среди пепла и пыли

      После ухода отца из семьи Бетти сорвалась.       Сначала постоянные замечания и требования матери быть идеальной дочкой, потом «болезнь» старшей сестры Полли, которая помогала хоть как-то справляться с этим раньше, но сейчас ее нет рядом. Теперь их бросил отец. И, в общем-то, правильно, что Элис его выгнала, но это так больно — смотреть, как твоя семья рассыпается, рушится, сгорает, став пеплом, развеянным ветром.       Бетти плачет каждый день в подушку, а ночью, чтобы уснуть, принимает успокоительное. Теперь ее жизнь не станет прежней. Тем более рядом нет того человека, который бы спас ее, вытащил из ямы, которая вот-вот наполнится до краев водами отчаяния, утопив в себе юную девушку.       Ей, черт возьми, всего семнадцать, но жизнь так несправедлива к Беттс, а удача все не поворачивается к ней лицом. Все, что у нее есть — мать, которая срывается на дочери, продолжая быть все такой же жесткой и требовательной, и друзья, некоторые из которых даже не интересуются ее жизнью.       Например, как Арчи.       Ему теперь совершенно наплевать на то, что происходит в жизни Элизабет. У него есть Валери и музыка. Это все, что ему нужно, как бы он ни старался это скрыть от своей лучшей подруги.       У Кевина свои гейские проблемы, которые он старается решить, из-за чего на нее не остается времени.       Вероника думает о Бетти, но не может ей ничем помочь. Все ее попытки подбодрить подругу заканчиваются онлайн-шоппингом или попыткой затянуть девушку в клуб. Лодж честно пытается, но Купер ничего не помогает.       Да она и не хочет. Устала, расклеилась, сломалась. Она все еще ждет помощи, но это где-то в глубине души. Бет даже знает, кто мог бы ей помочь, но у него, у Джагхеда Джонса, и без нее полным-полно проблем.       Его отец как-то замешан в деле об убийстве Джейсона Блоссома, а также в распространении наркотиков. Он спивается, потеряв сначала жену и дочь, которые ушли от него, а теперь и сына, который, черт возьми, живет в школьной кладовке.       Беттс, конечно, не знает об этом, потому что со стороны Джонса было бы глупо об этом рассказать. Но она прекрасно понимает, что он, Джагги, занят делами, которые будут явно важнее нее.       Купер теряется во времени, потому что не спит несколько ночей подряд из-за депрессии, в которую ее вогнал уход отца из семьи. Как бы плохо он не поступил с Полли, он ее отец, а значит, часть семьи, человек, которого Бетти любит.       Ронни видит, что подруге плохо, но не знает, что ей предложить кроме объятий. Арчи даже не смотрит на нее, Шерил усмехается, видя, что не одной ей плохо, а Джагхед…       — Беттс, ты плохо выглядишь, — замечает он, поправляя серую вязаную шапку на голове. — Ты что, не спишь совсем? — хмурится парень.       — Все в порядке, — мотает головой блондинка и слегка покачивается после резких движений.       Организм явно дает понять, что Купер не спит ни ночью ни днем, причем уже несколько дней. Голова кружится, перед глазами темнота и звездочки, как в детстве, что были у нее на потолке. Только те были обычными наклейками, а эти горят и мигают, больно ударяя по глазам. Кожа на лице побледнела от недосыпа, а под глазами появились темные круги.       Слабо улыбнувшись Джагу, Элизабет разворачивается на пятках, стараясь максимально достоверно показать, что ей не плохо, но теряет равновесие от головокружения и падает на металлические дверцы, к счастью, закрытых шкафчиков, иначе было бы больно. По коридору разносится грохот, заставляя всех до единого обернуться. Конечно, всего на пару секунд, но все внимание приковано к Бет и, как ни странно, Джагхеду.       — Тебе плохо, Бетти, и не смей говорить, что это не так, — напряженно произносит он, небрежно схватив ее под локоть. — Тебе нужно домой, сейчас же.       — Нет, — мотает головой блондинка. — Куда угодно, но только не домой, — шепчет она.       На глаза выступают слезы, которые сдают ее с потрохами. Все, что она так старалась скрыть, вырывается наружу. Не перед кем-то из друзей, например, Вероникой или Кевином, а перед ним, перед Джагхедом Джонсом.       Он молчит, может, ждет объяснений, чем Купер так расстроена, а может, старается переварить ситуацию и понять, куда им идти. Так он все не оставит, не позволит ей, расклеившейся и разбитой, идти на уроки и слушать нудные рассказы учителей.       Джаг думает, но не решается этого сделать. Он не может отвести ее в свою кладовку, ведь тогда не только Бетти, но и вся школа узнает о том, что Джонс живет в школе. Кафе «Pop’s»? Вариант, но туда нужно еще дойти. Хотя в это время, когда все работают и учатся, там практически никого нет. Только сам Поп.       Брюнет хватает ее за руку, тянет за собой на выход. Бетти молчит, боится, что если начнет говорить, то окончательно разревется. В горле стоит ком, который даже дышать спокойно не позволяет.       Посреди улицы Джонс останавливается, поворачивается к ней лицом и внимательно смотрит в ее глаза, укутанные пеленой соленых слез, готовых вот-вот выкатиться, оставив после себя аккуратные влажные дорожки. Если, конечно, Купер сразу не сотрет их, желая скрыть свою боль от Джага.       — Бетти, ты расскажешь мне, что случилось? — тихо спрашивает он, сжимая ее маленькую холодную ладонь в руке.       — Я, — она на секунду замолкает, пытаясь проглотить тот самый ком, мешающий сделать вдох, но ничего не выходит, — не хочу тебя напрягать, — шепчет, потому что голос предательски дрожит, выдавая чувства, побитое жизнью сердце.       Побитое, но, тем не менее, живое.       — Ты можешь верить мне, Бет, — второй рукой парень касается ее щеки.       Сердце громко стучит, гоняет кровь по венам слишком быстро. Кожа краснеет, словно к ней приложили что-то горячее.       — Я верю тебе, Джагги, но… у тебя есть другие дела. Я переживу, — блондинка улыбается.       Получается даже почти искренне. Если, конечно, не считать слез, что, наконец, выпали прозрачными бусинами на порозовевшие щеки.       Джаг не верит ни единому ее слову. Знает, что она лжет, и не сдается, пытается добиться ответа, продолжая вести ее в кафе.       — Бетти, ты ведь знаешь, я чувствую твою ложь. Сейчас ты лжешь, это видно. Что случилось с твоей семьей? Ты так не хочешь идти домой? — он усаживает ее за излюбленный столик и садится на корточки перед ней, ожидая, что Бет, наконец, ему ответит.       Подходит Поп, кладет меню на стол и уходит, не желая мешать постоянным клиентам.       Купер смотрит на него, а потом, уже не сдержавшись, начинает плакать. Тихо, сдерживая всхлипы, но, черт возьми, плакать, выбивая Джагхеда из колеи. Он не готов к женским слезам. Даже, несмотря на то, что предполагал, что Бет расплачется, он был не готов.       — Папа, — блондинка закрывает лицо ладошками, чтобы хоть как-то скрыть сбивающие с толку Джонса слезы. — Бросил меня и маму. Точнее, мама его выгнала из дома. Теперь срывается на мне. У меня не осталось никого. Арчи с Валери, Вероника не может помочь, Кевин, в общем-то, тоже. Полли в какой-то лечебнице, я даже не представляю, где она находится. Я одна, понимаешь? Мне не спится, я не могу нормально есть, думаю только о том, что вот, была семья Куперов, а теперь от нее остался только чертов пепел! Я не хочу, чтобы было так, Джагги. Это тяжело, невыносимо больно… — Бетти плачет, теперь уже всхлипывая гораздо громче.       Джонс гладит ее по коленке, стараясь хоть немного успокоить. Прикидывает варианты, которые помогут ему сделать это. Есть, конечно, парочка, но вряд ли это спасет ситуацию.       — Бетти, — он второй ладонью сжимает ее тонкие пальчики и смотрит прямо в глаза. — Все будет в порядке, — уверенно говорит брюнет, приподнимаясь. — С Полли все будет хорошо, я сделаю все, чтобы ты могла ее увидеть. Отец вернется, твоя мама станет мягче, семья воссоединится снова. Пока есть ты, пока ты жива, пока ты, черт побери, борешься за нее, твоя семья будет жить. Веришь мне? — Джагхед поднимается на ноги.       Элизабет поднимается за ним, смотря прямо в глаза. В его сине-зеленые глаза, о которых она думает уже не первый день. Бет считает Джагги не просто другом, а очень близким человеком, которому может доверить свою жизнь. Бетти Купер влюблена в Джагхеда Джонса, но не может сказать ему об этом. Боится.       Джагги с упоением смотрит на нее, на ее высохшие слезы, слегка покрасневшие глаза и розовеющие щеки. Как давно он мечтал о такой близости. Не интимной, хотя это, конечно, тоже требовалось молодому парню. Джонс так давно мечтал обнять ее, но не по-дружески, а как парень, который влюблен. Хотел поцеловать, но как-то не осмеливался.       Но сейчас Бетти Купер, такая милая, нежная и красивая, стоит перед ним, словно ждет этого, ждет поцелуя. Джаг готов, в этот раз он сделает это.       Он наклоняется, моментально сокращая расстояние между их лицами, касается кончика ее носа своим, а потом, слегка повернув голову, целует ее. Теплые, мягкие, сладкие губы. Теперь он чувствует их вкус.       Странно, ведь Джагги никогда не был романтиком, никогда не отличался желанием завести с кем-то нормальные отношения, а не так, как бывает — девчонка на одну ночь, а что дальше — плевать. Джонс начал думать об этом после того, как осознал, что влюблен. И ни в кого-то, а в Бетти Купер, свою подругу.       Поцелуй прерывается из-за острого недостатка кислорода в легких, тихое, но частое дыхание разрезает тишину. Странно, куда подевалась ненавязчивая музыка, постоянно играющая в «Pop’s»? И где сам Поп?       Бетти смущенно смотрит на Джагхеда, а тот в свою очередь смотрит на нее.       Повисла давящая тишина.       — Бетти, прости, я не смог удержаться, — рассыпается в извинениях Джонс, опустив голову.       — Мне понравилось, — смеется светловолосая.       Впервые за последние дни Купер чувствует себя лучше. Намного лучше.       — То есть, — он смотрит на нее, — ты не против, если я еще раз тебя поцелую? — улыбается.       — Нет, — она улыбается в ответ и поднимается на носочки, положив ладошку на плечо брюнета, а тот, снова мгновенно сократив расстояние между ними, нежно целует ее.       Все же Бетти была на сто процентов уверена, что только Джагги сможет помочь ей, сможет вытащить из той ямы, в которую ее загнали обстоятельства.       Она еще не раз скажет ему спасибо, но сейчас все слишком спокойно, умиротворенно и волшебно, чтобы думать о чем-то, кроме сладких губ и любимого человека.