Фотография, на которой меня нет

По телу медленно разливалась боль; я даже удивился, как смог на кухню пойти и вернуться обратно... Вроде бы я ничего и не пил сильноалкогольного вчера, попытался вспомнить хоть что-то. Вспомнил только, что пил с Лэем. Вот он сейчас, наверное, совсем живенький и встал без труда, чувствует себя хорошо... Меня посетила мысль ярким всполохом в голове: я скучаю, хочу к нему. Попробовал приглядеться к часам, стоящим на столе у противоположной стены комнаты ─ все было смазано и плавало перед глазами. Я заложил руки за голову и откинулся, как можно медленней, на диван, закрыл глаза. ─ Выпей вот это, ─ донесся до меня обеспокоенный голос Тэмина; он стоял близко ко мне и держал в руках стакан с мутной водой. ─ Что там? ─ нехотя спросил я. ─ Полисорб, тебе поможет, ─ проговорил Тэм, поднося к моим губам стакан с жидкостью. Я враз осушил его и почувствовал что-то вяжущее на языке, но мне понравилось. ─ Может, полежишь со мной? ─ предложил я, поглядывая на него одним глазком, второй щурил, будто светило яркое солнце. Боль ненадолго покинула меня, оставив только легкий дискомфорт в области живота; я понял, что проголодался. ─ Ммм, не знаю... ─ протянул он, стоя в нерешительности надо мной и сжимая в руках пустой стакан; еще чуть-чуть, и он разлетится, и осколки будут разбросаны по всему полу. ─ Тэмин... ─ начал я, старательно подбирая слова. Мысли в голову все никак не шли и присутствовали там непонятной кучей. ─ Что случилось с нами? ─ Почему ты спрашиваешь, что случилось? Это я должен спросить у тебя, Минхо. Я должен спросить, ─ заявил Тэмин пока что спокойным голосом. ─ Я считаю, что все нормально, ─ как ни в чем не бывало откликнулся я. Вот же чертов наглец: ничего у нас не нормально, это я так решил выйти сухим из воды. ─ Да? ─ Тэмин на несколько секунд задержался взглядом на потолке и вздохнул так, словно объяснял что-то простое, и это было пустой тратой времени. ─ По-моему, это с тобой происходит странное. Не находишь, нет? ─ Прекрати, ─ сказал я и резко сел на диване. К удивлению, меня не встретили кошмарные ощущения. ─ Да что прекратить? Я даже и не начинал. Ты станешь все отрицать, отрицать то, что мы отдалились друг... ─ Тэмин! Да что ты несешь-то? ─ перебил его я, быстро встал и стиснул его худое тело в своих сильных руках; он выдохнул и положил голову мне на плечо; его руки легли мне на спину, сжимая пальцами выступы лопаток. ─ Послушай, ─ проговорил он со слезами в голосе, тычась носом мне в голое плечо, я даже почувствовал, как он поцеловал кожу. ─ Пожалуйста... Зачем ты делаешь так? Зачем ты уходишь от меня? ─ Он всхлипнул на следующем слове. ─ И куда ты уходишь... Разве я уже тебя не устраиваю? ─ Тэмин, Тэмин, ─ я перепугался от его слов, ─ не говори так, прошу... Ты что? Ты мне нужен; не думай, что я... ─ Черт, язык не поворачивался сказать «развлекаюсь на стороне», потому что я это делал. ─ Я люблю тебя. ─ Знаешь, ─ он внезапно посмотрел мне в глаза; в его глазах еще стояли слезы, но он моргал, пытаясь отогнать их, ─ на словах вы все горазды. Просто так ляпнуть «я люблю» и все. Ты считаешь, что этого достаточно? Или ты тем самым хочешь отвязаться от меня? ─ Он был абсолютно серьезен. ─ Я не хочу от тебя отвязаться, глупый. ─ Я провел ладонью по его щеке, большим пальцем задевая нижнее веко; он прикрыл глаза и подался чуть вперед, окончательно падая на меня, а я свалился на диван, все еще крепко обнимая его. Я приятно удивился, когда он начал ласкать кончиком языка кожу шеи и доходить им до скул, одновременно тепло дыша на меня. Я вздрогнул, когда он коснулся языком соска и принялся старательно мять его губами, втягивая в себя оттягивая его. Движения по телу его пальцев добавляли странное чувство, что все это происходит со мной не здесь, а где-то в другом месте, словно я выпал из привычной реальности и попал в неизведанный мир, где все строится только на эмоциях... Он опалил горячим дыханием мой мокрый сосок и оставил на нем еще один поцелуй, точно печать на конверте со словами: «Готово». Тэмин не позволял себе смотреть на меня, был так увлечен процессом, пока опускался ниже по животу, сжимал между пальцами второй сосок, слегка покручивая его. Я то и дело хмурился от приятных ощущений, хватал ртом воздух; все-таки это было совсем не то, что с другим; конечно, новые ощущения я получаю, но родные руки, ласкающие меня во всех местах... это лучше, это я точно понял. Я не знал, что он собирается делать дальше; не будет же он делать это в такой момент, когда нужно побороть жуткое похмелье, хотя сейчас оно почему-то отодвинулось на второй план, предоставив мне потрясающие ощущения от ласк любимого, по-настоящему любимого человека. Он продолжал целовать мою кожу, повлекая за собой множество мурашек; сейчас я представил себя в центре огромного разбивающегося столпа воды: ее брызги беспорядочно летят в разные стороны и будто бы симметрично достигают поверхности моря или океана, а я и есть те самые брызги, ни от кого не зависящие в тот момент... Он дотронулся рукой до моего возбужденного члена и потерся об него внутренней стороной ладони, просто взрывая все в моем теле, растворяя последние капли боли, но одновременно усиливая переживания насчет моей измены. Он узнает... Он узнает, и тогда все это в одночасье закончится, как хлопушку дернуть за нитку: конфетти быстро осядет на пол, и больше не будет восторга... Я захотел оборвать его желания, будто с психу воткнуть нож в стену, чтобы острие глубоко в нее погрузилось, и уйти, придирчиво злясь на себя и громко ненавидя. Но я не отступил: слишком велико было искушение. Он будто не хотел говорить со мной, вообще меня видеть, но я решительно не понимал, чего он добивается своими действиями. Он сдернул с меня трусы, спустил их до щиколоток и полностью снял, отбросив в сторону, также стащил с себя одежду, которая состояла из белой майки да коротких бледно-желтых шорт. Член уже неимоверно пульсировал при виде обнаженного Тэмина; он набросал прядки волос на глаза и сейчас казался мне каким-то недосягаемым для других, но только моим. Он ненадолго оставил меня лежать на диване, а сам быстро направился в спальню, за смазкой, подумал я. Я тем временем обхватил свой член рукой, пытаясь унять столь острое возбуждение, стал передвигать кольцо из пальцев по стволу, постепенно ускоряясь. Тэмин вернулся ко мне с бутыльком из темного стекла. Через мгновение он с плотно закрытыми глазами и чуть искаженным лицом опустился на меня. Пенис сразу же чертовски приятно сдавило; он еще сильнее налился кровью и увеличился. Тэмин коротко охнул и поспешил подняться, тут же резко возвращаясь обратно. Он спрятал член полностью в себе и принялся крутить бедрами, держась руками за мои бока и больно сжимая их, но я не замечал того, просто смаковал моменты, когда его мышцы плотно обволакивали мою раздувшуюся от возбуждения плоть. На его лице, как мне показалось, отразилась вся та тоска, которую он испытывал, когда меня не было рядом с ним. Я же тоже скучал, просто не осознавал этого, постоянно отвлекался на Лэя, почти не думал о Тэмине. Почему же я разделился между ними? Теперь я работаю на два фронта, но не могу покончить ни с одним из них. Я начинаю соображать, что влюбился в Лэя, вот поэтому-то и не могу от него отказаться. Он манит меня не только своим внешним миром, но и внутренними качествами, а Тэмин... Я люблю его до безумия, хоть и говорил про него всякие вещи... Даже передергивает от этого. И от себя воротит, что я так грязно с ним поступаю, охотно и скрытно обладая другим в свободное время. Он снова с хлюпаньем опустился на меня и замычал от чувства растянутости и удовольствия; его собственный член бился о живот где-то на уровне пупка, когда Тэмину не хватало привычного ритма и он словно зверел, яростно принимая меня в себя. Он уже достаточно насадился на мой член и теперь снова замер в той позе, а будоражащий тело узел не заставил себя ждать и обосновался внизу... Я потерял контроль над собой и вцепился в его бедра, стал стремительно поднимать его и бросать на себя снова и снова, пока силы не начали покидать меня, предоставляя место усталости. Тэмин кончил себе и мне на живот только после того, как я ударил в него своим семенем, и обмяк, тяжело дыша, повалился на меня сверху.