Будь со мной..

Итак, учитывая, что сегодня суббота, и то, что Ксю свалила с родителями в гости на какой-то праздник, мне ничего не остаётся, как вставить наушники в уши и пойти гулять в парк позади моего дома. Я одеваюсь как можно теплее, ведь наступление зимы даёт о себе знать заложенностью моего носа и ледяными ладонями, если не надевать перчатки. Дойдя до парка и не придумав ничего лучшего, как лечь на заброшенную лавочку, я с закрытыми глазами начала подпевать своим любимым певцам, в частности сейчас была именно Земфира со своей песней "Искала". Вдруг я почувствовала прикосновение к своей руке. Слегка вскрикнув, резко открыв глаза и быстро вскочив, я встретилась взглядом с Кирой Сергеевной. — Здравствуй, Лиля. Я видимо тебя напугала? — С улыбкой спросила она. — З..др..Здравствуйте. Да, немного напугали. — говорю я, попутно вынимая из ушей наушники. Меньше всего я ожидала встретить кого-то из знакомых в этом практически безлюдном парке. Мне казалось, что я тут совершенно одна, словно это мой маленький Мир, в котором можно быть самою собой. В голове сразу прокрутились вопросы: "Что она тут делает?", "Она слышала, как я пою?" Мои страхи испарились вмиг, когда она начала говорить. — Лиля, у тебя красивый голос. — Сказала она, тем самым введя меня в самую красную из всех цветов краску. Я поправила свои рыжие волосы и попыталась набрать воздуха, чтобы суметь что-то ответить. Но я не успела этого сделать, как моя учительница задала вопрос. — Как тебе новая школа? — Мне тут одиноко. — Голос мой прозвучал то ли грустно, то ли жалостливо, но Кира Сергеевна улыбнулась и предложила пройтись с ней по парку. Я безропотно согласилась, тем самым заставив ее улыбнуться. Она такая милая, когда улыбается. Появляется ощущение, что этот человек знает о тебе все. Всякий раз, когда она смотрит мне в глаза, я чувствую себя книгой, которую она прочла вдоль и поперёк, и знает все предложения наизусть. Мы шли молча, слушая скрежет снега от наших шагов. Я несколько раз замечала, что она набирает воздух, словно хочет что-то сказать, но в итоге просто выдыхает его, ничего не сказав. Это молчание было для меня каким-то болезненным. Я чувствовала себя настолько скучной, что Кира Сергеевна не может придумать ни одной темы для нашей общей беседы. В итоге, набравшись смелости, я все-таки решила завести хоть какую-то тему. — Кира Сергеевна, а вы замужем? — спрашиваю я и чувствую, что начала за здравие, а закончила за упокой. Концовка предложения была настолько тихой, что врядли она ее услышала. К сожалению, я ошиблась. — Я думаю, что моя личная жизнь никоим образом не касается моих учеников. — Ее голос был таким суровым, что я вмиг пожалела о своём вопросе и почувствовала нахлынувшее желание провалиться сквозь землю или сбежать куда-нибудь дальше. — Простите меня... — выдавливаю я из себя, сдерживая поток стекающих слез. Разворачиваюсь и скрываю своё лицо руками. Заметив это, Кира Сергеевна обнимает меня за плечи и прижимает к себе. В моем теле разгораются свечи от ее прикосновения. Она молчит. Тишину нарушают лишь мои всхлипывания. Я чувствую себя беспомощной маленькой девочкой. Побороть желание сбежать не хватает сил, и я, что есть мочи, собираюсь скрыться, как вдруг ее рука вновь обвивает мое запястье. Как тогда, когда она дверью ушибла мой лоб. Нельзя передать словами, как меня начало трясти то ли от холода, то ли...? — Симагутина! Хватит сбегать от меня. Я не кусаюсь. Моя личная жизнь на то и личная, что остаётся только между мной и моим партнёром. Но если для тебя это так важно, то нет. Я не замужем. Я выдыхаю. Словно какой-то ком свалился с души. Напряжение обстановки спадает, и мое тело начинает расслабляться. Я со страхом, но все же поворачиваюсь к ней лицом и замечаю, как она внимательно меня разглядывает. Интересно, а о чем она сейчас думает? Интересно, а я когда-нибудь смогу узнать какими мыслями сейчас загружена ее голова? — Кира Сергеевна, я знаю, что в моем возрасте каждая мечтает о первой любви, да так, чтобы навек. Мне от всего этого смешно. Я не верю в любовь с первого взгляда, так же как и не верю в любовь в принципе... Знаете о чем мечтаю я? — говорю, а в голосе моем звучит некая жалостливость, от которой мне самой противно, но я не вправе управлять ею. Рядом с этой женщиной я начинаю раскрываться для самой себя, для неё, и для целого мира. Она замечает мое состояние, но ведёт себя как-то надменно, словно для неё мои слова выглядят несуразно и глупо. Может быть, и я в ее глазах выгляжу так же? — Ну и о чем же думает, столь серьёзная леди? — Слышу в ее голосе нотки игривости. Она играет со мной? И какие же правила? Быть может, я смогла ее как-то заинтересовать и, если сейчас я приму эти правила, то что из этого выйдет? Она кладёт одну руку себе на пояс, а другой поправляет блестящие от солнца волосы, выгибаясь тем самым s-образной линией, что создаёт эффект модели, уже стоящей у края, демонстрируя всем свой наряд. О да, сегодня он у неё превосходный, впрочем как и всегда. Чёрное, классическое чуть выше коленок пальто, с объемными и лишь на несколько застегнутыми пуговицами, под которым я смогла разглядеть платье вишнёвого цвета уже знакомое мне. — Моя мечта, наверное, неисполнимая, даже несмотря на то, что я верю в чудеса. Под этим чудом я не имею ввиду Деда Мороза или Санту-Клауса, а нечто более серьёзное... Как, например, то, что я смогу быть Вашим другом. — У меня получилось принять правила игры, и ее приподнятая от удивления бровь даёт мне на это подтверждение. Почва под моими ногами становится зыбкой и мягкой, и от ответа учительницы зависит, в прямом смысле этого слова, моя жизнь. Но она выдерживает паузу перед тем, как что-то сказать. Эта пауза не несёт негативной подоплеки, и мне уже ясно, что победителем этой игры буду я. — То есть в роли учителя я вас больше не устраиваю, мадмуазель? — Эта женщина явно не собирается проигрывать! Тонко, но верно, она дала мне понять, что ее дружбу нужно будет заполучить. А я и не против, знаете ли. Быть может, я родилась не в то время, но я считаю, что друг – это не тот человек, который бросается данным словом направо и налево, а скорее тот, что скажет это одному, но по делу. Мне показалось, что Кира Сергеевна считает так же, а, соответственно, меня это очень обрадовало. Плана по завоеванию ее доверия пока нет, но я обязательно что-нибудь придумаю! — Быть может, у нас получилось бы как-то совместить учебу и дружбу? — Улыбаясь, озвучиваю я. Наконец-то я смогла набраться сил и начать вести с ней разговор, словно на равных. Нет, я не говорю о фамильярности и переходе каких-то границ "ученик/учитель", но считаю, что нет возрастных и социальных рамок, чтобы двум людям стать друзьями. "А как считаете вы?" — хотелось мне продолжить свою речь, но это было бы слишком неуместным, учитывая, что учительница не ответила и на предыдущий вопрос. — Лиль, я думаю, что нет никаких явных проблем для осуществления твоего желания. — Так-с, она улыбается, а значит все не так уж и плохо. — Но, подумай сама. Ведь я почти в два раза тебя старше. Думаешь, у нас есть какие-то темы для общения помимо учебы? — Кажется, в ход пошла тяжёлая артиллерия, и, если я сейчас же не дам отпор, то на этом наша милая, как мне кажется, беседа закончится. С секунду поразмыслив, я нашла ответ. — Вы недооцениваете меня, Кира Сергеевна. Я могу поддержать с Вами любую беседу, начиная от психологии и буддизма, заканчивая карбюратором и цветом, количеством свечей для автомобилей разных марок. — С высоко поднятой головой сообщила я. Не знаю, что делает со мной эта женщина, но мне хочется выглядеть в ее глазах взрослой, мыслящей, интересной. Это вообще возможно? Я останавливаюсь, и касаюсь своей рукой ладони учительницы и очень тонко, практически драматически говорю: — Дайте мне шанс быть Вашим другом, и я Вас не подведу. — Еще немного, и потекла бы из моих глаз театральная слеза. Но это шутки и я позволяю им быть лишь в описании, в словах же моих шуток не было. Кира Сергеевна, взглянув на часы, нежно отстранила свою ладонь от моей. Было видно, что она начала суетиться, видимо пришло время отклониться от моей персоны и направиться в дорогу своей жизни, своих дел. Поняв это и не дав ей распрощаться со мной первой, я взяла инициативу на себя, и, сказав, что пришло время расходиться, я быстрым шагом направилась в сторону дома. Меня переполняли двоякие чувства. Во-первых, я была окрыленной этим столь коротким, но наполненным разными эмоциями общением, а, во-вторых, я так и не получила ответ на свой вопрос. Эта тема для меня остается открытой, словно западная драматургия, а в частности на ум приходит Сэмюэл Беккет с пьесой «В ожидании Годо». Для каждого «Годо» имеет свое определение, а для меня сейчас это ожидание позволения быть другом для Киры Сергеевны. И кто бы знал, что для меня это будет так важно. Даже я этого не могла представить. Просто в тот день, самый-самый первый, когда мы познакомились, я поняла, что она другая. Нет, у нее нет огромного носа-картошки или она не носит в руке мышь, дело в другом… Она словно Вселенная. Такая хрупкая и, в то же время, такая глубокая. Как будто знает все и, в том числе, тебя видит насквозь. Ее взгляд в тот день показался мне блестящим. Нет, не стеклянным, а именно блестящим. И в тот момент я осознала, что этого человека я хочу… Знать!