"Мёртвый воин".

(Воспоминания Аттора.) НЕсколько лет назад… Тэяр-Илм.       Звук капающей воды… И холод… Жуткий, пробирающий до костей холод…       Ещё не до конца придя в сознание и не открывая глаз, Аттор попробовал произнести звук-заклинание вызывающее тепло, НО… но его суур не откликнулся на его зов… В страхе молодой дэймаин распахнул глаза!.. И первое, что увидел перед собой — была каменная кладка стены, замшелая и сырая. Что это? Где он вообще находится? Коридор Притяжения в купе с суур-переходом должен был доставить его в Теяр-Илм. А куда его вышвырнуло?.. Аттор нахмурился — последнее, что он помнил, когда он очутился на безлюдной улице какого-то города аонгилов, это красивые серебряные глаза перед своим лицом, затем сокрушительный магический удар… и всё, темнота… Значит его поймали…       С кряхтением, Аттор попробовал развернуться и осмотреть помещение, где он сейчас находился… Однако обнаружил, что скован. Точнее его руки были скованы, тонкой, но прочной цепью и закреплены на крюке, спускающимися с потолка…       Ругнувшись сквозь зубы, дэймаин изо всех сил дернул цепь, желая освободиться… И тут-же вскрикнул — цепь в одно мгновение раскалилась и пребольно прижгла его запястья… Сшис! Цепь была не простой, а магической и срабатывала на сопротивление… Такие нередко использовали в Дэйма-Илм. В основном для наказаний тиарши… Однако чтобы аонгилы ими пльзовались, Аттор о таком не слышал. Ладно, сшис с этой цепью… пока…       Аттор, едва не выворачивая шею, огляделся по сторонам. Обширное помещение, где он находился, было, судя по всему, подземельем. Мрачным и сырым. Но абсолютно пустым. Лишь у дальней стены стояла пара то-ли кресел, то-ли стульев.       Сшис! И как его угораздило попасться аонгилским ублюдкам? Он, Аттор, ведь опытный воин и довольно сильный маг, а попался так просто и глупо… Кташ! Он даже не понял, что произошло, как его вырубили! Создавалось такое впечатление, что его ждали и точно знали ГДЕ ИМЕННО он выйдет из магического перехода. Однако такое было возможно лишь при использовании родственной магии-суура. А значит тот аонгил, что пленил Аттора, использовал суур его сестры. Но дело в том, что такое было возможно лишь на добровольной основе. То есть Ваайн САМА должна была направлять свою магию-родства на своего онно… Однако такие мысли Аттор отгонял изо всех сил. Нет, такое было в принципе невозможно! Его любимая ойи не могла так поступить со своим братом!.. И даже если она так поступила, то потому, что её заставили эти белобрысые выродки. Непонятно как, но заставили!..       Яркая, зеленоватая вспышка суур-перехода вырвала Аттора из его нерадостных мыслей, а в следующее мгновение рядом с ним предстал высокий, молодой аонгил с забранными в короткий высокий хвост серебристыми волосами и серыми глазами, одетый в серую безрукавку на голое (и весьма красивое, кстати) тело и чёрные широкие штаны. А золотистые татуировки в виде лучей на мускулистых руках ясно указывали на то, что этот аонгил являлся Призраком Света.       Некоторое время сероглазый, уперев кулаки в бока, рассматривал своего пленника то так, то эдак, а затем, издав звук-заклинание, повернул Аттора лицом к себе… попутно, также с помощью магии, сняв с Аттора всю одежду… Дэймаин невольно поежился, ощутив на себе оценивающий взгляд врага… Однако самым ужасным было то, что его член заинтересованно дёрнулся, явно реагируя на красоту сереброволосого. Аонгил тоже заметил реакцию атторовского члена на себя и криво усмехнулся. — Кто ты такой? — стараясь совладать со своими чувствами, спросил Аттор, хмуро глядя на серголазого красавчика. — Моё имя Руэ-Эрса, — ответил аонгил. — Я Призрак Света, как ты уже наверное и сам понял, если не совсем тупой… — Он подошёл ближе к своему пленнику и Аттор явственно ощутил соблазнительный аромат, исходящий от белобрысого ублюдка. — Зря ты явился Теяр-Илм, Са-Денн. Сидел-бы дома как большинство твоих трусов-соплеменников, глядишь и в плен не попал-бы. — Откуда ты знаешь моё имя? — Аттор поёжился когда взгляд серых глаз залип на его уже полностью вставшем члене. — Откуда? — Руэ-Эрса казалось был удивлён. — От Ваайн конечно… — Что вы с ней сделали, твари?! Она жива?! — Вскинулся Аттор, рванувшись на цепях… и снова задохнулся от обжигающей боли от магических цепей.       Глядя на его мучения, аонгил вновь нехорошо усмехнулся. — Лучше не дёргайся, Са-Денн, если не хочешь неприятных ощущений, — проговорил он. — А с твоей сестрой всё в порядке… Во всяком случае ей сейчас куда лучше, чем она себя чувствовала в Дэйма-Илм. — Что ты имеешь в виду? — Подождав пока поутихнет зверская боль в запястьях, спросил Аттор. — Только то, что сказал, — пожал плечами Руэ-Эрса и отойдя от своего пленника на несколько шагов, вновь произнёс звук-заклинание… … И тот час в подземелье возникла зеленоватая вспышка суур-перехода, из которой вышла… ВААЙН! Красивая, ухоженная, в длинных аонгилских серебристо-белых одеждах, она совсем не выглядела как несчастная, замученная пленница… И более того, — подойдя к этому Руэ-Эрсе, она обняла его, чмокнув в шею, а аонгил в ответ обвил рукой её талию.       У Аттора отвисла челюсть, он вообще перестал понимать что сейчас происходит. — Ваайн? — с недоумением произнёс дэймаин, непонимающе глядя на сестру. — Что ты?.. Что ты делаешь?! — Обнимаю своего любимого, — повернулась к нему сестра. — Неужели не видно?       Взгляд её красивых изумрудных глаз стал холодным и злым, когда встретились с глазами своего онно… А ведь на этого Руэ-Эрсу, как заметил Аттор, его ойи смотрела совсем по другому. С нежностью, теплотой и… Любовью?.. Но почему?! Ведь это аонгил! АОНГИЛ!!! Да ещё Призрак Света!!! ВРАГ!!! Аттор снова рванулся в цепях… И едва не завопил от жуткой боли на всё подземелье… — Кташ!.. — злобно промолвила Ваайн, а затем обездвижила Аттора соответствующим заклятием. После она подошла к брату и, ухватив изящными, но твёрдыми пальцами его подбородок, заставила смотреть ей в глаза… Хотя Аттор и так таращился на неё в немом изумлении. — А теперь слушай меня, выродок! — прошипела дэймаина, взгляд её уже был ледяным. — Я ненавижу тебя, тварь! Я не могу жить рядом с тобой, на одной земле, в одной семье! Я молила всех богов чтобы ты подох, скотина, но похоже боги меня не слышат!.. — Что… Что ты говоришь, Вай?! — еле разлепив, сведённые заклятием губы, с ужасам проговорил Аттор, не понимая откуда такая ненависть его ойи к нему… Неужели это проклятые аонгилы так повлияли на её разум и чувства?!.. — Не делай вид что ты ничего не помнишь! — заорала Ваайн, влепив брату неслабую оплеуху. А затем ещё и ещё… — Ублюдок! Ненавижу!..       Аттор абсолютно ничего не понимал. Он лихорадочно рылся в памяти на предмет того, чем он ТАК мог обидеть свою ойи, но ничего такого ужасного не вспоминалось… Нет, ну были конечно у них и ссоры и некоторые недопонимания, как и в любой семье, но это всё были мелочи, не заслуживающие ТАКОЙ ненависти. Аттор ещё-бы понял, если-бы, например, Фарен воспылал к нему ненавистью, — у него, в общем-то, были на то причины, — но сестра… Нет, точно аонгилы, а вернее этот проклятый Руэ-Эрса промыл ей мозги. И теперь его любимая сестрёнка превратилась в злобного духа…       Тем временем Ваайн, закрыв лицо руками, горько разрыдалась… И это было вынести тяжелее всего. Не в силах шевельнуться, Аттор сначала растерянно посмотрел на сестру, а затем злобно уставился на аонгила. И тот перехватив его взгляд ответил ему осуждающим и презрительным взором… Тварь белобрысая!.. После Руэ-Эрса подошёл к Ваайн и осторожно обнял её за плечи, приблизив губы к её аккуратному, остроконечному ушку. — Не плачь, любовь моя, — разобрал Аттор едва слышный шёпот аонгила. — Он не стОит твоих слёз.       Видя, что Ваайн не успокаивается, Руэ-Эрса намагичил в руке чёрный, кожаный хлыст и протянул дэймаине, кивнув на, мгновенно насторожившегося, Аттора. — Выпори его, Вай, — сказал аонгил. — Отлупи хорошенько этого мерзавца.       Оба Са-Денна уставились на орудие экзекуции: Аттор с недоверием и вызовом, а его ойи с раздражённым удивлением. — Нет, Руэ, — отозвалась Ваайн после недолгого молчания (во время которого Аттор морально готовился получить горячих от младшей сестрёнки). — Я не стану… Видеть не могу этого… этого выродка… — Я-бы мог отлупить его и тем самым хоть немного отомстить за тебя. А ты посмотришь. — Аонгил ловко поиграл хлыстом и вопросительно уставился на дэймаину. — Как хочешь, Руэ. Дело твоё, как поступать со своим пленником, — пожала плечами Ваайн и, резко повернувшись, направилась к массивной двери, которая вдруг появилась в стене. — Ты разве не будешь смотреть, Вай? — С некоторым недоумением спросил аонгил. — Нет. — Ваайн подошла к двери, но прежде чем выйти, она повернулась к аонгилу. — Только не убивай его, Руэ. Всё таки он мой… Не договорив дэймаина махнула рукой и скрылась за дверью.       А Руэ-Эрса повернулся к Аттору. — Чтож, придётся МНЕ заняться тобой, рогатый, — негромко произнёс сероглазый, помахивая хлыстом и глядя в глаза своего пленника. — Думаю то, что я с тобой сделаю, тварь, ты надолго запомнишь. «Да что я сделал-то?!» — мысленно завопил Аттор, не в состоянии преодолеть заклятие обездвиживания. — «Почему ойи ненавидит меня?!»       Однако ответа ему давать никто не собирался, во всяком случае аонгил так-уж точно… Вместо этого прозвучало очередное заклинание и Аттора вновь развернуло лицом к каменной, сырой стене… А после началась порка. Аонгил лупил его от души, к тому-же, видимо, он имел немалый опыт в этом деле, потому как Аттор ощущал каждый обжигающий удар буквально всеми нервными окончаниями своего тела… Но всё-же боль не была какой-то там запредельной, а вполне терпимой. Несмотря на все старания белобрысого выродка, старавшегося посильнее впечатать жало хлыста в плоть своего пленника, для Аттора это был не предел — он мог вынести и больше. Потому как, во-первых он являлся воином, а не каким-то там нежным цветочком. А во-вторых Аттор был знаком с телесными наказаниями более чем хорошо. Сначала, в детстве, его частенько наказывали родители за те или иные проступки и шалости, а после, в отрочестве, — наставники и учителя в Школе Воинов… куда, кстати, Аттор поступил вопреки воле своего отца, но с помощью венценосного дядюшки Тэввоса… Так что сейчас Аттор, невзирая на сильную боль, выносил эту экзекуцию относительно хорошо… Тем более, что болевой суур этот Руэ-Эрса, видимо, не применял…       Однако, как оказалось, Аттор рано расслабился. Очевидно осознав, что пленник слишком-уж спокоен и не показывает должной реакции на наказание, Руэ-Эрса не слишком аккуратно сорвал защитное кольцо с основания хвоста дэймаина, а затем… … А затем у Аттора из глаз посыпались искры, — хлыст аонгила с силой опустился на кожу рядом с хвостом!.. Сшииис!!! Он, Аттор, даже как следует заорать не смог, то-ли от заклинания Ваайн на обездвиживание, то-ли от зверской боли. Лишь протяжно застонал, вылупив глаза, чем весьма порадовал белобрысого ублюдка… Который с явным воодушевлением принялся хлестать пленного дэймаина прямо по основанию хвоста, периодически попадая по ягодицам. Аттор завывал сквозь зубы, боль от хвоста горячими, дёргающими волнами разливалась по всему его телу, от каждого удара у него перехватывало дыхание, в глазах периодически темнело… … Вскоре он буквально растворился в боли и потерял счёт времени — Аттору казалось, что его блондинистый мучитель не остановится никогда… … Однако, в какой-то момент, зловещий свист хлыста прекратился. И Са-Денн судорожно, со всхлипом вздохнул — хвоста он не ощущал. Совсем. Может он вообще отвалился?..       Чувствуя, что сковывающее заклинание нЕсколько ослабло, Аттор с трудом повернул голову и глянул вниз, на свою задницу. Нет хвост, конечно, был на месте (Хвала богам!), но вот висел как верёвка, без признаков жизни. Сшис!.. Неужели треклятый аонгил его сломал?!.. — Что смотришь, рогатый? — насмешливо проговорил Руэ-Эрса, с помощью очередного звука-заклинания распыляя орудие экзекуции. — Боишься за свой хвостик?       Аттор ненавидяще посмотрел на него. Нет, он не особо беспокоился за хвост… или за руку… или за ногу — как довольно сильный маг он обладал весьма эффективным лечебным сууром и мог вылечить, если не всё, то очень многое… Но разве ему позволят? Сейчас-то, когда он пленник!       Тихо рассмеявшись, Руэ-Эрса осторожно провёл пальцами по остроконечному уху своей жертвы… и Аттор невольно дёрнулся, зло посмотрев на аонгила. — Не трепыхайся, дэймаин. — От тихого голоса белобрысого и от его дыхания прямо в свою шею у Са-Денна побежали мурашки по позвоночнику. — Сейчас я подлечу тебя.       С этими словами аонгил положил ладони с лечебным сууром на крепкие атторовские ягодицы и принялся их поглаживать аккуратными и даже нежными движениями, уделяя особое внимание основанию хвоста… И Аттор вновь задохнулся, но на этот раз от весьма приятных и возбуждающих ощущений… Которых, если честно, он совсем не желал получать от врага. Но так действовал лечебный суур и ничего с этим поделать было нельзя. Хотя сшисов аонгил явно получал не меньшее удовольствие от невольного возбуждения своего пленника, потому как его бёдра периодически прижимались к обнажённой заднице Аттора и тот более чем хорошо чувствовал его каменный стояк, который широкие штаны скрыть не могли…       Когда-же сильные, но осторожные и даже ласковые пальцы белобрысого скользнули вперёд, на пах Аттора, у дэймаина непроизвольно вырвался то-ли всхлип, то-ли стон и он невольно поддал бёдрами вперёд, стремясь усилить восхитительные ощущения, — одной рукой аонгил ласково перебирал и чуть пощипывал, потяжелевшие от сильного желания, яйца Аттора, а вторая ласкала подлеченное основание его хвоста. Са-Денн плыл и плавился от безумно-приятных ощущений, рваное дыхание с шумом вырывалось из его груди — он даже на какое-то время выпал из реальности, позабыв ГДЕ находится и что ласкает его враг. — Нравится тебе ЭТО, дэймаин? — Горячий шёпот Руэ-Эрсы, произнесённый в шею Аттора, заставил того невольно содрогнуться. Сильные, но осторожные руки аонгила с лечебным сууром нежно прошлись по широким плечам и спине дэймаина… — Ммм!.. Яяя-а-а неее!.. — только и смог произнести Са-Денн, мучительно выгибаясь от непрошенного, но такого восхитительного наслаждения. — Аххх!..       Руэ-Эрса насмешливо фыркнул, а Аттор сквозь пелену возбуждения отстранённо подумал, что действия его пленителя уже давно вышли за рамки обычного наказания… — Ты не можешь ответить на такой простой вопрос, Са-Денн? — вновь спросил белобрысый. — Хотя зачем тебе что-то отвечать? Твоё тело более чем красноречиво.       Аонгил довольно сильно куснул Аттора за загривок (от чего дэймаин едва не подпрыгнул), а затем тот час ласково зализал место укуса. Его рука, ласкающая основание хвоста Са-Денна, скользнула ниже, прошлась по ложбинке между мускулистых ягодиц, а после нырнула внутрь… Глаза Аттора широко распахнулись, — его мучитель умело и чувственно ласкал его анус, периодически чуть проникая в него… от чего Са-Денна буквально затрясло от удовольствия. — У вас в Дэйма-Илм принято вставлять в задницы тиарши магические, любовные кольца, — негромко произнёс Руэ-Эрса, аккуратно, но настойчиво проталкивая свой палец в анус своего пленника. — А я поставил-бы любовное кольцо тебе, Са-Денн.       Аттор насторожился, — он понял, почему аонгил говорит о любовных кольцах. Но… Сшис!.. Он не хотел того, что намеревался сделать этот мерзкий Руэ-Эрса… этот Призрак Света… этот вражина! Тщетно пытаясь уйти от своего мучителя, Аттор забился и задёргался в своих цепях и остатках сковывающего заклинания, не обращая внимания на боль от сопротивления… Но тут его ноги, вдруг, резко поднялись (с помощью магии, конечно), а в следующую секунду дэймаин взвыл словно дикий зверь. Треклятая белобрысая тварь ворвалась в него словно таран! Во всяком случае у Аттора было такое чувство, что его задница треснула вдоль и поперёк… Кташ! После восхитительно-нежных ласк это грубое вторжение было ОСОБЕННО неприятным и болезненным. Аттор рванулся изо всех сил, но сильные руки Руэ-Эрсы не особо любезно ухватили его за бёдра и вновь грубо насадили на огромный член. — Ну? Как тебе, рогатый? — приблизив губы к уху своего пленника, язвительно поинтересовался аонгил… И едва успел убрать свое смазливое лицо от дэймаина, ибо Аттор, резко мотнув головой, едва не расквасил нос своему мучителю. — Чтоб ты сдох, падаль! — прошипел Са-Денн, изо всех сил пытаясь хоть немного поунять боль, вызванную вторжением нехилого аонгилского члена. — Ох!       Руэ-Эрса, услышав это проклятье, с силой впечатал свою жёсткую пятерню в ягодицу пленника. — Ай-ай, Са-Денн, — издевательски произнёс аонгил, больно сжимая в руке его хвост. — Как нехорошо желать смерти возлюбленному своей сестры. — А Ваайн вообще знает чем сейчас занимается её так называемый возлюбленный? — сквозь зубы спросил Аттор, повернув голову к своему пленителю… Его изумрудные глаза встретились с насыщенно-серыми глазами Руэ-Эрсы. Тот пожал плечами, криво усмехнувшись. — Возможно и знает. Но только ей всё равно. Ваайн больше не считает себя одной из Са-Деннов. После того как ты…       Аттор невольно напрягся, на какое-то время даже позабыв про зверскую боль в непомерно растянутом анусе, и нетерпеливо ожидая, что скажет аонгил о причине ненависти Вайн к своему онно. Однако Руэ-Эрса, поняв, что чуть не сболтнул лишнее и от того озлившись, быстро вышел из задницы дэймаина, а затем с такой силой вновь загнал в него член, что у Са-Денна все мысли разом вылетели из головы от жуткой боли… (конец воспоминаний)       Содрогнувшись Аттор резко вышел из своих воспоминаний, но в голове ещё звучали отголоски его диких криков, так словно это всё случилось вчера, а не нЕсколько лет назад… Призрак Света его тогда насиловал долго-долго, до потери сознания — а ведь Аттор, как и любой дэймаин, был очень вынослив и силён. Однако столько боли, как в тот раз, Аттору ещё не приходилось сносить никогда. Как и унижения…       В себя Аттор пришёл уже в Дэйма-Илм, в глухом лесу (как только им зверьё дикое не закусило?) — видимо этот белобрысый ублюдок, вдоволь натешившись и наиздевавшись над своим пленником, вышвырнул его из Теяр-Илм как ненужный хлам…       Аттор тогда был сильно истощён и физически, и магически, и эмоционально. Ему пришлось довольно долго восстанавливаться… А о Ваайн он думать себе запретил. И с родственниками не желал обсуждать эту тему…       И, кстати, именно после этого «путешествия» Аттора в Тэяр-Илм, император Тэввос повелел усилить охранную магию, окружающую Ринас-Илм (Южный материк), то есть собственно империю Дэйма-Илм и названную Щитом. Так что магические переходы с одного материка на другой стали невозможными… Хотя и раньше они, а точнее такие сложные и мощные заклинания, были далеко не для всех, а точнее для сущих единиц очень сильных и опытных магов… Более того, — Аттор не удивился, когда, немного позже, разведка донесла императору, что аонгилы тоже усовершенствовали свой охранный суур и теперь в Шова-Илм (Северный материк) по магическим переходам путь был заказан… — Ну так, значит, решено? — нетерпеливый голос императора ворвался в мысли Са-Денна. — Ты, Аттор, временно назначаешься халетиром Северной армии и помощником эрт рина Та-Денна.       Глянув на венценосного дядюшку и своего двоюродного братца, Аттор хотел было возразить… … Но внезапно у него возникло какое-то странное чувство, нечто вроде интуитивной уверенности, что ему следует ПРИНЯТЬ это неожиданное назначение Что на севере империи с ним произойдёт нечто очень и очень важное. Аттор не мог сказать почему у него, вдруг, появилось такое чувство, однако решил довериться своим ощущениям…       К тому-же лишний раз спорить с императором не стоило… То есть Тэввос Та-Денн возможно и пошёл-бы на встречу желанию, а точнее нежеланию своего племянника, но при случае припомнил-бы ему этот отказ. В самый неподходящий момент… — Хорошо, талл рин, — Аттор почтительно склонил голову в знак согласия. — Я приму временное командование Северной армией. Но прошу вас позволить мне уладить кое-какие неотложные дела здесь.       Явно довольный согласием племянника, император Та-Денн благосклонно кивнул на его просьбу, а после вновь вернулся к беседе со своими халетирами…

***

Империя Дэйма-Илм. Город Та-Таа. Особняк наместника Са-Хорра.       Охранный суур, окружающий владения рина Са-Хорра, приоткрылся и магический городской поток плавно занёс небольшую ладью рина Яррэша Ма-Залла в открывшиеся массивные ворота особняка и Ваэйме, который всю дорогу (правда недолгую) простоял рядом с мягким креслом, где удобно устроился его временный хозяин, не без интереса глянул в круглое окно.       Дом этого сиятельного рина Ланнода Са-Хора, как видел Ваэйме, был построен в модном нынче в империи стиле низших рас, а именно как у маонов — их полукруглые жилища были взяты здесь за основу. Нет, конечно, у такого знатного и, очевидно, богатого дэймаина как Са-Хорр особняк вовсе не выглядел один в один как у бедных рыбаков-охотников маонов — он был построен из дорогого сине-зелёного камня и состоял из нескольких полу-сфер, — одной большой в центре, а остальные, поменьше, вокруг этой центральной. Сейчас все полу-сферы красиво сверкали и переливались в лучах заходящего светила, а также дополнительный свет и сияние придавали магические огоньки-фонарики, которыми были украшены окна дома.       Что касается двора то, насколько Ваэйме мог рассмотреть его в окно, двор был вполне себе обычным, выложенный разноцветной плиткой с редкими клумбами. Хотя, судя по кронам деревьев, видневшимся из-за строений, позади особняка у рина Са-Хорра находился большой сад или парк…       Тонкая, но прочная цепочка, крепившаяся к ошейнику Ваэйме сильно натянулась, резко отрывая его от созерцания особняка. — Хватит таращиться, — недовольно проворчал хозяин школы наложников. — Пошли уже… И смотри, Ваэйме, веди себя прилично. Не вздумай что-нибудь выкинуть. Ты понял? — Да, господин, — почтительно отозвался Ваэйме.       Он хотел было поклониться, но рин Ма-Залл вновь не слишком любезно дёрнул его за ошейник, приказывая тем самым следовать за собой… Хозяин школы наложников вообще пребывал что называется «не в духе» — всю дорогу от школы до особняка рина Са-Хорра он хмурился и мрачно смотрел в окно, стискивал кулаки и время от времени чуть слышно бормотал ругательства. (Но хоть не цеплялся к Ваэйме — и то хорошо)… И тиарши догадывался чем, а точнее КЕМ было вызвано такое его настроение. Учителем Кавиитом Ва-Латтом и его чувствами к этому эрт рину Омиишу.       Хм… Честно говоря Ваэйме и не предполагал, что такой холодный и циничный дэймаин как Яррэш Ма-Залл может испытывать любовное влечение к кому-бы то ни было. А то, что рин Ма-Залл любит рина Кавиита (ну, как умеет, конечно) и уже давно, Ваэйме понял ещё по подслушанному разговору и хорошему траху обоих дэймаинов, где рин Яррэш явно желал доставить удовольствие своему партнёру. Хотя… Хотя зачем тиарши вникать в отношения дэймаинов друг с другом? Пусть любят кого хотят и как хотят. Единственное, что волновало и тревожило Ваэйме в этих отношениях — его собственная причастность к императорскому сыну… Омиишу этому. Того, что он случайно услышал было не достаточно для полного понимания картины прошлого. Наоборот все эти части-кусочки вызывали в нём всё больше и больше вопросов, на которые Ваэйме хотелось получить ответы всё сильнее и сильнее… Только вот кто-бы ответил?       Вообще чем дальше, тем более положительно Ваэйме относился к мысли, что ему необходимо поговорить с учителем Ва-Латтом. И поскорее… Правда этот шаг внушал парню определённые опасения… Но, а как иначе он узнает ответы? Кто ему поможет хоть немного разгрести всю ту кашу в голове, что у него творилась ещё со дня побега от рина Са-Денна? Не у рина Ма-Залла-же спрашивать… Украдкой взглянув на злое и мрачное лицо дэймаина, Ваэйме лишний раз утвердился в мысли, что рин Ма-Залл будет последним существом в Илма-Сууре, которому он рискнёт задать подобные вопросы…       Цепочка на ошейнике вновь натянулась, вырывая Ваэйме из его мыслей. — Ногами резвее передвигай!.. — процедил сквозь зубы хозяин школы… … И парень, хоть и не осмеливался смотреть на него, но просто кожей чувствовал недобрый взгляд рина Ма-Залла, а потому ускорился, не желая неприятностей, которые легко можно было заработать от раздражённого хозяина школы.       Когда рин Яррэш и Ваэйме вышли из ладьи, рядом с ними тот час, словно сшис из-под земли, оказался синеглазый дэймаин в тёмных штанах и длинной подпоясанной рубахе, которая говорила, что встречающий является управляющим особняка.       Слегка склонив голову, дэймаин произнёс, обращаясь, конечно, к своему соплеменнику: — Сиятельный рин Ма-Залл, позвольте приветствовать вас в доме моего достопочтимого хозяина. — И вам доброго здоровья, уважаемый таа Гирос, — тоном, которым следовало желать отнюдь не здоровья, а чего-нибудь гадкого, проговорил рин Яррэш, свысока глядя на своего не знатного соплеменника. — Господин Са-Хорр ждёт вас. Прошу вас следовать за мной. — Синеглазый дэймаин развернулся и направился в сторону главных дверей особняка. — Я смотрю, все уже в сборе, — шагая за управляющим и, время от времени дёргая Ваэйме за цепочку, проговорил рин Яррэш, кивая на ряд ладей, стоящих во дворе у ограды. — Да, господин, — кивнул управляющий. — А перед Вами как раз приехал сиятельный рин Фарен Са-Денн…       Услышав эти слова, Ваэйме, следующий за хозяином, едва не споткнулся на ровном месте. А затем так и вытаращился на синеглазого дэймаина, мгновенно позабыв о правилах поведения для тиарши (благо что ни управляющий, ни рин Ма-Залл этого не заметили, так как шли немного впереди). Сердце брюнета ухнуло куда-то вниз, а после бешено застучало от волнения… Рин Фарен здесь?! Так может он взял с собой Лейсо? Может друг тоже сейчас здесь, в особняке?! Рин Яррэш в очередной раз грубо дёрнул его за цепочку. — Шевелись, нерасторопный раб! — даже не взглянув на Ваэйме, сквозь зубы процедил дэймаин, продолжая путь следом за управляющим, к центральному входу особняка       И едва-ли не машинально переставляя ноги, брюнет так и впился взглядом в дом, словно мог увидеть сквозь стены. И… … Внезапно на какие-то пару-тройку секунд ему показалось (или не показалось?), что он ДЕЙСТВИТИТЕЛЬНО ВИДИТ! Какое-то большое помещение, — судя по обилию разделочных столов, кастрюль и горшков, кипящих на магических огнях, это была кухня, где суетились несколько дэймаинов из простых, нарезая, раскатывая и помешивая, и слуги-тиарши… А ещё Ваэйме увидел… Эффзу! Нарядно одетый и с волосами, забранными в хвост, фаворит Фарена Са-Денна как раз ставил на поднос какой-то кувшин и тарелки… Но как?! Как такое может быть?! Как можно было видеть сквозь стену?! Он-же не маг!       Ваэйме изумлённо моргнул… … А в следующее мгновение от внезапного приступа слабости неуклюже повалился на плиты двора. — Кташ! — Сквозь шум в ушах брюнет слышал раздражённый и одновременно удивлённый голос хозяина школы наложников. — Какого сраного сшиса ты на ногах не стоишь, неуклюжий идиот?! А ну, вставай!       Вслед за словами Ваэйме прилетел несильный, но довольно чувствительный пинок по рёбрами, и преодолевая дурноту парень с трудом поднялся на ноги… Правда тут дело было не столько в пинке и недовольстве хозяина, сколько в опасении Ваэйме, что рин Ма-Залл применит к нему лечебный суур, а потом будет издеваться над возбуждением тиарши… а может и ещё что-нибудь поганое придумает. С него-бы сталось… Ваэйме покачнуло и рин Ма-Залл раздражённо удержал его за плечо. — Господин Яррэш, — с беспокойством проговорил управляющий. — Вашему тиарши нужно к лекарю… — Плетей ему нужно, а не к лекарю, — зло ответил хозяин школы наложников, недовольно зыркнув на своего сердобольного соплеменника.       Хорошенько встряхнув Ваэйме, рин Ма-Залл затем отвесил ему смачную оплеуху чтобы взбодрить… … И тут организм брюнета не выдержал. Сильнейший приступ тошноты накатил на него… И его вытошнило прямо на красивую дорогую одежду своего временного хозяина!.. — КТАШ!!! — взревел рин Ма-Залл словно дикий разъярённый зверь… … А затем сильный удар в челюсть отправил Ваэйме обратно на плиты двора…       Последнее, что он слышал, прежде чем погрузиться в темноту, был взволнованный голос управляющего: — Рин Яррэш, зачем вы так?!.. А после сознание покинуло Ваэйме… _____________ Ярко освещённое магическими огнями, обширное помещение со множеством столов, стеклянных шкафов и каких-то странных и непонятных приспособлений. — Мудрейший рин Юэро, спасите его! Умоляю! — Красивый, зеленоглазый дэймаин в богатых одеждах в отчаянии заламывал руки и с надеждой смотрел на высокого светловолосого мужчину, на котором поверх обычной одежды был надет какой-то необычный, плотный фартук. — Он умирает! Пожалуйста помогите!       Светловолосый, которого дэймаин назвал Юэро, приблизился. У него оказались тоже зелёные глаза, но совсем другого оттенка нежели у дэймаина. И эти, цвета травы, глаза смотрели сейчас изучающе и цепко, с каким-то холодным, отстранённым интересом. — М-да, — после недолгого молчания произнёс этот рин Юэро. — Действительно мальчишка умирает. Ваш мир отторгает его… — Мужчина вновь посмотрел на дэймаина. — Если честно, Омииш, то я вообще удивлён, что твой э’сууир продержался столько времени. Ведь Илма-Суур должен был убить его едва-ли не сразу как малец оказался здесь… — Я это знаю, рин Юэро! — Дэймаин умоляюще смотрел на своего собеседника. Хвост его заполошенно метался из стороны в сторону. — Но вы-то живёте в Илма-Сууре уже много лет! Вы-же можете сделать так, чтобы мой мальчик тоже смог жить здесь?! — Ну… теоретически- да, могу, — задумчиво произнёс Юэро. — Почему теоретически? Вы-же проводили эксперименты на тиарши, — возразил дэймаин, в чьих глазах надежда сменялась отчаянием, а отчаяние- паникой. — И эксперименты эти были вполне удачными!       Светловолосый как-то странно посмотрел на него, а затем невесело усмехнулся. — К сожалению, не все, Омииш… не все. Случались и неудачи… К тому-же тиарши всё-таки жители Илма-Суура, хоть и искусственно созданные… В отличие от твоего э’сууира, Омииш. — И в отличие от вас, рин Юэро. — Омииш напряжённо, не мигая смотрел на мужчину. — Меня таким сделали ещё в Зоне… то есть в моём мире. И там работать было гораздо легче, а здесь… — Тут Юэро обвёл взглядом помещение. — Здесь много чего не хватает… Нет, я могу, конечно, сделать из твоего мальчишки «кадавра», но положительного результата не гарантирую.       Омииш обессиленно опустился на, стоящий рядом, стул и, глядя в одну точку, сжал пальцами виски. — Без гарантий… — в отчаянии пробормотал он, но затем решительно посмотрел на своего светловолосого собеседника. — Но если ничего не делать, то мой э’сууир ТОЧНО умрёт. Так что я очень прошу вас, рин Юэро, хотя-бы попытайтесь ему помочь. — Я постараюсь, Омииш, — сказал мужчина, натягивая на руки перчатки.       Он отошёл к одному из шкафов и достал из него маленькую светящуюся сферу с иглой на конце. — Этот препарат замедлит процесс разрушения в организме мальчика. — Пояснил Юэро, видя вопросительно-тревожный взгляд дэймаина. — А сейчас тебе лучше уйти, Омииш. Я привык работать без посторонних… — Да, конечно, рин Юэро. — Дэймаин поспешно поднялся со стула и почтительно поклонившись, направился к двери.       Юэро каким-то нечитаемым взглядом смотрел ему вслед. — Омииш… — окликнул он дэймаина, когда тот был уже возле дверей и, когда рогатый обернулся, произнёс: — Я, конечно далёк от ваших дэймаинских разборок- всё-таки Илма-Суур не мой мир, а дэймаины не люди. Но… бросал-бы ты свою затею с переворотом. — Вы беспокоитесь за моего папашу, рин Юэро? — Омииш мрачно усмехнулся. — После всего, что он сделал вам… — Вообще-то я беспокоюсь о тебе — Юэро нахмурился. — Я не со вчерашнего дня тебя знаю, мы с тобой много пережили вместе. И мне не безразлично, что с тобой может произойти. Тэввоса тебе и твоим сторонникам не одолеть. Он слишком силён. — Тут мужчина невесело усмехнулся. — Причём во многом благодаря мне. Ведь я э’сууир твоего отца. — К сожалению, — негромко произнёс дэймаин, с невесёлой усмешкой. — Честно говоря, когда мы впервые с вами встретились, рин Юэро, и когда вы спасли меня и вернули домой, я и предположить не мог, КЕМ вы будете для талл рина… Мне жаль, что вы не можете вернуться обратно в свой мир… — Красивое лицо Омииша стало серьёзным и даже каким-то грустным. — Мы уже далеко зашли, рин Юэро. Ни я, ни мои соратники не отступим от того, что должно сделать. Правление моего отца… Не договорив, дэймаин мрачно покачал головой, а после резко развернулся и, распахнув двери, быстро покинул помещение. _______________ — Ох, тыж ёлки!.. Что это было?!.. — хрипло пробормотал Ваэйме постепенно приходя в себя. Дурноты и слабости он больше не чувствовал… Вроде… Что, конечно, не могло не радовать. Но вот голова просто раскалывалась… Ещё-бы! От такого-то удара!.. Хотя может и не от удара вовсе… — Что ты там бормочешь, тиарши? — Грубоватый резкий голос словно колокол отозвался в и без того болевшей голове парня. И с трудом удержавшись от ругательства, Ваэйме открыл глаза, прогоняя остатки странного видения (хотя для него странности стали чуть-ли не обыденностью в последнее время)… … И первое, что он увидел, — что находится в небольшой комнате с двумя полукруглыми окнами. Судя по кушеткам, на одной из которых лежал он сам… причём абсолютно голый (Сшис!)… а так-же шкафчикам с пузырьками и бутылочками, это была лекарская. А возле стола, находившегося неподалёку, а точнее опираясь на него мускулистой задницей в обтягивающих штанах, и помахивая хвостом, стоял высоченный, плечистый дэймаин, чьи жёлтые глаза сейчас пристально смотрели на тиарши… Наверное это был здешний лекарь. — Наконец-то ты пришёл в себя, — тоном словно сожалел об этом, произнёс дэймаин. — А то я уже стал сомневаться в своем целительском умении. Заставил ты меня понервничать, болячка ты эдакая…       С этими словами дэймаин взял со стола маленький (не то, что у рина Аттора) сей-шар и с помощью суура кого-то вызвал на связь… Как оказалось временного хозяина Ваэйме… — Яррэш, твой тиарши наконец-то очухался, — хмуро сказал лекарь маленькому изображению рина Ма-Залла в сей-шаре. — Кташ, сколько я снадобий на него извёл… Дорогих между прочим, из редких ингредиентов…       Хозяин школы наложников что-то ответил (Ваэйме не расслышал) и смазливая физиономия лекаря недовольно скривилась. — А вот не брал его мой лечебный суур! Представляешь? Также как и твой, между прочим… Что сильнее? Может у меня и сильнее чем у тебя, но не в этом дело. Мне словно что-то мешало… Только не могу понять что… Я сделал парню магическую диагностику, но ничего подозрительного не обнаружил. Тиарши как тиарши… Нет, говорю тебе, никакой неизвестной болезни у парня нет! Просто сильная слабость и упадок сил… Нет, пусть полежит в лекарской ещё немного. Я хочу ввести ему тонизирующий настой. Потом заберёшь своего раба… Ну или я его к тебе отправлю…       Ваэйме тем временем осторожно поднялся, а затем сел на кушетке, при этом с сожалением и досадой ощущая, что слабость всё-таки прошла не до конца. Сшис! Ему совсем не улыбалось оставаться с этим лекарем, — не нравился Ваэйме оценивающий взгляд, каким смотрел на него этот дэймаин… К тому-же брюнету хотелось узнать взял-ли Фарен Са-Денн с собой Лейсо и, если да, то найти и поговорить с другом… А торчать здесь, в лекарской, у Ваэйме не было никакого желания… Тем более, что парень догадывался КАК именно лекарь будет вводить в него этот свой целебный настой… — Э-э… господин, — привлёк тиарши внимание дэймаина к своей скромной персоне. — Вам не стоит беспокоиться. Я хорошо себя чувствую и хотел-бы… — Хорошо, говоришь? — Дэймаин мгновенно и неуловимо приблизился к своему пациенту… Ваэйме аж отшатнулся от неожиданности. — Не тебе, глупому тиарши, судить об этом! Я- врачеватель и только Я решаю что делать со своими пациентами…       А в следующее мгновение сила магии, посланная дэймаином, сперва опрокинула парня обратно на кушетку, а затем и вовсе перевернула его, поставив на четвереньки. Ваэйме рванулся с протестующим возгласом, абсолютно не желая подвергаться весьма неприятной, лечебной процедуре, однако магические путы держали его крепко… Единственное, чего парень достиг своими действиями, так это крепкого и звонкого шлепка по заднице от врачевателя. — Стой смирно и не мешай мне, — не без раздражения произнёс дэймаин.       Ваэйме с тревогой наблюдал как лекарь отошёл к столу и взял небольшую мягкую ёмкость с длинным, тонким носиком, внутри которой, судя по всему, и находился целебный отвар… Сшис! Ну точно, он не ошибся, предположив способ введения лекарства. Через зад, кташ!.. … Нет, конечно, это не было каким-то издевательством или выдумкой этого врачевателя — даже достопочтимый лекарь Хивэт Лезз утверждал что именно таким способом магические отвары и настои лучше всего усваиваются организмом. Однако с помощью вливаний в кишечник лекарства вводили только малышне-тиарши, потому как их просто могло вытошнить от, чаще всего неприятного и даже отвратного, вкуса и запаха целебных настоев. Но он-то уже давно вышел из того возраста!.. Да к тому-же ещё и прекрасно помнил по питомнику и школе какая это неприятная и даже болезненная процедура!       Между тем дэймаин, держа в руках ёмкость, вернулся к Ваэйме. Снова хлёстко шлёпнув тиарши по заду, лекарь с помощью звука-заклинания раздвинул его ягодицы и, пощекотав хвостом анус парня, от чего «любовное кольцо» немного расширилось, принялся довольно осторожно вводить ему носик ёмкости. Ваэйме невольно напрягся и попытался уйти от неприятного проникновения… но лишь заработал сильный щипок за ягодицу… Прямо рядом с анусом!.. Кташ!.. Больно!..       Брюнет невольно шикнул. Однако когда внутрь него полился целебный настой, неприятные ощущения возросли в разы, — это лечебный суур, на котором и готовился отвар, помогал ему впитываться в нутро… Ну, во всяком случае господин таа Лезз во время занятий по врачеванию у тиарши в доме рина Са-Денна объяснял болезненные ощущения при данной процедуре именно так… Ваэйме стиснул зубы и зажмурился — его живот начинало неприятно и распирать… Однако сейчас парня беспокоило не столько болезненные ощущения, сколько то обстоятельство, что он, совсем не желая этого, начал возбуждаться. Причём весьма быстро. То-ли лечебная магия у этого лекаря была настолько сильной, то-ли целебные травы, из которых был приготовлен настой, обладали такими забористыми свойствами, но вскоре член у Ваэйме стоял как каменный. — Что? Нравиться тебе, тиарши? — насмешливо поинтересовался врачеватель. — Это мой особый рецепт отвара. Так сказать совмещает полезное с приятным… Но только кончить я тебе не дам. По крайней мере быстро.       Дэймаин произнёс очередной звук-заклинание и Ваэйме почувствовал как его член у основания охватило невидимое магическое кольцо, а затем, с помощью магии преобразовав ёмкость в большую анальную пробку (или ещё в какую-нибудь игрушку — Ваэйме не видел), лекарь закрепил ее в ануса парня, чтобы не дать отвару вытечь обратно. Впрочем целебный отвар должен был быстро впитаться с помощью суура и видимо чтобы ускорить этот процесс, лекарь принялся массировать вздутый живот парня. И хотя он массировал только одной рукой — этого было более чем достаточно. Ваэйме сначала вылупил глаза от острой боли и дикого желания испражниться, но вскоре ощутил как сквозь болезненные спазмы в животе от лечебно-магического настоя, искры удовольствия, которые становились всё сильнее и сильнее. А уж когда дэймаин резко поднял его, облокотив спиной на себя, и принялся поглаживать и надрачивать его, колом стоявший, член парень и вовсе «улетел» от наслаждения и «война» в животе не помешала этому. — Ааххх! — Ваэйме выгнулся-бы до хруста, не удержи его лекарь своими сильными руками. — Дааа!.. — Я смотрю- тебе не терпится почувствовать в себе НАСТОЯЩИЙ член, тиарши, — с усмешкой произнёс врачеватель, продолжая гладить ваэймов ствол и чуть пощипывать его яйца… Живот парня тем временем, по мере впитывания в нутро целебного отвара, постепенно возвращался в нормальное состояние. — Жаль что старина Яррэш не дал мне разрешения выебать тебя, красавчик. Уж я-бы тебя так отжарил, что ты отсюда не ушёл-бы, а выполз.       Проведя горячим языком по спине Ваэйме… дэймаин, вдруг, вонзил один из своих довольно острых ногтей-когтей прямо в дырочку его уретры! От неожиданности и острой боли Ваэйме невольно вскрикнул, грубо вырванный из объятий наслаждения… И почти одновременно с этим раздался такой-же болезненный и удивлённый возглас лекаря: — Кташ!!!       С трудом повернув голову к нему, Ваэйме увидел что дэймаин с изумлением рассматривает свои окровавленные пальцы… Вот только это не была его, Ваэйме, кровь. Это была собственная кровь врачевателя — его пальцы были словно порезаны. Причём сильно порезаны. Но только вот ЧЕМ? Не ваэймовым-же членом!..       Очевидно тот-же вопрос волновал и дэймаина, потому как он удивлённо воззрился на тиарши и, растерянно хлопая густыми ресницами, поинтересовался: — А-а… как это я порезался, а? Что произошло?.. «А я почём знаю, тварь ты рогатая!» — со злостью подумал Ваэйме, чей член ещё дёргало от боли после сшисова когтя врачевателя.       Они с дэймаином в упор пялились друг на друга — тиарши, позабыв о том, что рабам ТАК смотреть на представителей высшей расы нельзя и желая чтобы похотливого лекаря сожрали Кровавые Духи, а дэймаин смотрел пристально и удивлённо, явно не понимая ЧТО именно порезало его пальцы, ведь тиарши был без оружия, абсолютно голый и обездвиженный?!       От обоюдного созерцания их отвлекло тихое покашливание со стороны дверей и негромкий, голос: — Прошу прощения, сиятельный рин Ва-Рисс. Не могли-бы вы оказать мне помощь?       Оба, и лекарь, и Ваэйме, прямо-таки синхронно воззрились на вошедшего… Которым оказался ни кем иным как… Эффзу!       С длинными тёмными волосами, забранными в высокий хвост, в нарядной полупрозрачной рубахе без рукавов и вышитых широких штанах он выглядел так, как видел его Ваэйме ещё там во дворе… Значит получается, что он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО видел сквозь стену?.. Но как такое возможно?! Ведь подобное могут только маги! А разве он, Ваэйме, маг? «Нет. Умеющий.» — От слов возникших у него в сознании (причём было такое ощущение, что их произнесли ему на ухо) Ваэйме невольно вздрогнул… … И тут увидел, что Эффзу с удивлением смотрит прямо на него.       Лиловые и ярко-синие глаза обоих парней несколько мгновений таращились друг на друга, а затем фаворит Фарена Са-Денна отвёл взгляд и его симпатичное, на этот раз без следов побоев, лицо вновь приняло привычную отстранённость… А брюнет ясно ощутил как стало жарко его щекам от стыда за свой вид. Хотя, казалось-бы, с чего? Подумаешь голый и на коленях, с торчащей из зада огромной пробкой — вполне обычный вид для бесправных секс.игрушек-рабов… — Чего тебе надо, тиарши? — резко спросил врачеватель, недобро глядя на лиловоглазого. — Какая ещё там помощь тебе понадобилась? — Вот, рин Ва-Рисс, — Сперва почтительно поклонившись, Эффзу затем поднял левую руку и Ваэйме увидел на его руке от локтя до кисти довольно серьёзный ожог. — Я нечаянно обжёгся на кухне, когда… — А чего ты забыл на кухне? — хмуро разглядывая тиарши, проворчал лекарь Ва-Рисс. — Ты ведь не принадлежишь господину Са-Хорру, так чего шляешься по чужому особняку, а не сидишь у ног своего хозяина?.. А хотя я знаю почему- пожрать захотел на халяву!       Ваэйме видел как опустил голову Эффзу и как вспыхнуло его смуглое лицо. — На кухню меня послал мой хозяин- господин Фарен Са-Денн, — еще тише ответил тиарши. — За горячим ниса… — Ах так? Ну значит ты неуклюжий идиот раз ошпарился и поэтому помощи не заслуживаешь, — неприятно хмыкнул дэймаин. Нарочито медленно и напоказ он залечил свои порезанные пальцы целебной магией. — Иди проси своего хозяина о помощи… — О помощи?! Это рина Фарена-то просить?! — вне себя от возмущения и абсолютно забывшись, воскликнул Ваэйме. — Да он скорее себе хвост отгрызет, чем станет тратить свой суур на тиарши! … И тут-же прикусил язык ибо рин Ва-Рисс тотчас изумлённо воззрился на него. Да и Эффзу испуганно вытаращил глаза, резко побледнев.       Несколько секунд врачеватель молча пялился на дерзкого раба, как на какого-то невиданного зверька и за это время в голове Ваэйме пронеслись самые разнообразные наказания, которые могли последовать за его необдуманные слова… … А потом… А потом рин Ва-Рисс громко расхохотался… Чем поверг в удивление уже обоих тиарши. — Верно ты оценил старину Фарена, паршивец! Есть такое в младшем Са-Денне… — Лекарь весело погрозил парню пальцем, а затем всё так-же улыбаясь, изрёк, обращаясь к Эффзу: — Ладно, залечу я твою лапку, тиарши. Но за это ты меня кое-чем порадуешь. А именно хорошим минетом… Ты согласен? — Простите, господин Ва-Рисс, — ответил лиловоглазый тиарши с вежливым поклоном. — Но мой хозяин не давал мне разрешения на сексуальное обслуживание других дэймаинов. Даже знатных. — Да? А мне казалось, что Фарену без разницы, кто и как будет пользоваться его рабами, пусть даже фаворитами, — криво усмехнулся врачеватель. — Однако я вовсе не себя имел в виду, тиарши. Я хочу посмотреть как ты будешь отсасывать ему. — Тут когтистый палец дэймаина указал на Ваэйме.       Парни с некоторым недоумением уставились друг на друга. Нет, конечно, сексуальные игры тиарши друг с другом, в том числе и для услаждения взора хозяев, были делом привычным. Но… Эффзу? Как не пульсировал от неудовлетворённости, стоящий колом, член Ваэйме, он всё-же не хотел чтобы Эффзу отсасывал ему. Ведь Лейсо к нему не равнодушен, возможно… нет, скорее всего!.. даже любит. — Господин Ва-Рисс, — произнёс Ваэйме. — Мне… Я не хочу минета…       Очередной звонкий (и болезненный, кстати) шлепок по заднице, прилетевший от лекаря, оборвал фразу брюнета. — Твоего желания, тиарши, никто не спрашивает, — предостерегающе сказал дэймаин… … А в следующее мгновение Ваэйме почувствовал, что суур его больше не держит. Однако не успел он и пошевелиться, как оказался на жёстких коленях рина Ва-Рисса, который удобно усевшись на кушетку, прижал его к себе спиной. — Давай, тиарши, — обратился дэймаин к замершему у дверей Эффзу и развёл ноги Ваэйме в стороны, открывая его гениталии на всеобщее обозрение. — Приступай.       На секунду Ваэйме показалось, что лиловоглазый сейчас развернётся и уйдёт (как фаворит он имел право не подчиняться другим дэймаинам без прямого приказа своего хозяина), однако Эффзу принял другое решение. Подойдя к кушетке, лиловоглазый тиарши грациозно опустился на колени между расставленных ног рина Ва-Рисса. — Нет. Не нужно… — помотал головой Ваэйме, виновато глядя сверху вниз в лиловые глаза, но изящные, крепкие пальцы дэймаина тот час накрыли его губы. — Больше ни звука, тиарши, — предостерегающе произнёс рин Ва-Рисс. — Или я не стану лечить ему руку, а тебе снова сделаю вливание. Ты этого хочешь? — Дэймаин провёл языком по шее брюнета и Ваэйе содрогнулся от желания. — Смотри, у тебя-же член звенит от напряжения, так пусть тебе помогут… «Кташ! А ты кольцо магическое сними- и будет тогда мне облегчение!» — с досадой подумал Ваэйме… … Но тут все мысли разом вылетели у него из головы. Потому что Эффзу принялся нежно оглаживать его стройные, мускулистые бёдра, периодически слегка касаясь губами гладкой бронзово-смуглой кожи. Ладони лиловоглазого тиарши, как впрочем и его чувственные губы, постепенно поднимались всё выше, а затем немного поласкав, лишённую волос, паховую область, аккуратно погладили яйца Ваэйме… От чего брюнета выгнуло от удовольствия на жёстких коленях дэймаина… И тот час пробка в анусе пришла в движение (с помощью магии, конечно-же) и надавила внутри него на определенную точку, заставив парня невольно застонать от сладкой дрожи, пронзившей все его тело. А уж когда ласковые губы Эффзу сперва поцеловали, а затем и сомкнулись на его, багровой, истекающей перламутровыми каплями, головке, Ваэйме едва не взвыл от острого наслаждения… Сшииис! Как-же ему хотелось кончить! Но проклятое магическое кольцо на члене не давало этого сделать!..       Между тем, поласкав кончик его члена горячим язычком, Эффзу принялся медленно вбирать ваэймово хозяйство в рот, мягко перебирая пухлыми губами. И от погружения в жаркие глубины такого умелого восхитительного рта, у Ваэйме перехватило дыхание и он принялся поддавать бёдрами и тазом вперёд, стремясь проникнуть ещё глубже… Однако сильные руки дэймаина твёрдо удержали его на месте. — Сиди спокойно, тиарши… — тёплое дыхание врачевателя обволокло остроконечное ухо брюнета и Ваэйме содрогнулся.       А Эффзу, продолжая насаживаться ртом на его член, одновременно лаская его языком, глянул на Ваэйме потемневшими лиловыми глазами… И брюнет без труда понял, что фаворит младшего Са-Денна тоже возбуждён.       То-же ощутил и рин Ва-Рисс, когда его хвост, до этого несильно похлопывающий лиловоглазого тиарши по заду (наверное для того чтобы тот не расслаблялся), проник между его ногами и пощупал его член. — Эээ… Да ты, тиарши, уже не прочь чтобы тебе как следует засадили!.. — фыркнул дэймаин. А затем, опять-же действуя хвостом, он одним движением оголил задницу Эффзу, спустив с него его нарядные штаны.       Сотрясаясь и ерзая на коленях лекаря от дикого желания, Ваэйме затуманенным взором наблюдал, как кончик хвоста дэймаина проник между ягодиц лиловоглазого тиарши и принялся хозяйничать там, оглаживая его анус. На лице-же Эффзу при этом не дрогнул ни один мускул, только щёки залил густой румянец, да глаза ещё больше подёрнулись поволокой желания. Однако он не забывал о Ваэйме продолжая ритмично двигать ртом и глоткой по его, уже болевшему от невозможности кончить, стволу. — Ты уже течёшь, тиарши, — чуть-ли не ласково произнёс рин Ва-Рисс, обращаясь к Эффзу и в доказательство потянул хвостом нитку густой смазки, выделяемую задницей тиарши. — Думаю Фарен не рассердиться, если я позволю себе немного вольности по отношению к его фавориту.       После чего он погрузил кончик своего хвоста в анус Эффзу, от чего глаза парня на секунду расширились, а затем он оттопырил ягодицы ещё больше, — видимо врачеватель ему боли не причинил. Скорее наоборот, — то, что делал дэймаин, Эффзу весьма нравилось. Но и про минет лиловоглазый не забывал, ещё активнее задвигав ртом по члену Ваэйме. — Молодец, — похвалил его рин Ва-Рисс. — Умница…       Сквозь пелену перед глазами Ваэйме увидел как по хвосту дэймаина прошли голубоватые блики магии, которые устремились в задницу Эффзу, от чего фаворита Фарена Са-Денна сначала выгнуло в экстазе, а затем он забился в оргазме, забрызгав себя и ноги Ваэйме своим семенем… Причём, сотрясаясь в сладких судорогах лиловоглазый ни на секунду не выпускал изо рта хозяйство Ваэйме… которое от желания грозило не то что лопнуть, а вскипеть и взорваться. Брюнет уже даже стонать не мог, а лишь хрипло и прерывисто дышал вперемешку со всхлипами.       Прочухавшись от бурного оргазма, фаворит младшего Са-Денна пристально посмотрел на Ваэйме… и его тёмные брови удивлённо взлетели вверх. — Вэй? — отстранившись от парня вопросительно произнёс Эффзу, не понимая что происходит.       И Ваэйме только сейчас почувствовал на своих щеках мокрые дорожки, проложенные слезами от дикого желания кончить и невозможности этого. Лиловоглазый нахмурился, не понимая почему Ваэйме не изливается — ну, правильно, магическое ограничивающее кольцо было ведь невидимым!       А вот Рина Ва-Рисса недоумение на лице Эффзу весьма позабавило и, произнеся звук-заклинание, дэймаин убрал кольцо с члена Ваэйме, одновременно с этим отгибая сильными пальцами звеневший ствол парня в сторону лиловоглазого тиарши… А в следующее мгновение мощная перламутровая струя ударила прямо в удивлённое лицо Эффзу, который от неожиданности отшатнулся в сторону… но, не удержавшись, неуклюже завалился на бок — прямо на больную руку…       Кажется Ваэйме ещё никогда не видел и не слышал чтобы кто-то из дэймаинов гоготал так, как сейчас рин Ва-Рисс. Он смеялся громко и заливисто- прямо как ребёнок, топая ногами по полу (от чего Ваэйме подпрыгивал на его коленях словно нёсся на ездовом цаасе* по кочкам и буеракам) и хлопая ладонями то по кушетке, то по бёдрам Ваэйме… Сшис! Больно, между прочим! — Ну, кташ, и повеселили вы меня тиарши! — в перерывах между приступами смеха говорил рин Ва-Рисс. — Ничего не скажешь- молодцы!.. Видели-бы вы свои физиономии!..       Наконец отсмеявшись и снова став серьёзным, он резко (и довольно болезненно, кстати) выдернул пробку из задницы Ваэйме, а затем бесцеремонно столкнул его со своих колен… Встав с кушетки, лекарь с помощью соответствующих заклинаний быстро исцелил руку Эффзу… После чего в Ваэйме полетела его одежда и, подхватив её, брюнет хотел было одеться, но врачеватель довольно грубо подняв на ноги обоих тиарши, не особо церемонясь толкнул их в направлении дверей. — Всё. Хорошего понемногу. Убирайтесь отсюда оба, — резко произнёс дэймаин. — Возвращайтесь к своим хозяевам…       Увлекаемые то-ли силой толчка-напутствия, то-ли магией, тиарши в пару секунд выскочили из помещения, оказавшись в коридоре, но прежде чем двери лекарской захлопнулись, из них вылетели башмаки Ваэйме… едва не попав парню по голове. — Кташ! — сердито произнёс брюнет, поспешно одеваясь. Несмотря на сногсшибательный оргазм, он был зол на похотливого лекаря… как и на рина Ма-Залла… и на себя… и вообще на всех…       Эффзу тем временем пытался оттереть с себя сперму как свою так и ваэймову… украдкой бросая взгляды на своего вынужденного секс.партнёра… — Ваэйме, прости за мучения, — наконец произнёс лиловоглазый, бросив попытки очистить свою одежду от белёсых потёков. — Я не знал, что на тебе магическое кольцо. — Не за что извиняться- ты и не мог об этом знать, — пожал плечами Ваэйме, но тут-же вспомнил о том, кто волновал его сейчас больше всего. — Эф, а Лейсо… Он тоже здесь? — Да, Лей здесь, — утвердительно кивнул Эффзу, чуть нахмурившись. — Рин Фарен сначала не планировал брать его с собой, но в последний момент передумал. И я… Хм, может это и глупо, но что-то предчувствия у меня не очень хорошие, Вэй… — Ну, почему-же глупо? — невесело усмехнулся Ваэйме. (Он тоже тревожился за Лейсо. И ещё как!) — Наоборот, глупо рассчитывать на что-то хорошее с таким-то хозяином как у тебя, Эф… — Я не хотел чтобы Лейсо просился к рину Фарену, — мрачно сказал Эффзу. — Это… это не слишком разумное решение… — Согласен. Но он так поступил из-за тебя, Эф, — ответил Ваэйме и хотел было добавить, что Лейсо скорее всего влюблён в него, Эффзу, но увидев виноватый и какой-то пришибленный взгляд лиловых глаз, не стал говорить об этом. — Ладно, Эф, пошли к нашим хозяевам, — с тяжёлым вздохом проговорил брюнет, хлопнув Эффзу по плечу. — А то они с нас шкуры поснимают. — Пойдём, — безрадостно отозвался Эффзу. — Только мне надо ещё зайти на кухню, забрать подогретый ниса для господина Фарена.       Оба парня торопливо двинулись дальше по богато убранному коридору особняка рина Са-Хорра…

***

Империя Дэйма-Илм. Столица империи — Лаас-Илм. Дворец Императора.       Сложив руки на груди, Юрий Валерьевич молча рассматривал пленника эрт рина Лаадиса — высокого, загорелого нальва, принадлежавшего, судя по насыщенно-красным волосам, к ветви горных нальвов и являвшегося оданиром, захваченного младшим императорским отпрыском, корабля… Точнее уже НЕ являвшегося оданиром… Абсолютно обнажённый, щедро покрытый синяками и ссадинами, пленник висел на большой металлической икс-образной крестовине с завязанными глазами и, судя по его полной неподвижности, пребывал без сознания.       Криво усмехнувшись, профессор Ивашко отвёл взгляд от неподвижного нальва и не без интереса оглядел потайную комнату младшего императорского сына, освещённую парой магических камней на стенах… Мда, это была самая настоящая пыточная со множеством различных приспособлений для «игр» типа лавок, распорок, козел, колодок и т.д., а так-же с весьма впечатляющем арсеналом для пыток — плети, кнуты, зажимы, наручники, верёвки… Блин! Да некоторые из них Юрий Валерьевич даже не представлял как применять на практике!.. Но зато Лаадис Та-Денн, как хорошо было известно профессору, умел обращаться со своим пыточным арсеналом поистине виртуозно. Сколько несчастных тиарши, и не только их, прошли через эту «милую» комнату! Юрий Валерьевич вовсе не считал себя добрым и отзывчивым человеком — скорее циником и реалистом, готовым ради науки на многое, а уж в молодости, ещё там в своём мире, насмотрелся всякого. Но всё равно участь тех несчастных детей и подростков, что попадали в руки младшего эрт рина, не могли не вызывать сочувствия у профессора.       Впрочем кое-кого Юрий Валерьевич у Лаадиса перехватывал — совсем мелких тиарши возраста питомника. Не за их красивые глаза, конечно, а по здоровью и выносливости — ему нужны были подопытные. Для доработки проекта «Кадавр»… Их было не много — всего шестеро, тех у кого было больше всего шансов пройти изменения своего организма. Выжило трое… Это, если не считать э’сууира эрт рина Омииша, хотя он не был обычным тиарши. Он был таким как сам профессор Ивашко…       Вспомнив тех троих детей-тиарши (а профессор помнил их всех, даже погибших), Юрий Валерьевич невольно нахмурился, — он отнюдь не гордился тем, что ему приходилось делать с мальчишками, и вовсе не был в восторге от того, что в конце-концов подопытным пришлось поставить мощный ментальный блок на их воспоминания о лаборатории и на возможность трансформации в «кадавров». Кстати, в том, что парни не смогут самостоятельно снять эти блоки, профессор был уверен — они ведь не являлись умеющими. Неуверенность в Юрии Валерьевиче вызывал лишь э’сууир старшего императорского сына… Но мальчишке стирал память сам эрт рин Омииш, а он был очень сильным магом, особенно по части Мозгового суура. Так что… — Кто… Кто здесь?!.. Негромкий, но хриплый взволнованный голос, выдернул профессора из его размышлений и, посмотрев на пленного, Юрий Валерьевич увидел, что тот пришёл в себя и теперь внимательно прислушивается к окружающему пространству, пытаясь определить, кто ещё находится в помещении.       Подойдя к нальву едва-ли не вплотную, профессор одним ловким движением снял повязку с его лица (однако тугая зараза!) и тот час окунулся в яркую синеву миндалевидных глаз пленника… Который тут-же зажмурился от довольно яркого света магических камней. Юрий Валерьевич терпеливо ждал, когда красноволосый нальв проморгается и привыкнет к освещению.       Наконец пленник медленно поднял голову… И на его красивом, хоть и сильно исцарапанном, лице появилось сначала неверие, а затем и безграничное удивление, едва он осознал кого видит перед собой. — Ну, здравствуй, Кании-Шоо, — произнёс профессор, чуть усмехнувшись. — А ты совсем не изменился за шестьдесят-то лет. Не думал, что когда-нибудь тебя ещё увижу… — Ивашко?! — Нальв дёрнулся в своих путах на крестовине, вылупив глаза на мужчину. — Юрка, это ты?! Здесь?! Но… Но как?! — Как? — Юрий Валерьевич насмешливо приподнял брови. — Наверное так-же как и ты когда-то в мой мир… Ещё помнишь Зону, Кан?.. А Мишку Матвеева?..

***

Империя Дэйма-Илм. Город Та-Таа. Особняк наместника.       Большой, богато убранный зал, где сиятельный рин Ланнод Са-Хорр развлекал своих знатных гостей, являл собой нечто вроде амфитеатра, — каждый следующий ряд удобных, мягких кресел со столиками располагался выше чем предыдущий, а в центре помещения находилась круглая то-ли сцена, то-ли арена… Вокруг которой сейчас прохаживалась пара дэймаинов и возводила с помощью суура прозрачное ограждение - наверное ожидалось какое-то представление… а может даже сражение для развлечения господ...       Ваэйме огляделся по сторонам, подмечая подвыпивших дэймаинов, одних из которых ублажали тиарши, другие продолжали пить и есть, гоняя слуг от стола к столу, третьи вели пьяные беседы друг с другом… Однако брюнета всё это сборище волновало мало и даже рин Ма-Залл, его временный хозяин, сейчас был ему не особо интересен, — Ваэйме хотел увидеть Лейсо.       Вскоре он заметил рина Фарена Са-Денна (чтоб ему пусто было, ублюдку!), который сидел в первом ряду… Кстати, рядом с ним, в соседнем кресле находился и рин Яррэш Ма-Залл… Но вот Лейсо не было… Ну, по крайней мере рядом со своим хозяином…       Невольно заволновавшись, Ваэйме ещё раз пристально оглядел зал. Так и есть — его друга нигде не наблюдалось. — Эф, — повернулся брюнет к Эффзу, который следовал за ним с подносом в руках. — Я не вижу Лея. Где он? — Не знаю. — Эффзу нахмурился, тоже оглядев помещение. — Когда меня послали на кухню за горячим ниса, Лейсо был подле господина… — Ух ты! Какой милашка! Внезапно грубые и цепкие пальцы ухватили Ваэйме за ягодицу и сильно сжали её, от чего брюнет аж подпрыгнул… При этом Эффзу от неожиданности едва не выронил свой поднос… Резко обернувшись, Ваэйме увидел богато одетого, подвыпившего дэймаина (И как только тот подошёл незамеченным? А хотя с помощью суура всё возможно…), который жадно смотрел на него с похотливой улыбкой. — Не знал, что у рина Са-Хорра имеются такие красавчики… — Дэймаин попытался схватить парня за руку. — Я хотел-бы опробовать твою задницу, тиарши. Пойдём, обслужишь меня…   — Прошу меня простить, господин, — вежливо ответил Ваэйме, хотя больше всего в этот момент ему хотелось расквасить рогатому нос. — Но я принадлежу рину Яррэшу Ма-Заллу, поэтому вам надо обговорить этот вопрос с ним.       Пару секунд дэймаин тупо таращился на Ваэйме, затем перевёл непонимающий взгляд в ту сторону, куда указал тиарши. И как раз рин Ма-Залл, словно почувствовав, что говорят о нём, повернулся в их сторону. Увидев, что какой-то нетрезвый хлыщ покушается на вверенное ему имущество, красивое лицо рина Яррэша приобрело угрожающее выражение и он даже приподнял задницу с места, намереваясь пойти разобраться с нахалом… Но нахал, пробормотав что-то похожее на извинения (относящиеся, конечно, не к тиарши, а его хозяину) поспешно ретировался. А Ваэйме и Эффзу, так-же под недобрым, пристальным взглядом рина Ма-Залла, добрались до мест, где сидели их хозяева. Эффзу тот час поспешил к своему господину, который удобно развалился в кресле, а Ваэйме прежде чем опуститься на колени, как простому наложнику, встретился взглядом с насмешливо-торжествующими изумрудными глазами младшего Са-Денна. — А-а! Всё-таки Аттор сбагрил с рук этого наглого раба! — произнёс рин Фарен не без удовлетворения. — Давно пора!.. Хотя я-бы просто убил его… Но продажа- тоже неплохой вариант. — Вообще-то рин Аттор не продавал Ваэйме, — отозвался хозяин школы наложников. — Он отправил своего раба ко мне на исправление. Потом он заберёт своего тиарши. — Да? — Са-Денн младший явно был разочарован. — Ну и зря! От таких как этот тиарши следует избавляться ещё в питомниках. Потому, что из них никогда не получиться правильных, послушных рабов… Вот взять хотя-бы того тиарши, которого мне отдал братец… Лейсо этот…       Встрепенувшись при упоминании друга, Ваэйме невольно замер на месте, ожидая дальнейших слов рина Са-Денна. — Он такой-же дерзкий и наглый как и этот паршивец. — Фарен кивнул на напряжённого Ваэйме. — О чём только думал Аттор, назначая его фаворитом? Уж не знаю в какой школе обучали этого Лейсо. Наверное в самой захудалой.       От Ваэйме не укрылось как резко выпрямился в своём кресле его временный хозяин и как зло уставился на своего болтливого соседа. — Лейсо, так-же как и Ваэйме обучались в моей школе, рин Са-Денн, — негромко, но так, что Фарен сразу стушевался, произнёс рин Яррэш. — И ваш сиятельный брат покупал у меня вполне воспитанных и послушных тиарши. И в том, какими они стали ПОСЛЕ, нет ни моей вины, ни вины моего учебного заведения.       Отведя глаза от разгневанного хозяина школы, который очень болезненно воспринял нелестное высказывание о своём детище, Фарен что-то буркнул, — что-то вроде извинений, — и отвернулся от своего соседа. — Что ты стоишь как идиот, тупой раб! — злобно рыкнул он на Эффзу, покорно замеревшего рядом с хозяйским креслом, а затем отвесил ему такую оплеуху, что парень наверняка полетел-бы на пол, если-бы в последний момент не удержался за столик. — Налей мне ниса, лентяй!.. И пошевеливайся, а иначе тоже окажешься на арене, как твой зверёк-воздыхатель! — Что?! — резко вздрогнув, воскликнул Ваэйме, кидая быстрый взгляд на арену, вокруг которой дэймаины-служители уже закончили возводить магический заслон. Эффзу тоже испуганно и неверяще смотрел на своего хозяина... Как и Ваэйме... да как и любой тиарши... он прекрасно понимал, ЧТО может произойти с Лейсо на арене — Господин, но как-же?.. — растерянно произнёс лиловоглазый. Но Ваэйме перебил его.       Абсолютно позабыв о правилах поведения для тиарши, брюнет вскочил с колен и, воззрившись на Фарена в открытую, возмущённо спросил: — Почему?! Почему вы отправили Лейсо на арену, рин Са-Денн?! Вы не должны были так!..       Тут неслабый такой подзатыльник от рина Ма-Залла заставил парня резко умолкнуть. Схватив тиарши за руку, его временный хозяин грубо рванул Ваэйме вниз, вынуждая его снова встать на колени. — Как ты себя ведёшь, поганец?! — прошипел рин Яррэш, быстро зыркнув глазами по сторонам- не привлекла-ли к себе внимание прочих гостей эта дерзкая выходка раба… Но нет, никто из дэймаинов на них не смотрел- все были заняты либо «играми» с тиарши, либо выпивкой и едой. — Ты что, забыл о моём предупреждении относительно твоего поведения?! Как ты смеешь меня позорить, ублюдок ты тупой?! — Прошу прощения, господин. — Брюнет опустил голову, опасаясь, что сейчас рин Ма-Залл выгонит его из зала, а то и вовсе отправит обратно в школу. А Ваэйме хотел увидеть друга. — Ещё один звук от тебя, негодный раб, и ты пожалеешь, что появился на свет! — процедил сквозь зубы рин Яррэш. — Я отправил дерзкого выродка на арену потому, — встрял в разговор Фарен (Ваэйме не осмеливался смотреть на него, но прямо-таки всей кожей чувствовал его злобный и одновременно торжествующий взгляд) — Что твой дружок такой-же наглый как и ты. Невзирая на наказания, он постоянно дерзил мне, своему хозяину, и мне это надоело знаешь-ли. Пусть теперь в сражении своё умение покажет… А заодно и посмотрим- пошла-ли на пользу жалким тиарши наука старины Кавиита.       Ваэйме краем глаза заметил, как дёрнулся при упоминании учителя Ва-Латта хозяин школы наложников… … Но тут по залу пронёсся гул насмешливо-презрительных голосов… И глянув на арену-сцену, Ваэйме, наконец-то, увидел своего друга! Лейсо как раз вытолкнул на середину арены высоченный, мускулистый дэймаин, судя по одежде являвшийся охранником в доме рина Са-Хорра, а затем удалился, оставив тиарши одного… Пока одного…       Напряжённый как струна, Ваэйме пристально рассматривал своего эно, который с абсолютно спокойным лицом, не обращая на оскорбительные и грязные выкрики пьяных зрителей никакого внимания, подвязывал свои длинные, пепельные волосы. Лейсо был одет, как все тиарши в доме рина Аттора одевались на занятия по физической подготовке, то есть в короткие полупрозрачные штанишки. И всё. А потому Ваэйме хорошо видел многочисленные ссадины и багровые рубцы исчертившие светло-золотистую кожу парня. И не трудно было догадаться откуда у него эти отметины — его новый хозяин постарался… Сшис! А ведь Лейсо у Фарена всего-то чуть больше недели! А что-же дальше-то будет?!       В это время Лейсо посмотрел на зрителей, а точнее на обеспокоенного Эффзу. После он скользнул спокойно-отстранённым взглядом по Ваэйме… И тут-же неверяще уставился на него вновь. Тёмные брови Лейсо удивлённо взлетели вверх, а голубые глаза радостно сверкнули. Ваэйме тоже ободряюще улыбнулся другу, хотя на самом деле ему было не до улыбок, — уж очень волновался он за Лейсо…       Тут шум и гул голосов внезапно поутих и Ваэйме увидел как неподалёку от них со своего более удобного кресла поднялся богато одетый, желтоглазый дэймаин- судя по всему являвшийся хозяином особняка и по совместительству ещё и наместником города Та-Таа.. — Сиятельные рины! — зычно возвестил он. — Сегодня я, как и обещал, порадую вас зрелищем битвы тиарши с та-пурами!.. Правда тиарши будет не мой. Сиятельный рин Фарен Са-Денн любезно предоставил нам своего раба, который обучался оружному бою…       Услышав это Ваэйме широко распахнул глаза и, позабыв о правилах поведения для тиарши, уставился на хозяина дома. Дело в том, что та-пуры являлись родственным видом домашних пуров. Но если последние были всего лишь милыми, ласковыми любимцами, то их дикие родичи та-пуры были куда как крупнее, агрессивнее и свирепее… Ну ещё крыльев не имели, что с лихвой компенсировалось острейшими когтями и внушительными клыками… Так значит Лейсо предстоит сражаться с такими опасными, злобными хищниками?! И, судя по словам рина Са-Хорра, хищник этот будет не один!.. Вообще-то дэймаины частенько развлекались таким образом, заставляя тиарши сражаться то друг с другом, то с какими-нибудь зверьми (Тут Ваэйме вскользь подумал о том, что рин Аттор-то никогда таких развлечений не устраивал, хотя тиарши в его доме и обучали сражаться) Но как-же Лейсо справиться с ТАКИМИ хищниками?! Да ещё в одиночку! Рин Фарен его убить вознамерился?! Кинув злобный взгляд на младшего Са-Денна, Ваэйме вновь уставился на арену. — Надеюсь, уважаемые гости, что вам понравится моё маленькое развлечение! — закончил между тем свою речь Са-Хорр, а после сделал знак своим охранникам… … И под одобрительные выкрики и комментарии пьяных дэймаинов на арену запустили трёх больших та-пуров чёрной масти… Которые сразу-же проявили свой недружелюбный интерес к, замершему в боевой стойке со сжатыми кулаками, хвостатому тиарши…       Стоя на коленях рядом со своим временным хозяином, Ваэйме напряжённо смотрел на своего друга. Сшис! Да Лейсо даже оружия никакого не дали! Он что, должен голыми руками драться с хищниками?! Ваэйме тоже стиснул кулаки, чувствуя как поднимается у него внутри глухая ненависть к собравшимся здесь дэймаинам-господам… Но тут увидел как один из охранников кинул на арену два коротких меча… Как раз позади медленно и угрожающе направляющихся к тиарши зверей. Лейсо, между тем, медленно отступил на нЕсколько шагов назад… а затем, вдруг, резко рванул вперёд и, сделав кувырок в воздухе, приземлился позади, видимо не ожидавших этого, та-пуров, молниеносно подхватив оба меча с пола… И тут-же вонзил один из них в брюхо одного из наиболее резвых зверей, ловко поднырнув под него, когда та-пурр прыгнул на свою жертву…       Рёв смертельно раненого хищника слился с восторженными воплями зрителей и яростным рычанием оставшихся двух та-пуров. Они прыгнули на парня почти одновременно, но Лейсо и в этот раз удалось уйти от них… Почти. Острые когти одного их зверей оставили на бедре хвостатого тиарши глубокие, кровавые борозды… — Лей! — одновременно и со страхом выдохнули Ваэйме и Эффзу, увидев это. Дэймаины-зрители улюлюкали и подбадривали сражающихся только непонятно кого больше — то-ли тиарши, то-ли та-пуров…       Лейсо-же, не обращая особого внимания на свою рану и держа оружие наготове, неуловимо переместился в сторону подальше от зверей, которые готовились к новой атаке. Один из хищников, видимо наиболее молодой и неопытный, а от того наиболее торопливый, не дожидаясь своего собрата, резко оттолкнулся от настила и с яростным рычанием прыгнул на парня. Молниеносно прокатившись по полу под ним, Лейсо ушёл от его когтистых лап и быстро вскочив на ноги и развернувшись, взрезал его шерстистую плоть своими мечами, повредив зверю позвоночник. Болезненно-яростный рёв серьёзно раненого та-пура заглушил весь прочий шум в зале, но Лейсо было не до этого — на него напал третий хищник. И вот с ним Ваэймову другу пришлось попотеть. Та-пур не нападал прямо, а бегал кругами вокруг своего двуногого противника, то прыгал к нему, то отпрыгивал в сторону. Лейсо тоже резво перемещался по арене, уходя от периодических атак та-пура и пытаясь достать его своим оружием…       Должно быть для зрителей-дэймаинов это выглядело довольно забавно и даже легкомысленно — тиарши и та-пур словно танцевали друг перед другом, — во всяком случае многие дэймаины веселились от души, «подбадривая» сражающихся издевательскими шутками и остротами… Что жутко бесило Ваэйме, который затаив дыхание следил за своим другом-эно. В эти минуты он страстно хотел чтобы каждый из этих самодовольных рогатых ублюдков в оказался на месте Лейсо, в одиночку… А хотя несколько та-пуров для таких здоровенных и сильных существ как дэймаины, к тому-же наделённых магией, не представляли особой угрозы. «Химер-бы им штук нЕсколько… или псевдогигантов!» — мелькнула мысль у Ваэйме… и он невольно замер в недоумении. Каких ещё химер? Каких псевдогигантов? Что это вообще такое? Что за мысли у него в голове?..       Очередная волна громких комментариев вновь привлекла внимание Ваэйме к арене. Он увидел, что его друг сменил тактику и замер посреди арены, в то время как та-пурр, порычав и пошипев, стал бегать вокруг своего соперника, выбирая момент, чтобы напасть на него. Лейсо не шевелился, лишь крепко сжимал рукояти обоих мечей… А Ваэйме кажется понял, что друг задумал…       И точно, угадал. Та-пур, видимо решив, что его соперник превратился в жертву и сопротивления не окажет, прыгнул на тиарши со спины. Резко повернувшись и поднырнув под зверя, Лейсо встретил летящее на него гибкое, сильное тело обоими мечами, которые легко вошли в звериную плоть.       Предсмертный крик та-пура слился с одобрительным воплем двух десятков дэймаинских глоток. Мохнатое тело навалилось на Лейсо, но парень одним скользящим движением выбрался из-под него, а затем, удостоверившись, что хищник мёртв, подошёл к ранее раненому та-пуру, коротко взрыкивающеу и скребущего передними лапами пол. Пару секунд постояв в нерешительности, Лейсо поднял меч, намереваясь добить зверя, но затем опустил оружие. — Убей его, тиарши, — подал голос со своего места хозяин особняка. — У меня этого добра полно, так что не жалко!       Голубые глаза Лейсо на миг встретились с глазами Ваэйме, потом Лейсо посмотрел на Эффзу и отошёл от зверя, а Ваэйме подумал, что этот рин Са-Хорр мог-бы без особого труда излечить раненое животное своей магией, но только вряд-ли станет тратить свой суур на какого-то зверя… — Эй! — повысил голос хозяин особняка оторвав свой мускулистый зад от мягкого кресла и с возмущением глядя на парня, осмелившегося проигнорировать приказ представителя высшей расы. — Ты что оглох, тиарши?! Я сказал: убей его! — Тут Са-Хорр повернулся к Фарену — Рин Са-Денн, прикажите своему рабу добить этого зверя!       Несколько секунд младший Са-Денн буравил Лейсо мрачным взглядом, а затем, вдруг, расплылся в злобной ухмылке. — А он хочет сражаться дальше, сиятельный рин Са-Хорр, — произнёс Фарен. — У вас-же есть ещё та-пуры? — Разумеется, — отозвался хозяин дома, с нехорошей улыбкой, а затем кивнул своим охранникам чтобы те привели ещё зверей.       Глядя на своего друга, сейчас потерянно стоящего на арене, Ваэйме ощутил как похолодело у него в груди от слов рогатых ублюдков… Нет, он прекрасно знал конечно, что для подавляющего большинства дэймаинов жизнь тиарши значит не больше чем пыль под ногами. Но ведь самому Ваэйме жизнь и здоровье друзей вовсе не были безразличны… — Рин Са-Денн, как вы можете?! — воскликнул брюнет, поворачиваясь к Фарену. — Вы-же видите, что Лейсо ранен и не может больше сражаться! Что скажет рин Аттор на это?! И тут-же железные пальцы рванули его за ошейник, заставив умолкнуть на полуслове. — Я предупреждал тебя, Ваэйме, чтобы ты вёл себя прилично?! — свистящим шёпотом процедил рин Ма-Залл, приблизив лицо к его уху. — Говорил или нет?!       Ваэйме упрямо стиснул зубы, намереваясь до конца просить за Лейсо… Но тут по залу пронёсся гул голосов и парень увидел, что на арену выпустили ещё пять та-пуров. Пять! Сшис!.. … И тот час мечи исчезли из рук Лейсо… Который с недоумением и тревогой уставился на свои ладони, а затем перевёл взгляд на своего хозяина. — Думаю так будет лучше, сиятельные рины! — Фарен удовлетворённо кивнул, а затем торжествующе и зло посмотрел на Ваэйме. — Господин! — воскликнул, до этого стоявший неподвижно. Эффзу, вцепившись в рукав рубахи своего жестокого хозяина. — Зачем вы так?! Зачем вы лишили Лейсо оружия?! Он-же не сможет защищаться!       Секунду младший Са-Денн с гневным изумлением смотрел на своего фаворита, а точнее на игрушку для издевательств… А ещё через секунду Фарен со злостью произнёс короткий звук-заклинание… … И Эффзу оказался рядом с Лейсо на арене!       От этого, медленно подходившие к своей одинокой жертве, та-пуры нЕсколько опешили и ненадолго замерли, с недоумением глядя на невесть откуда появившегося второго двуногого, а затем вновь устремились к тиарши. — Господин! Пожалуйста, остановите это! — в отчаянии произнёс Ваэйме онемевшими от ужаса губами. — Ещё чего! — презрительно отозвался Фарен.       Между тем Ваэйме увидел как особенно крупный зверь прыгнул на Лейсо. Тиарши встретил его мощным ударом ноги, остановив хищника, но и сам растянулся на полу. А на Эффзу напали сразу два та-пура… На абсолютно безоружного!..       В последствии Ваэйме не мог вспомнить как это с ним произошло, но только в следующее мгновение он оказался на арене САМ!.. Оттолкнув лиловоглазаого, Ваэйме напал на хищников. Но только… Почему он передвигается на четвереньках? И, вроде, при этом стал как-то выше!       Впрочем эти вопросы мелькнули в его голове и исчезли, потому как в следующее мгновение на него налетели та-пуры. Все!.. А после Ваэйме лишь рвал, кусал и перегрызал их горячую, сильную плоть, с восторгом чувствуя как его рот наполняется тёплой и такой приятной кровью врагов. На периферии сознания он слышал испуганные вопли друзей, удивлённые крики дэймаинов и визгливое рычание зверей… А затем наступила темнота…       Правда без сознания он пробыл, как оказалось, совсем недолго. Чей-то голос настойчиво и взволнованно повторял его имя: «Вэй… Ваэйме… Ваэйме!» Со стоном открыв глаза, парень увидел перед собой встревоженное лицо Лейсо, чьи голубые глаза пристально всматривались в него. Сам Ваэйме лежал на полу арены… точнее его голову осторожно поддерживали руки Эффзу… — Вэй! Ты как? — увидев открытые глаза друга, Лейсо подался к нему.       Однако Ваэйме сейчас против воли прислушивался к громкому голосу своего временного хозяина, который поднявшись со своего места и, оглядывая, сейчас каких-то пришибленных и ошарашенных, собратьев, вещал с широкой улыбкой: — Не стОит волноваться, сиятельные рины! То, что вы сейчас увидели- всего лишь моя магия. Это Я превратил своего тиарши в зверя и отправил на арену для того, чтобы сражение стало ещё интереснее и зрелищнее…       Не без удивления слушая проникновенную речь рина Ма-Залла, Ваэйме нахмурился. Превратил? В зверя? В какого ещё зверя? О чём он вообще?! — Вэй? Не молчи!…       Переведя взгляд с рина Яррэша на своего взволнованного и даже испуганного эно, Ваэйме затем оглядел арену… и невольно похолодел. Вокруг (ну, насколько хватало его обзора) на настиле арены валялись то, что осталось от та-пуров — разорванные чуть-ли не в клочья мохнатые тела, больше напоминающие какие-то освежёванные туши… Так это что? Всё он, Ваэйме, сделал?! С силой зажмурившись, брюнет затем снова открыл глаза и на секунду встретился взглядом с рином Ма-Заллом… чьи синие (однако совсем другого оттенка, чем у самого Ваэйме) глаза недовольно и досадливо сверкнули, а затем снова обратились на прочих дэймаинов. — Так что, сиятельные рины, это всё сделано чтобы вас удивить и развлечь, — продолжал между тем хозяин школы наложников. — Надеюсь вам понравилось… — Ну, удивить- вы нас удивили, конечно, рин Ма-Залл. Тут я не спорю, — произнёс наконец отмерший от всего увиденного Ланнод Са-Хорр и с некоторой опаской покосился на тиарши на арене… Точнее на Ваэйме. — А… а что это был за зверь такой? Я раньше не встречал ничего подобного. — Честно говоря, не знаю. — Рин Ма-Залл пожал плечами. — Это сборный образ… моя фантазия, если хотите. Просто мне нужен был хищник для сражения и он у меня получился.       Ваэйме недоверчиво посмотрел на дэймаина. Парень почему-то сомневался, что тот говорит своим собратьям правду… Но тогда, что-же всё-таки произошло? Кто расправился со всеми та-пурами? — Лей, что… — голос Ваэйме был хриплым и неприятно царапал горло. — Что случилось? Откуда это?.. — Он кивнул на мёртвых зверей. — Ты не помнишь? — с некоторым удивлением произнёс Лейсо. — Это ты убил их и… и спас нас с Эффзу. — Точнее зверь, в которого ты обратился, — подхватил лиловоглазый. — Или тебя обратили… Уж не знаю… — Зверь… — Ваэйме нахмурился, а затем с трудом принял сидячее положение, чувствуя как его неслабо так мутит и кружиться голова. — Что-то я сомневаюсь, что это рин Яррэш меня обратил, — чуть слышно добавил он. — Хотя… Всё может быть… … И, словно услышав его, сиятельный рин Ма-Залл с помощью своего суура в одно мгновение оказался на арене возле тиарши. Грубо отпихнув от Ваэйме Лейсо и Эффзу, дэймаин резко вздернул своего временного подопечного на ноги (от чего Ваэйме едва не сблевал на него снова). — Мы уходим, — коротко бросил хозяин школы наложников и потянул брюнета за собой, не обращая ни малейшего внимания на растерянных Лейсо и Эффзу.       Но тут прочие дэймаины, особенно молодые, стали просить повторить превращение и сказать заклинание, с помощью которого рин Ма-Залл превратил раба в зверя. — Братья мои, боюсь я не смогу сейчас выполнить вашу просьбу, — на секунду приостановившись, скорбно покачал головой рин Яррэш. — Это очень и очень сложное заклинание. Как оказалось, оно забирает слишком много суура. Я не предполагал такого побочного эффекта и сейчас почти без магических сил… «Ну да! Как-же!» — саркастически подумал Ваэйме, почти уверенный, что его временный хозяин заливает в остроконечные уши своих собратьев порцию лжи… Ну, может полулжи… — Мне понадобиться продолжительный отдых, онно, — продолжал, между тем, рин Яррэш с крайне озабоченным лицом. — Так что, прошу меня простить, сиятельные рины и досточтимый рин Са-Хорр, но я вынужден вас покинуть… Ещё раз- благодарю за гостеприимство, уважаемый рин Са-Хорр. И позвольте откланяться.       После этих слов, не дожидаясь ответной реакции своих сородичей, рин Ма-Залл покинул зал, таща за собой, с трудом переставляющего ноги и поминутно оглядывающегося на оставшихся друзей, Ваэйме… Который с грустью и досадой думал о том, что так и не поговорил со своим эно…

***

Город Рин-Суур. Особняк Аттора Са-Денна. — Господин, позвольте мне поехать с вами. — Ийнадэ, оторвавшись от дорожной сумки с хозяйскими вещами, которые помогал собирать, умоляюще посмотрел на рина Аттора. — Я мог-бы ухаживать за вами и служить вам на новом месте, как и подобает преданному тиарши.       Рин Са-Денн, быстро перемещаясь по своим апартаментам и соображая, что лучше взять с собой на север империи, а что- не стОит, приостановился и посмотрел на своего любимого фаворита. Вообще-то Ийнадэ ему не помешал-бы вдали от дома и у Аттора была мысль взять его с собой. Но, хорошо подумав он решил не подвергать опасности жизнь и здоровье любимого фаворита ибо на севере империи было, мягко говоря, не спокойно… — Ийнадэ, я-же объяснял почему не беру тебя с собой, — произнёс рин Са-Денн, стараясь говорить как можно мягче. — Я беспокоюсь о тебе. Уж если погибли мои собратья-дэймаины- опытные воины и маги, между прочим, то твоя жизнь там точно будет под постоянной угрозой… — Как и ваша, господин, — тихо ответил тиарши, тоскливо посмотрев на хозяина… От чего у рина Са-Денна невольно защемило сердце…       Однако от необходимости как-то реагировать на этот жалобно-укоризненный взгляд, Аттора отвлёк магический призыв лекаря Хивэта Лезза, который срочно вызывал его в подземелье, где сейчас находились, наказанные за нападение на другого тиарши, то есть на Ийнадэ, Ратти и Уэве. Причём, судя по манере призыва лекарь был весьма взволнован…       Что там ещё случилось? Аттор невольно почувствовал тревогу, — неужто парням стало хуже?.. Да нет, вряд-ли. Конечно порка была суровой (Ещё-бы! За такой-то проступок!), но отнюдь не смертельной… К тому-же Хивэт Лезз был превосходным лекарем и сравниться с ним в деле врачевания могли не многие, — он оказал-бы наказанным вполне качественную помощь…       И всё-же Аттор забеспокоился… Притом настолько, что вместо того чтобы пойти туда своим ходом он поспешно создал суур-переход и шагнул в зеленоватую дымку. — Господин, я с вами! — завопил Ийнадэ, кидаясь за ним… … А в следующее мгновение рин Са-Денн уже стоял в подземелье… точнее в том помещении, где и находились наказанные тиарши… Прямо перед, отшатнувшимся от неожиданности, лекарем Хивэтом Леззом… Ийнадэ выпал следом за хозяином и Аттор ловко ухватил его за локоть не давая растянуться на полу… — Сшис! Аттор! — укоризненно воскликнул лекарь, намекая на то, что негоже появляться так внезапно перед кем-либо.       Рин Са-Денн быстро окинул взглядом небольшую мрачную комнату-камеру, в которой правда не было ни холодно, ни сыро, а затем уставился на Ратти и Уэве, лежавших на, покрытых грубой тканью, низких лежаках и сейчас погружённых в магический сон… На первый взгляд с ними было всё более-менее в порядке — следы порки, благодаря лекарю, практически исчезли с их спин и задниц, дыхание у обоих было спокойным и ровным… И что-же с ними не так?.. — Ты хотел меня видеть, Хивэт? — спросил Аттор, переведя глаза на врачевателя. — Да, Аттор. — Лекарь подошёл к топчану, на котором лежал Ратти и, указав на него, произнёс: — Взгляни на это… — Что там? — Подойдя ближе, Аттор склонился над белокурым тиарши, пристально осматривая его… Ийнадэ из-за его плеча тоже пытался рассмотреть что-же так удивило лекаря. — На ноги его смотри… ниже колен, — указал Хивэт, видя что Са-Денн внимательно изучает верхнюю часть тела тиарши.       И Аттор увидел. Нежный, едва-едва заметный рисунок каких-то причудливых листьев на ногах паренька, от щиколоток до колен. Рисунок, какой мог быть только у… Аттор резко выпрямился и они с Хивэтом Леззом с удивлением и недоверием уставились друг на друга. — Господин? — Ийнадэ, видимо так ничего и не разглядев, переводил вопросительный взгляд с одного дэймаина на другого. — Хивэт, но это-же значит, что мальчишка… — начал Аттор, не обращая внимания на своего фаворита. — Айянар, — закончил за него лекарь и ухмыльнулся, приязненно посмотрев на, спавшего крепким магическим сном, белокурого тиарши.        А Аттор осторожно провёл ладонью по стройным ногам Ратти, ещё не до конца осознав, что паренёк оказался айянаром, то есть представителем мужского пола способным зачать, выносить и родить потомство без магического вмешательства. Это была очень большая редкость в Илма-Сууре и ценились такие особи весьма и весьма высоко. Особенно представителями высших рас, то есть аонгилами и дэймаинами ибо у них дети от айянаров являлись во-первых, — либо аонгилами, либо дэймаинами. Притом ВСЕГДА. А во-вторых, ценность айянаров для высших рас Идма-Суура была ещё и в том, что у такого их потомства была очень сильная магия, то есть куда сильнее, чем у детей, появившихся из магических коконов и даже рождённых от женщин… Кстати, своей сильной магией род Деннов был обязан именно айянару — любимцу Великого Аттора… — Надо-же… — проговорил рин Са-Денн, ласково потрепав блондинчика по волосам. — Кто-бы мог подумать, что наш Ратти- айянар… — И сейчас он, кстати, носит ребёнка, — отозвался Хивэт, с улыбкой глядя на Аттора. — И, судя по рисунку из листьев, это мальчик… И я, кажись, догадываюсь от КОГО у него ребёнок. Аттор задумчиво улыбнулся…