Черные розы на могиле моей матери

— Стайлз, прекрати, ты сделаешь только хуже, — альфа хватает лучшего друга за локоть, пока тот набирал уже какой-то неизвестный номер, собираясь проверить очередную информацию про Рейкена. Скотт старался понять друга, пытался представить, что бы он сам делал на его месте в этой ситуации, только вот... у него все было гораздо-гораздо проще и логичнее, чем то, что сейчас получается у вампира. — Я же сказал, что если ты не хочешь мне помочь, то я сделаю все сам. Отвали, — огрызнулся тот в ответ, вырвал локоть и подтянул спавший ремешок от портфеля, снова набирая номер, который успел сбросить, пока переговаривался с альфой стаи. — Она ведь пошла на контакт, ответила на наши вопросы, и мы убедились в том, что Кристи все еще на нашей стороне, ну... или почти, — Стилински не ответил на это и приложил трубку в уху, ожидая ответа и сверля недовольным взглядом парочку, находящуюся недалеко от себя. МакКол облизнул нижнюю губу, уже не зная, что сказать, чтобы, наконец-то, тот оставил эту глупую затею. А потом он решил взять вампира, скорее, на слабо, чем... — Ты ревнуешь. — Я. Не. Ревную. — Стайлз даже отключил звонок, обернувшись и нахмурившись. Тем не менее, альфа сложил руки на груди и усмехнулся. — Нет, чувак, не смей этого делать. — Ты все еще любишь ее. — Я... Д-да он же... Он же зло! Ты только посмотри на... на... это! — Вампир демонстративно тыкнул в Тео и Кристин, которые сидели на скамейке и целовались на зависть всем окружающим. Впрочем, именно это и читалась в взглядах многих проходящих мимо. Заметив, какой именно подтекст он мог выдать подобными словами, Стилински посмотрел на лучшего друга и постарался взять себя в руки. — Я не о том, что они делают. Ты это прекрасно знаешь. — Конечно, — кивнул в ответ и еще шире улыбнулся, нарочно давая намек на то, что ни черта он не верит, не знает, не понимает. Практически всей стае было ясно дано знать, что этот "Эйнштейн" проделывает эти свои махинации только для того, чтобы как-то разделить этих двоих. В самом начале это было даже нормально, но сейчас переходило все грани. — О, Господи, — наконец, собеседник сдался, фыркнул и ушел, совсем позабыв о том, что собирался сделать. Скотт довольно кивнул и проследил за фигурой друга, после чего посмотрел на улыбающихся Кристи и Тео и поджал губы.

***

— Кажется, ты завел девушку... — Протягиваю я, незаметно подходя к парню, который переодевался себе, как ни в чем не бывало, и никому не мешал. Но кто бы мог подумать, что именно "внезапно захотевший побеседовать" тренер, решил задержать его на добрые двадцать минут после окончания урока. Лиам вздрагивает и оборачивается ко мне, уже даже готовясь напасть: его глаза горели ярко-желтым, а руки сжимались в кулаки. Я прыснула. — Мило. — Что ты здесь делаешь? — Хмурится тот в ответ и делает несколько шагов назад, продолжая переодеваться, точнее скрываясь от моих любопытных глаз. Не зря же я сидела здесь все то время, пока на улице меня ждет Тео, верно? Пересаживаюсь на ближайшую скамейку и продолжаю пялиться, чтобы довести и без того доведенного парня. — Что? — Мне просто интересно, что в словах "Скотт не должен знать, Стайлз — тем более" непонятно? Ну, мне просто интересно, — еще раз повторяю я и пожимаю плечами, явно переигрывая с эмоциями. Оборотень замирает на полуслове и опускает взгляд, как и не надетую футболку, предоставляя довольно соблазнительный вид. Что же, я еле как балансирую между жизнью и смертью — мне можно позволить себе подобную роскошь. — Слушай, я правда не хотел, но ведь Скотт — альфа, и я не могу... — Не убедил. Попытка номер два. — Я хотел помочь... — Да что ты говоришь? — Меня напрягают подобные слова, особенно, со стороны бывшей стаи. Я не могу принять их помощь, не могу рассказать обо всем, хотя бы потому, что это подвергнет их еще большему риску, чем есть сейчас. Куда же, блин, еще хуже? Итак же все в... пятой точке мира, никак иначе! Я встаю со своего места и отворачиваюсь от парня, делая несколько шагов, после чего оборачиваюсь и замечаю, как Данбар неотрывно наблюдает за мной, похоже не рискуя даже дышать лишний раз, не то что двигаться. — Ты ведь даже не понимаешь, сколько... своими словами... Агх! Правильно говорят "Хочешь, чтобы дело было сделано хорошо — сделай его сам!" Спасибо, Лиам, и иди к черту! — Кристи! Стой, Кристи! — Я ушла, не забыв показать "для приличия" средний палец, пока полуголый парень пытался меня нагнать. Очень смешно, да? Бета успевает схватить меня за запястье у выхода, когда я уже собираюсь набрать своего альфу. Он осматривает пустой коридор и все равно тащит меня обратно в раздевалку. — А теперь-то что тебе непонятно? — Я люблю тебя, — я быстро затыкаюсь и поджимаю губы, ожидая услышать смысл того, к чему вообще начался этот разговор. Я всегда знала о его чувствах и, честно говоря, старалась забыть о них, как о чем-то уже пережитом и забытом. Но, кажется, все вышло из-под контроля. Данбар не смотрит мне в глаза, устремляя взгляд куда-то в шею или в ключицы, обеими руками крепко держа меня за плечи. — Ты мне небезразлична, и я хочу тебе помочь. Я... Я понятия не имею, что должен делать, потому что знаю, что ничем не могу помочь. Совершенно не чем. Но помочь могут Скотт, Стайлз... — ..Я не приму помощи. Мне ничего не нужно, — холодно и слишком резко отзываюсь я, пусть даже мне этого совершенно не хочется. Это мило, это по-настоящему, это... заставляет меня вспоминать прежнюю жизнь, то, что было, когда мы впервые встретились, о чем мы говорили, как проводили вместе время. Прежняя я, которая старалась быть другом, которая искренне желала защитить друзей, которую я... потеряла. Раз и навсегда. Если он и любил, то только ту меня, которая умерла уже давно. — Хорошо, упрямься, заставляй меня делать эти глупые поступки, а потом срывайся на мне, но причина, по которой я это делаю, все равно никогда не изменится, как бы ты не старалась, — парень одаривает меня неприятным для моих внутренностей взглядом, отстраняется и оставляет меня одну, возвращаясь к прежнему занятию.       Я слышу, как громко ударяется дверь шкафчика о сам шкафчик, а потом и тихое рычание, но даже теперь не знаю, что должна делать дальше. Внутри поселилось неприятное чувство, от которого тут же захотелось избавиться, но не так-то это и просто, когда медальон тратит больше сил для того, чтобы поглотить мой постоянный голод, а потом уже и остальные чувства.       Разворачиваюсь обратно к двери, но не выхожу — прислоняюсь лбом к холодной поверхности и устало вздыхаю. Все под контролем. Все правильно. Именно этого я и добивалась. Они не должны мне доверять лишний раз, испытывать какую-либо жалость, сочувствие, вспоминая прошлое... Прошлое уже давно в прошлом, так глубоко, как только это возможно. И я не собираюсь оборачиваться, оглядываться, возвращаться к самому началу для того, чтобы решить проблему с этим непонятным парнем, который, кажется, по привычке испытывает мне нежные чувства. Это... странно.       Все хорошо. Все под контролем. Верно, все так, как и должно быть.       Ага, не можешь убедить во лжи окружающих, то куда уж тебе, Крис, до самой себя? Бредишь, ты точно бредишь. Кулак встречается с дверью, а мое тело как-то само собой возвращается обратно к Лиаму, руки хватают за темную футболку и притягивают к себе. Все это происходит, словно и не со мной, но я ясно ощущаю, как мои губы касаются его, как по всему телу волной проходят мурашки, как мне хочется быть ближе, намного ближе. Спина встречается с рядом шкафчиков, но это уже не имеет никакого значения, потому что чувства захлестнули с головой, практически поглотили в несколько мгновений. Сильные руки с силой сжали талию и притянули к себе, пока я крепко сжимала оборотня в своих объятиях.       Отчаянно хотелось чего-то большего, но я и так переступила порог, который ни за что не должна была переступать. Через несколько мгновений я медленно отстраняюсь и обреченно вздыхаю, практически истерично смеясь. Почему я все время поступаю с точностью, да и наоборот, во всем, чего бы не делала для этой стаи? — Что это было? — Шепотом спрашивает парень, прислоняюсь своим лбом к моему, все еще с силой удерживая мою талию. Я улыбаюсь краешком губ и, внезапно, понимаю, что совершенно не заметила то, как быстро вымахал Данбар, пока меня не было. Он стал выше, подтянулся... теперь наверняка пользуется большой популярностью... Боже, и о чем я только думаю? — Я... Мне н-надо идти. Пока, — я кое-как выскальзываю из объятий и быстро покидаю раздевалку, не услышав преследования за собой. Ощущаю себя так, словно влюбилась в первый раз. Снова. Чертовщина какая-то. Бредятина. Не может такого быть. Не могу я симпатизировать парню, которого до последнего считала младшим братом, семьей, которого в первую очередь надо оберегать, ну, не могу я и все!       Недовольные речи Тео я прослушиваю в какой-то прострации, все еще не понимая, что произошло несколькими минутами раннее. Вроде бы, все логично: мне захотелось развлечься, почему бы не поиздеваться над одним из бывшей стаи? Я же никак не могу пристать к Скотту или Стайлзу, верно? Ладно, к первому могу, но, чую, так просто мне этого Кира не простит, а перспектива быть убитой одной, несомненно, прекрасной ночью мне как-то не особо улыбается. Кто знает, какой может быть лисица в порыве гнева и ревности? Ох, я опять не к тому.       Меряю шагами свою комнату около получаса, а, может быть, и часа. Обреченно выдыхаю всякий раз, когда в голову приходит всего одна причина подобного поведения, а потом даже молюсь на то, что бы Рейкен не услышал все эти мои странности. Мне вообще ни к чему, если он узнает об этом. Хотя, стойте, нечего и узнавать! Ничего не было! Точно, все... под контролем... почти. Я останавливаюсь у большого зеркала во всю длину стены и упрямо смотрю на себя, все еще ощущая довольно противоречивые чувства. Руки потянулись в шее и коснулись застежки спасительного медальона, который должен был мне напомнить то, что ощущают нормальные люди... по крайне мере, в той степени, в которой я и должна была все это почувствовать, а не теряться в догадках, что со мной не так. — Все нормально? — Прерывает меня на самой важности части голос альфы позади. Вздыхаю и, как ни в чем не бывало, поправляю медальон, делая вид, что не собиралась делать чего-то подобного. Смотрю на парня через зеркало. Оборотень подпирает косяк у входа, сложив руки на груди и выглядя при этом довольно напряженно. — Да, почему ты спрашиваешь? — Твое поведение, порой, говорит само за себя, — загадочная усмешка мелькает на его губах, после чего он не спеша проходит в комнату. Пожимаю плечами и присаживаюсь на кровать, внимательно наблюдая за собеседником, который осматривается так, словно никогда здесь ранее не был. — Врачеватели сказали, что тот парень — ведьмак-друид — тщательно скрывается, но все равно не стремится покинуть пределы Бейкон Хиллс. Понимаю, что ничуть не утешу, но, скорее всего, это из-за тебя. — Стало только хуже, но спасибо за информацию, ага. — Медальон не помогает справляться тебе со всем, да? Я постараюсь придумать что-нибудь другое, — оборотень присаживается на корточки передо мной, кладет руку на мои, сложенные в замок, и сжимает, смотря прямо в глаза таким преданным взглядом, что невольно начинаешь верить. "Что-нибудь другое" — это только прямое отключение эмоций, к чему я не могу прибегнуть, что бы со мной не случилось. Все, что угодно, вплоть до смерти окружающих, потому что, в противном случае, будет только хуже. Легче не станет никогда. — Я обещаю тебе. — Я верю.

***

      "Родителям" сегодня нужна была машина, но и Тео требовалось сегодня оказаться в школе. День начался довольно паршиво. Рано утром, практически ночью, у него дома появился один из Врачевателей и сообщил о том, что Донован куда-то исчез, так и не достигнув поставленной цели. Оборотень вложил все силы в этот эксперимент своих покровителей, но он все равно оказался провальным, впрочем, как и все прошлые, кроме, конечно, его самого. К тому же, Скотт становился ближе и ближе к ним, даже слишком, что никак не входило в планы парня. Но план "побега" все равно уже был заранее подготовлен, поэтому, в принципе, бояться было нечего, но все же...       Выйдя из машины и притворившись примерным сыночком, он пошел в сторону школы, все еще обдумывая то, кто станет следующим экспериментом, и что намерены делать Врачеватели страха далее. Так же ему хотелось узнать о делах Лорензо — отца Кристин, но эти ученые молчат о том, что готовят далее. Они вообще скрытны по отношению к ним, особенно, к пропавшей Эллисон. Тео старался делать вид, что все нормально и что все идет именно так, как и задумано. Но, смотря изо дня в день на видное смятение ученых, это совершенно не помогало. Кажется, близился полный провал. Пора было валить с "тонущего корабля". — Тео! — Окликнул его знакомый голос в коридоре школы. МакКол быстрым шагом поспешил к нему, когда Рейкен обернулся и приветливо махнул рукой. — Лидию выписали из больницы, и она сообщила о том, что нашла книгу у Трейси, которая поможет нам в "деле". Чуть позже увидимся в раздевалке и поговорим об этом, хорошо? — Да, конечно, — кивнул в ответ, но все же не удержался. — Там есть объяснение тому, что происходит? — Должно быть. Мы еще не читали ее, — пожал плечами истинный альфа, направляясь в сторону кабинета первого урока — биологии. — Кстати, где Кристи? Кажется, ты приехал без нее... — На самом деле, я сам понятия не имею, но и дома ее тоже не было, поэтому, полагаю, решила "позавтракать" в больнице. Я позвоню ей, если она так и не появится после первого урока. — Странное совпадение — Стайлз сегодня заболел. — Правда? Что случилось?

***

      Я слишком резко прижимаю юношу к неустойчивому стеллажу, который грозился вот-вот обвалиться, и на нас валяться разные порошки и бутыли с дезинфицирующим раствором. Все-таки делать это в кладовке оказалось плохой идеей, но по-умерить бушующие эмоции внутри казалось совершенно невозможным. У меня вырывается смешок, пока мои пальцы гладят затылок оборотня и зарываются в короткие волосы. Боже, почему так приятно? Его губы исследуют мою шею и опускаются до ключиц, по руки медленно и неуверенно поднимают края майки. — Сними ее уже... — На выдохе произношу я и закусываю нижнюю губу, потому что с них практически срывается блаженный стон. Я успела уже забыть о том, как приятно иметь с кем-то близость, особенно, с тем, кто умеет вскружить голову одним своим присутствием. — Мы все еще в школе, — я прямо ощущаю улыбку на его губах, но руки все равно пролезают под майку, водят по животу и медленно продвигаются выше, к груди. Мы меняемся местами, а сверху снова что-то сыпется, но мы мало обращаем на это внимания, увлеченные друг другом. — Но тебя это как-то не особо останавливает... — Лиам замирает и отстраняется, поднимая на меня немного озадаченный взгляд. Напомните-ка мне, когда все это произошло? Что-то припоминаю про то, как я хотела что-то найти в библиотеке, потом шла по школьному коридору и... и вот я здесь. А, да плевать. Снова привлекаю к себе парня и впиваюсь в его губы, тесно прижимая к себе. Ох, уж эти странные ощущения.       Его руки снова устраиваются на моей талии и медленно переходят на живот, я же, нисколько не стесняясь, начинаю стягивать с Данбара футболку, ощущая под пальцами каждый сантиметр идеального тела. Ощущаю себя какой-то нимфоманкой, но эти ощущения слишком приятны для того, чтобы их не любить. К сожалению, кайф обламывает звонок на урок. Я разочарованно вздыхаю, как и, как ни странно, Лиам, который не был в восторге с самого начала от этой идеи, и это заставляет меня улыбнуться. Еще один кроткий поцелуй, и я наблюдаю за тем, как оборотень надевает кожаную куртку, которую стащил еще в самом начале, и портфель. — Эм... Пора на уроки? — Точно, — киваю я, ехидно улыбаясь, даже умиляясь тому, как он стесняется всей произошедшей ситуации. Практически пробирает на смех. Облизываю нижнюю губу и понимаю, что помады, как и не бывало, но мне совершенно не хочется говорить ему об этом. — Увидимся? — Медленно отступает назад, к двери, все еще так невинно улыбаясь, что у меня даже щемит сердце, а в животе образовывается тугой узел. Снова киваю в ответ и наблюдая за мнущейся фигурой, которая не так-то и стремится уйти. — И, да... Что это было? — Кто знает, — я пожимаю плечами, как ни в чем не бывало, подбирая собственную сумку и пиджак, после чего поправляю волосы, которые совершенно точно не в порядке. Самой бы понять, что происходит, но, пока это не выходит из-под контроля, все хорошо. — Но об этом не должен кто-то знать, хорошо? — ..Слушай, это ведь неправильно... — Ты спешил на уроки, разве нет?       Лиам открывает рот и сразу же поджимает губы, удобнее перехватывая портфель и покидая кладовую, пока я думаю над его последними словами. И, на самом деле, мне они кажутся правильными, я согласна с ними, но признать это не могу потому, что не чувствую этого. Я чувствую окрыленность и легкость, когда я с ним, и я чувствую, как разум улетучивается вместе с этими самыми чувствами, напрочь заставляя забыть обо всех проблемах. С одной стороны, это хорошо, а вот с другой...