Глава 23. Спаси...бо.
14 января 2018 г., 17:03
Я сидела на кровати уже около часа, слушая аппараты жизнеобеспечения, которые грозят скоро отключить, так как родных девушки так установить и не удалось, а просто так врачи не собираются держать ее на плаву. Я провела по руке брюнетки и грустно улыбнулась. Все это время я пыталась ее разбудить всеми возможными способами, чтобы не делать то, что нужно было, то, из-за чего я практически сдалась на вечное служение одному и тому... существу. Странно, что я действительно собираюсь исполнять условия сделки, ведь могу сбежать в любую секунду, прихватив с собой Эллисон, но у них все еще мой отец... Когда я успела так привязаться к этому подонку?
— Прости, Эллисон. Я бы сделала все для того, чтобы не делать этого, даже дьяволу бы душу продала, честно, но... так получилось, — поднимаю ее обессиленную руку и замираю на несколько секунду, после чего вонзаю клыки до крови, невольно сделав несколько глотков. При этом аппарат, отмеряющий сердечный ритм, стал звучать чаще. Значит, у нее была реакция, она все еще жива. Это, определенно, утешает. — Я хочу, чтобы ты предупредила их. Понятия не имею, о чем, но ведь ты знала... ты спешила... Ради наших общих друзей. Прости.
Не долго думая, вгрызаюсь в собственное запястье и подношу к ее рту, контролируя, что бы определенно количество попало в ее организм. Через пару минут замечаю, как ее рана на руке начала затягиваться, после чего и отстранила руку, очередной раз замирая. Дыхание перехватило от того, что следовало делать дальше, но я не спешила вставать с места, наблюдая. Может быть, просто кровь ее спасет? Вдруг она очнется просто от того, что исцелилась? Что ей помогла моя кровь, и этого достаточно? Вдруг что-то получиться, и я смогу избежать... Но время шло, а девушка не просыпалась. Могло ли повреждение быть настолько серьезным, что моя кровь не помогла? Или же доза была слишком маленькой? Нет-нет, кровь вампира сработала бы в любом случае, это у нее проблема не совместимая с жизнью...
Я глубоко вдыхаю и выдыхаю, сжимая руки в кулаки и постоянно косясь на работающие препараты. Кусаю губу, до последнего оттягивая этот момент, но потом таки нахожу в себе силы отключить всю технику и выдернуть иголки с капельницей. Эллисон даже не шелохнулась, как спала мертвым сном, так и спит сейчас, только эти надоедливые звуки прекратились. Я ерзаю на месте, после чего склоняюсь над девушкой, держась одной рукой за спинку кровати, а другой — положив ее на саму кровать. Опоздала? Нет, внутренние органы медленно перестают функционировать, не выдерживая, а потом и... Я снимаю маску с ее носа и рта, по которой и шел воздух, и снова вглядываюсь в лицо подруги. Ничего не поменялось.
— Скоро мозг начнет умирать без поступления воздуха... — Шепчу я, скорее пытаясь саму себя успокоить. Выходило чертовски хреново, но я таки ожидала гребанного чуда.
Несколько минут гробовой тишины прошли так, словно миновало несколько столетий, после чего глаза Арджент резко открылись, а сама девушка начала жадно глотать воздух, восполняя потерянное. Я отступила назад на несколько шагов, улыбаясь, как последняя дура. Конечно, она снова в порядке, но ведь я лишила ее жизни... Теперь она — то, на что ее семья годами охотилась, да и она сама тоже. Как-то я не подумала о тому, как ее примут дома, решив для себя, что ей просто будет легче от того, что она донесла нужную информацию, что предупредила, что... Чертовски эгоистично с моей стороны!
— Эллисон, как ты? — Я осторожно присаживаюсь рядом с подругой, пока та оглядывается по сторонам, все еще не понимая, что происходит. Ненормальная реакция. Совсем-совсем ненормальная. — Эллисон?
— Это ты... мне? — Наконец, мы встречаемся взглядами, и я вижу полную растерянность в ее глазах. Она лихорадочно пытается уцепиться за что-то невидимое, а потом резко принимает сидячее положение, оказываясь ко мне вплотную. — Ч-что происходит?
— ..подозрения на полную амнезию, — прошептала я, вспомнив слова медсестры, которым не предела особого значения. На то ведь они и "подозрения", верно?! Качаю головой и пытаюсь взять себя в руки, но выходит как-то вяло. — Все хорошо. Я — Кристин — твоя подруга. Тебя зовут Эллисон Арджент, тебе семнадцать лет, и ты попала в аварию, из-за чего у тебя амнезия.
— Я думаю,.. это печально, — сглотнув, пробормотала девушка, все еще бегая взглядом по комнате. Я резко встала и откинула одеяло, давай ей возможность встать на ноги. Та, поняв мой намек, спустила ноги с кровати и осторожно коснулась холодного кафеля, практически падая, но я вовремя подхватила ее, не дав свершиться этой "встрече". — Х-холодно.
— Ничего страшного, — я ловко закинула ее легкое тело на руки и, не долго думая, вышла вон из палаты, решив подумать обо всем, когда вернусь обратно в номер, к Тео, как бы печально это не было сказано.
Медсестры, как им и было внушено до этого, работали, как ни в чем не бывало, после чего стерли все видеозаписи с камер, а так же карточку подруги. Ни к чему, если ее начнут искать полицейские и прочие-прочие. Мне бы только ее доставить в Бейкон Хиллс, а там уж с этой ее амнезией точно помогут. Пусть и не восстановят, но, хотя бы, у нее будет жизнь, какие-нибудь воспоминания, чем пустой, белый лист. Девушка послушно сидела на руках, обвив мою шею руками. Кажется, у нее все еще был шок.
На улице же нас ждал приятный сюрприз в виде знакомой машины и довольной физиономии Рейкена, который нас ждал все это время. То есть, как послать — так вали на все четыре стороны, дерзай, мать вашу! — а как вспомнил, что, вроде как, надо содержать уже двух вампирш под строгим при смотром — так сразу же и очнулся! На голову больной "нянь". Парень любезно открыл дверь на заднее сидение, куда я и посадила Эллисон, мы же сели на передние, после чего машина стремительно покинула территорию больничного корпуса.
Теперь мы точно сюда больше не сунемся.
***
— Косяк, большой косяк, — прокомментировала я, смотря на поедающую уже третий пакет с кровью Эллисон. После этой чертовой амнезии, ей кажется, что все так и должно быть, что она все время была... такой. Я отчаянно скулю и, схватившись за голову, опускаю ее, прекрасно понимая, что сделала еще хуже, чем было раньше. Теперь вообще не было понятно, где опасность, какая опасность, что вообще происходило с Арджент до этого, а так же... что происходит сейчас. Хотела сделать лучше — получилось как всегда. Я и моя вечная "черная беннетовская полоса неудач". Как странно, что распространяется она лишь на меня... хм, или же это по отцовской линии? Я натянуто усмехаюсь мыслям, после чего до меня, наконец, доходит, что ситуация вышла из-под контроля. Мало того, что эта девушка, которая ни черта не помнит и не знает, так еще и, в добавок, я со своими проблемами по поводу крови. До сих пор, не могу себя сдерживать, а, учитывая нервы, то я начала питаться еще более часто. Разумеется, это никому не нравится, даже мне самой, но все равно не могу себя остановить. Мной управляет ситуация, происходящее... мной управляют мои собственные эмоции, пока разум и логика взяли отгул, решив отдохнуть где-нибудь по-дальше от меня с явным намерением не возвращаться. Да-да, это шло к очередной волне самобичевания. Теряюсь во времени, проклиная себя и все, что я умудрилась сделать якобы "для блага всех", когда мне на голову ложится чья-то ладонь. Хотя, почему "чья-то"? В этой комнате может находиться лишь трое, включая меня саму. Тео бы сморозил очередную колкость, а вот Эллисон... Я все чаще и чаще замечаю, что она долго смотрит на меня каким-то задумчивым взглядом, но не решаюсь спросить, что у нее на уме. Прошла ведь целая неделя, с тех пор, как она начала жить со мной и Тео. Даже если Рейкен перестал появляться здесь так же часто, как это было до ее появления. Это что, новый эксперимент? Как я буду воспитывать новорожденную со скулящей совестью, которая так и пинает мою тушку на самоубийство? Черт, что я за мученик такой? Аж самой противно. — Тебя тревожит мое присутствие? — Осторожно спрашивает девушка, перебирая пряди на моей взбалмошной голове. С уст непроизвольно срывается обреченный вздох. Я так боялась с ней говорить по этому поводу, так боялась даже посмотреть, но, живя под одной крышей и разделяя одну кровать, вряд ли возможно так долго избегать человека, сколько бы совесть меня на пинала. Казалось, что если я сделаю вид, что все хорошо, то точно вырву себе собственноручно сердце, нисколько не пожалев при этом. — Мне... надо уйти? — ..Нет, совсем нет, — наконец, собираюсь с мыслями и поднимаю голову. Мы не так много общались с Эллисон, но вся эта ситуация с Ногицунэ, да и общие друзья не мало помогли, заставила нас не мало сблизиться. Разумеется, с Лидией я была гораздо близка, но с Арджент можно было просто поговорить ни о чем, не волнуясь, не переживая, просто потому, что ее не касались наши проблемы, и мы совсем не хотели как-то снова ввязывать их с Айзеком в эти дела. — Я не хочу скрывать от тебя что-то, Эллисон. Так получилось, что ты попала в аварию, и у тебя была травма головы, из-за чего пробыла какое-то время в коме, а когда очнулась, то откликнулась амнезия. Приборы жизнеобеспечения должны были отключить со дня на день, а твои родители не объявлялись. Наверное, ты хочешь спросить, почему я не сообщила им? Потому что... я не могла. Прости. Правда, прости. Но у меня была другая идея, как вытащить тебя. Я обратила тебя не по твоей воли, и мне сейчас от этого очень хреново, правда. Ты ничего не помнишь, но... я очень ценила жизнь без всего этого сверхъестественного дерьма, но меня ее лишили, теперь уже навсегда. Я бы не хотела такой участи ни для кого из своих друзей, но... врать не буду, у меня был выбор, но я... Я... Я очень виновата перед тобой, и я раскаиваюсь, мне, правда, жаль, что так получилось, потому что ты спешила, ты что-то хотела передать нашим общим друзьям, которые как-то постоянно находят себе проблемы... Я всего лишь... — ..хотела их защитить, — закончила за меня брюнетка и снова погладила по голове все с теми же непонятными мне эмоциями на лице. Несколько минут мы смотрели друг другу в глаза, ничего не говоря, после чего Арджент улыбнулась мне. — Я не против, правда. Думаю, я... точнее прошлая я тоже пошла бы на все для того, чтобы защитить то, что ей так дорого. И я вовсе не хочу тебя в чем-либо обвинять, хотя бы потому, что уже благодарна за то, что ты меня не оставила, предоставив жилье и пропитание. — Ты была слишком свободолюбивой девушкой и ничего не боялась, поэтому... не думаю, что ты бы так отреагировала на всю картину в целом, но... Я уже благодарна тебе за то, что ты не винишь меня за... все. Спасибо, — я положила свою руку на ее и сжала в благодарном жесте, после чего натянуто улыбнулась, все еще видя эту странную улыбку на ее лице. Не понимаю, что она чувствует. Лишившись памяти, прошлого, абсолютно всего, о чем она думает? — Последнее, что ты помнишь? — Отец водил меня на охоту. Мне было десять. Точнее... мы просто пошли в лес и стреляли по бутылкам и мишеням на деревьях. Я впервые взяла в руки лук... Кажется, помню еще что-то со старшей школы, но все так смутно... — По крайне мере, мне не надо снова обучать тебя азам, — устало выдыхаю и вымученно улыбаюсь, понимая, что это карма, и я ее заслужила.***
Дни тянутся очень долго, на смену одним проблемам приходят другие, что совершенно не радует. Все еще мучает совесть из-за того, что Эллисон совершенно не осознает, что происходит вокруг нее, и принимает так, как и должно быть. Но ведь это неправильно. Она продолжает улыбаться мне, радоваться, как наивный ребенок, тому, что я рядом с ней, и от этого становиться еще более тошно. Словно я скрывала от нее важную правду, хоть и рассказала от и до все, что знала об Арджент. Понимаю, что моих знаний здесь мало, но просто так отправить ее в Бейкон Хиллс я не могу. Девушка совершенно не понимает своей новой сущности, не понимает, что нужно учиться контролю, что нужно приручать свои новые навыки, новые возможности, новый голод... Я грызу ноготь, смотря за окно, где люди ходят, как ни в чем не бывало. Они улыбаются и смеются, хмурятся и грустят, куда-то спешат, кому-то звонят... У меня же еле хватает сил для того, чтобы просто стоять на месте. Я ясно ощущаю, слышу, чувствую, как пульсирует их кровь в каждом проходящем мимо человеке, даже в ребенке... Меня тошнит, мне мерзко от того, что моя новая сущность готова напасть на кого угодно, лишь бы только получить каплю кровь, словно я какой-то наркоман, а кровь — наркотик. Честно говоря, именно так я себя и чувство — ломка без желаемой дозы. Я сказала Тео, что бы он перестал носить мне пакеты с кровью больше положенного, а лишнее отдавал Эллисон, воспитанием которой я планирую заняться после того, как переборю собственную проблему, иначе будут шнырять по городу два голодных вампира. Тем не менее, сущность не желала поддаваться, она стремилась поглотить меня с каждым разом все больше и больше, перестраивая на свой лад, на свои правила. Брюнетка сидит на кровать и читает книгу — я дала ей книги по литературе, которые мы успели прочитать за этот год, и она явно увлеклась ими. Что за беззаботная душа? Хотелось бы и мне быть такой... Я скучаю по тем временам, когда меня считали никем, когда от меня ничего не требовали, только ограждали от бед и других проблем. Хотелось бы мне сейчас просто постоять в стороне, просто посочувствовать и сказать, что все будет намного лучше, если подождать совсем немного, но так уж получилось, что именно я оказалась жертвой. И у меня не было поддержки совершенно. Были лишь цели, которые я должна была достичь за короткие сроки. Мне требовалось побороть свою сущность, надо было научить Эллисон быть вампиром, сосуществовать вместе с ходячей и живой едой вокруг, надо было понять или додумать, что с ней вообще могло случиться, мне надо было связаться с отцом, во что бы то ни стало, надо было поговорить с этими Врачевателями Страха, если я хотела идти на сделку. Только, чувствую, они потребуют от меня гораздо больше, чем какая-то верность. Тео еще не рассказал, как они отреагировали на появление еще одного кровососа, только ходил какой-то хмурый и задумчивый, что уже не предвещает что-то хорошее. — Если хочешь есть, то просто поешь, — прервал мои размышления только что вошедший Тео. Я, не отрывая взгляда от окна, сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу, чтобы сдерживать эмоции. Глубоко вдыхаю и выдыхаю, после чего гордо поднимаю голову и одариваю парня холодным взглядом. — Я в порядке. — Конечно, я почти поверил, — усмехается тот в ответ и ставит на стол дорожную сумку. Он вытаскивает от туда свои учебники, одежду и еду. Арджент, не долго думая, подлетает к нему, как маленький ребенок, когда родители вернулись из магазинам с вкусняшками. В каком-то смысле, это было правдой. Шатен отдает Эллисон пакет с кровью, в который та мгновенно вгрызается, продолжая читать книгу. Я прикусываю нижнюю губу и снова отворачиваюсь к окну, не желая дразнить саму себя лишний раз. — Я объяснил ситуацию Врачевателям, они кое-что сделали для тебя, точнее для твоего голода. — Какая прелесть, они опустились до благотворительности. Они сделали это со мной, и никакая штуковина, якобы "контролирующая голод новорожденного вампира", не поможет им загладить свою вину, — недовольно отзываюсь я и складываю руки на груди, чувствуя некую свободу от голода, как ни странно. — Поверь, они и не пытаются этого сделать. Это тебе надо сказать им спасибо за то, что они не бросили тебя на трассе для того, чтобы ты сгорела на солнце с восходом, — я фыркаю и поджимаю губы в ответ. Действительно, чего это я вообще надумала возложить всю вину на них? Разумеется, они не считают себя виноватыми, особенно, после того, что сами же приютили меня, как и Эллисон. Неужели, я и правда у них в долгу? Рейкен подошел сзади и надел на меня холодную сталь, из-за чего я невольно вздрогнула, но послушно осталась на месте. — Они уже испытали его на твоем отце. Возникло несколько проблем с камнем от солнца, поэтому они хотят забрать Эллисон на какое-то время. — Для экспериментов? Я не для этого ее превращала в вампира, — еле сдерживаюсь от бурлящих внутри эмоций, потому что теперь я была ответственна за бывшую охотницу, она на моем попечительстве, а отдать ее так просто каким-то "безумным ученым"... уж лучше бы аппараты жизнеобеспечения отключили еще в больнице. — Она вернется в целости и сохранности. Что у тебя, что у твоего отца уже есть этот камень, и то, что они создали, работает на вас, но не факт, что это остаточный иммунитет, скажем так. Для эксперимента им требуется вампир, который еще ни разу не сталкивался с этим камнем, — продолжал заверять меня тот, но я ни черта ему не верила, хоть и сама клялась ему в верности. Я ведь не обещала слепо идти за ним, в какую бы авантюру ему не вздумалось меня затащить. Ощущаю холодные пальцы на своей щеке и съеживаюсь. — Работает? — Угу, — невольно кивнула я, обреченно вздыхая, после чего закрываю глаза. Черт, но ведь и сама Эллисон долго не протянет без защиты. Рано или поздно нам обернется это боком. Но ведь эта штука работает. Голода почти нет, но внутри какое-то опустошение, словно взамен этот медальон поедает меня изнутри. Забавно. — Могу ли я присутствовать при эксперименте? Они должны понять, что я не могу оставить ее просто так, хотя бы потому, что я никому из вас не доверяю. — Резонно, — я прямо слышу его усмешку за спиной, а потом Тео возвращается к столу и садиться за учебники. — Я поговорю с ними об этом.***
Мы выехали как только солнце окончательно село за горизонт, одев девушку в самую закрытую одежду, которая только была в номере. Рейкен сказал, что Врачеватели не были в восторге от моего присутствия, но, почему-то, поняли, что я так просто не сдамся. Возможно, что у мне удастся встретиться со своим отцом и узнать, что у него все хорошо. Надеюсь, что все хорошо. До меня все никак не доходило, почему Тео был с ними заодно, почему он помогал им в подобных делах, которые явно терпели не одно фиаско, обрекая подобную и ему, и мне нечисть на смерть. Каждый из нас хотел жить, несмотря на свою сущность, на свои повадки и вкусы, мы все равно оставались теми же людьми. Я тоже была такой же, я вовсе не монстр... по крайне мере, я хочу так думать. Быстро улицы окутала тьма, которая нарушалась только редкими фонарными столбами. Я понятия не имела, куда мы направляемся, ведь совершенно не ориентировалась в месте, куда, от силы, выходила два раза, но не более. И то, мы еще изначально поехали в другую от больницы сторону. Меня накрывало волнение за благополучие Арджент, которое с каждой минутой становилось все больше и больше. Верить этим людям было нельзя, нельзя было слепо идти на поводу, не проверять факты, просто соглашаться, мириться. Это все совершенно неправильно. Качаю головой и утыкаюсь лбом в холодное стекло, пытаясь успокоиться. Внезапно мою руку накрывает рука девушки, сидящей рядом, и переплетает пальцы в поддерживающем жесте. Так, значит, не одной мне так страшна эта неизвестность. Жаль только, что если все пойдет не так, как задумывалось, мне придется просто оставить ее там одну, наедине с этими странными экспериментаторами. У меня просто не будет выбора, иначе они и со мной, и с моим отцом что-то сделают. Мы едем около получаса, но, может, и больше, потому что минуты казались такими короткими, а этот момент приближался с немереной скоростью. Эмоций практически не было, все та же опустошенность внутри и жуткая усталость, бессилие. Когда машина останавливается, мы оказываемся у знакомого заброшенного здания, и я выползаю, вытаскивая за собой и Эллисон, которая еще сильнее вцепилась в мои пальцы. Хорошо, что чувство самосохранения осталось при ней. Тео ведет нас внутрь, а потом мы спускаемся в подземелье, что, опять же, невероятно пугает мою спутницу, но она стойко переносит это, продолжая двигаться вперед. Неприятно и холодное место, не удивлюсь, если здесь и крысы обитают с прочей подобной лабудой. Практически мгновенно эти эмоции снова покидают меня, и на меня нападает крайнее удивление. Кажется, этот альфа недоделанный не сообщил мне самую важную деталь этого устройства, пожирающего не только мой голод, но и другие мои эмоции. Чудесно, блять. Знакомая лаборатория, только уже более живая. Работает всякая техника, горит яркий свет, а там и сям ходят только три человека в закрытых костюмах, которые, наверное, использовали бы для того, чтобы укрыться от радиации, а они тут... маскарад решили устроить. Тео первым здоровается со всеми и подходит к одному из них, о чем-то разговаривая. Я поздно вспоминаю, что легко могла бы подслушать, но, вместо этого, осматриваюсь вокруг. Внезапно передо мной оказывается один из Врачевателей, и я невольно отступаю назад, убирая Эллисон себе за спину, защищая. Они не должны нас убить, мы им все еще нужны. Как ни странно, он поднимает руку в перчатке и прикасается в круглому медальону на моей грудной клетке. — Медальон, взамен, пожирает все твои чувства, которые как-либо связаны с голодом, — говорит тот очень странным голос, на что я просто киваю, даже не успеваю забеспокоиться или же ужаснуться, потому что камень мгновенно все это поглощает. Удивительно, как они изобрели настолько странную и невероятную вещь? — От этого его работоспособность увеличивается. — С-спасибо, — с трудом выговорила я, смотря прямо ему в глаза, точнее в то место маски, где должны находиться глаза. В ответ он наклоняет голову и смотрит мне за спину, уже давая понять, что надо делать дальше. К нами подходят и другие Врачеватели Страха вместе с Тео. Я беру себя в руки и отхожу в сторону, подталкивая Эллисон вперед. Она смотрит на меня несколько мгновений, все еще держа за руку, а потом на них, взволнованно сглатывая. — Все будет хорошо, не волнуйся. Я буду здесь, ничего с тобой не случиться. — Тебе нечего бояться, — говорит другой Врачеватель, приглашая идти вперед, в одну из этих странных комнат. Рейкен встает рядом со мной, наблюдая за тем, как они отдаляются от нас. Арджент постоянно оборачивается, пытаясь поймать мой взгляд, и я натянуто улыбаюсь ей и машу рукой, надеясь, что окажу хоть какую-ту поддержку. — Хочешь увидеться с отцом?
