Осколки любви

Домой я зашла промокшая до нитки, что и не удивительно: я шла как минимум пять минут под дождем без Адриана. Аня сидела на кухне и пила чай, а Макс чем-то занимался в гостиной. Раздевшись, я прошла к Ане. — Боже, Алина! — воскликнула сестра. — Ты могла позвонить мне, я бы принесла зонт! — продолжила она отчитывать меня. — Ничего. Мне кое-кто помог, — я покраснела. — Чего это ты такая красная? Неужели простудилась? Кто помог-то? — Ну… Агрест. — Ого… Между вами пронеслась искра? — девушка хитро взглянула на меня. — Аня! — Ну ладно, ладно. Молчу. Иди душ прими. Ты мокрая насквозь. Я не стала возражать и пошла наверх, в комнату. Окинув помещение взглядом в поисках Тикки, я не увидела ее. — Привет! — донёсся откуда-то приятный голос. — Привет, Тикки! Ты где? — Я в шкатулке. Откинув резную крышку, я ласково посмотрела на квами. — Ты не голодная? — Нет, спасибо. Ты мне тут печенья на год положила! Я рассмеялась. Квами взлетела и обняла меня, прижавшись к щеке. — Тикки, я в душ. — Пока! Я побежала в ванную, чтобы смыть с себя страшный сегодняшний день. Горячие капли разбиваются об пол и эхом отдаются в моей голове. Адриан, Кастиэль, новости про бал, фильм и спектакль, да ещё и репетиция допоздна. Всё свалилось на меня разом, и я не успела переварить это. Голова болит…

***

Сейчас будет физкультура. Обожаю её. Мы играем в волейбол, баскетбол, футбол и во многие другие игры с мячом и без. Заглянув в зал, я отметила про себя, что некоторые ребята уже пришли, а остальные, должно быть, ещё гуляют по школе. Переодевшись, я взглянула на часы: до звонка оставалось минуты три, а значит, ученики должны уже подходить, чтобы не опоздать на урок. Я поспешила к спортзалу. Недалеко от входы стоял учитель и набивал мяч. Поздоровавшись с ним, я спросила: — Месье Борис, а что мы будем делать сегодня? — Сегодня? Хм… Сегодня вы… Пожалуй, будете играть в баскетбол. Взвизгнув от радости, я подпрыгиваю на месте. Очень многие знают, что баскетбол — моя страсть. Я очень даже неплохо играю в него, наравне с Кастиэлем, и это добавляет мне авторитета. Звенит звонок. Мы с ребятами выстраиваемся в шеренгу. Вообще-то, мы должны стоять по росту, но у нас это правило редко соблюдается. Как-то получилось, что я оказалась рядом с Касом. Он меня часто бесит, но иногда умеет развеселить и как-никак является моим другом. — Итак! На первый-второй рассчитайся! — кричит учитель. После расчёта месье Борис отдал команду первым номерам выйти вперёд. Я сделала шаг и оглянулась по сторонам, чтобы узнать, кто будет вместе со мной. — Первая команда, вставайте на ту часть поля. Что ж, наша сборная оказалась не такой уж и плохой: Роза, Аня, Пегги, Амбер, Мелоди, Лизандр, Армин, Макс, Алекси, Адриан. Однако некоторые неспортивные личности будут только под ногами путаться и мешать. Лучше б учитель сразу отправил их на скамейку запасных. Но правила здесь устанавливаю не я, поэтому мне остаётся лишь смириться и молчать. Месье Борис вновь отдал приказ обеим командам — выбрать капитана, и ушел в подсобку за цветными майками для членов команд. — Алина — хороший стратег. Кто за неё? — устало произнесла Роза. Почти все подняли руки. — Да ладно, я не против. Я начала с построения ребят. Розу и Мелоди, я поставила в начале. Амбер, Аню и Пегги посредине. Остальным дала право передвигаться. — Умоляю, мальчики, спасите эту команду, — взвыла я, глядя на недовольные лица девчонок — им явно не нравилась физкультура. Парни кивнули. — Капитаны! На середину поля. Напротив меня, ухмыляясь, стоял Кастиэль. Неудивительно: мы играем на одном уровне. Протягивая мне ладонь для рукопожатия, он злорадно предупредил: — Вам не победить. Готовься проигрывать. Как же он меня бесит! Хочет отомстить за вчерашний инцидент? Хитро улыбнувшись ему, я пожала его ладонь и, резким движением руки завернув его локоть за спину, уложила его на пол. — Не на ту напал, — с моих губ не сходила ехидная улыбка. — Ай… ой! Да пусти ты меня, ненормальная! Спортзал наполнился одобрительным гулом, свистом и негромкими аплодисментами. Снова победа, как и вчера. — Неплохой приём! — раздалось где-то сзади. Неужели это голос Адриана? Я отпустила Кастиэля и, театрально раскланявшись во все стороны, поблагодарила публику. — Ита-ак! Начинаем! — раздаётся зычный голос учителя. Я веду мяч. Все бы хорошо, но этот Кастиэль… Да и Лизандр тоже. Эх, все же у мальчишек есть преимущество в росте. Я подскакиваю к кольцу и… БИНГО! — 1:0! — кричит месье Борис. — Так держать, Алина! — подбадривает меня Адриан и дружески хлопает по спине. — Ву-ху! — радуюсь я. Кастиэль лишь зло смотрит на нас. Игра развивается в нашу пользу. Счёт уже 6:4. Снова бегу, чтобы закинуть очередной мяч в кольцо. Но, очевидно, я выбрала не ту траекторию и пробежала мимо Амбер. Секунда — и я лечу вниз лицом. Мяч откатился в сторону, но мне было не до него: я не ожидала падения и не успела сгруппироваться, поэтому больно ударилась об пол. И, кажется, подвернула ногу. — Амбэр, что ты творишь?! — слышу я чей-то возмущённый голос. Ко мне тут же подбежал учитель, вокруг начали собираться ученики: Аня, Адриан, Кастиэль, Лизандр… — Сильно болит? — спрашивает сестра. — Не хочется показаться нытиком, но да. Болит сильно, — говорю я сквозь зубы. Не от злости. От боли. — Мадмуазель Амбер, вы отстранены от занятий! И сейчас пойдёте со мной к директору! — зло рыкнул Борис и присел рядом со мной. Он ощупал больную ногу и вынес вердикт: — Растяжение. Или ты её подвернула. В любом случае, это не похоже на перелом, не должно быть всё так серьёзно, — обеспокоенно произнёс учитель и оглянулся. — Молодой человек! Да, да, Вы! Я Вас не знаю. Вы новенький? — Да. Я Адриан Агрест. — Что ж, месье Адриан. Помогите девушке дойти до медпункта, необходимо, чтобы её осмотрел врач. Не дай бог, придётся ехать в травмпункт, — продолжал причитать учитель. Лизандр любезно подал мне руку. Я ухватилась за неё и попыталась встать, но благополучно упала. Почему благополучно? Да потому что Адриан, добрая душа, меня придержал. Я уже, наверное, раз двадцать в его руках побывала. Это проклятие, что ли? — Спасибо, — я благодарю его и, мягко отстраняясь, держусь за его плечо, чтобы на одной ноге не упасть. — Алина. Я вёл себя, как дурак. Прости меня… Короче, мир? — Кастиэль протягивает руку. — Мир, — я улыбаюсь и пожимаю его руку. Все ребята стоят в шоке. Я их прекрасно понимаю: никто из нашего класса не помнит, когда Кастиэль последний раз извинялся. — Пойдём? — спрашивает Эдриан. Я киваю. Мы доковыляли до выхода. Как только я переступила порог зала, Адриан ПОДНЯЛ МЕНЯ НА РУКИ. Держал, как жених невесту. Тьфу, о чём я думаю? — Адриан, поставь меня на землю, — попросила я. — Я спокойно могу передвигаться сама. — Во-первых, тебе сейчас сложно ходить самой. Во-вторых, не дёргайся, мне сложно так идти. И наконец, в-третьих, ты лёгкая, как пушинка. Поэтому наслаждайся временным транспортом, — парень улыбнулся. Я тоже улыбнулась и обхватила шею парня руками, чтобы ему было легче меня нести. Зеленоглазый двинулся по направлению к школе. Я уткнулась лицом в его грудь и молилась, чтобы по дороге нам никто не встретился. Слухи расползаются очень быстро. Блин… Какой же у него приятный одеколон! И он пользуется им в меру, не много и не мало. Как у него получается его дозировать, я не знаю. А теперь представьте себе картину: я, пунцовая, на руках у Агреста, уткнулась в его грудь и вдыхаю одеколон. Картина маслом. Ура! Всем лучики радуги за мой счет! Мы дошли до медпункта никем не замеченные. Только медсестра удивлённо посмотрела на нас, а потом улыбнулась. Господи… Адриан бережно опустил меня на кушетку и встал у двери. — Прекрасный рыцарь на белом коне, Вы можете быть свободны. — А назад она полетит? — насмешливо говорит Адриан. Медсестра смеётся. — Вы правы. Посмотрим на твою рану… Медсестра помазала ногу какой-то мазью, замотала её эластичным бинтом и отпустила нас. Я хотела пойти сама, но… — Поставь меня! — Не-а. — Я знаю, что я тяжёлая. Пусти! — А может, мне приятно тебя носить? Сердце споткнулось, пропустило удар и тут же заколотилось в груди, как сумасшедшее. Ему приятно меня таскать? Я не ослышалась?! Пока я пыталась осознать его слова, он донёс меня до зала, под удивлённые взгляды одноклассников посадил на скамейку и куда-то ушёл. Меня окружили ребята. — Ну, и что это сейчас было? — задала терзающий всех вопрос Розалия. — А что? Он донёс меня до медпункта и обратно, — я пожала плечами. — Ага, ага. Мы ви-идели его взгляд, — съехидничал Алекси. — И как ты за пару дней успела влюбить его в себя? … — Замолчи. Никого я не влюбляла. — А ты взгляд Кастиэля видела? — тихо спросила Мелоди. — Да, и у Натаниэля такой же, — шепнул Макс. Я удивлённо уставилась на парней. Действительно, они смотрели на меня… со злостью? Да, да. Боже… Как они смотрят на Адриана. Это ж кошмар. Что они против него имеют? Я ничего не понимаю…

***

Я пыталась одеться после душа, вернее, просто искала свои вещи. Хвала небесам, я догадалась завернуться в полотенце. Потому что дальше… дверь раздевалки распахнулась и в помещение зашёл АДРИАН. Картина Репина «Не ждали». Некоторые девушки были голые: вытирались ли, собирались ли одеваться или же только что вышли из душевой — по разным причинам. На некоторых было надето лишь нижнее бельё, а остальные были ещё в душе. Только двое были полностью одеты. — Здравствуйте, дамы. Э-э-э… Хорошая игра была, да? — начал наш больной самоубийца. — Агрест! А ну марш отсюда! Это женская раздевалка! — заорала я и открыв дверь, вытолкнула туда Адриана. Все девушки стояли с лицами, перекошенными от ужаса, аки персонажи картины «Последний день Помпеи». — Заглянул в гости… — тихо сказала я. — Расслабьтесь! Он ничего не увидел, — уже спокойнее добавила я, хотя сама не была в этом уверена.

***

Как только прозвенел звонок с последнего урока, Натаниэль попросил всех ненадолго задержаться. Естественно, его просьба была встречена бурей негодования: никто не хотел оставаться на внеплановое собрание, особенно, когда уже мысленно находился вне школы. Парень безуспешно пытался призвать одноклассников к тишине. — Ребята, простите. Ведь вчера кое-кто сорвал классный час, — Нат укоризненно посмотрел на меня, — А мы ещё многое не обсудили. — Ты Кастиэлю, такую мордочку сострой. Он виноват. — А ты у нас белая и пушистая? — насмешливо спросил Кас. — Закрой рот! — Можно я начну?! — не выдержал Натаниэль. Все постепенно стали затихать. — Итак, — уже спокойней продолжил он, — Как вы знаете, мы скоро уезжаем в лагерь. Наша директриса поселила нас в домики по двое. Сейчас я оглашу список пар, которые будут проживать совместно. Лизандр с Кастиэлем, Аня с Максимом, Мелоди с Ким, Алекси с Розалией, Алина с Адрианом…

БУМ

Я потёрла ушибленное место. Да, я грохнулась со стула. Да, я испугалась. И да, я чертовски удивилась. Почему? Да потому что, меня поселили с парнем, в которого я влюблена по уши! — Не-ет! — смогла выдавить из себя я. — Парни не могут жить с девушками! Да? — жалобно произнесла я. — Должно быть, мадам Шермански ошиблась… — Несколько раз? Алекси поселили с Розой, Макса — с Аней. — Макс и Аня — брат и сестра. А Роза с Алекси друзья! — Никого это не волнует! Перейдём к сценариям. Я заныв, уткнулась головой в парту. — Да не переживай ты так! Я подняла голову и уныло спросила: — Ты спишь в одежде? — Э… нет. — Ты купаешься в одежде? — Нет. — Ты на Луне переодеваешься? — Не задавай глупых вопросов. — Ты никогда не раздеваешься? — Я понял… Нат! — Чего тебе, Агрест? — недовольно отозвался староста, всем своим видом показывая, как ему надоели личности, отвлекающие его от мероприятия. — Может, директриса нас правда переселит? Меня к какому-нибудь парню, Алину к девушке! — Делать ей больше нечего, вашими разборками заниматься. У нее дел поважнее хватает, раздражённо ответил Натаниэль. Полагаю, он и себя имел в виду, намекая, что ему тоже нет дела до нас. — Он упрямый, как баран. Даже не пытайся, — прохныкала я. — Итак. Я сделал копии полного сценария для каждого актера, можете разбирать. Это для фильма, — он положил на парту скрепленные листы бумаги. — А это, — ещё ровная стопка листов оказалась на парте рядом с другой такой же, — Это для спектакля. Актёры, возьмите себе по экземпляру… В классе послышалось шевеление. Я тоже поднялась за сценариями, взяла для себя и Адриана, вернулась на своё место и принялась изучать текст. Натаниэль тем временем продолжил объяснять остальным, что другим членам съёмочной группы позже выдадут специальный сценарий, но я его уже не слушала, углубившись в чтение… — Что-о-о?! Сцена с че-ем?! — мой вопль в очередной раз перебил Натаниэля, который, похоже, уже намеревался убить меня взглядом. — С поцелуем, — заглянув в листок, спокойно ответил мой сосед. — Нет! Нет и ещё раз нет! Я на это не подписывалась! Покажите мне человека, который писал этот… «чудесный» сценарий! — бушевала я. — Кое-кому не поможет и бункер, — усмехнулся Натаниэль. — Успокойся, Алина. Это просто поцелуй, — успокаивающе произнёс Эдриан. — Может, для тебя он и простой, но для меня нет! — огрызнулась я на соседа. В памяти всплыло воспоминание… « — Лина, это просто поцелуй, — говорит мне Алекс. — Может, для тебя он и простой, но для меня нет, — кокетливо отвечаю я. Парень усмехается, и я, вдруг смутившись, поясняю: — Он у меня первый. Алекс чуть приподнимает мой подбородок, проводит большим пальцем по губам, чуть нажимая, а я смотрю, как заворожённая, на него и не могу оторвать взгляд от его бездонных глаз. Вдруг его лицо становится серьёзным, и он низким шёпотом произносит: „Тогда запомни его, как следует“, прикрывает веки и мягко и нежно касается моих губ. На автомате я тоже закрываю глаза и полностью отдаюсь ощущениям. Страстный и нежный поцелуй. Мой первый поцелуй.» Резко очнувшись от воспоминаний, я вспомнила, где нахожусь и, тряхнув головой, чтобы окончательно избавится от остатков наваждения, обратилась к Натаниэлю: — Потом разберёмся. Продолжай. — Спасибо. Как вы знаете, через 4 дня у нас бал. За эти дни вы должны найти себе пару, костюм и явиться во всей красе. Напомню, что в лагерь мы отправляемся уже через неделю, точнее через шесть дней. Значит, после бала у нас будет один день, чтобы подготовиться к поездке. И очень большая просьба — без опозданий! На этом классный час кончился. Ребята шумной гурьбой вывалились в коридор, откуда отчётливо донеслось «Ура!», «Наконец-то» и «Свобода!». Я не торопилась. Конечно, медсестра наша просто умничка, потому что к концу дня нога практически не болела и я свободно передвигалась, но все же мне не хотелось лишний раз травмировать её. У школьных дверей меня окликнули. — Алина, подожди, — остановил меня знакомый голос. — Да? — я обернулась. Адриан. — Слушай… Я видел… Ты же неплохо рисуешь? И я… Ты можешь меня научить? — быстро выпалил Адриан и выжидающе уставился на меня.  — Э… Ну… Могу… А когда и во сколько? Слушай, может придёшь ко мне сегодня… Часа в три? — Четыре. Можно в четыре? — Хорошо. В четыре. Сегодня. — Тогда… До встречи. — Увидимся. Я стояла и не могла осознать происходящее. Ко мне. Домой. Придёт. Адриан. Агрест. Мозг упорно не хотел трезво оценивать ситуацию, а сердце в бешеном темпе отплясывало ламбаду.