Silent Stars

Связь между ними была настолько грубой и сильной, что это напомнило ей о прикосновении к оголённому проводу на обломках звездолета. Она закрыла глаза, открыла их и увидела Кайло Рена, прямо там — напротив скамьи, где она сидела. Казалось, будто она могла протянуть руку и коснуться его руки, его лица, его волос. ~ Последний джедай

✶✶✶

Рей брела по длинному серому коридору, слабо отдавая себе отчёт, куда именно направляется. Ей просто нужно было спрятаться и выплакаться от души, пока сдерживаемые чувства буквально не разорвали сердце на части. Её предали. Её продали едва ли не дешевле, чем Ункар Платт оценил дроида BB-8. Продали… Перед глазами ясно предстала ржавая стена с тысячами насечек — тысячами пустых надежд, тысячами упущенных возможностей улететь с Джакку и начать жить по-настоящему: путешествовать, дружить, любить, а не истязать себя работой ради издевательских подачек Платта, на которые, к тому же, не всегда можно было рассчитывать. Ожидание воссоединения с семьёй, оказывается, не стоило того, чтоб из ночи в ночь ложиться спать голодной. И всё же что-то внутри противилось принятию очевидного. Мысли заполонили десятки всяческих «возможно» и «что если», из пепла возрождая неубиваемую надежду. Теперь Рей была взрослой, почти как её родители в воспоминании, и она на собственном горьком опыте убедилась, что бывают обстоятельства непреодолимой силы, мешающие близким найти друг друга. У неё тоже могла бы быть дочь. Или любимый человек. Или друзья. Или кто угодно другой, кому на неё не наплевать. Они тоже могли бы ждать её весь этот год, не зная, что заставило её исчезнуть, и что её держит вдали от них. Или... В конце концов, родители действительно могли продать её, избавиться от обузы и уйти жить в другое место. Рей целенаправленно зашагала в жилое крыло бункера и без лишних раздумий вошла в бывший медотсек. Финн сидел на краю своей койки и возился с застёжкой на ремне протеза в попытке его снять. Он поднял взгляд, и приятное удивление на его лице сменилось беспокойством. — Рей? — Финн нахмурился, пристально разглядывая её. — Что-то случилось? Этот... Рен что-то тебе сделал? — напрягся он. Можно сказать и так. Кайло знал давным-давно, но молчал, выжидая чего-то. Ведь речь всего-навсего о её семье. Куда спешить? — Нет, — Рей покачала головой. — Я могу присесть? — Конечно, — ответил Финн, настороженно изучая её лицо. — Ты бледная. Она села рядом и, положив руки на колени, сцепила пальцы. Понадобилась минута, чтобы набраться храбрости и заговорить настолько ровно, насколько это возможно. — Сегодня я вспомнила кое-что из своего детства. Кое-что неприятное, — во рту пересохло, когда она произнесла эти слова. — Расскажи, — Финн накрыл её ледяные руки своей тёплой ладонью. — Сегодня я вспомнила, что люди, которых я пятнадцать лет ждала на Джакку, продали меня Ункару Платту. Я сама придумала историю, почему они оставили меня, и сама поверила в неё, — голос надломился. — Получается, что я зря ждала их. — Рей… Это ужасно… Ты уверена? Более чем. Не Кайло же вживил ей фальшивую память? — Знаешь, на секунду я засомневалась, что они были моими настоящими родителями, — она вздохнула и подавила желание заплакать. — Это была очень заманчивая идея: отречься от незнакомцев. Ведь это гораздо легче, чем смириться с тем, что тебя бросили. Но это была бы ещё одна успокоительная ложь, оправдывающая плохие поступки плохих людей, — она повернула голову и посмотрела ему в глаза. — Меня пытаются убедить, что «хорошо и плохо» — тоже ложь. Ты тоже так считаешь? — Думаю, что не мне об этом судить, — вздохнул Финн, бросив взгляд на пострадавшую ногу. — Совсем недавно в глубине души я мнил себя недооценённым героем, но глазом не успел моргнуть, как ублюдочному Рену пришлось защищать тебя от смертельных выстрелов моего бластера. Кто был хорошим, а кто плохим той ночью? Главное не забывать, что причины поступков — это не то же самое, что их оправдание. Рей поджала губы и кивнула. — Я манипулировала твоим сознанием, — призналась она, испытав стыдное облегчение. — Несколько раз это получалось случайно. Несколько раз я делала это намеренно, потому что это был лёгкий способ добиться желаемого. Например, как тогда, когда я заставила тебя ждать в тоннеле, потому что не доверяла твоему намерению следовать плану. — Это признание взбесило бы меня, но я стрелял в тебя, так что воздержусь от обвинений, — Финн слабо улыбнулся и крепче сжал её руку. — Только не делай так больше. Без ноги ещё можно прожить, но я не хочу стать овощем из-за ваших фокусов с Силой. — Спасибо, — с комом в горле ответила Рей. Ей необходимо было сказать это вслух, даже если он сам обо всём догадывался. — Хочу попросить тебя о чём-то. — Конечно. — Ты можешь вспомнить для меня день высадки на Джакку? — она с надеждой посмотрела Финну в глаза. Пожалуйста. — Я рассказывал тебе… — он неуверенно повёл плечом. — Мне важно увидеть всё своими глазами, — мягко настояла Рей. — Поэтому я прошу тебя вспомнить, открыться для меня, и тогда моё присутствие не причинит тебе боли. Ты не станешь овощем, обещаю, — она поднесла руку к его лицу. — Это в последний раз. Можно? Финн тяжко вздохнул и прикрыл глаза, соглашаясь. Чужое воспоминание перенесло Рей в Овраг Кельвина на Джакку — край географии родного мёртвого мира. Она пару раз проносилась мимо на стареньком спидере и видела только крайний ряд примитивных шатров и верхушку влагосборника, возвышающегося над деревней. Это было странное место, населённое странными жителями, которые редко бывали в Нииме и мало с кем общались. Мусорщики неохотно обменивались товаром с отшельниками и в основном сторонились их, считая служителями какого-то зловещего культа. Финн же видел поселение изнутри, и оно было охвачено паникой. Ветер и тяга двигателей десантных кораблей подняли в воздух пыль и искры от стремительно разгоравшихся пожаров. Рей инстинктивно отшатнулась от внезапного выстрела. Она стояла рядом с обезличенными солдатами Первого Порядка, прикрывавшими подлёт командного шаттла, почти невидимого в пыльных вихрях. Лачуги горели, а ветер разносил крики людей на мили вокруг. Рей буквально осязала страх, сковавший Финна по рукам и ногам. Он готовился к этому дню большую часть жизни, проводя бесчисленные часы на тренировках и в симуляторах. Его пичкали химией, прививая послушание. Но страх оказался сильнее химии и тренировок. Он не хотел умирать и почти настолько же сильно не хотел убивать. Настроение изменилось в тот самый миг, когда по трапу шаттла сошёл Кайло Рен. Отчаяние Финна переросло в животный ужас. Рядовой штурмовик уже тогда знал, что представлял из себя этот человек в непроницаемой маске и на что он был способен в расцвете своего могущества и власти. Рей с трудом отвела взгляд от Кайло и сконцентрировалась на том, ради чего затеяла это путешествие в прошлое: она тревожно всматривалась в лица загнанных и испуганных поселенцев, ища среди них своих родителей. Она узнала бы их, даже сильно постаревших от вечных ветров и палящего солнца. Их здесь не было. Кажется, не было. Но то, что должно было принести облегчение, тяжестью сдавило грудь. Где же они? Рей обратила внимание на Кайло как раз в тот момент, когда он занёс над головой красный клинок и обрушил удар на безоружного старика, оборвав его жизнь. Она даже вскрикнуть не успела. Вот, значит, как он это делал... Синий всполох отвлёк её. По Дэмерон выстрелил в Рена из засады, но бластерный заряд завис на полпути к цели — он трещал и стремился сорваться с места, но что-то удерживало его в воздухе. Рей узнала пилота Сопротивления по куртке, которую теперь носил Финн, и если бы она не знала, что позже Дэмерон будет вести атаку на Старкиллер, то решила бы, что в этот миг его смерть стала делом ближайших минут. — Поселенцы, сэр, — Рей удивилась, услышав женский голос. — Убить всех, — приказал Кайло без малейших раздумий. Штурмовики подняли бластерные винтовки и по команде женщины-офицера открыли огонь. Люди падали и падали, пока на площадке вокруг влагосборника не остались лишь трупы. Казнь заняла несколько секунд. Штурмовики с огнемётами завершали дело, методично уничтожая следы преступления. Действия были отработанными, словно они участвовали в подобных операциях уже сотню раз. — Монстр, — прошептала Рей, дрожащими губами. Рен словно услышал это и повернул голову в её сторону. Она снова ощутила холодную волну ужаса, захлестнувшую Финна. Он понял, что обречён. Рей вернулась в бункер и медленно открыла глаза. Финн сидел зажмурившись, а на его щеке блестела дорожка от слезы. — Я сделала тебе больно? — спросила Рей, с опаской сжав его плечо. — Нет. Просто предпочёл бы не вспоминать это снова. — Прости, — она вздохнула, еле сдерживаясь, чтобы и самой не заплакать. Что бы она почувствовала, узнав родителей в толпе пленных и поняв, что Кайло хладнокровно их казнил? Одна её часть умерла бы от горя, но другая… Что-то тёмное внутри шептало, что это освободило бы её — наконец-то — и принесло облегчение — душевный покой, которого она никогда не знала. Ведь родители продали её Платту и ушли, не заботясь о том, что будет дальше: будет ли она голодать или страдать от жажды, будет ли ей страшно засыпать в одиночестве ночью посреди пустыни и ждать, ждать, ждать. Рей ужаснула мысль о такой однобокой справедливости. «Отпустить прошлое» — это не пустые слова. Она должна была его отпустить, не ища оправданий или мести — только так можно остаться собой, не превратившись в чудовище подобное им. — Пора учиться смотреть правде в глаза, — задумчиво сказала она, озвучив печальный вывод. — Я пытаюсь, — отозвался Финн, не поняв, что она говорила это себе. — Я тоже пытаюсь, — вздохнула Рей и встала. — Спасибо за то, что показал мне. — Ну… Это тебе как-то помогло? Наоборот. Рей кивнула и слабо улыбнулась, из последних сил изображая спокойствие. Она неуклюже похлопала Финна по плечу и вышла из комнаты, едва не сорвавшись на бег.

***

Когда душевая кабина наполнилась густым паром, Рей дала волю чувствам. Она плакала и плакала, пока колоссальное давление в груди не ослабело. Наконец-то стало легче дышать. Захотелось спать. Надев тёмно-серые штаны и толстовку с эмблемой «Инком», Рей на ватных ногах отправилась в свою комнату, чтобы спрятаться под одеяло с головой и забыть обо всём хоть на несколько ближайших часов. Но чудесный эффект затишья после истерики потерялся где-то на полдороги до постели. Пролежав около часа, пялясь в высокий бетонный потолок, она решила испытать последнее средство, способное разложить мысли и чувства по нотам. Медитация должна была в этом помочь. Теоретически. Обычно Рей удавалось лишь мельком коснуться Силы, увидеть неясные образы, ощутить присутствие жизненных форм вокруг себя — на земле и под ней. Это были интересные, но бесполезные опыты, которые больше изматывали, чем озаряли. Возможно, она что-то делала неправильно, возможно — что более вероятно — она боялась ступить на неизведанную территорию без надёжного проводника. Рей уселась на постели, скрестив ноги, и положила световой меч перед собой. Дыши. Просто дыши. Сознание и Сила конфликтовали между собой. Кто-то будто поднимал и опускал рубильник, включая и выключая тусклый свет, манящий обещанием покоя. Бесполезно. Даже хуже первой попытки, когда Рен заставил её медитировать в заснеженном лесу. Бесполезно... Рей просто не могла выбросить увиденное из головы, как ни старалась. Её продали. В довесок ей напомнили о том, что монстры существуют на самом деле и их вряд ли можно исправить хоть словами, хоть добротой. Хладнокровное «убить всех» снова и снова заставляло сердце болезненно сжиматься. Лучше бы она никогда этого не слышала. Стоило лишь подумать о Кайло, как Рей увидела его наяву. Он сидел, понурив голову, точно как мальчишка в окружении осколков стекла — видимо тоже пытался вернуть себе подобие равновесия после обмена детскими воспоминаниями. Ощутив её присутствие, он поднял взгляд и недовольно поджал губы. Ну вот, домедитировалась. Её уже тошнило от хождения по этому порочному кругу. Сейчас он снова взбесится и обвинит её во всех грехах, несмотря на то, что сам решил единолично контролировать их связь. Рен только и умел, что злиться. Это была его естественная реакция на... да на всё. Но Рей было не до этого опостылевшего эмоционального дерьма. Она просто уставилась в тёмный угол поверх его плеча, в ожидании когда контакт между ними оборвётся. Прошла минута или пять, а узы Силы и не думали разлучать их. Как и ожидалось, Кайло сдался первым. Он фыркнул и быстро поднялся на ноги. Его фигура, к счастью, тут же растворилась в пустоте. Рей с облегчением вздохнула и закрыла глаза в попытке наладить концентрацию. Меч лежал перед ней, но никак не помогал побороть диссонанс между ней и Силой. Да и о какой концентрации могла идти речь, когда она знала, что должно было произойти в ближайшие минуты — очередной заход по порочному кругу. И не ошиблась. Глухие тяжёлые шаги приблизились к двери, и створки с шипением разъехались. Рей сидела спиной ко входу, но даже не шевельнулась, чтоб проявить хоть каплю заинтересованности гостем. Лишь заёрзала, устраиваясь поудобней. Если бы удалось взять себя в руки — её разум вскоре покинул бы это место, и плевать, что Рен будет говорить или делать — пусть хоть подожжёт всё вокруг. — Расправь плечи, — неожиданно спокойно сказал он. Рей скривилась, мысленно посылая его куда подальше. — Теперь ясно, почему у тебя плохо получается, — добавил он с насмешкой, какой-то неискренней в этот раз. Рей сильнее зажмурила глаза. О медитации можно было забыть, тем не менее, она продолжала делать вид, что пыталась, надеясь избавиться от Рена поскорее. Снова шаги. Матрас из плотной пены чуть просел, когда Кайло встал на колени позади неё. Рей вздрогнула от внезапного прикосновения. Костяшки кулака надавили на позвоночник между лопатками. — Здесь, — раздалось над головой. — Распрямись, и станет легче дышать. Нужно быть полным идиотом, чтобы не понимать, когда тебя игнорируют. Но Кайло, конечно же, не был идиотом. Он был гораздо хуже. «Убить всех». Рей боялась, что снова сломается. Только теперь не в тесной кабинке душевой, а перед тем, кто чуял её слабость и всегда появлялся рядом, когда было хуже всего. Как же охренительно ей повезло нарваться на такого заботливого психа. — Я не звала тебя сюда, — её голос осип после всех пролитых слёз. — И не хотела тебя видеть в ближайшую тысячу лет. — Знаю, что не хотела, — согласился Рен. — Я хотел, — он сел сзади, почти повторяя её позу и придвинул Рей всего на дюйм ближе, так, что она спиной чувствовала, как вздымается его грудь. Сделай же что-то, пока это тепло не превратило тебя в безвольную тряпку! Ей нужно было злиться на него. Она хотела. Она пыталась. — Если собирался что-то сказать, говори и уходи, — процедила Рей. — Твоя «жалость» только хуже делает. — Настройся на энергию кайбера. Думай о нём, как о маяке, свет которого постоянен и стабилен, — спокойно продолжил Кайло. — И перестань уже сжиматься! — раздражённо рявкнул он. — Никто не собирается тебя бить или втыкать в тебя иголки. От злости Рей задышала поверхностно и часто. — Ты оглох? Я сказала, что хочу побыть одна! — А я говорю, что мне плевать, — прошептал ей в ухо, убрав в сторону влажные после душа волосы. — Выбрала самую большую комнату, а спишь на полу как какая-то оборванка. Почему это? — Не твоё дело, — огрызнулась Рей и дёрнулась, намереваясь освободиться. Кайло удержал её за плечи и слегка отвёл их назад, будто действительно думал, что она сможет медитировать рядом с ним. — От тебя выпивкой несёт. — У меня была заначка, — довольно хмыкнул Кайло. — Разве ты не видела, когда рылась в моих вещах? — Рей напряглась и выпрямилась. — Так-то лучше, — похвалил он, чуть сжав плечи. — Нашла, что искала, м? — Нет. Только игральные кости твоего отца. Но ты и сам об этом знаешь, — добавила она, хмурясь. Рен кивнул. — А что ты, собственно, искала? — мягко поинтересовался он. — Датапад с планом завоевания галактики? Собранный на скорую руку световой меч? Или хотела украсть что-нибудь из моей одежды, чтобы хранить под подушкой? — Датапад с планом, конечно, — с досадой вздохнула Рей, ощущая, как позади размеренно бьётся его сердце. — Я почти закончила с Хэдхантером, — вдруг сказала она, резко меняя тему. — Понадобится ещё неделя или около того. Кайло не двигался. Молчал. Рей отклонилась и повернула голову, чтобы увидеть его лицо, и он покосился на неё в ответ. — И? — сухо спросил он. — Я должен организовать прощальную вечеринку или что? — Ты можешь сказать мне, кому передать данные о твоём местонахождении, когда мы с Финном будем в безопасности. Рен поднял бровь. — Это самое тупое, что я слышал в своей жизни, мусорщица, — протянул он, качая головой. — Серьёзно. Даже в сравнении с болтовнёй Предателя — это полный бред. — Тем лучше. Выбирайся, как хочешь. Обойдусь без лишних хлопот, — Рей отвернулась. Её совесть отныне была чиста перед ним. И больше никто никому не должен. Это хорошо, наверное, — расстаться, поставив именно такую точку при общем печальном раскладе. — На твоём месте я бы не строил грандиозных планов насчёт Сопротивления, — спокойно продолжил Кайло. — Благодаря твоей охренительной идее вернуться за мной на Старкиллере, мы пропустили целый год грандиозных всегалактических событий. Уничтожение Хосниан должно было многое изменить в мироустройстве, которое существовало на тот момент. Наверняка, сотни систем без боя перешли под контроль Сноука. Сопротивление, если его до сих пор не раздавили, тоже перегруппировалось. Думаешь, командование поблагодарит тебя за очередной жест милосердия? Отбросив лишнюю скромность, хочу напомнить, что я стал бы о-о-очень ценным заложником в руках твоих друзей-террористов. — Они бы не узнали. Помощь военному преступнику — не то, о чём хочется кричать на каждом шагу, — фыркнула Рей и выпрямила спину, чтобы отстраниться от него хоть на дюйм. — Молодец, мусорщица. Раскрываемый в два счёта обман — это отличное начало карьеры, — тихо рассмеялся Кайло. — Может быть, у тебя для меня есть что-то поинтересней очередной спасательной операции? Вторую я ведь могу и не пережить, — с насмешкой добавил он и мягко прижал большую ладонь к её животу. Рей вздрогнула и судорожно перехватила его руку. — Больше никаких «дружеских» одолжений напоследок? Какая жалость. Она готова была предать ради него Сопротивление, подвергнув опасности будущее тысяч миров, чтобы потом до конца жизни разгребать последствия этого решения. Но... закончить изнурительную игру, завязавшуюся между ними чуть ли ни с первого взгляда, и невидимой нитью тянущуюся сквозь каждое их взаимодействие... Для этого Рей катастрофически не хватало смелости. А Кайло снова натягивал эту проклятую нить, испытывал на прочность, зная, что будет остановлен на безопасном расстоянии — таково единственное правило. И ведь всегда останавливался. Может быть, тебе тоже не хватает смелости? Как она и сказала, сентиментальные чувства здесь никому не нужны, а риск обзавестись ими вот он — прямо в этой неуклюжей попытке полусумасшедшего убийцы отвлечь её от травмирующих воспоминаний, которые он сам же ей и вернул. Рей устало закрыла глаза и медленно притянула руку Кайло к груди, одновременно подаваясь назад. Она позвоночником ощутила, как быстро и гулко застучало его сердце. — Да, неужели? — наконец спросил он, пряча замешательство за насмешливым тоном. Рей разжала пальцы, оставляя ему право выбирать, что делать дальше, и он замер в нерешительности. — Кто ты и что ты сделала с неприступной-сукой-Рей? Ублюдок. Каждая секунда прибавляла ей какой-то безумной решительности сломать единственное правило. Или просто добавляла безумия. Рей заскользила ладонью по его бедру к согнутому колену и скомкала грубую ткань штанины. Если напряжение между ними всегда было блефом, и сейчас он отвергнет её — так будет лучше для всех. Но «лучше» — это не то, чего она хотела. Если презирать себя до конца жизни, так пусть причина будет действительно весомой. — Что, стало страшно? Именно сейчас? — с вызовом спросила она, плохо скрывая волнение. — Сомневаюсь, что дошёл до точки невозврата, когда готов подбирать объедки за Предателем, — ответил Рен, понизив голос, но так и не убрал руку. Тепло проходило сквозь толстовку, едва не обжигая кожу под ней. — Кажется, ты слишком много об этом думаешь, — тихо ответила Рей и откинула голову ему на плечо. — Обо мне и Финне, — уточнила она, посмотрев на него краем глаза. Кайло сжал челюсти, но тут же натянуто улыбнулся. А сердце-то стучало... — Или мне показалось? — Меня не заводят мысли о том, как ты трахаешься с этим придурком. Уверен, это крайне унылое зрелище, — он смотрел вперёд, не на неё. — Я не спала с Финном, — перебила его Рей и с удовольствием ощутила, как напряглись мышцы его груди. — Но тебе, конечно, всё равно. — Абсолютно. Это прощание. Самое время совершать глупости и оставлять их в прошлом вместе с детскими мечтами и фальшивыми воспоминаниями. В следующий раз они встретятся врагами, а все глупости и ужасы, что с ними случились, останутся здесь. Кайло не стал ждать, пока Рей передумает и быстро стянул её толстовку через голову. Кожу обдало сырым холодом, руки и шея покрылись мурашками. Горячие ладони смяли грудь сильнее, чем хотелось бы, но другого она и не ожидала после стольких заигрываний с огнём. — Если это очередная уловка… — хрипло проговорил Рен, касаясь губами её волос, вдыхая её запах. Одна рука сползла по животу под пояс штанов, в которых она обычно спала. Рей судорожно вздохнула и замерла. Поза для медитации, в которой она до сих пор находилась, не позволила свести колени. — Нет, не похоже, — довольно прошептал он, улыбаясь у неё над ухом. Жарко становилось там, где Кайло её касался, куда проникали его пальцы. Он точно знал, что делает, и Рей чуть не спросила ради шутки, не было ли и это частью обучения в Храме, но вовремя себя остановила. Он наверняка постарался бы задеть её грязными фактами из своей личной жизни, а непрошеная мысль о других женщинах сама по себе покоробила её. Он искушён, а она… Стало стыдно от того, какой быстрой и очевидной оказалась её реакция лишь на то, что он сел рядом и заговорил своим бесящим надменным тоном. — Только придержи остроумные комментарии, — попросила Рей, невольно напрягаясь. — Я сама всё о себе знаю. Кайло замер на мгновение, пока до него доходил смысл этих слов. — Не думаешь же ты, что после года целибата, я начну искать какие-то изъяны? Рей не ответила. И не поверила, что ему нечего сказать. У него был неиссякаемый арсенал оскорблений, но меньше всего ей хотелось выслушивать их в то время, как его пальцы неспеша двигались в ней, а в голове сгущался такой густой туман, что она вряд ли смогла бы парировать чем-то внятным. — Твою же мать! — вдруг прорычал Кайло и, быстро отстранившись, толкнул её на скомканную постель. Рей подняла на него озадаченный взгляд. Ужасно хотелось рукой прикрыть грудь, но она сдержалась. — Сейчас самое время начать сопротивляться. Или начать делать вид, что сопротивляешься. Потому что совесть тебе этого не простит, мусорщица. Он смотрел выжидающе, хмурясь и играя желваками. Трудно было понять, что именно это означало: очередную беспричинную злость или боязнь быть отвергнутым. В этом мы с тобой похожи. Рей приподнялась и, обняв его одной рукой за шею, поцеловала в плотно сжатые губы. Сила клокотала от его эмоций, и это было отнюдь не желание сделать ей приятно, судя по тому, как его пальцы всё сильнее впивались в кожу на бедре. Кайло сам разорвал поцелуй. Он торопливо развязал пояс на штанах и стянул их с неё. Его взгляд несколько раз прошёлся по обнажённому телу Рей, но она смотрела лишь на его лицо. Безумная решительность. Он начал быстро расстёгивать петли на сюртуке, глядя на неё сверху вниз, и замедлился, когда дошла очередь до застёжки на штанах. Ему явно не понравилась её попытка вычитать что-то в его глазах. Рен отвёл руку в сторону, резко сжал кулак, и один из двух работающих светильников на стене лопнул со вспышкой искр. Рей возмущённо вскрикнула и попыталась резко сесть, но он схватил её за затылок и приблизил к себе. — Выкинешь жалкий трюк с отвлечением внимания, — шептал он ей в губы, — и последствия тебе не понравятся. — Оставь свои жуткие секреты при себе, — нахмурилась Рей, тщетно пытаясь сдвинуть тяжёлую ткань с его плеча. — Просто хочу понять, нужно ли мне опасаться… — Ты и правда дура, если давно это не усекла, — процедил Кайло, качнув головой. Теперь он непременно причинит ей боль, чтобы доказать свою правоту. Зачем делать вид, что ты хуже, чем есть, когда и так хуже уже некуда? Рей сама была не лучше, раз стояла перед ним на коленях, голая и горячая от его скупых ласк. Кайло взял её руку и прижал к своему паху. — Но если хотела знать, что я чувствую… вот, что я чувствую, — выдохнул он в её приоткрытый рот. — И больше ничего. Уж точно не жажду мести… не сейчас. — Мало верится, — тихо ответила Рей и медленно с нажимом провела ладонью вниз и вверх, свободной рукой стянула пояс расстёгнутых штанов с его бедра. — Сам сказал, я тебя знаю. Она не спешила, прислушиваясь к чужому дыханию — только так могла понять, что делает всё правильно. Рен едва ощутимо вздрогнул, когда она попыталась обхватить пальцами уже отвердевший член. Рей уткнулась лбом в его плечо и посмотрела вниз. В полумраке между их телами почти ничего не было видно, но этого оказалось достаточно, чтобы её сознание поплыло от возбуждения. Желание доставить удовольствие, словно проснувшийся инстинкт, заглушило накопленные и лелеемые обиды, раздражение, презрение и страх. Кайло судорожно сжал её ягодицу, впиваясь пальцами в кожу. Движения Рей осмелели, теперь она точно знала, что ему это нравилось. Ей нравилось, что ему нравилось. — Прекрати. Не хочу кончить тебе в руку, — хрипло прошептал он у её виска. Она послушно отстранилась и почувствовала, как воздух холодит влагу на ладони. Рей уже собиралась попросить его раздеться, потому что его вид снова заставлял её чувствовать себя мелкой и слишком «обнажённой», словно с неё сняли не только одежду, но Кайло её дискомфорт, очевидно, не заботил. Он взял её под колени и рывком уложил на спину. — Я не уверена… — попыталась сказать Рей, поняв, что теряет контроль над ситуацией. — Не готова. Рен подался вперёд, без труда развёл сжатые бёдра и навис над ней, глядя прямо в глаза. Два его пальца снова прошлись по горячим складкам и быстро погрузились внутрь. Он зажмурился и разомкнул губы от наслаждения происходящим. Своей правотой. И своим превосходством. — Ещё как готова, — с улыбкой сказал он, щекоча волосами её лицо. — Что-то мне подсказывает, тебе не привыкать течь каждый раз, когда я рядом. — Пошёл ты, — Рей попыталась его толкнуть или сильно сжать колени, но он удержал её одной рукой и коротко рассмеялся. — Так бы сразу и сказала, — с издёвкой продолжил он, нарочно ускоряя темп. — Теперь ясно, что тебя привлекало, кроме «моей грёбаной личности», — она выгнулась навстречу движениям проклятых пальцев и тихо-тихо застонала. Секс связан с болью — это всё, что Рей пока о нём знала. Но что-то необъяснимое заставляло дико этого хотеть. Ещё она думала, что с Кайло больно должно быть вдвойне. Он… в нём всё было «слишком»: его рост, его силы, его сумасшедшие эмоции и непредсказуемость. Но что-то необъяснимое заставляло хотеть этого именно с ним. Он поднял руку и пальцами сжал её щёки, грубо придавливая их к зубам. Рей уставилась на него, чувствуя собственную обильную влагу на лице. Рен мог бы многое сказать в этот момент, но молчал — он просто хотел, чтобы она смотрела в глаза, пока его член с трудом протискивался в неподатливую плоть. Медленно и мучительно. Рей жалобно всхлипнула и скомкала в кулак жесткую ткань у него на плече. Было странно и не особо приятно, но далеко не так ужасно, как в тот нелепый первый раз. Словно прочитав её мысли, Кайло переменился в лице, ожесточился. Не встретив сопротивления, он двинул бёдрами, входя до возможного предела. Рей поморщилась, еле сдержав крик. Слишком быстро её охватило ощущение заполненности. Он почти вышел и толкнулся снова, словно наказывая за что-то. Она не понимала за что. Те самые пальцы проникли через приоткрытые губы и надавили на язык. — Может быть стоило начать с твоего лживого рта? — Рей стиснула зубы в ответ на насмешку. — Не смей, — пригрозил он. О какой лжи он вообще говорил? Она едва различала слова, полностью обратившись в осязание. Мышцы свыклись с распирающим чувством, и оно даже стало приятным. Но вощёная ткань его одежды при каждом движении нещадно натирала кожу в местах, где они соприкасались. Это неправильно. Рей хотела видеть, ощущать всё его тело. У него красивое тело. И он даже этого её лишил. Рей захныкала от беспомощности, и Кайло наконец освободил её рот. — Сволочь, — выдохнула она и сдавленно застонала от первого сладкого спазма внизу живота. Он поцеловал её в лоб и переместил часть веса на локоть, давая Рей маленький простор для дыхания и движений навстречу. Расфокусированный взгляд зацепился за неровный след от её меча. Разница в росте не позволяла так просто дотянуться до лица Кайло, чтобы по-настоящему поцеловать, подгоняя разрядку. Но этот шрам, исчезающий под чёрной майкой… Рей удалось запустить руки под его одежду, почувствовать движение мускулов на спине, стать чуточку ближе, пусть он и не хотел этого. Она прикусила тонкую кожу на горле, как он делал с ней много раз. Прошлась языком по шраму на ключице и прихватила его губами. Рен почувствовал это и громко выдохнул. То, что раньше отвращало, теперь сводило с ума. Казалось, что энергия заискрилась на кончиках её пальцев, потому что по спине Кайло пробежала мелкая дрожь. А может быть, и не казалось... — Нет, нет, нет. Так не пойдёт, — прерывисто проворчал он. — Слишком быстро. Он резко отстранился, выпутался из судорожного объятия и, схватив Рей за бёдра, поставил её на колени. Но только до неё дошло, что вообще происходит, Кайло навалился так, что она упала грудью на матрас, не сумев удержать их общий вес на ослабевших руках. Рен снова вошёл в неё и, выругавшись, замер. — Грёбаные мечты сбываются, — тяжело дыша, сообщил он. Горячая ладонь прошлась по плечу и, скользнув вниз, сжала грудь. Рей заёрзала под ним без шансов приподняться. — Всегда представляю это, когда меня бесишь. — То есть всё время? — осипшим голосом спросила она между шумными вздохами. — Почти всё время, — усмехнулся Кайло. Он начал двигаться медленней, чем раньше, лаская её бока и прогнутую спину. Видимо и правда наслаждался триумфом в выдуманной им борьбе. Что угодно, лишь бы не останавливался. В этой новой позе Рей в полной мере ощущала, как член почти выходил из неё и снова заполнял, пока не упирался в непреодолимый барьер. Определённо, секс — это не только боль. Даже с ним. В эти мгновения Рей впервые почувствовала отголосок чужих эмоций через узы Силы. Раньше они лишь видели друг друга — видели, оставаясь порознь. Но это было что-то другое. Возбуждение словно удвоилось, и Рей жалобно застонала, уткнувшись лбом в свою постель. Эффект сказывался на обоих, и выдержка подвела Кайло. Схватив её за бёдра, он стал вбиваться сильнее, хрипло дыша через раз. Рей протянула руку назад, чтобы придержать его от слишком резких движений. Но он перехватил запястье и завёл ей за спину. Ощущения кружили голову, и Рей готова была умолять Кайло пресечь их связь. Её тело не создано для такого испытания, даже если это было наслаждение. Внутри словно гудели провода, приятное напряжение усиливалось — оно было в разы острее того, до чего она могла довести себя сама. Тем более не шло в сравнение с первым опытом. До пробуждения Силы. До Кайло. — Хочу видеть твоё лицо, — еле сумела выговорить Рей, глотая воздух. — Мне нужно… — она заскулила, когда он сильнее подался вперёд. — Ты же не думаешь..? — с таким же трудом отозвался Рен. Не договорив, он всё же помог ей снова лечь на спину и, подхватив рукой под колено, снова вошёл в неё. Он склонил голову и небрежно убрал волосы, чтобы на его лицо попадало хоть немного тусклого света. — Не воображай лишнего, Рей, мы просто трахаемся. Смотри, смотри, если хочешь, — ему самому трудно было держать глаза открытыми. Это было самое прекрасное из всего ужасного, что с ней происходило. — Я знаю, — она обняла его за шею и чуть приподняла голову, легко целуя в напряжённую щёку, касаясь губами уголка рта. Даже когда Рей закрывала глаза, она видела разноцветные пятна, похожие на масляную плёнку. Ещё немного и она получила бы то, что хотела. Удовольствие, расслабление и полное забытье. — Рей, подожди, — хрипло прошептал Кайло. Где-то на задворках сознания она даже встревожилась. Чего ждать? Она была так близка к разрядке. Так близка. В одном маленьком шаге от бездны. — Подожди, — настойчивей произнёс он, схватив её за подбородок. Он смотрел на неё, дышал ей в лицо. Её веки сомкнулись, но она чувствовала его взгляд. Кайло впервые позволил их узам развернуться в полной мере. И Рей прочувствовала эту лавину энергии каждой клеткой своего тела. Крик застрял в груди, от затылка по телу прошли волны сильной дрожи и жара. — Это… охренеть. Это нечто, — вырвалось у Рена. — Поцелуй меня, — потребовал он и, не дожидаясь, поцеловал её сам. Рей слабо отвечала, растерявшись от смешавшихся своих и его ощущений. Из уголков глаз по щекам скатились горячие слёзы, в ушах оглушительно шумела кровь. Она была с ним, но она не была с ним. Кайло резко покинул её тело и, непроизвольно сжав её волосы в кулак, впившись пальцами в бедро, глухо зарычал сквозь стиснутые зубы. Благодаря связи Рей испытала его оргазм почти так же ярко, как собственный. И это было уже чересчур. Это было опасно. До сердечного приступа опасно. Обречённое «нам конец» молнией пронеслось в её голове и без следа растворилось в сладкой истоме. А потом он снова закрылся от неё, словно в ослепительно белой комнате вдруг выключили свет. Вместо обнажённых чувств Кайло выросла непроницаемая стена. Наверное, повыше прежней. Её руки безвольно соскользнули с его спины и шеи, когда он полностью отстранился, и жар его тела исчез. Под пальцами на животе растекалась горячая влага, но не было сил, чтобы пошевелиться и всё это стереть. Рей едва ощущала вес собственного тела, из неё будто вынули все кости. Спустя долгие минуты она с трудом открыла глаза и посмотрела на Кайло, сидевшего на коленях неподалёку. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, лицо и шея блестели от пота, волосы липли к щекам. Он справился с застёжкой на штанах и покосился на неё. Не сводил взгляда, даже когда безуспешно пытался зачесать волосы с виска назад. Рей представляла, как должна была выглядеть со стороны, и ей было абсолютно всё равно, что он об этом думал. — Я… — начал Кайло. Его голос растерял привычную твёрдость. В этой неуловимой перемене было больше, чем можно выразить словами. — Кажется, тебе нужно в душ, — рассеянно бросил он, с трудом поднимаясь на ноги. Рей повернула голову набок и закрыла глаза, услышав, как коротко зашипели створки двери. Она гнала прочь мысли о последствиях. Если Кайло чего-то испугался, то и ей, наверное, следовало бы начать паниковать, но пока её заботило лишь чистое и всепоглощающее умиротворение — ещё одно чувство, испытанное впервые.