Осколки любви

Утро. Я лениво открываю глаза и поворачиваюсь на другой бок, зевая. Скрипит дверь. Я закрываю глаза, дабы имитировать сон. Это Адриан. Он подходит ко мне и слегка треплет меня за плечо. — Эй, соня, просыпайся. Я мотаю головой и отворачиваюсь от Адриана. Он начинает стаскивать одеяло, хотя знает, как я ненавижу это. — Оставь меня в покое, жертва пьяной акушерки. — А почему жертва? — М-м! — Что «м-м»? Вставай, в школу ведь опоздаешь. Я приподнимаю голову и не открывая глаз, сонно говорю: — Адриан, если ты сейчас же не перестанешь меня доставать, то ты труп. — Да? Правда? — ехидно сказал мой парень. — Ага. Я тебя… Сожру! — резко распахнув глаза, я притянула к себе блондинистую макушку и обняла его, попутно поцеловав в щёку. — Если ты меня будешь жрать таким образом, то я обеими руками за, — промурлыкал Адриан. — Иди ты! — рассмеялась я, ощущая его руки на своих бёдрах. Да, так начиналось практически каждое моё утро. И я безумно рада этому. Мой любимый человек всегда рядом со мной: и в квартире, и в сердце. История с Алексом закончилась. Я приходила к нему в колонию для несовершеннолетних. Тот Алекс, которого я когда-то любила, вернулся. Добрый, раскаявшийся и глубоко несчастный. Мне было жалко его. Парень сам сломал себе жизнь. Но теперь я с Адрианом, и мы нежимся в мягкой постели, наслаждаясь обществом друг друга и позабыв обо всем на свете. Сейчас, когда поцелуи на шее становятся жарче, я пытаюсь остановить себя. И у меня неплохо выходит. Нежно отталкивая Адриана, я говорю: — Ты же знаешь… Мы правда опоздаем. Одевайся. Переводя тему, я встаю с кровати и роюсь в шкафу, пытаясь найти своё любимое платье. — Да ладно тебе. Что будет, если мы один раз прогуляем школу? — промурчал он, увлекая меня на кровать и зарываясь носом в растрепанные волосы. — Завались, — я неловко вылезла из кровати и обратилась к парню, все еще лежащему среди подушек: — Слушай. А давай-ка я сегодня подберу тебе одежду? — Я развернулась, и упёрла руки в бока. — Что? Не-е-ет! Но меня было уже не остановить.

***

— Да ладно, Адриан, ты прекрасно выглядишь! Давай, заходи! — Не буду! Алина, я не пид… — Да ты и не похож! Давай, давай! — подбадривала я своего парня, пытаясь пропихнуть его в класс истории. — Вот твой отец — модный дизайнер, а у тебя абсолютно отсутствует чувство вкуса! — Так я просто модель! — Ничего, ничего, потерпишь! Ну давай же! Дверь резко распахнулась, из-за чего мы с Адрианом влетели в класс. Влетели в прямом смысле этого слова. Я упала сверху на него, по-прежнему упираясь руками в его грудь. — Эм… Хе-хе… Всем доброго утра. Класс удивлённо переводил взгляд с меня на Адриана и наоборот. — Эх, Алина-Алина… В общественном месте… — Что ты сказал?! — рыкнула я, грозно смотря на Каса. — Кастиэль, беги, — предупредил его Лизандр, помогая мне подняться. — А ну стоять, петух рыжий! Ты у меня сейчас получишь! — Да отстань ты, русский терминатор! — Что-о-о?! — грозно протянула я. — Ну, держись теперь! — Алина… Я запрыгнула на спину Кастиэлю, обхватив руками его шею и взъерошив красную шевелюру. — Ну, ты у меня получишь, пидор рыжий! Будешь знать, как русских терминаторов обижать, — Я дёрнула его за волосы. — Ай, больно! — А ты думал, я тебя гладить буду? — Я принялась бить по голове Кастиэля ладонью, продолжая придерживать его шею одной рукой. — Алина! Он попытался скинуть меня, но только потерял равновесие и сам грохнулся на пол. Я, издав победный клич, упала вслед за ним, оказавшись на его животе. — Кто победил? — Ты победила, победила… Только встань с меня быстрее, пока Адриан не увидел. — Хорошо. Я поднимаюсь и отряхиваюсь. — Алина, — как-то подозрительно робко и несмело позвал меня Кастиэль. — Да? — ответила я, заправляя прядь волос за ухо. — А когда у твоей сестры день рождения? — Двенадцатого января, как и у меня. А что? — Да вот, думаю, что бы ей подарить? — М-м-м… А я и не знаю. Ну, по крайней мере, у тебя есть ещё два месяца. — Ага… Два месяца бессонниц и мучений! — Пошли на урок, Ромео недоделанный! — засмеялась я.

***

— … и поэтому, двадцать восьмого ноября будет проводится всеми любимый день открытых дверей. — День открытых… что? — переспросила я, поднимая голову с парты. — День открытых дверей. Алина, если ты спишь на моих уроках, то хотя бы постарайся улавливать информацию во сне. — Учитель Алекс, я не виновата, что ваши уроки такие скучные. — Ну уж прости, учился на математика, — Учитель внимательно посмотрел на меня, явно ожидая продолжения дискуссии. — Лучше бы на химика учились. Это хотя бы капельку интересно. — Вот только тебя не спросил. — Алин, завязывай, — Адриан толкнул меня в бок. В эту игру могут играть только двое. — А зря, учитель Алекс, может, я бы реже спала на Ваших уроках. Он ни капельки не разозлился. Затем, совершенно спокойно, без всякой желчи в интонации, сказал: — Раз тебе так интересно обсуждать эту тему, то оставайся после уроков и приходи в мой кабинет. Я не могу отнимать время от урока. Итак, продолжим…

*После уроков*

— Учитель Алекс? — Да, да, проходи, — Мужчина обольстительно улыбнулся, свернув чёрными глазами, и указал мне на стул. Я присела. Повисло неловкое молчание. — Ты всегда одеваешься так мило, кстати. — С-спасибо, — Я слегка покраснела и опустила глаза в пол. — Наверное, все мальчики в классе смотрят на тебя, — Учитель вышел из-за стола и подошёл ко мне. — Д-да нет, это н-не так… — Ну вот, уже начинаю заикаться. — М-м-м… — Он наклонился ко мне еще ближе, — А я им завидую… Он провёл пальцем по моей щеке. Я быстро встала. — Ладно, учитель Алекс, думаю, мне пора. — Стой! — Он удержал меня за запястье. Не больно, но сильно. — П-пустите! — Ну зачем же делать из этого трагедию? Он притянул меня ещё ближе к себе, заставляя сердце вырываться из груди, а глаза — нервно выпучиться от осознания странных наклонностей учителя. — Помо…! — крикнула я, но он быстро закрыл мне рот ладонью. — Тш-ш… Не нужно кричать… — М-м-м! М-м-м-м! Пу… Пустите! — Не волнуйся… Я не сделаю тебе больно. Поняв, что же он все-таки хочет сделать, я стала еще сильнее вырываться, но по сравнению с двадцатилетним мужчиной, мои усилия оказались тщетными. — Тебе обязательно понравится… Он аккуратно уложил меня на стол, пытаясь нащупать застёжку платья. Затем за попытку ударить его он отвесил мне нехилую пощёчину, после ударил меня в живот. Истерично пытаясь вырваться, я заметила на столе стеклянную вазу. Недолго думая, я протянула к ней руку и, схватив, со всей силы ударила учителя по голове. Он уже расстегнул мое платье и пытался сделать то же самое с бюстгальтером. Почувствовав, как на меня упало тучное тело, я нервно скинула с себя его и заплакала. Ну почему со мной?! Нервно застегнув платье, я проверила пульс учителя… Жив. Я так боялась, что убила его. Из-за этого происшествия уровень адреналина во мне зашкаливал, поэтому я испугалась, что могла на смерть ударить его. Хоть он и оказался таким гадом, но смерти не заслуживал, да и мне было бы страшно взять на себя тяжесть убийства. Тяжело всхлипнув, я вышла из кабинета и подумала, кто бы мог мне помочь. В голове щёлкнула мысль. Натаниэль. Он должен был остаться и разобраться с бумагами по теме дня открытых дверей. Идти было больно, так как в момент борьбы я подвернула ногу, поэтому с грехом пополам, сильно хромая, я доковыляла до учительской, несмело открыла дверь и увидела внутри Натаниэля, Кастиэля и Лизандра. — Алина? Ты что тут делаешь? Я же сказал, что сам разберусь с бумагами. И… Что с тобой? — Что-то случилось? — быстро спросил Кастиэль. — Случилось, — Я всхлипнула. — Ну почему все Алексы в моей жизни таки гады?! — Взыв, я залилась слезами. — Алина, что случилось? — Лизандр аккуратно осмотрел мои запястья и сказал, — Это… Учитель Алекс? — Так, я позвоню Адриану, — Натаниэль достал телефон. — Нет! Он убьёт его! — остановила его я. — Кого? — Алекса! — Алекс? Что он сделал? Он… — Кастиэль осекся. Лизандр осматривал мои «ранения». В учительской повисло тяжёлое молчание. — Он не успел ничего сделать. Я ударила его. Ва-азой, — Я вновь всхлипнула, вспомнив страшный момент. — Тише, тише. Я вызываю полицию, — Натаниэль вновь достал телефон и набрал номер. — Скорую тоже вызови. Слава богу, для Алекса, — изрек Лизандр, бережно поглаживая меня по спине, чтобы успокоить. — Где он? — строго спросил Кас. — В нашем классе. — Он хотел тебя…? — Кастиэль неловко замолчал. — Да. — Ему… удалось? — …Нет, — чуть помедлив, я отрицательно покачала головой. — Я всё равно позвоню Адриану. Махнув рукой, мол, делайте, что хотите, я отвернулась к окну. Меня пробивала мелкая дрожь. Слезы комом стояли в горле, я пыталась успокоиться и перестать думать о случившемся и о том, что с мной могло произойти, не будь той вазы на столе. — Жизнь — страшная штука…