуешь Я устал тебя весь вечер приглашать Ну, скажи к кому опять меня ревнуешь Ну, ведь нет причины ревновать       А, я твержу, ты Ленку обнимал Да, я ей просто шарфик подавал С Маринкою ты рядышком сидел Да, я весь вечер на тебя глядел Зачем, скажи, ты Ленку обнимал И на меня свой взгляд не обращал Зачем, скажи, ты ревности полна Ведь на дворе шумит, цветет весна       Зал взрывался громкими аплодисментами и смехом. Марго тоже смеялась, а вот Оля смотрела на это выступление с легкой завистью. И тут перед её лицом выплыло воспоминание. Flashback       «— Доктор, моя дочь сможет когда-нибудь еще спеть? — всхлипывая, говорила рыжеволосая женщина.       — Связки очень сильно повреждены, и я не дам вам гарантию на то, что она сможет, но мой вам совет: надейтесь и помогайте своей дочери, без поддержки ей будет очень трудно…» End of flashback       А дети уже заканчивали петь. Оля посмотрела на девочку. Русые волосы и улыбка, яркая и заразительная. А ведь когда-то она тоже была такой.       — Оля, засними моё выступление на телефон, — попросила Марго, поправляя одежду для выступления. Потом встав в строй к другим девушкам, стала ждать, когда их объявят. И вот заиграла веселая песня и девушки, сияя улыбками, начали выскакивать на сцену.       Оля, достав телефон, стала снимать то приближая, то отдаляя камеру. Марго очень любила танцевать. Она танцевала везде: в магазине, в парке, даже в кино, когда там играла музыку. И Марго было совершенно плевать, что о ней подумают люди. Её девиз по жизни был: «Я живу один раз, так что нужно успеть всё». Вот и она успевала. Танцуя в прекрасном коллективе и учась по той профессии, по которой хотела, Марго получала удовольствие от жизни. Оля же просто жила, но старалась так же, как и её подруга, наслаждаться жизнью. И у неё получалось, хоть и редко, но получалось насладиться моментами своей не легкой и оттого довольно занимательной жизни.       Прозвучали последние аккорды, и девушки замерли в финальной позе. Оля быстро встала за кулису, из которой будет выходить.       — Удачи, — шепнула проходившая мимо Марго и похлопала девушку по плечу.       — На сцену выходит Ольга Максимова со своим сольным танцем «Арабская Ночь».

***

Три дня спустя       В Ледовом Дворце было как всегда шумно. Юрий доделывал последние движения своего номера, и вот музыка закончилась, и он остановился в финальной позе.       — Уже лучше, но будь добр, прояви хоть немного теплых чувств на лице, Юрий, — сказала Лилия Барановская холодно. — Можешь отдохнуть пять минут.       Юрий, тяжело дыша, подъехал к борту, где стояла Мила и делала растяжку, уткнувшись при этом в телефон. Как это у неё получалось — оставалось загадкой, и повторить это не смог ещё никто, конечно же, кроме Юрия.       — Эй, Карга, что ты там смотришь? — спросил Юрий, пытаясь заглянуть в телефон.       — Выступление коллектива, где состоит Оля, — ответила Мила, пропустив колкость мимо ушей. — О, вот и её танец.— Мила опустила ногу и повернулась к Юрию, открывая обзор на свой телефон. Отдав второй наушник парню, Мила промотала чуть назад и нажала «Play».       — На сцену выходит Ольга Максимова со своим сольным танцем «Арабская Ночь», — сказал парень-ведущий, и на сцене появилась Оля. Юрий сглотнул и втянул воздух через нос.       Очень откровенный восточный наряд облегал и показывал все достоинства девушки. Волосы огненным водопадом рассыпаны по плечам, а карие глаза подведены чёрной подводкой. Лиф, немного открывающий довольно-таки подтянутую и упругую грудь.       «Чёрт, Юра, какого хрена ты туда смотришь, а ну быстро отвел глаза, я кому сказал, отвел быстро», — сам себя ругал Плисецкий. Взгляд парня спустился дальше. Подтянутый и плоский живот, стройные ноги. И вот заиграла музыка.       Юра смотрел и не мог оторвать взгляд от её легких, таких простых, но в тоже время очень плавных движений. Она плыла по сцене, завораживая и одаривая зрителей своей улыбкой. Юбка в такт её движениям то подлетала, то опускалась. И вот сделав последнее движение, она села на колени и возвела руки к небу, смотря в потолок.       Зал взорвался аплодисментами, а Мила бросив быстрый взгляд на Юрия, чуть не засмеялась в голос. Красный как рак он смотрел, не отрываясь, как со сцены уходит Оля, слегка покачивая бедрами. Вынув наушник, парень посмотрел на Милу и произнес:       — Лучше молчи, — сказал Юра и, развернувшись, уехал на середину катка, а в след ему доносился смех Милы.