И превратит меня в пыль...

      Мелко накрапывающий дождь постепенно превращался в проливной с крупными каплями, настойчиво стучащими по крыше автомобиля баварского производства. Майлз Фишер ездил на кроссовере BMW X3* белого цвета. «Чисто пацанская тачка», — как сказали бы ребята из его окружения: чёрные матовые диски, сделанная на заказ панорамная крыша, чтобы впечатлять девушек просмотром звёздного неба непосредственно в процессе их траха; светлый кожаный салон, приятный запах акватического мужского парфюма — всё безукоризненно и непременно создавало должное впечатление. Во всех привычных Майлзу ситуациях. Кроме этой.       Элла, хмурясь, сжимала в ладони намокший телефон, с раздосадованной печалью глядя, как её любимый байк заливает бессовестный дождь, и злясь ещё сильнее оттого, что не может ничего с этим поделать.       Майлз и Элла сидели молча. Казалось, напряжение девушки можно было ощутить физически, даже прикоснувшись рукой: оно имело твёрдую форму и жутко болезненно жглось. Майлз будто чувствовал это и вёл себя на удивление учтиво, что шло в полный разрез со сформировавшимся у Эллы представлением о нём. Он лишь единожды спросил, не холодно ли ей и не прибавить ли температуру, на что Элла молча отрицательно помотала головой. И всё же, приняв тот факт, что Майлз как настоящий мужчина вот уже в который раз пришёл ей на выручку, пробормотала «Спасибо».       Фишер вызвал эвакуатор минут двадцать назад, ещё до того, как Элла согласилась переждать непогоду в его машине. Несмотря на то, что в салоне оказалось довольно тепло и комфортно, Элла не находила себе места — появились ещё причины, кроме уже известной: Тина успела позвонить ей несколько раз, изрядно нервничая, ведь до возвращения её родителей оставалось всего-то полтора часа. Элла подумывала отказаться от похода на мероприятие (настроение становилось всё хуже), но вспомнила, что обещала снабдить девушек спиртным на этот вечер, и вынужденно дала Тине слово, что скоро будет.       — Вот чёрт-чёрт-чёрт! — «Кажется стресс и недосып меня однажды доконают». Она глубоко вздохнула. — Просто всё бесит, — бросила она Майлзу вместо извинений, которые ему наверняка и не были нужны.       Элла и не поворачивалась в его сторону, не хотела видеть взгляд, который наверняка так и пестрил «а ты не такая и железная, как я думал». Вместо этого она потянулась к дверной ручке, чтобы выскочить из машины, как только увидела, что у обочины паркуется наконец-то прибывший эвакуатор.       — Стой, Элла, — Майлз не дал ей выйти, перехватив за руку, которую тут же отпустил, ясно определив по взгляду Эллы: прикосновения — это лишнее. — Как я понял, ты куда-то спешишь, давай я подвезу тебя, а мотоцикл доставят в сервис здесь неподалёку.       Адреналин давно начал отступать, а желание сна наваливалось с удвоенной силой. Элле с трудом приходилось собирать в голове мысли, а потом ещё как-то конструировать из них предложения, что нужно произнести вслух.       — В каком смысле? Я в любом случае должна посмотреть, куда привезут мой байк, вдруг его вышвырнут на ближайший металлолом по дороге. Или вроде того… — зная своего папочку, Элла не сомневалась, что подобное возможно, похожие угрозы она не раз от него получала. «Я сброшу твою хренову игрушку с ближайшей скалы, если ещё раз переночуешь не дома», — не единожды говорил ей отец. Но вот настоящих попыток пустить байк в утиль было не так много. Всего лишь одна. Но Элле хватило и этого.        «Стоп, а зачем я вообще выдаю Майлзу такой жирный кусок информации о своих опасениях? Срочно нужно поспать…»       — Ладно, давай так: я отвезу тебя по нужному адресу, а Билли и Боб, — которые, кстати сказать, ждали в пикапе Билли, припаркованном позади автомобиля Майлза, — проследят, чтобы твой мотоцикл был доставлен до места в целости и сохранности.       Элла удивилась, что её паранойя не вызвала у Майлза никаких особенных эмоций, будто все знакомые ему девчонки сплошь и рядом помешаны на безопасности своей авто- или мототехники.       — Ладно… — после недолгих раздумий ответила Элла. В конечном итоге, она не хотела забивать на первое же данное Тине обещание, тем более, когда у неё появилась возможность этого избежать. — Но пусть они пришлют фото байка с места. И адрес сервиса, — добавила она, отчётливо понимая, что уже прилично перегибает с борзостью.       Но Майлз с превеликой радостью записал её номер, даже не скрывая довольной улыбки.       — И нужно по пути заехать ещё в одно место, — сказала Элла, как только её байк наиаккуратнейшим образом погрузили на эвакуатор, за процессом чего Элла следила со всем остатком своей бдительности. — Мы сможем?       — Далеко отсюда?       Элла залезла в поисковик в телефоне, вбивая название магазина нужной ей сети, и обнаружила ближайший совсем неподалёку от их местоположения.       — Нет, буквально за этим поворотом, — ответила она и оказалась почти права: через пять-шесть минут автомобиль Майлза уже припарковался у стеклянной витрины алкогольного супермаркета.       Как правило, обычные школьники в такие магазины не заходят. Главной причиной являются цены — здесь продаются только дорогостоящие вина и другой качественный элитный алкоголь; к тому же даже кассирша одета с иголочки, исключительно в брендовые вещи, приобретённые фирмой под заказ для своих работников; в дверях всегда встречает мужчина, обязательно улыбающийся каждому вошедшему потенциальному покупателю. А стеллажи, да и в целом вся обстановка, создавали такое впечатление, что невольно начинаешь чувствовать себя ей не под стать, если твой прикид весь в совокупности стоил не дороже двух соток баксов.       Но Элла абсолютно невозмутимо прошагала внутрь и вернулась в машину Майлза уже через каких-то пять минут с большим бумажным пакетом в руках, на котором карминового цвета буквами было выведено название магазина.       — Серьёзно? Продали? — Майлз смотрел на неё с улыбкой, в выражении его лица лишь отчасти сквозило удивление. И правда, подростку продали алкоголь, кого этим удивишь? Поддельные документы есть почти у всех. С другой стороны, именно такие магазины строго соблюдали все законы, и в них редко можно провести, всучив не настоящие водительские права, к примеру; да и цены, опять же, здесь запредельные. — Делись, в чём секрет?       Элла уселась на пассажирское сидение, аккуратно расположив пакет с бутылками на резиновом коврике у своих ног.       — У меня свои методы… А в чём ваш секрет? Вы ведь тоже как-то достаёте алкоголь на вечеринки, — она посмотрела на Майлза: его руки казались массивными, когда пальцы обхватывали обод руля. «Он абсолютно точно занимается каким-то спортом», — думала Элла.       — У отца Роберта такая должность, что никто ничего не спрашивает, когда его сын хочет что-то купить.       — Правда? Я думала, они с такими… хм… личностями держатся настороже. Вдруг он потом выложит фото с кассиршей и бутылкой в инстаграм, или зачекинится в их магазине с фото и подписью «вот кому я скажу „спасибо“ за то, что сегодня нажрусь».       Майлз рассмеялся — было очевидно, что шутка Эллы вполне пришлась ему по душе.       Обстановка стала ощутимо куда менее напряжённой. Элла наконец-то смогла расслабиться, удобно устроившись в кожаном пассажирском кресле.       — Какую музыку ты любишь? — нарушая тишину произнесла она, удивлённая собственной инициативой. «Как-то странно на этот раз на мне сказывается усталость», — тут же пронеслось у неё в голове.       — Нет особенных предпочтений. А ты?       — Не знаю… К примеру, Adele, — пожала плечами Элла и тут же уловила на себе недоверчивый взгляд Майлза. — Что? Не оригинально?..       — Нет, просто я думал, что ты слушаешь, ну не знаю, какой-нибудь тяжёлый рок.       — Что? — Элла рассмеялась, услышав его предположение. — Не надо думать, что ты знаешь девушку только потому, что видел в какой цвет она красит губы.       Майлз захохотал, вероятно, совсем не ожидая услышать нечто подобное. Он удивлённо поглядывал на Эллу, и, когда его взгляд коснулся её губ, расплылся в провокационной улыбке. Элла почувствовала необходимость отвернуться, но постаралась невозмутимо пожать плечами и только после этого, чувствуя странную дрожь внутри (похоже, организм категорически требовал отдыха), уставилась в окно.       Часы показывали четыре минуты девятого, когда автомобиль Майлза въехал на дорожку, что вела вдоль выстроенных ровными рядами таунхаусов**.       — Нам нужен тот, что под номером тридцать один… — проговорила Элла, вглядываясь в небольшие таблички с цифрами на углах домов сквозь темень, подсвеченную лишь уличными ночными фонярями. — Так, здесь третий и четвёртый… Похоже, нам к тем, что расположены ближе к лесу…       — Это парк, — поправил её Майлз. — Мы с родителями раньше часто гуляли здесь, точнее в нём, — он указал кивком на кромку зарослей деревьев. Элла заметила, что губы парня тронула искренняя улыбка (впервые на её памяти), настоящая. Не попытка флирта, не отыгрываемая им роль выбранного образа, а настоящая, добрая, простая улыбка. — Ещё в этом парке есть теннисный корт, на нём меня учили держать ракетку, — он посмотрел на Эллу. — Я занимался теннисом раньше. — «Так и знала, что он спортсмен». — И именно в этом парке я научился своим первым подачам, — он на секунду отчего-то нахмурился и добавил: — В общем, это не лес.       И это стало первым, что ей довелось узнать о Майлзе от него самого, а не из слухов и сплетен, которыми систематично пичкала её Эмма. Такое обычное, рядовое из детства, связанное с семьёй. Элле пришлось потрудиться, чтобы сдержать улыбку.       — Ты и сейчас занимаешься теннисом? — спросила она.       — Нет.       — Почему перестал?       — А вот и тридцать первый дом, — проговорил Майлз. — Я никогда особо и не хотел им заниматься.       Когда он припарковался и повернулся к Элле, на его лице снова сияла уже привычная улыбка парня, желающего казаться обольстительным.       — Ну что, во сколько тебя ждать у Роберта? — он окинул Эллу взглядом желающего заполучить добычу самца, и она тут же забыла, почему ещё несколько минут назад он мог показаться ей милым.       — Хм… — «Ну что же, раз у нас снова шоу „Гроза женских сердец Майлз Фишер“»… — Мы ещё не решили, поедем ли к Роберту, — она пожала плечами и зевнула, тактично прикрыв рот рукой, — да и спать, по правде говоря, очень хочется… Так что, возможно, сегодня мы будем дома.       «Пусть и не думает борзый мальчишка, что всю пятницу только и были у нас разговоры, что о приближающейся вечеринке его не менее зазнавшегося друга».       Майлз, ухмыляясь, кивнул, но уже через секунду не смог сдержать смех. Он не скрывал, что ни на мгновение не поверил Элле. А она, нисколько не смущаясь (у неё будет возможность позже позволить себе прочувствовать всю эту неловкость, но не сейчас, не при нём), вопросительно приподняла брови, уставившись в его золотисто-карие глаза.       — Ладно. Буду ждать тебя через полчаса. Хватит времени, чтобы собраться и доехать? Здесь, кстати, недалеко, на машине минуты три, — подытожил Майлз, не давая Элле возможности для отступления.       Она натянуто ему улыбнулась и бросила:       — Ничего обещать не могу!       Не дожидаясь каких бы то ни было слов, Элла выскочила из машины, прихватив пакет с алкоголем, и побежала по брусчатой узенькой дорожке к таунхаусу под номером тридцать один.