Silent Stars

Она вышла наружу, где воздух стал уже гораздо прохладнее. Больше сегодня не на что смотреть, подумала она. Солнце садится. Завтра утром солнце взойдет. И на следующий день тоже, неотличимый от предыдущего и бесконечно похожий на те, что были до него. Она попыталась подумать о чём-то другом, чём-то, что могло измениться, чём-то, что казалось бы иным, чтобы спасти свой разум от атрофирования. Но не было ничего. Ничего нового. Действительно ничего, о чем можно было бы мечтать. На Джакку вещи никогда не менялись. ~ Пробуждение Силы

✶✶✶

Было утро. Наверное. От прежних жильцов в комнате осталось много отслуживших свой срок вещей, и если бы у Рей дошли руки до починки электронных часов, определять время суток было бы куда проще. Но устройство быта стремительно опустилось в самый низ списка неотложных дел, когда Кайло отсёк Финну ногу. Единственное, что она сделала для собственного комфорта — это перетащила матрасы на пол, опасаясь падения с койки во время землетрясения. Хотя бы во сне ей хотелось ощущать себя в относительной безопасности, раз уж бодрствованию это чувство не сопутствовало. После того как Финн пришёл в себя, Рей внесла в свою ежедневную рутину лишь незначительные изменения. Дни начинались с совместного завтрака и беседы о пустяках, потом она помогала Финну затянуть ремни на самодельном протезе и они вместе занимались починкой Хэдхантера. Жизнь как будто стала сносной. Просто нужно делать вид, что ничего не случилось, и со временем начинало казаться, что так оно и было. Кто-то притворялся лучше, кто-то держался с трудом. Рей направлялась в столовую, когда Кайло возник у неё на пути, и по его взгляду она поняла, что просто так им не разминуться. При первой же возможности он схватил её за плечо и потянул на себя. — Пре-кра-ти, — закряхтела Рей, изо всех сил упираясь ладонями в его грудь. Рен замер, но не отпустил. — Не сейчас, — шёпотом сказала она и быстро оглянулась через плечо. — Мне нужно идти. — О, мы снова разговариваем? — Кайло коротко улыбнулся и свободной рукой потянулся к её затылку. — Нет! — Рей ударила его по предплечью, пресекая попытку опасного сближения. — Нет, мы не разговариваем. — Ну, нам не обязательно говорить, — ответил он, понизив голос. И, попытавшись приблизиться, снова был остановлен. — Это тоже не обязательно, — почти беззвучно произнесла Рей. — Пора завязывать, иначе… Она и сама с трудом представляла, что именно означало это «иначе». Но первая часть утверждения должна была прозвучать достаточно однозначно. Рей с опаской подняла взгляд. Рен больше не улыбался, и по частому дыханию на своём лице, она догадалась, что это «предложение», мягко говоря, разочаровало его. — Это потому, что все твои попытки изнасиловать моё сознание провалились одна за другой? — он самодовольно вздёрнул подбородок. — Можешь попытаться снова. Я не против. Ох, она бы попыталась! Причём сделала бы это так же бесцеремонно, как он, когда допрашивал её на Старкиллере. К сожалению, шансы преуспеть по-прежнему были ничтожно малы. — Я готова пожертвовать моментами сомнительного удовольствия ради остатка уважения к себе. И ты сильно этому поспособствовал, — Рей оттянула воротник и наклонила голову, демонстрируя потемневшие синяки на изгибе между шеей и плечом. — Что это такое? — Не знаю, — Кайло пожал плечами. — Может, ты умираешь? — предположил он, и уголок его рта дёрнулся вверх. — Я имею в виду, зачем ты это сделал? — щёки Рей вспыхнули от злости. В основном она злилась на саму себя, но и на него тоже. — Поверить не могу, что докатилась до такого. Рей по-прежнему мало смыслила в путях Силы, её тонких материях и мистических связях, зато прекрасно понимала, куда могло завести низменное притяжение между не созданными друг для друга людьми. В лучшем случае — никуда. Странно, что они оба об этом забыли. — В следующий раз постараюсь аккуратней, — нарочито мягким тоном протянул Кайло и шагнул ближе, оттесняя Рей к стене. — Какой ещё следующий раз? — она выскользнула из ловушки. — У меня сдали нервы, и я плохо понимала, что творю. В твоей… кхм… поддержке больше нет необходимости. Спасибо большое, — едко бросила она, предусмотрительно отступив. Рен остановился и, сложив руки на груди, посмотрел на неё со смесью скепсиса и раздражения. Плохое время для угрызений совести, Рей. Она пыталась уговорить себя, что всё по-честному, ведь он тоже использовал её. Точнее сказать, использовал её желание наказать себя за допущенное кровопролитие. «Знаешь, что он сказал о тебе? Сказал, что если на столе нет ничего, кроме единственного куска мяса, то глупо не забрать его себе.» Что он и сделал. Что и сделала она. — Отшиваешь меня? — Кайло лишь поднял бровь. Но наигранность спокойствия выдал взгляд. — Просто предотвращаю горький итог, — быстро ответила Рей. Ей не хотелось объясняться, но пришлось. — Ты легко разделываешься с привязанностями. А у меня, как видишь, склонность тянуться к тем, кто меня разочаровывает и заставляет страдать, — она набрала воздуха, чтобы сказать что-то ещё, но вместо этого, только шумно выдохнула. — Это более чем веская причина остановиться. Вот и всё. — И какой же «горький итог» ты себе нарисовала, позволь узнать? — Рен переменился в лице, напряжённые черты расслабились. Рей покоробила насмешка в его мягком тоне. — Всего-то пару-тройку раз повисела у меня на шее в тёмном коридоре и в красках представила, как спустя несколько лет, я ссылаю тебя, отслужившую свой срок и к тому же беременную, собирать мусор на Джакку? — он рассмеялся глубоким приглушённым смехом. — Прости. Моей фантазии не хватает на что-то, ещё более печальное, чем это. Разве что, ты прихватишь с собой Предателя… Рей вскинула руку, и Кайло припечатало к бетонной стене. Он скривился от удара, но тут же снова расплылся в издевательской улыбке. Она приблизилась, удерживая его на месте с помощью Силы. — Я говорила о том, что когда — не «если», а «когда» — Сноук пошлёт тебя убить меня и моих друзей, я не хочу, чтобы глупые сентиментальные чувства помешали мне защититься и победить, — процедила она сквозь зубы. — Кому, как не тебе, понимать мои опасения. Самодовольная ухмылка сползла с лица Рена. Он легко смахнул с себя невидимые путы и отстранился от стены. — Вот только у тебя нет друзей, мусорщица, — покачал он головой. — У тебя нет никого, кроме поехавшего мозгами калеки-дезертира и меня. И если ты думаешь, что выбравшись отсюда, ты будешь окружена сплошь отважными и благородными людьми, у меня для тебя плохая новость… — Я не знаю тебя! — воскликнула Рей, скорее с мольбой, чем с упрёком. Кайло расправил плечи и сунул руки в карманы, показывая тем самым, что с нападками и с самим разговором покончено. — Знаешь. Получше, чем многие, — ответил он, глядя на неё свысока. — И если перестанешь вести себя как слепая упрямая сука, то получить нужные ответы будет гораздо легче. Ходят слухи, что существует такая форма общения как «разговор». Впрочем, сам пока не проверял.

***

— А мне даже нравится здесь, — однажды признался Финн. Рей выключила сварку и подняла очки, посмотрев на него с подозрением. — Серьёзно? — она не знала, смеяться ей или плакать. — А что здесь такого? Светло, тепло, дурацкая музыка разгоняет тоску. Теперь это место уже не кажется таким зловещим, как раньше, — пожал он плечами. Рей склонила голову набок, внимательно его изучая. — С двумя ногами, конечно, было бы ещё веселей. Но лучше одна нога, чем совсем ничего, верно? Рей поёжилась. Лучше? Лучше бы Сокол доставил их на Ди’Куар много месяцев назад, как она рассчитывала, а не на эту трещащую по швам планету, где единственное доступное развлечение — сходить с ума поодиночке. А иногда и всем вместе. С другой стороны, на Джакку временами было ещё хуже. — Ну, что-то в этом есть, — она отложила инструмент и села на пол, скрестив ноги. — Иногда я думаю о том, как было бы хорошо открыть собственную мастерскую вроде этой. Не на Джакку, само собой, а на какой-нибудь мирной планете с приятным климатом и кучей народу… — Рей осеклась и помрачнела. — Но этого, конечно же, не случится. Спокойная жизнь осталась в прошлом. Да я и сама, наверное, не смогу усидеть на месте после того, что видела и испытала. — Да уж, — вздохнул Финн. — Наверняка нас ищут. Только явно не для того, чтоб вручить по миллиону кредитов за уничтожение базы, — он помолчал немного, задумавшись. — Может, за наши головы объявлена награда. Интересно, сколько за мою? — задумчиво добавил он, глядя в пустоту. — Лучше бы охотникам за головами не соваться сюда, — вздохнула Рей. — Я уже на всё готова, чтобы свалить отсюда, как можно скорее. И если кто-то встанет между мной и первым попавшимся исправным кораблём… — она опустила взгляд на свою руку, державшую отвёртку, и, увидев, как побелели пальцы, быстро их разжала. — Заметишь, что я начинаю вести себя как чокнутая, пожалуйста, сразу же сообщи мне об этом. — Я и сообщал, — вздохнул Финн. — Каждый день, начиная с момента нашего знакомства, — он тряхнул головой и с трудом встал, пытаясь не рухнуть из-за непослушного протеза. — Пойду закинусь какой-нибудь просроченной хренью из медотсека и буду надеяться, что завтра проснусь. Спокойной ночи, Рей. — До завтра, — она коротко улыбнулась и выдохнула с облегчением, когда Финн исчез из поля зрения. Общение с ним напоминало прогулку по минному полю, было слишком много тем, которые она боялась затронуть. Рей опустила на глаза чёрные очки и включила сварку. С установлением перемирия работа значительно продвинулась, и она надеялась в скором времени устроить первое испытание заново собранных двигателей. Эта мысль грела её, как ничто другое. Но не успела она закончить один маленький шов, как её резко схватили, закрыв рот рукой, и сдёрнули с ящика, на котором она стояла. — Ш-ш-ш, не брыкайся, — прошептал Кайло ей на ухо. Рей возмущённо замычала в его ладонь и попыталась освободиться. — Не шуми, а то Предатель приковыляет спасать тебя ценой второй ноги, — он медленно убрал руку. — Что за идиотская манера подкрадываться со спины? — прошипела она, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не ударить его. Она перевела дыхание после встряски. — Предосторожность на случай неадекватной реакции, — самодовольно ответил он, засунув руки в карманы. — Какого хрена тебе нужно, Рен? — вспыхнула Рей. — Я занята. Его ухмылка угасла. — Отложи своё занятие и иди за мной. — Нет, — она нервно рассмеялась. — Второй раз я на это не куплюсь. Кайло закатил глаза и схватил Рей за руку. Она вскрикнула и уронила инструмент. — Отпусти! — Заткнись, — процедил он. — И не брыкайся, — он потащил её за собой, и как бы Рей ни упиралась, остановить его она не могла. — Ладно, я иду, — процедила она, вырывая руку из грубой хватки. — Что на этот раз? — Увидишь, — коротко ответил Рен и отпустил. Рей потёрла предплечье и бросила на него гневный взгляд, но назад не повернула. Вскоре они оказались в техническом крыле, где были склады и блок системы жизнеобеспечения. Кайло остановился у двери и открыл её. — Входи, — приказал он. Внутри было темно, но Рей знала, что это всего лишь крошечное помещение, большую часть которого занимали водяные насосы. — И что там? Мне нужно что-то починить? — спросила она, сложив руки на груди. — Нет. Нужно, чтобы ты туда вошла. — Это последнее место, где мне хотелось бы провести время, — она покачала головой. — Да ещё и с тобой. Рен не стал спорить и просто втолкнул её внутрь. Дверь с шипением закрылась, их обступил кромешный мрак. Они молчали и не двигались, и спустя минуту Рей начала терять ориентацию в пространстве. От волнения участилось дыхание и кровь прилила к щекам. Она не могла придумать ни одного внятного объяснения тому, зачем они пришли сюда. Может быть, проверить систему водоснабжения? Или выяснить, у кого первого случится приступ клаустрофобии? — Сядь. Рей вздрогнула от звука голоса, но теперь, по крайней мере, знала в каком направлении «смотреть». Кайло стоял прямо перед ней на расстоянии вытянутой руки. — Что? Зачем? — удивилась она. — Сядь на пол, — с нажимом сказал Рен. — Разговор будет долгим. — Вот как? В нашем распоряжении целая планета, но ты выбрал для переговоров этот тёмный чулан? Хорошо. Отличная идея, — проворчала она и, нащупав стену, села на пол, опёршись о неё спиной. Если бы она протянула ноги, то, наверное, достала бы носками до противоположной стенки. Судя по шорохам, Кайло последовал её примеру, устроившись напротив, и их колени соприкоснулись. — Что ж. Давай, разговаривай. — Можешь спросить меня обо всём, что тебя интересует, потому что твои попытки добыть ответы силой просто смехотворны. — И ты думаешь, я поверю твоим словам? Не видя твоего лица? — Рей улыбнулась. — За кого ты меня принимаешь? — Прими мои условия или проваливай, — процедил он. Это смешно. Дурацкая идея. Рей до такой степени привыкла отвоёвывать каждый ответ, подсказку или намёк, что совершенно растерялась, когда получила добровольное согласие. Кайло и в этом умудрился запутать её. — Когда ты узнал о Силе? — она спросила первое, что пришло на ум. Просто чтобы проверить, как всё это должно было работать. — Она всегда была со мной. И я думал, что это совершенно естественно, пока у меня не появились первые друзья. — Друзья? У тебя были друзья? Без сомнения с ними случилось что-то ужасное, — съязвила Рей. Она представила, сколько, должно быть, хлопот он доставлял родителям, разбрасывая и уничтожая предметы, даже не прикасаясь к ним. Но образ получался смазанным, неполным. Она знала только Кайло Рена, большого и неправдоподобно сильного. Казалось, этот мужчина никогда не был ребёнком. Никогда не был Беном Соло. — Не беспокойся, — хмыкнул он. — Когда ситуация накалилась, меня мигом сослали к Люку. — Почему ты ушёл от него? И почему хочешь убить? — Если всё ещё надеешься стать его ученицей, лучше тебе не знать, почему. — Я оставлю за собой право тебе не поверить. — Как пожелаешь, — сказал он и замолчал ненадолго. — Люк всеми силами пытался сдержать мои способности. Он боялся меня. Боялся, что я превзойду его и буду действовать по собственной воле… Возьми себе это на заметку. В Ордене джедаев свободная воля не приветствуется. Галактика изменилась и меняется каждую минуту, но не учение джедаев. Эта лжерелигия должна быть уничтожена, потому что замшелые верования никогда не допустят объединения сторон. — То есть… Люк должен быть уничтожен? — спросила она. Кайло вздохнул. — И джедаи? И я? — Ты не джедай, — процедил он. — Но я хотела им стать. Значит, мой выбор внесёт меня в твой чёрный список? Он промолчал. Потому что я права. Рей задумалась. На душе стало мерзковато от осознания того, что для него всё осталось по-прежнему. — Каково это осознавать, что тебя пытаются сдерживать, не давая развивать способности? — Отвратительно, — признался Кайло с ноткой настороженности. — Тогда почему ты поступаешь со мной так же, как поступал с тобой Люк? — её голос дрогнул. Не нужно было объяснять, что она имела в виду. — Я говорил, что не собираюсь взращивать джедая для Сопротивления. И пока ты рьяно стремишься вернуться к ним, моё мнение не изменится, — с каждым словом тон Кайло становился всё твёрже. — К тому же, я дал достаточно, чтобы ты могла защитить себя. Более, чем достаточно, — добавил он. — Есть ещё кое-что, чему ты мог бы меня научить. Что помогло бы нам обоим. — Удиви меня, — хмыкнул Рен. — Ты умеешь скрываться в Силе. И можешь пресекать нашу связь, — сердце Рей забилось быстрее, словно она признавалась в чём-то сокровенном. — Я тоже хочу… — Нет, — отрезал Кайло. Рей открыла рот, ждала, что он продолжит, но тот молчал. — Нет? Почему нет? — возмутилась она. — На обучение сокрытию уйдут годы, которых у нас нет. А что до связи, — он тихо усмехнулся и Рей это не понравилось. — Я прекрасно справляюсь и сам. Не утруждайся. Издевается. — Бедный-бедный Кайло Рен. Безропотно несёт бремя нашей «проблемы» на своих широких плечищах, — едко усмехнулась Рей. — Ты и правда рыцарь. Такое самопожертвование… о котором никто тебя не просил! Он молчал. Рей бесило, что она не видела его лица. Возможно, ей и не понадобилось бы продолжать задавать вопросы, если бы видела. Но на то и был его расчёт. — Контролировать связь тяжело, — признался Рен непробиваемо спокойным тоном. — Но только так я уверен, что я в любой момент найду тебя. Рей замерла. Шум воды в трубах будто бы нарастал, становясь оглушительным. Он не дал ни единой подсказки, как нужно было трактовать это признание, поэтому Рей выбрала самый вероятный вариант. Жизнь научила её тому, что худшие предположения оказывались ближе всего к правде. — Это несправедливо, — с трудом выдавила она. — Но кому я это говорю? Неравенство сил, очевидно, — именно то, что тебе нравится больше всего. — Не стану отрицать, — подтвердил он, наверняка ухмыляясь. — Я привык к неравенству и намерен сохранить этот дисбаланс между нами. Рей сжала кулаки, справляясь со шквалом эмоций. Не было смысла бушевать и бросаться обвинениями. Её беспомощный гнев лишь порадовал бы Кайло, а она и без этого дала ему множество поводов для злорадства. — Что случится, если ты перестанешь сдерживать связь? Мы будем постоянно видеть друг друга? — эта перспектива пугала, но была и другая, ещё хуже. — И если Сноук прикажет тебе выследить и убить меня, то дело займёт считанные секунды? — Не знаю, — процедил Рен, теряя напускное спокойствие. — Хочешь проверить? — Мечтаю, — бросила Рей с досадой. — Тогда я сама найду способ избавиться от этого проклятия. И от тебя. — Удачи, — едко усмехнулся он. — А ты не пробовала думать об этом не как о «проклятии»? — Только не говори, что поменял своё мнение на этот счёт. Разве это не худшее, что могло случиться с наследником новой Империи — быть связанным с мусорщицей, которая никогда не займёт его сторону? Что ты на самом деле задумал? — Я уже сказал тебе. — Ты «видел наш союз», — задумчиво проговорила Рей. — Что вообще значит эта чепуха? — Объяснение займёт не один час. Но если коротко, наши обоюдные попытки залезть друг другу в головы — это далеко не просто чтение мыслей здесь и сейчас. Можно видеть обрывки прошлого или будущее. В одном из вариантов этого будущего мы с тобой можем оказаться по одну сторону… — По одну… Вопрос в том, чья сторона это будет — моя или твоя? — задумчиво проговорила Рей. Он смолчал. — Не представляю условий, при которых я захотела бы улететь отсюда с тобой. Но она отчасти солгала. Если бы Рен раскаялся в совершённом зле. Если бы предложил уничтожить Сноука вместе, она, возможно, задумалась бы над таким отчаянным шагом. Вот только она не поверила бы ни единой его клятве. А он ничего и не собирался ей обещать. — До сих пор ненавидишь меня, — с пониманием протянул Кайло, будто наконец-то подтвердил свою догадку. Она чуть не рассмеялась. У неё был примерно миллион причин ненавидеть его. И примерно одна с половиной причина восхищаться им. Но она до сих пор не выбрала для себя самую значимую причину из миллиона и одной с половиной. — Иногда, очень-очень редко, ты даже нравишься мне, — она начала говорить с усмешкой, но потом к горлу подкатил ком, и голос дрогнул. Признаваться в симпатии было сложнее, чем казалось. — Нравятся некоторые твои поступки, а не твоя личность, разумеется, — поспешно добавила она. — Разумеется, — процедил Кайло, словно ответ разочаровал его. Повисло молчание. Рей ждала, когда он сдастся и скажет что-то едкое или обидное, чтобы отомстить ей за эти слова. Она привыкла к его способу защищать свои чувства. Но Рен принял всё как есть и просто молчал, то ли обдумывая сказанное, то ли ожидая чего-то. И она даже испытала благодарность за то, что он не стал доказывать обратное. — Вопрос. — Да? — Это правда, что ты не умеешь исцелять других? — Никогда этого не делал, — признал Рен. — Меня больше занимали вещи, противоположные исцелению. Рей нервно сглотнула. Объяснения здесь были излишни. — Я не понимаю, как всё это работает. — Я понимал, — спокойно ответил Кайло. — До того, как нашёл тебя, — он задумался на мгновение. — Люк был таким же. Он не подозревал о своём потенциале, пока за его обучение не взялся его наставник. Но и он, сын Дарта Вейдера, постигал пути Силы шаг за шагом. Думаю, дело в намерениях, которые открыли тебе свойства Светлой стороны. — По-твоему, я настолько не желала твоей смерти, что Светлая сторона решила смухлевать и пропустить этап с обучением? Как я могла? Я ведь едва тебя знала. — Нет, Рей, — его смягчившийся голос показался ей грустным. — Ты верила тогда и веришь до сих пор, что даже такой монстр, как я, достоин второго шанса. Или хотя бы жалости, — она собралась возразить, но он продолжил. — А если мои поступки можно искупить, то и поступок твоих родителей — тоже, — слова ранили её. — Брось эту губительную привычку искать оправдание всем, кто делает тебе больно. Ты считаешь это проявлением доброты, а я вижу слабость, за которую в итоге тебя втопчут в грязь. — Осторожней, Кайло, — прошептала Рей. — Ты не знаешь моих родителей. — Уверена? Она кожей почувствовала его улыбку и содрогнулась. Откуда он мог их знать, если она сама не помнила их лиц? Может он пытал их и убил во время зачистки какой-нибудь планеты? Может быть они работали на Сопротивление или Республику? Может быть… может быть они в плену, поэтому не прилетели за ней? На глаза навернулись слёзы, и Рей как никогда порадовалась кромешной темноте вокруг. Она разрывалась между желанием спросить его и желанием убраться как можно дальше. Страх взял верх, и Рей заёрзала, пытаясь подняться. Пальцы Кайло впились в её лодыжку. — Убери руку. — Я был старше, чем ты, когда мать с отцом сбагрили меня, и не смог придумать себе новые, удобные воспоминания. Я бы с радостью избавился от того разъедающего чувства обиды. Но, увы. — Замолчи. Пожалуйста. Рей с болью вспомнила тот день, когда она смотрела на тающий инверсионный след в ослепительно безоблачном небе Джакку, с криком умоляя родителей вернуться. Это была единственная известная ей правда. Она не могла всё выдумать! Иначе в чём был смысл её жизни на протяжении одиноких пятнадцати лет? Ладонь Кайло заскользила вверх по ноге к согнутому колену. Не разрывая контакта, он переместился ближе к ней и коснулся её щеки. Рей попыталась отвернуться, но он не позволил. — Ты знаешь, что я прав. Перевари эту несправедливость и расстанься с прошлым, — прошептал он с жалостью в голосе. — Рей. Больно было совсем чуть-чуть. Она не сопротивлялась, и Рен без труда вызвал то самое воспоминание из её детства. Ноги утопали в раскалённом песке, полуденное солнце жгло кожу. Рей стояла между двумя высокими, очень высокими, в сравнении с ней людьми, одетыми в пыльные истрёпанные вещи. Она смотрела то на мужчину в старой куртке с затёртым шевроном, то на женщину со спутанными от ветра выгоревшими волосами, но они не смотрели на неё, а она была слишком растеряна и напугана, чтобы спросить, что происходит. — Ваш товар не стоит двух тысяч, — донёсся низкий голос. Рей выглянула из-за ноги женщины и увидела скупщика из Ниима, похожего на жирного слизня. — Тысяча кредитов — максимум, который я могу предложить, — он смерил её тяжёлым взглядом, и она спряталась за матерью. — Берите, что даю, или проваливайте. Рей не понимала, о чём шла речь, и это тревожило. — Все эти годы ты наживался на нас, Ункар, и даже теперь надумал торговаться? — Последи за языком, сброд. — Нам нужны эти деньги, — вмешалась женщина, выступив вперёд, и маленькие худые ноги Рей чуть не подкосились без опоры. — Пожалуйста. — Я дам за неё полторы, — нехотя согласился слизняк. — Надеюсь, она отработает все расходы хотя бы за ближайшие пять лет. Только сомневаюсь, что эта мелочь долго протянет. Кладбище кораблей то ещё местечко. Платт снова посмотрел на Рей. Она вся сжалась и снова потянулась к матери, ища защиты. Скупщик тем временем снял с пояса тряпичный мешочек, пересчитал пластиковые чипы и, забрав себе малую часть, передал остальное мужчине. Сразу после этого Платт шагнул к ней и вцепился в её руку. — Мама! Мама! — детский голос прорезался, когда Рей поняла, что должно произойти. Отец крепко сжимал деньги в кулаке, и лишь раз бросил на неё взгляд, полный сожаления. — Сделайте что-то, чтоб она не визжала, — с отвращением проревел Платт. — Успокойте её или верните мне мои деньги! Мать опустилась на одно колено перед Рей. По её загорелым щекам катились слёзы. — Не плачь, малышка, — она коснулась её лица шершавыми пальцами. — Мы вернёмся за тобой, как только сможем. Просто немного подожди. Хорошо? Ты будешь ждать? Рей поджала губы, силясь сдержать подступающие рыдания, и закивала. Родители стали уходить, сначала медленно, словно в любой момент готовы были передумать, а потом ускорили шаг и исчезли за барханом. Прошла минута или целый час, расстроенному ребёнку трудно было уследить за временем. С посадочной площадки Ниима взлетел маленький корабль, разрезав чистое небо инверсионным следом, и выдержка маленькой мусорщицы надломилась. — Вернитесь! Вернитесь! — срывая горло, кричала она удаляющемуся кораблю. — Вернитесь! Но рука, до боли сжимающая тоненькую руку, не давала ей сдвинуться с места. — Тише, тише, — мягкий голос заставил Рей обернуться, крик умер у неё в груди. Она снова была взрослой. И держал её не Ункар Платт. — Ты была слишком мала, чтобы понять, — Кайло покачал головой и отпустил её руку. — Мне жаль. Возможно, это были самые добрые слова из всего, что он когда-либо ей говорил. Но жалость и понимание в его глазах не утешали. Наоборот. Рей казалось, что с неё содрали кожу, обнажив нервы, и полили всё это кипятком. Если бы горькая правда в действительности была лучше сладкой лжи, то она не попыталась бы всё забыть. Всё и всех. Чувствуя себя опустошённой, Рей поборола желание броситься в объятия Рена, и села на песок, притянув колени к груди. Она спрятала лицо и попыталась успокоиться. — Бен, — незнакомый женский голос заставил Рей посмотреть вверх. — Бен, милый, я не сержусь. Просто побудь здесь, пока мы с твоим отцом поговорим. Она проследила за взглядом незнакомки в безупречном бежевом платье и увидела мальчика, стоявшего рядом с россыпью стеклянных осколков, которые, очевидно, совсем недавно были каким-то предметом интерьера. На вид ему было лет восемь или девять, но тяжёлый взгляд исподлобья делал его взрослее. Он кивнул матери и сел на пол, скрестив ноги. Окинув взглядом окружение, Рей осознала, где она очутилась. Идеальное платье, идеальная комната, чистая и светлая. Это был дом принцессы-сенатора-генерала Леи Органа. А на полу в окружении битого стекла, понурив голову, сидел её неидеальный сын. — Что всё это значит? — спросила Рей у мальчика, постепенно отвлекаясь от собственного потрясения. — Ты же хотела узнать меня получше, — ответил Кайло Рен и подал ей руку. Она поднялась на ноги. — Это последний раз, когда я видел родителей вместе, — сказал он, бесстрастно глядя на поникшего мальчишку с такими же тёмными непослушными волосами, как у него. Рей промолчала. В ушах до сих пор звенела отчаянная детская мольба, и её пока мало волновал избалованный «принц», которому должно было влететь за разбитый стеклянный стол. — Брось, Лея, парню просто скучно здесь, — из-за закрытой двери послышался мужской голос. — Он привык к свободе, грязи и ссадинам. На что ты рассчитывала, перевозя его с Чандриллы в эту клятую стерильную лабораторию? — Дело не в этом, Хан, — раздражённо возразила Лея. Она понизила голос. — Бену трудно контролировать эмоции. Что-то неладное происходит с ним в последнее время. И ты заметил бы это, если бы чаще оставался со мной и сыном, — в спокойном тоне сквозил укор. — Я волнуюсь. — Не раздувай проблему из ничего, — отмахнулся Хан. — Ты носишься с Беном, как с больным, пылинки сдуваешь вместо того, чтоб наказать за шалости. Я в его возрасте воровал объедки, чтобы протянуть ещё один день в трущобах, и, как видишь, с эмоциями у меня полный порядок. — Хан! Я не договорила. Дверь с шипением открылась, мальчик вздрогнул и посмотрел на отца. — В честь чего это ты разгромил гостиную, сынок? Раньше я не замечал за тобой такой неуклюжести. — Я разозлился, — просто ответил мальчишка. Его голос был детским, но Рей уже слышала характерные нотки знакомого ей мужчины. — Что ж. Теперь я тоже разозлился, — Хан шагнул вперёд и протянул руку. — Верни кости. Трофеи для пилотов, которые контролируют себя, а не крушат, что под руку попадёт. Бен повёл плечом и опустил взгляд. Эта фраза отца много значила для него и, по-видимому, сильно его огорчила. — И это твоё воспитание? Я отправила сообщение Люку. Сегодня вечером он будет здесь, и мы решим, что делать дальше, — теперь Лея злилась на Хана, судя по тому, как нервно она сцепляла и расцепляла пальцы. — Кубики, будь добр, — Хан проигнорировал жену, гневно глядя на сына сверху вниз. Бен нехотя поднялся и, достав из кармана золотую цепочку, положил безделушку на ладонь отца. — Верну, когда твоё поведение исправится, — строго добавил он, но Рей видела, что черты лица смягчились. — Дай угадаю, — вполголоса сказала она, чуть повернув голову. — Поведение стало только хуже? Кайло, стоявший рядом с ней, с безразличным выражением лица наблюдал за происходящим. — Когда мы с Люком улетели, он несколько раз навещал меня в храме. Потом всё свелось к сообщениям, поступавшим всё реже, — она заметила, как он сжимал кулак, словно останавливал себя от попытки прикоснуться. То ли к ней, то ли к кому-то из родителей. — Хватит на сегодня. — Это должно разжалобить меня? — спросила Рей в темноту чулана и вытерла слёзы рукавом куртки. — После того, что я узнала о своих родителях? — А мы соревнуемся, чьё детство было паршивей? — дыхание Кайло в последний раз согрело её лицо, а затем он вернулся на своё прежнее место у противоположной стены. — Я начал слышать голос, когда мне исполнилось семь. Холодный и пугающий шёпот. Он говорил со мной, не давая спать по ночам. Он убеждал, что родителям не было до меня дела, что они лгут мне и ограничивают возможности, которые могут принести мне величие. Когда это доводило меня до отчаяния, единственным способом заставить его заткнуться было дать волю эмоциям. Я использовал Силу, и она на какое-то время освобождала меня от чужого назойливого присутствия. — Теперь-то ты понял, на что рассчитывал «голос»? Он пытался изолировать тебя, отколоть от семьи и сожрать заживо вместе с твоей Силой, — Рей осеклась. — Родители любили тебя, а ты... — Да, любили, — удивительно легко согласился Кайло. — Тебя родители тоже любили, — резанул он по живому. — Пора бы тебе узнать кое-что о любви, маленькая мусорщица. Она не останавливает время, не меняет суть людей. Она лишь усложняет принятие решений. Думаешь, Хану и Лее было легко сослать меня на край галактики только потому, что моё поведение начало их пугать? Но они сделали это всё равно. Или, может быть, мне было легко… — он замолчал на миг и вздохнул. — Ты была права тогда, сказав, что убийство отца разорвало мою душу на части. Но я сделал это всё равно. Вот это и есть любовь. И она ничего не стоит в итоге. Зачем ты убил его?! Он не ответил на этот вопрос в прошлом, когда Рей больше всего на свете хотела утвердить свою ненависть к нему. Теперь она боялась задать его снова по той же причине. — Скажи, что это Сноук приказал тебе убить Хана, — процедила она. — Скажи, что на кону была твоя жизнь или что-то более значимое. — Хочешь снова с головы до ног обмазаться сладкими иллюзиями — выбери причину, которая нравится тебе больше, — ответил он. — В этом мире есть хоть что-то хорошее? Хоть кто-то? — ей было жизненно важно знать. — Я не искал. Рей душили слёзы. Она поняла, что не сможет больше выдавить ни слова. Резко поднявшись, она начала шарить по стенам в поисках кнопки. Но в темноте всё будто бы исчезло, и она оказалась запертой в ловушке. Наконец железная дверь отъехала и Рей, вырвавшись в просторный коридор, шумно вздохнула. Помимо воли обернувшись, она увидела Рена. Он сидел, согнув одно колено и глядя вперёд, туда, где только что была она, но вместо пустоты видел что-то совсем другое.