Если бы не ты...

      До последнего этапа Гран-при в Бразилии оставалось еще две недели. Юрий, погрузившись с головой в тренировки, поздно вечером возвращался домой. Мысли в его голове были заняты, наверное, в первый раз за всю его жизнь милой рыжеволосой девчонкой.       Да… после того её выступления, он несколько дней не мог с ней нормально разговаривать, да что там разговаривать, даже смотреть не мог. Потому что перед глазами всплывала опять она, женская грудь, источник всех бед у мужчин. Потом, правда, наконец успокоившись и воспринимая мир адекватно, он полностью погрузился в свои программы и забыл об Оле.       Сегодня она впервые смогла сделать одинарный Сальхов. Радости её при этом не было придела. Яков впервые на памяти Юры похвалил кого-то. Мила тоже похвалила её, да почти все ее похвалили, даже Лилия Барановская. А что на счет самого Юрия, так он это сделал в своей обычной нахальной манере. Но по лицу Оли было понятно, что даже такая похвала для неё была приятна.       И тут Юра услышал странный шум. Остановившись и прислушавшись, он, как и любой человек, который ищет приключения на свою задницу, свернул в переулок и увидел картину маслом.       Два парня бандитского вида зажали возле стенки человека, по фигуре напоминающей женскую.       — Эй, пацан, если не хочешь проблем, то свали в туман, пока я тебе не накостылял, — сказал первый и посмотрел на Плисецкого, взглядом который должен был его напугать. Но сам этот парень ещё не понял, с кем связался. В своем районе Плисецкий был самым крутым парнем, и это не преувеличение. Любимым и коронным ударом Юры была «вертуха», которая вырубала противника на пятнадцать минут или больше, в зависимости от того сколько силы вложил в этот удар Юра.       Тут второй парень повернулся и открыл прекрасный вид на лицо зажмуренной девушки.       — Твою мать, какого хрена ты тут делаешь? — рыкнул Плисецкий, смотря на Максимову. Оля, приоткрыв сначала один глаза, а потом и второй, счастливо уставилась на Юру.       — Пацан, я что, не понятно выразился? — сказал бугай, начиная наступать на Юру.       — Варежку захлопни, дебил, — злобно сказал Юра. Бугай на такой заявление только еще сильнее разозлился. А потом побежал вперед на Юру. Но он у нас и в не таких переделках бывал, поэтому, позволив этому придурку подойти поближе, со всей силы ударил ногой с разворота. Попав по животу, Юра откинул противника к стене и тем самым отправил его в отключку.       — Сказал же, заткнись, — сплюнув, сказал Плисецкий и посмотрел на второго парня. — Сам уйдешь или тебя проводить?       Но тот, посмотрев на Юру, засунул руку в карман и вынул от туда раскладной нож.       — Я тебе, п***у щас все кости пересчитаю, а подружке твоей личико подпорчу, это точно, — сказал бандит и приставил нож к горлу Оли.       — Твою мать, — ругнулся Плисецкий и стал лихорадочно соображать, как выйти из этой ситуации. И тут он вспомнил о том, что у него есть коньки.       — Слушай, давай, как мужики разберемся, один на один, — Юра посмотрел на бандита, но тот только криво ухмыльнулся и по сильнее прижал нож к горлу Оли. И тут произошло то, чего ни ожидал никто. Оля ударила по ноге бандита и, пока тот, ругаясь, скакал на одной ноге, схватила Плисецкого за руку и побежала вперед.       Юра, все еще находясь в шоке, очнулся только тогда, когда они оказались возле магазина одежды на одной из улиц.       — Что, твою мать, ты там забыла? Какого хрена ты вообще там делала? — взорвался Плисецкий, и, схватив Олю за плечо, взглянул в глаза. Та была спокойна, и хотя ее руки немного подрагивали, она не отвечала. Смотрела и не отвечала.       — Черт, — выдохнул парень и отпустил плечо девушки, потом достав телефон, набрал номер полиции. Рассказав быстро все, он взял Олю за руку и повел вперед. Дойдя до остановки, они сели на скамейку и стали ждать автобус. Он не заставил себя долго ждать и, сев на сиденье, Плисецкий посмотрел в окно.       Мимо проезжали машины, а в окне слегка отражаясь, было видно лицо Оли, которое было слишком спокойным. Юра не знал, где живет девушка, поэтому он решил отвести ее к себе и там уже позвонить ее родителям. Вздохнув, он достал телефон и зашел в инстаграм.       Ничего нового, разве что Виктор за этот час успел сделать сорок фотографий с Юри и выставить их все в интернет. Тут автобус остановился и Плисецкий, заблокировав телефон, взял Олю за руку и повел по переулкам своего района. Наконец, спустя примерно пятнадцать минут они остановились возле одной из девятиэтажек. Позвонив в домофон и получив разрешение на вход, они зашли внутрь и, поднявшись по ступенькам, свернули к лифту.       Подождав немного, они зашли внутрь и Юра, нажав на кнопку, отправил лифт на пятый этаж. И вот Юра, наконец, почувствовал, что он дома. Открыв дверь квартиры, он пропустил вперед Олю, а потом зашел сам и закрыл дверь.       — Куртку на вешалку, сапоги на полку, — сказал парень, и, быстро сняв с себя все, ушел на кухню. Открыв холодильник и осмотрев его на предмет того, что там есть что-то съестное, выдохнул устало, и закрыл. Потом развернувшись, вышел из кухни и уже хотел пойти в гостиную думая, что Оля сидит там, но как оказалось, нет. Замерев от неожиданности, он просто смотрел на девушку, что сидела возле двери и плакала.       Тихо, беззвучно. Слезы большими алмазными градинками падали на пол и разбивались на тысячу осколков. Он никогда не умел успокаивать людей. Ему всегда так казалось. Подойдя к Оле и присев перед ней на колени, он посмотрел на нее. Красивая, даже с заплаканным лицом.       — Чшш, не плачь, — только и смог сказать Юра. А потом время будто остановилось. Оля обняла его, уткнувшись лицом ему в грудь, и он почувствовал как ее трясет. Обняв в ответ, он стал осторожно гладить ее рукой по спине. От волос девушки вкусно пахло мятой, а обнимать ее было на удивление очень приятно.       Почти всегда Юре не нравилось обниматься. Он парень, зачем ему обниматься? Так он считал до этого момента. И как оказалось напрасно. Объятия оказывается, являются очень сильным успокаивающим средством.       И вот заплаканная, с растрепанными волосами прилипшими ко лбу, Оля подняла на Юру взгляд и улыбнулась. Не сильно, чуть приподняв уголки губ, но этого было достаточно, чтобы он понял что все, она больше не собирается плакать.       — Пойдем, — он поднялся с колен и протянул ей руку. Оля осторожно ухватилась за него и встала. Колени тряслись, а в голове будто колокол звонил. Они зашли в просторную комнату, отделанную в бежевый цвет и с огромным диваном во всю стену.       — Эй, Барсик, ты где? — позвал кота Плисецкий, и увидел, как морда его наглого сиамского кота высунулась из-под подушки, и с интересом уставилась на Олю.       — Знакомься, Барсик, это Оля. Оля, это мой кот, Барс, — зачем-то повторил Плисецкий и сел на диван. Оля же посмотрев на кота, стала осторожно подходить к нему. Потом протянув руку, дала ее обнюхать и уже потом смогла под пристальным взглядом кота почесать его за ухом.       Так прошло примерно пять минут. Девушка гладила его кота, который обычно не позволял к себе прикасаться никому, кроме Юры. Оторвавшись от кота, Оля похлопала себя по карманам и вытащила телефон. Потом открыв заметки, она написала:       Открой, пожалуйста, мои контакты и позвони моей подруге Маргарите. Скажи ей, чтобы она приехала сюда и забрала меня.       Юра прочел это и ему стало немного грустно. Отыскав номер ее подруги, он нажал на вызов и приложил телефон к уху.       — Марго на связи, — ответил ему через три гудка мелодичный голос. — Чем могу помочь?       — Ты должна приехать и забрать Олю, — ответил Юра и услышал, как на том конце девушка испуганно выдохнула.       — Говори адрес, — сказала Марго и, услышав все, что нужно предупредила, что будет через двадцать минут, а потом отключилась.       Все время до приезда Марго Юра неотрывно следил за Олей. Ее руки были очень тонкими и ухоженными. И почему-то ему захотелось, чтобы она прикоснулась этими руками до его щеки. Провела вниз по шее, к ключицам, а потом вернулась обратно, нежно смотря на него.       «А ну быстро викинь эти мысли из головы!» — Плисецкий дал себе по щеке, чем вызвал удивление девушки, которая играла с котом.       И тут прозвенел спасительный звонок домофона. Юра, подскочив с дивана, бросился открывать дверь подъезда. И вот спустя пять минут в дверь его квартиры позвонили, и он, открыв дверь, впустил внутрь миловидную черноволосую девушку.       — Ну и далеко же ты живешь, чувак, — хмыкнула девушка и, повесив свои вещи, увидела Олю, вышедшую из гостиной.       — Радость моя, — бросилась к подруге Марго, заключая в объятия. — Что случилось?       Оля, используя жесты, пыталась объяснить, что ничего такого плохого не случилось и им лучше пойти домой, но Юра, который внимательно смотрел на этих двоих, просто сказал:       — На нее напали.       — Что?! — закричала Марго и схватилась за сердце, потом посмотрела на Олю. — Ты сейчас же мне все расскажешь, поняла. Где тут у тебя кухня? — обратилась Марго к Юре. Юра только вздохнул и повел всех на кухню. Там сев за стол и приготовив чай, Марго стала сверлить Олю испытывающим взглядом, и та не выдержав его, подняла руки вверх, и стала рассказывать.       А Марго переводить.       — Я шла с тренировки домой и увидела антикварный магазин. Тут я вспомнила, что у бабушки скоро день рождения и что ей нужно купить подарок. Я зашла внутрь и пробыла там довольно много времени, но так ничего и не нашла. Потом вышла из магазина и увидела, как возле него стоят два парня бандитского вида. Я сразу же пошла на остановку, но они начали преследовать меня, а потом… поймали и завели в какой-то закоулок».       — Бедная моя девочка, — всхлипнула Марго и обняла Олю, которая тоже заплакала.       Юра же, сидевший рядом, понял, что ему не уютно. Ведь у него никогда не было такого. Увлечении фигурным катанием вызвало непонимание у его сверстников. И именно из-за этого у него никогда не было друзей. Хотя Мила, Гоша, Виктор, и даже Кацудон, немного, но стали его друзьями. Хотя он никогда им в этом не признается и будет также продолжать грубить, но он точно знает, что они его не бросят.       Его размышления прервали девушки, которые вытерев слезы и размазав тушь, теперь сидели и улыбались.       — Ну что, поехали домой? — спросила Марго и, получив в ответ кивок, поднялась со стула и пошла в прихожую. Там девушки быстро одевшись, стали прощаться.       — Знаешь Плисецкий, а ты не такой уж и засранец, каким я тебя считала, — улыбнулась Марго и помахала рукой, а потом зашла в лифт, держа кнопку для Оли.       Сама же девушка обняла Юру, и, кивнув на прощанье, скрылась в лифте. А Юра, закрывая дверь, понял одно — Оля не разговаривает, и это не шутка.       Ведь люди не умеют плакать беззвучно, по крайней мере, он еще не встречал таких…