Глава 10 - РАВС. Лётное занятие.
11 марта 2020 г., 15:12
Планетарная система Новая Русь.
Спутник планеты Россия — Лада.
Российская Академия Военсталов (РАВС).
В голубовато-белых завихрениях аномалии «Окно», генерал Матвеев смотрел как курсантка Ивашко беседовала с Шааэтом в его небольшой комнате, которую дэм-маарну выделили в научно-медицинском комплексе РАВС. О чём именно говорили эти двое Игорь Михайлович, конечно, не слышал, однако ему не нравился уже тот факт, что Шааэт пребывал сейчас в своём истинном облике. А это было совсем не хорошо, — здесь, в академии военсталов, практически все являлись умеющими и потому тоже могли увидеть дэм-маарна с помощью соответствующих аномалий… так, чисто случайно… И тогда — прощай секретность. Шааэта заберет Служба Безопасности России ради тех ценных сведений о своей расе, которые мог рассказать дэм-маарн. А уж КАК из него военные будут добывать эти самые сведения- Шааэту вряд-ли понравиться… Да и не даст он так просто себя посадить в застенки и допрашивать, ведь к нему вернулся его маар, так что наверняка без жертв не обойдётся… А может даже без БОЛЬШИХ жертв…
Не убирая аномалию, Игорь Михайлович набрал на своём КПК предупреждающие сообщение и отправил его Светлане. После чего в «Окне» директор увидел, что девушка прочла его и показала своему собеседнику, а затем Шааэт согласно кивнул и чуть повёл рукой и… оба они словно исчезли!.. Во всяком случае генерал Матвеев их не видел, только пустую комнату…
Невольно Игорь Михайлович усмехнулся. Ловко! Особенно если учесть, что у него самого аномалии получались довольно сильными и далеко не каждый умеющий мог противостоять им… Хотя Шааэт ведь являлся магом, а не умеющим… Тем более отнюдь не слабым магом…
Ладно. Хорошо, что он предостерёг этих говорунов — по крайней мере, теперь посторонним их будет увидеть очень тяжело…
Так, теперь Артём…
Генерал Матвеев, верный предупреждениям своих родственников и своим собственным опасениям, что называется бдил своего внучатого племянника и курсантку Ивашко, во-первых: чтобы они не входили в состояние «кадавр» (Игорь Михайлович очень не хотел-бы, чтобы о кадаврах стало известно общественности. Не важно на России-ли, в других странах-системах или даже в Зоне. Того количества людей, кто был в курсе этих монолитовских экспериментов, и так было более чем достаточно).
А во-вторых: чтобы не вздумали сбежать в Зону. И если в благоразумии Светланы генерал Матвеев был более-менее уверен, то вот Артёму веры не было. Никакой. И тут вовсе не надо обладать какими-то сверхспособностями, чтобы понять, что парень просто спит и видит как-бы удрать на Землю, в Зону, и только ждёт подходящего момента… Хотя, если-бы не эта «особенность» ребят, Игорь Михайлович и не подумал-бы как-то препятствовать ни Артёму, ни Светлане…
Директор РАВС подавил тяжёлый вздох и досадливо поморщился.
Он и курировать занятия в космосе у групп второго курса не разрешил-бы «кадаврам», то есть Артёму и Светлане… Но тут-уж возмутился их куратор майор Глебов, который НАСТОЯТЕЛЬНО рекомендовал именно их группы как инструкторов для мелких, мотивируя такое решение своим сталкерским опытом и чутьём. Да и тесты выявили хорошую совместимость групп «Кречет» с «Водоворотом», а «Циклона» с «Янтарём»…
Ладно. В конце-концов дети будут в космосе под присмотром своих кураторов и инструктора по пилотированию, так-что занятия должны пройти нормально…
НЕсколько поуспокоив себя такими мыслями, Игорь Михайлович вновь сгенерировал «Окно», чтобы проверить своего старшего внука…
… И чёрные брови мужчины в удивлении поползли вверх. Ибо первое, что он увидел — была крепкая, подтянутая задница, которая ритмично двигалась между чьих-то стройных ног… с висящими на одной из них трусиками. Игорь Михайлович немного отдалил свою аномалию, наблюдая далее сильную спину, широкие плечи… и красную с чёрными прядями взлохмаченную шевелюру…
Директор РАВС хмыкнул. Ну конечно! Чем ещё мог заниматься доблестный ведущий «Кречетов»? Не учёбой-же усердной…
Несколько секунд генерал Матвеев с лёгким интересом смотрел как его старший внучатый племянник смачно трах… то есть занимается любовью с какой-то курсанткой в пустом полутёмном классе… Девчонка, кажется, была с его курса (Или всё-таки с седьмого?)… И было прекрасно видно, что в данный момент Артём, уж о чём о чём, но о побеге в Зону явно не помышлял. Ну не до того ему было…
Вообще-то к сексу между старшими курсантами Игорь Михайлович относился двойственно. С одной стороны ему хотелось чтобы девушки и юноши были как-то более нравственными. Но с другой — почему-бы им и не развлечься, даже ТАКИМ образом. Ведь совсем скоро ребятам предстоит работать в Зоне и кто знает- может для кого-то из них первый выход туда окажется последним. (Хотя Игорь Михайлович старался гнать от себя подобные мысли)… Да и проблемы с демографией никто не отменял…
Так что генерал Матвеев понимающе усмехнувшись хотел было уже убрать «Окно»… … Как вдруг Артём резко вышел из своей партнёрши и, сжимая руками виски, тяжело осел на пол, болезненно зажмурившись…
Что это с ним? Директор РАВС встревоженно нахмурился, видя как не слабо трясёт Артёма… Ничего не понимающая девушка соскочила со стола, где до этого возлежала, и склонилась над парнем…
… А в следующее мгновение Игорь Михайлович уже генерировал «Телепорт», с помощью которого затем оказался в классном помещении, рядом со своим старшим внуком… Девчонка при виде директора негромко ахнула и поспешно схватилась за свою одежду, валяющуюся на полу… Однако генерал Матвеев не обратил на неё особого внимания — все его мысли занимал сейчас Артём, чуть-ли не корчившийся на полу явно от неприятных ощущений…
И Игорь Михайлович, хоть и не сразу, но понял почему парню так плохо. У Артёма сгенерировалась аномалия «Ясновидец», которая сейчас показывала ему какие-то видения, одновременно выпивая его силы и здоровье…
— Игорь Михайлович, что с ним? — свистящим шёпотом проговорила, чуть-ли не молниеносно одевшаяся, курсантка.
— Действие аномалии «Ясновидец». — сухо ответил генерал и сгенерировал лечебную аномалию «Солнечный луч», повышающую тонус и положительно влияющую на жизненные силы организма, направив тоненькие ярко-жёлтые лучи на парня. — Держись, Тёмка! — произнёс Игорь Иванович, глядя в расфокусированные янтарные глаза и стараясь подавить своё волнение за внука. — Сейчас тебе станет легче…
Внезапно взгляд Артёма стал вполне осмысленным, хотя он всё ещё находился под действием «Ясновидца». Вцепившись пальцами в комбинезон деда, парень то-ли прохрипел, то-ли просипел:
— Енот!.. Дублёр!.. Дядя Владислав… пусть отзовёт своих людей!.. Они идут в ловушку!.. Дед, срочно!.. «Монолит»!..
А после отключился — Игорь Михайлович едва успел подхватить его…
***
Солнечная система. Земля. Чернобыльская Зона. Территория группировки «Монолит». Окраины Припяти. Чёрная зев аномалии «Разлом», больше похожий на зловещую трещину, проглотил группу, отлично экипированных монолитовцев, отправленных в иное измерение для поиска научных разработок «Монолита»… Которые пропали из-за этого рогатого ублюдка Шааэта!.. Чтоб ему сдохнуть в муках!.. Эрагон невольно стиснул кулаки, при воспоминании о дэм-маарне и его предательстве. А затем перевёл взгляд на группу учёных в составе трёх человек, работающих с «Разломом»… Точнее он смотрел лишь на одного из них — высокого, худосочного очкарика с тёмными, взъерошенными волосами, одетого в стандартный, научный комбез оранжевого цвета, — профессора Свиридова, который сейчас работал с небольшой переносной установкой, специально созданной им для управления аномалии «Разлом», этакого прохода в иной мир… куда, судя по всему и попали научные разработки группировки… Видимо почувствовав на себе недобрый взгляд старшего, Свиридов поднял голову и встретился взглядом с монолитовцем. И Эрагон не без удовольствия увидел затравленность и страх в тёмных глазах учёного очкарика. Ну да, после отменных пыток ассистентов профессора и тех двух уцелевших долганов из его охраны, упрямый Свиридов, поначалу категорически отказывавшийся работать на благо великого Монолита, согласился сотрудничать как миленький и, что ОСОБЕННО нравилось Эрагону, значительно поубавил свой гонор и стал бояться монолитовцев… как и положено неверному… — Э-э… Старший брат Эрагон, — Рядом с монолитовцем возник Васильев с навороченным ПДА в руках, с помощью которого отслеживал отправленную в иное измерение группу. И когда Эрагон нетерпеливо посмотрел на него, продолжил: — Наши братья… похоже они тоже… хм… не выжили, как и предыдущие группы, несмотря на новое снаряжение… — Значит всё-таки вы были правы, профессор, — Эрагон вновь обратил свой взгляд на, настороженно замершего, Свиридова. — Тот мир отторгает жителей нашего мира. Монолитовец без особых сожалений подумал о только что погибших в ином измерении братьях… Как и о тех первых двух группах, которые были отправлены туда до этого… Нет, конечно, ему было не наплевать на них, — братья по группировке все-таки, да и воины хорошие, — однако это были необходимые жертвы на благо Великого Монолита… Вот только есть-ли смысл и дальше отправлять в тот мир братьев, если они там практически сразу погибают? Ни лидер, ни Танатос такого расточительства не одобрят. Да и сам Эрагон прекрасно осознавал, что как-бы ни была сильна их группировка, но так разбрасываться её членами не стОит… — Я говорил вам, брат Эрагон, что жители НАШЕГО мира не могут жить в ТОМ мире, — осторожно проговорил Свиридов. — Я это понял ещё когда занимался «Разломом» в Подмосковном секторе… Эрагон еле удержался чтобы досадливо не поморщиться. Ну да, Свиридов постоянно трындел об этом. Но ведь снаряжение, отправленных в иное измерение, монолитовцев имело очень хорошую… Нет, просто отличную защиту!.. Да и не простыми людьми были братья, а умеющими… И что-же делать? Пропавшие научные разработки необходимо было найти! Точнее — найти ОБЯЗАТЕЛЬНО! они нужны были Великому Монолиту! Они нужны были верным слугам его! Ведь как тогда возвысилась-бы их группировка над остальными! «Монолит» всех в кулаке держал-бы!.. И, возможно, вся Зона тогда была-бы под «Монолитом»… Невольно Эрагон подумал о детях-«кадаврах»… Интересно, а они смогли-бы выжить в ТОМ мире? Или тоже погибли-бы!.. … И, словно прочитав его мысли, профессор Васильев задумчиво произнёс: — Старший брат Эрагон… Я вот думаю насчёт наших «кадавров»… Может попробовать их отправить туда? — С этими словами учёный кивнул на «Разлом»… Точнее на то место, где недавно была эта аномалия. — Я считаю, что тот мир не сможет их убить… Ну, возможно… — Хм… — Эрагон саркастически глянул на Васильева. — Вы, профессор, сначала верните нам тех, нормальных «кадавров», если они ещё живы, конечно… Или вы имеете в виду этих неполноценных полуживотных, что у нас остались? — Нууу… — протянул Васильев, переминаясь с ноги на ногу и подобострастно поглядывая на Эрагона. — Мы могли хотя-бы посмотреть- примет их иной мир или отторгнет… Монолитовец задумался. Действительно в словах Васильева был резон. Запустить в «Разлом» пару-тройку (а можно и больше) этих полоумных, неудачных уродцев и понаблюдать, что с ними произойдёт… Хотя, даже если тот мир и примет их, — для такой сложной миссии, как поиск пропавших научных разработок, дефективные «кадавры» явно не подойдут. Уровень интеллекта у них… хм… не тот. Это раз. А во-вторых и самое главное — в отличии от тех пяти удачных ОК, неудачные кадавры не могли войти в… Тревожный сигнал КПК резко вырвал Эрагона из его размышлений о «кадаврах» и просмотрев сообщение, он невольно нахмурился. Так-так. Значит восходовцы и свободовцы решили освободить своих друзей, то есть Морока этого и Дмитрия… Его, Эрагона, Дмитрия! Эрагон почувствовал как глухая злоба зарождается внутри него. Проклятые неверные! Как они посмели замыслить что-то против Великого Монолита и его верных слуг?!.. Правда они ещё довольно далеко от территории группировки, но их надо уничтожить! Всех до единого! Выслать навстречу им лучших бойцов!.. И технику!.. И самых злобных мутантов!.. Однако тут Эрагону внезапно пришла в голову одна мысль, а именно использовать против этих ублюдков уникальное и очень мощное оружие группировки — «Излучение Зоны», в процессе доработки переименованную в «Крик Зоны»… Тем более, что профессор Малявин, который вместе со своими ассистентами дорабатывал эту установку, говорил о готовности её испытать. Так почему-бы не провести испытания на неверных? Эрагон нехорошо усмехнулся. — Что там, Старший брат? — со страхом спросил Васильев, не сводя глаз с КПК своего хозяина. — «Что, что»… Неверные, конечно-же! Мать их!.. — не особо любезно отозвался монолитовец и вызвал на связь своего помощника, который как раз находился в той лаборатории Припяти, где и дорабатывалось это оружие. — Брат Сумрак, скажи Малявину, что он может испытать «Крик Зоны». К нашим территориям со стороны «Юпитера» приближается группа неверных. Вот на них пусть и испытает. Думаю, они в полной мере оценят эту демонстрацию…***
Чернобыльская Зона. Неподалёку от монолитовской границы. Миновав завод «Юпитер», группа Енота, в которую, кроме восходовцев, входили так-же трое сталкеров из «Свободы», под защитой пси-аномалий пробиралась по корявому, унылому лесочку к границе территории «Монолита», когда на КПК ведущего пришло сообщение от Когтя — лидера группировки «Восход». И быстро прочитав его, Енот вопросительно обернулся на Дублёра, которому, как и прочим в группе, тоже пришло подобное сообщение. По мере чтения, добродушное лицо здоровяка вытянулось в удивлении, но он практически сразу совладал со своими эмоциями. — Значит надо сворачивать операцию, — тихо произнёс он, посмотрев на Енота, а после и на прочих сталкеров. — Коготь зря паниковать не будет. — Нам надо уходить, — сказал кто-то из сталкеров. — И побыстрее… А сам Енот хмуро подумал, что не зря у него сегодня прям с самого утра были нехорошие предчувствия. Он махнул рукой: — Уходим!.. Однако не успели сталкеры даже развернуться, как началось светопредставление. Сначала раздался то-ли вопль, то-ли какой-то жуткий писк, от которого у сталкеров заложило уши, а затем пространство озарилось нестерпимо ярким, оранжево-красным светом, которое ослепляло похлеще полуденного солнца. «Выброс?» — успел подумать Енот, но уже в следующую секунду понял, что это не выброс Зоны, а то самое оружие монолитовцев, о котором рассказывал Дмитрий, когда бежал из плена. «Излучение Зоны». Его ещё испытывали на детях- «кадаврах»… В том числе и на Артёме — племяннике Когтя… Всё это пронеслось в голове Енота за какую-то долю секунды, а в следующее мгновение он, чувствуя как плавятся от неимоверной боли его мозги и разрываются внутренности, уже корчился на колючей, пожухлой траве вместе с остальными своими товарищами… Чёрт! Они даже не смогли защиту сгенерировать… Хотя от этого излучения вряд-ли помогли-бы даже сильные аномалии. Если только пространственные типа «Телепорта» чтобы убежать… Но в том то и дело, что «Излучение Зоны» не давало сталкерам воспользоваться своей аномальной силой… Да что там!.. Они даже заорать не могли от жуткой боли, силы их стремительно иссякали… «Нам пиздец!» — ещё успел подумать Енот, чувствуя что вот-вот сдохнет… … Как внезапно рядом с ними открылась аномалия «Телепорт», в жёлто-красном излучении казавшаяся розовой, и от туда вывалились два тела в потрёпанных комбезах… Сквозь гаснущее сознание Енот (как и остальные, наверное) ещё успел вяло удивиться — кто это тут нарисовался?.. А в следующее мгновение возле сталкеров открылся… планетарный портал! Притом довольно большой!.. После чего их всех буквально швырнуло в чернильно-чёрный с синими всполохами зев… Чтобы через нЕсколько мгновений вышвырнуть близ Военных складов! ВОЕННЫХ СКЛАДОВ! На территории «Свободы»! Чёрт побери! Они выбрались! Превозмогая дурноту, Енот кое-как приподнялся на локтях и оглядел сначала хорошо знакомую местность, а затем и своих, стонущих и кашляющих, товарищей. Вроде все были живы, хотя и потрёпаны тем треклятым излучением… Тут Енот встретился взглядом с Дублёром… И не сговариваясь, они подорвались с земли, попутно вскидывая своё оружие в сторону непонятных сталкеров… … Но тут-же замерли, словно памятники, не вполне веря своим глазам. — Фосфор?.. Морок? — Удивлённо проговорил Енот, глядя на сильно помятых, покрытых синяками и ссадинами, но вполне себе живых пленников… Точнее уже бывших пленников… Остальные сталкеры, как восходовцы, так и свободовцы, тоже в изумлении воззрились на них… Те, кого все они шли выручать из монолитовского плена, каким-то образом сумели освободиться сами и сейчас были рядом со своими товарищами…***
ЧЗО. Территория «Монолита». Мёртвый город. Штаб лидера группировки. Светло-серебристые нити-лучи аномалии «Ключ», которая и открыла планетарный портал, исчезли с пальцев Танатоса, как и аномалия «Око зоны», и от крайне неприятной, но вполне ожидаемой слабости после мощных да ещё комбинированных аномалий, он рухнул на колени, тяжело дыша и упёршись ладонями в пол, … … Хотя его полупрозрачный, уникальный экзоскелет уже вовсю работал, восстанавливая потраченные силы хозяина… Почувствовав сильные пальцы на своём предплечье, Танатос повернул голову, встретившись взглядом с глазами… то есть со стёклами древнего противогаза лидера Харона. Тот без каких-либо усилий, словно высокий, крепкий мужчина весил как котёнок, поднял своего помощника на ноги, а затем аккуратно усадил на старое, продавленное кресло, стоявшее возле его стола. — Отлично, брат Танатос, — бесстрастно проскрежетал лидер «Монолита», возвращаясь на своё любимое место за столом у допотопного компьютера. — Твои аномальные способности весьма впечатляют. Очень немногие умеющие могут генерировать аномалии на расстоянии, тем более такие сложные… Я уже не говорю о КОМБИНИРОВАННЫХ аномалиях — Представляю себе изумление брата Эрагона, когда он обнаружит, что его пленные исчезли. — Танатос с лёгкой долей весёлости посмотрел на Харона (хотя за маской всё-равно ничего видно не было). — Эрагону следует служить на благо Великого Монолита, а не предаваться своим извращенским наклонностям… — Голос бессменного (и, видимо, бессмертного) лидера «Монолита» был абсолютно безэмоционален, словно ему было всё-равно… Хотя Танатос знал, что это не так. — Эти пленные восходовцы нам не нужны и им здесь не место… Тем более учёных у нас хватает, а от Федорова мы получили всё что требовалось… — Харон на пару секунд умолк, а затем вновь обратил взор на своего собеседника. — Только мне непонятно почему ты мальчишку с ними не отправил. Разве ты не хотел вернуть его родственникам?.. — Я верну его, лидер… Позже… — медленно произнёс Танатос, ясно осознавая, что не слишком-то и хочет отдавать недавно спасённого пацана родне… Видимо Харон тоже это понял, потому как немного подался к своему помощнику, наклонившись через стол, и твёрдо произнёс: — Мы- слуги Великого Монолита и не должны испытывать привязанность ни к кому кроме него. Все помыслы должны быть только о Монолите… и о нуждах нашей группировки, конечно… — Разве я не служу Монолиту верой и правдой, лидер? — произнёс Танатос. — Разве я не предан нашей группировке… и тебе, Харон? — Твоя преданность и служение не вызывает сомнений, брат Танатос. — Показалось или нет, но бесстрастный металлический голос лидера словно-бы немного потеплел. — Но всё-равно ты уделяешь тому мальчишке слишком много внимания. А так быть не должно, сам понимаешь. И не важно кем он является… — Тут Харон, на секунду умолкнув, впился взглядом (точнее стёклами своего противогаза) в собеседника. — Или ты хочешь включить его в нашу группировку, брат Танатос, как когда-то Кирилла? Танатос задумался. Хотел-ли он чтобы Семён стал членом группировки «Монолит»? Скорее нет, чем да… Хотя можно было и попробовать… Однако, в любом случае, право решать было за мальчишкой… Конечно, когда он станет старше, потому как девять лет- не тот возраст для принятия серьёзных решений… Единственное, в чём сомневался Танатос, так это в том, что родственники Семёна, как и прочее общество, сможет полностью принять воспитанника мутанта- кем мальчишка и являлся… Да и сможет-ли сам Семён, появившийся на свет в логове контролёра и проживший с ним как с родителем бОльшую часть своей маленькой жизни, влиться в людское сообщество? Особенно, если учесть, что знакомство с этим самым сообществом для него началось отнюдь не радостно… (Воспоминания. Недавние события.) Спустившись в сопровождении одного из Младших братьев в мрачный, сырой подвал, служивший камерой для пленных, Танатос сразу-же увидел избитого до крови долговца, грязного и оборванного, прикованного за руки к перекладине в стене. Одного из охранников научной группы профессора Свиридова, которых монолитовцы захватили в плен… — Это он, Старший брат Танатос, — негромко произнёс молодой, темноволосый спутник старшего монолитовца. — Этот неверный хотел поговорить с вами лично. При этих словах долговец поднял опущенную голову и в упор уставился на вошедших… И брови Танатоса удивлённо поползли вверх (хотя за маской этого, конечно, видно не было) — он узнал этого человека… — Оставь нас, брат Овод, — велел Танатос своему молодому спутнику и тот, коротко кивнув, тотчас вышел из мрачного, сырого помещения. — Майор Назаров, — медленно произнёс монолитовец, наблюдая как усмешка искривила окровавленные губы довольно молодого мужчины. — Евгений Артёмович, если не ошибаюсь… Старший брат Ирины Матвеевой… — А ты так осведомлён обо мне, монолитовец, — теперь усмешка долговца напоминала оскал. Видно было, что он удивлён, но изо всех сил старался это скрыть. — Хотелось-бы спросить откуда у тебя такая осведомлённость обо мне и моих родственниках, но я не буду тратить время, а перейду сразу к делу. В «Долге» наслышаны о тебе, Танатос, — ты наиболее вменяемый из всех ваших отморозков. И я… — Тут долговец умолк, борясь со своей гордостью… а может с дурнотой. — Я прошу тебя помочь… Не мне… моему племяннику- сыну моей сестры… которую ты откуда-то знаешь… Услышав это, Танатос невольно напрягся. Детям Станислава требуется помощь? Но они-же в Новой Руси, за много световых лет от Солнечной системы, в академии военсталов. Под присмотром своего двоюродного деда Игоря… Или он, Танатос, чего-то не знает?.. Невольно он подошёл к пленнику ближе. — О каком племяннике ты говоришь, Назаров? — спросил монолитовец. — Я… мне не следовало так поступать, — пробормотал Евгений, глядя куда-то в пространство. — Четыре года назад мой квад набрел на контролёра… то есть на его логово… за пределами Чернобыльского сектора… Мы убили мутанта… убили с большим трудом потому что ему помогал его мелкий шкет… Ну, то есть мы думали, что это его детёныш, но оказалось, когда мы поймали ребенка, что это человек… — Долговец на пару секунд прикрыл глаза, стискивая скованные руки, а затем продолжил: — А потом я нашёл в логове этого контролёра свою сестру… Она… она была совсем плоха, буквально выжата психологически и физически… этот пацан… маленький дикарь… был её сыном… как она сама сказала… Напряжённо внимая умирающему долговцу (а, судя по всему жизненный срок для майора Назарова подходил к концу), Танатос пристально смотрел в его окровавленное, покрытое синяками, лицо, вглядываясь в серые глаза… Нет Евгений Назаров не сошёл с ума и не врал, — это было видно даже без применения аномального дара… — Да и потом, когда мальчишку отмыли, — продолжил долговец после секундного молчания. — Он оказался очень похож на Иркиного мужа… Его зовут Станислав Матвеев… он родной брат Когтя- лидера «Восхода»… — Тут Назаров как-то нехорошо усмехнулся, а затем вновь посмотрел на монолитовца. — Танатос, верни пацана в семью… из меня плохой родич получился… к сожалению… — А почему ты сам не отправил мальчика к родным? — спросил Танатос. — Тем более, что его родной дядя находился здесь, в Зоне… — Я тоже его дядя, если что! — с внезапной злобой ответил долговец, недобро сверкнув глазами… Но тут-же задохнулся и закашлялся. На губах его показалась кровь. Танатос терпеливо ждал, пока майор Назаров прокашляется и прохрипится. Сам монолитовец обессиленному и уже обречённому пленнику помогать не хотел… Да и, если честно, медицинские аномалии Танатоса, в отличие от прочих, были не на высоте… — У меня… — продолжал между тем долговец, выровняв дыхание. — Я сам не могу иметь детей… из-за своих юношеских экспериментов с аномалиями… Ирина умерла и я хотел чтобы Семён стал мне сыном… Но… он не человек, он мутант… Внутри мутант… как контролёр… А может я сам неважнецкий как родитель… не знаю… В общем не получилось у меня с ним справиться… — Мальчик сейчас в «Долге»? — произнёс Танатос. — Где именно? — Нет, мальчишка не в «Долге» сейчас. — Назаров отрицательно покачал головой. — Он вне Чернобыльского сектора… в заброшенном городке… Я запер мальчишку в подвале одного из домов… Но перед этим усыпил его пси-аномалией «Транквилизатор». Осознав, что сейчас сказал долговец, Танатос вздрогнул и с удивлением и яростью уставился на него. Пси-аномалия «Транквилизатор», являвшаяся аномалией шестого уровня, была очень сильной и сложной, а потому генерировать её могло весьма ограниченное число умеющих. Она воздействовала на живые организмы полностью парализуя тело и сознание на продолжительное время… А это означало, что абсолютно беспомощный восьми-девятилетний пацан сейчас валяется в каком-то гребаном подвале в заброшенном городе, являя собой готовый к употреблению и никак не сопротивляющийся обед для мутантов… — Ты ЧТО сделал? — неверяще переспросил монолитовец. — Блять, запер его! — зло выплюнул Назаров. — Я-бы не стал так поступать со своим племянником, но он поджарил мозги четверым нашим бойцам! И пришлось его изолировать… — Координаты, — сухо проговорил Танатос, перебив майора. И когда пленный назвал их, монолитовец молча покинул камеру. Надо было торопиться спасать мальчишку, потому как в подвал могли наведаться подземные мутанты (да и не только подземные) А долговец его больше не интересовал. ______________ Танатос нахмурился, чувствуя глухую злобу на Назарова при воспоминании о том, в каком плачевном состоянии он после нашёл мальчика… Точнее он и излом Виктор, которого Танатос прихватил с собой… Там, в заброшенном посёлке городского типа, в подвале одного из полуразвалившихся домов, монолитовец и его спутник-мутант увидели дикого, обозленного и в то-же время отчаянно испуганного зверька… Да, тогда в Семёне не сразу можно было признать человека — донельзя перепачканный и чумазый, словно валялся в грязевой луже, всклокоченный, с дикими, абсолютно не человеческими глазами на, покрытом синяками и окровавленном лице, мальчишка был больше похож на мелкого снорка… Во всяком случае рычал и завывал Семён точно также, особенно когда у него не получилось взять, подоспевших на выручку Танатоса и Виктора, за мозги, как это делали контролёры. … Хотя будь его спасатели обычными людьми, то мальчишка запросто смог-бы это провернуть. И Танатос прекрасно это понимал. Блин! Тогда им с Виктором пришлось изрядно попотеть, отлавливая чрезвычайно ловкого и юркого пацана, который резво перемещаясь по довольно обширному подвалу и швыряя в преследователей хоть слабенькие, но весьма меткие и кусачие «Теслы», поистине виртуозно уворачивался от «Силовых сетей» Танатоса… Пока не забился в какой-то пролом в замшелой стене и выцарапать его оттуда, не причиняя вреда, не было никакой возможности. Они тогда еле успокоили мальчика и кое-как уговорили пойти с собой… Точнее уговорил излом. Сам Танатос был весьма близок к тому чтобы попросту разрушить стену хорошей «Волной», например, спеленать мальчишку «Силовой сетью» и в таком виде оттащить его в Припять. Однако после довольно продолжительных уговоров излома (во время которых с Виктора должно быть сошло семь потов от усердной говорильни), мальчик сам пошёл с ними… И даже позволил монолитовцу взять себя на руки… ________ — Если честно, — после недолгих размышлений проговорил Танатос, отвечая на вопрос лидера о возможном принятии мальчика в «Монолит». — То я не знаю стОит-ли оставлять Семёна в нашей группировке, Харон. А тем более стОит-ли делать из него монолитовца… Но пока отдать мальчика не готов… Может позже. Сейчас он слишком напуган и потерян, ещё одна смена обстановки и окружения может плохо сказаться на его и без того неустойчивой психике. Он ведь не людьми воспитывался. — Так я говорю о том-же, Танатос, — механическим голосом произнёс лидер «Монолита». — Какими-бы замечательными ни были его родственники, не думаю, что воспитаннику контролёра будет легко вписаться в жизнь обычных людей, пусть и умеющих. А потому нам стОит серьёзно рассмотреть вопрос о принятии его под крыло Великого Монолита. — Тут Харон, внезапно умолкнув, подался к монитору своего допотопного компьютера, а затем кивнул Танатосу: — Глянь-ка… Недоумевая, что такого интересного увидел в компе лидер, Танатос обошел стол и посмотрел на зеленоватый от старости экран… И его брови под маской удивлённо поползли вверх. На самом нижнем ярусе их штаба в Припяти (сейчас компьютер Харона показывал именно Припять), а точнее в запрещённом помещении, куда поместили пришелицу из иного измерения, сейчас находился тот, о ком они с Хароном только что говорили, то есть Семён собственной персоной. Как всегда всклокоченный и расхристанный, он спокойно сидел перед силовым полем, скрестив ноги, и таращился на рогато-хвостатую женщину… Которая точно так-же сидела с другой стороны поля и смотрела на мальчишку… — Не понял… — пробормотал Танатос, подавив желание протереть стёкла своей защитной маски. — Как он там оказался?.. И что они делают? — Интересные вопросы, брат Танатос, — В холодном, металлическом голосе лидера «Монолита» прозвучало нечто похожее на иронию. — Думаю тебе пора возвращаться в своё подразделение. Ведь сейчас там за старшего брат Эрагон. Танатос понял, что хотел сказать Харон и сам был полностью согласен с ним. Не хватало ещё чтобы Семёна в запрещённом ярусе застукал Эрагон и поступил с ним так-же как с Киром, отлупив до чёрных гематом на заднице. Попрощавшись с лидером и призвав на него милость Монолита, Танатос быстро сгенерировал аномалию «Телепорт» и поспешно шагнул в бело-голубую воронку… ______________ После ухода Танатоса Харон некоторое время сидел неподвижно, пялясь в свой древний монитор. А затем, словно очнувшись, провёл рукой перед позеленевшим от времени экраном… И перед ним появилось изображение локации Военные склады, куда планетарный портал, открытый Танатосом, выкинул группу восходовцев. Лидер «Монолита» видел всю спасательную группу, которая медленно, но верно продвигалась по пожухлой траве в сторону Армейских складов, то есть к одной из баз «Свободы». Однако смотрел Харон только на высокого русоволосого парня в потрёпанном комбезе. «Дмитрий Фёдоров, помни о своей миссии.» — думал Харон, переплетая свои мысли с мыслями и желаниями молодого мужчины. — «Не подведи Великий Монолит.»***
ЧЗО. Припять. Мрачное подземелье нижнего яруса, куда вывел его «Телепорт», встретило Старшего брата Танатоса мрачными стенами и неприятным холодом… А двое, находившихся здесь, даже не повернули головы в его сторону… Хотя нет. Дэм-маарнша… нет, дэймаина… увидев прибывшего мужчину, быстро поднялась на ноги и, злобно оскалившись и сжав кулаки, отступила от силового поля. А, когда Танатос подошёл к невозмутимому мальчишке, то рогатая смачно плюнула в сторону монолитовца. Только Танатос и бровью не повёл, — такой детской выходкой монолитовца смутить было трудно. Его вообще было трудно смутить… — Танатос. — Янтарные глаза мальчика наконец оторвались от женщины и обратились на монолитовца. — Почему вы держите Ваайн в плену? Ей это не нравиться. — Значит так её зовут. Ваайн. — Произнёс монолитовец, задумчиво глядя на пришелицу из другого измерения, которая злобно сверлила его своими красивыми изумрудными глазами. За годы проведённые женщиной у них в плену, Танатос только что узнал её имя ибо обычно она, если и говорила что-то, то это были ругательства и оскорбления своих пленителей… Хотя Танатос, как и Старший брат Эрагон, никогда особо и не заморачивались насчёт её имени (монолитовцам зачастую вообще было безразлично как зовут их пленных) К тому-же ни он, ни брат Эрагон не понимали её языка. Из имеющих доступ на этот уровень, язык дэймаины понимал разве что лидер Харон. То есть он вроде и был похож на дэм-маарнский, который Танатос и некоторые его братья худо-бедно знали от Шааэта, но всё равно это был другой язык… — Как ты с ней говоришь, Семён? — В голове возникают мысли и образы, — слегка пожал плечами мальчишка. — А затем я ей передаю свои… Это первое чему научил меня мой отец. На секунду Танатос подзавис, но затем понял, что Семён имеет в виду контролёра, у которого вырос. Ну да, многие мутанты, особенно гуманоидные, могли общаться образами. Как и умеющие. И, видимо, маги тоже… … И Кан мог… в том числе и с ним, Танатосом. Танатос тряхнул головой отгоняя давнишние, непрошенные воспоминания. — Она ещё что-нибудь сказала тебе, Семён? — спросил монолитовец. Его мозг не принимал образы дэймаины — скорее всего это Великий Монолит охранял разум своего верного слуги потому, что была вероятность непроизвольно «поделиться» своими знаниями, в том числе и секретными, с чужаком, а значит с врагом. Хотя Харон как-то извлекал из её мозгов информацию. Вот только делиться ею со всеми подряд не спешил. Только с парой надёжных учёных… Что, в общем-то, было и правильно- чем меньше народу знает какую-либо важную инфу (даже в пределах одной группировки), тем лучше. — Ваайн говорит, что её большой дом называется Илма-Суур, — ответил мальчишка. — А дом поменьше Дэйма-Илм. А сама Ваайн и её братья и сёстры называются дэймаины. — Вот как… — Монолитовец кивнул. В принципе как он и предполагал. Ведь ему уже кое-что рассказывали об Илма-Сууре… Давно… Много лет назад… Однако Танатос захотел кое-что проверить и, найдя в своём КПК фото Шааэта, показал его дэймаине. И та, только глянув на изображение красноглазого соплеменника, тут-же снова со злобой плюнула на пол и что-то резко сказала… точнее рявкнула. А после вернулась в своё кресло-лежак, всем своим видом показывая, что разговор закончен. — Ты понял, что она сказала, Семён? — не без любопытства спросил мужчина. — Слова не понял, — Семён с явной неохотой поднялся на ноги. — Образ понял. Этого дэймаина, — Тут мальчик кивнул на фотографию Шааэта в КПК. — Она назвала Проклятым. Изгоем. — Которых выгнали к нам, — негромко произнёс Танатос, обращаясь сам к себе, а после вновь глянул на мальчика. — Как ты сюда попал, Семён? Ты-же говорил, что аномалия «Телепорт» у тебя не получается и порталы ты открывать не можешь. — Да, это так. Хотя я хотел-бы уметь и то и другое. — Семён вздохнул, серьёзно глядя на мужчину. — А сюда меня привёл Кир. Сказал, что покажет кое-что интересное. И не обманул- Ваайн действительно интересная… Только сам Кирилл не захотел остаться с нами поговорить, а сразу ушёл почему-то… «Потому что не хотел огрести за нарушение запрета.» — хмуро подумал Танатос. Ему, разумеется, не могло понравиться то, что Кирилл подставил Семёна. Надо будет поговорить с мальчиком… то есть с Младшим братом. — Вообще-то сюда нельзя никому ходить кроме меня, Старшего брата Эрагона и нашего лидера, — вслух произнёс монолитовец, глядя в янтарные глаза красноволосого мальчишки. — Тебе тоже нельзя, как и Кириллу. — Нельзя? — Чёрные брови Семёна недоумённо сошлись на переносице. — Но почему? Кир говорил, что сюда ходят все кто хочет. Танатос покачал головой… Ох, Кирилл! Придумал-же как насолить новенькому… Явно нарывается на хорошую такую взбучку… По правде сказать, мужчина надеялся, что оба мальчика, которые были одного возраста, если не подружатся друг с другом, то хотя-бы станут приятелями и сейчас не вполне понимал, почему его рогато-хвостатый подопечный так неприязненно отнёсся к Семёну. Неужели всё дело в ревности? Но разве он, Танатос, стал уделять меньше внимания своему подопечному? Или стал больше выделять Семёна? Так, вроде, нет… И вообще, ревность, как и прочие подобные чувства в «Монолите» не одобрялись… Сам-то Танатос, да и лидер в какой-то мере, на эмоциональность и несдержанность Кирилла смотрели снисходительно, но вот прочие братья, особенно Старшие, таким поведением мальчишки были недовольны… Нет, с Киром обязательно надо поговорить. Позже. Внезапно Танатос осознал, что в его мысли вклинились какие-то посторонние звуки, и, посмотрев в сторону силового заграждения, он увидел дэймаину, которая, поднявшись со своего кресла, не милая смотрела на него и что-то говорила. Притом настолько быстро, что понять было абсолютно невозможно, даже с пятого на десятое... Мужчина невольно поморщился и перевёл взгляд на Семёна, на которого уставилась замолчавшая дэймаина. — Что она говорит? — Что у тебя, Танатос, есть вещь, которая имеет отношение к её дому Илма-Сууру, — отозвался Семен, пристально глядя на рогато-хвостатую женщину. — Это вещь а-он-ги-лов… Незнакомое для себя название Кирилл произнёс по слогам, а вот Танатос уже слышал об аонгилах. Много лет назад. И по описанию вполне представлял себе этих высоких, статных, светловолосых существ. — И что-же это за вещь? — поинтересовался он. И после молчаливого «перевода» Семёна, дэймаина кивнула на правую руку монолитовца. — Это кольцо… — неуверенно произнёс мальчик., а затем покачал головой: — Нет, обруч… ну, что-то на руке… Танатос подозрительно прищурился на рогатую пленницу, а затем, стянув защитную перчатку с правой руки и расстегнув наручи экзоскелета, приподнял рукав комбеза… Дэймаина усмехнулась, а Семён издал восхищённый вздох. На смуглом и сильном запястье монолитовца сверкал и переливался словно электростатический артефакт, красивый полупрозрачный браслет — подарок давнишнего друга… Бывшего друга… Хотя… Танатос невесело усмехнулся. Нет, не бывшего… Дэймаина снова что-то сказала, указав на браслет. — Ваайн говорит, что это магический браслет «онно-ла», — проговорил Семён, во все глаза глядя на необычную вещь (Танатос заметил как расширились зрачки мальчика, почти полностью затопив янтарную радужку). — Это древняя магия связи двоих возлюбленных. Где-то есть второй такой-же браслет. — Да? И где-же? — Танатос задал вопрос мальчишке, но смотрел на дэймаину. Деваха неприязненно посмотрела на мужчину и пожала плечами, процедив сквозь зубы какую-то фразу. — Ваайн говорит, что если-бы ты был настоящей парой, Танатос, то второй браслет уже давно был-бы рядом с тобой… вместе со своим хозяином. — Вот как… — задумчиво произнёс монолитовец, разглядывая браслет так, словно впервые его увидел… Хотя, стоило-ли верить этой чужачке-дэймаине? Она ведь запросто могла соврать своим недругам… Резкий сигнал КПК отвлёк внимание Танатоса от созерцания своего браслета и, глянув на экран, он увидел сообщение от профессора Васильева, который предоставил краткий отчёт о работе с аномалией «Разлом». Что-ж, пора было заняться своими непосредственными обязанностями Старшего этого подразделения. Тем, что требовал от своих верных слуг Великий Монолит…***
Система Новая Русь. Спутник Лада. РАВС. — Ты мой, Аартэ!.. Чуть узковатое., но всё равно красивое лицо высокого, широкоплечего мужчины с длинными зеленовато-чёрными волосами оказалось совсем рядом — протяни руку и дотронешься. Зелёные… нет, скорее изумрудные глаза в обрамлении угольно-чёрных ресниц смотрели жадно и с какой-то всепоглощающей нежностью… А на голове мужчины были… рога! Дэм-маарн!.. Или нет?.. Да нет. Дэм-маарн… — Мы предназначены друг другу, Аартэ… — произнёс рогатый. Его глаза пугающе потемнели. — Я тебя от себя не отпущу… Мой!.. Характерно сложив свои чуть пухлые, коралловые губы дэм-маарн придвинулся ещё ближе… намереваясь поцеловать!.. Мужчина!.. Поцеловать!.. Блин!!! Фффууу!!!.. — Не отворачивайся от меня мой э’сууар… — сильные., но в то-же время осторожные пальцы не дали увернуться. — Мой любимый, Аартэ… Аартэ… Аартэ… — Артём… Артём!.. Тёмка, блин!!! Чуть приглушенный и одновременно настойчиво-нетерпеливый голос ворвался в сознание Артёма. И сильно вздрогнув, парень резко открыл глаза, однако ещё нЕсколько секунд находился под властью своего более чем странного сна… Твою-ж!.. И присниться-же такое… Такое дерьмо!.. — Тёмка! Харош дрыхнуть! Твоя группа у нас сегодня кураторы на лётном! Забыл? Отметив про себя, что находится в научно-медицинском центре, а точнее в его лечебном отделении, — и в отдельной палате (надо-же!) — Артём скосил глаза на невысокого красноволосого мальчишку, а точнее на своего одиннадцатилетнего брата, сейчас экипированного в сталкерский комбез «Сева». Который в данный момент сидел на Артёмовой больничной койке, чуть-ли не с возмущением таращась на него… Хотя сидел он не только на койке, но и частично на ноге старшего Матвеева. Чувствительно, между прочим!.. Артём шевельнул придавленной конечностью и Никитка приподнял свой зад, пересев на край… — Тём, ты собираешься вставать или нет? — поинтересовался Никита, многозначительно глядя глазами цвета тёмного мёда на своего старшего брата. — До начала занятий не так-уж много времени. И если ты будешь дальше валяться, то… Артём не дослушал, — его внезапно накрыло волной леденящего страха ибо он вспомнил почему находится здесь, в больничной палате. Аномалия «Ясновидец»! Которая показала гибель, идущей на выручку Дмитрию и Мороку, группы Енота и Дублёра там в Зоне Отчуждения, неподалёку от территории группировки «Монолит»! Гибель от оружия монолитовцев «Излучение Зоны»!.. Бля!.. Успел-ли дед предупредить дядю Владислава? Или… Паникуя Артём рванул рукав больничной фланелевой пижамы (какой дебил нарядил его в этот голубой, да ещё и в горошек, ужас?), намереваясь вызвать по КПК двоюродного деда и спросить о группе Енота и Дублёра… Однако браслета с КПК на его руке не оказалось… Чё за хрень?! Где он?! Артём резко сел на кровати… и его тут-же повело в сторону… Ёлки!.. — Арт, ты не его ищешь? Сфокусировав взгляд на братишке, Артём увидел, что Ник кивает куда-то позади него и, повернувшись (стараясь не делать резких движений), увидел на стоявшей в изголовье своей койки, тумбочки свой КПК. — Конечно его, блин… — буркнул Артём и, сцапав КПК, тут-же увидел на экране сообщение… От дяди Владислава! «Тёма, спасибо за предупреждение. В группе Енота обошлось без потерь. Фосфору и Мороку удалось самим сбежать из плена. Теперь они снова с нами. Я рад, что «Ясновидец» тебе особо не навредил, Артём.» И всё блин… Коротко и сухо: ни тебе объяснений за то, что заблокировали ему и Светке воспоминания о монолитовском плене, ни сожалений о сокрытии важной информации об изменениях в Артёме и Светлане, ни даже сочувствия в связи с гибелью Лиры! Словно так и надо!.. Блять!.. Ну дядя!.. Хотя… может Коготь и прав — информация о «кадаврах» все-таки не для общей сталкерской сети… и вообще не для какой сети… а разговор с глазу на глаз… Вот только в последнее время Артёму из Зоны вообще никто ни о чём не писал… если, конечно не считать вот это куцее сообщение. Но, если своих родственников, — ну, то есть дедушку Семёна и дядю Влада, — Артём ещё хоть как-то понимал (хотя поступили они с ним и со Светкой по свински), то молчание Команча, лидера «Свободы», вызывала в парне недоумение и досаду. Нет, ну в самом деле, — мог-бы и чиркануть пару строк. А то как улетел после последнего зачёта, так на связь и не выходил… лишь дедуля-директор сказал Артёму, что Команч добрался до Земли вполне хорошо, без происшествий и приступил к соим обязанностям лидера… Нет, Артём, конечно, порадовался, что у его друга-свободовца всё ништяк, однако отсутствие известий из Зоны курсанта Матвеева-старшего радовать не могло… От слова «совсем»… Словно то обстоятельство, что парень узнал, кем является, сделало из него какого-то изгоя… Жутко неприятно, между прочим… Кстати Светке тоже не приходили сообщения из Зоны… Но, по её словам, и некому было, потому как Светкины родные сейчас работали на России, а не в Солнечной системе… Артём ещё раз хмуро перечитал дядино сообщение, а затем удовлетворённо улыбнулся, — Дмитрию и его товарищу всё-же удалось сбежать от проклятых монолитовцев. И у Фосфора это был уже второй побег от этих фанатиков… Хотя им, наверное, помогли так-же как и первый раз четыре года назад… — Тём? — Голос Никитки ворвался в мысли Артёма и он вопросительно уставился на своего младшего брата. — Ты чё застыл-то? Давай, блин, собирайся. — Мальчишка наклонился, не слезая с кровати и поднял с пола пухлый рюкзак. — Это твой «Сева» для полётов в космосе… — А… спасибо, Ник… Ладно, двинься давай, я встаю. — Артём аккуратно отодвинул брата в сторону, а после осторожно встал, прислушиваясь к себе. Аномалия «Ясновидец» была очень сложной и для многих смертельной, силы она высасывала на «раз-два», но сейчас с Артёмом было всё в порядке… Вроде… Вытащив из рюкзака свой комбез «Сева-10», которые в РАВС использовали в основном для учебных космических полётов. Артём так-же достал бельё из «умного волокна», — штаны типа кальсон и футболку с длинным рукавом, — и уже хотел переодеться… Как, вдруг, обнаружил, что под пижамными, с дурацкой расцветкой, штанами у него, оказывается, ничего нет… От блин!.. Артём оглядел палату, но его вчерашней одежды нигде не было — видимо её, следуя инструкции, отправили в стирку. — Ты чё ищешь? — спросил Ник, роясь на этот раз уже в своём рюкзаке. — «Чё»… труселя свои, блин, — хмуро отозвался Артём. Нет, он конечно мог обойтись и без трусов (тем более со специальным сталкерским бельём), но всё-же с ними парень чувствовал себя комфортнее, чем без них. — Блин, я забыл про труселя. — Никита виновато почесал затылок, ещё больше взъерошив красно-чёрные вихры. — Чёрт… — Да ладно… нет, так нет… — Артём принялся переодеваться. Натянув футболку, он взялся за штаны. — Отвернись, малой, а то я стесняюсь, — полушутя-полусерьёзно велел он брату, думая в первую очередь о неокрепшей детской психике. — А у тебя там есть что-то чего нет у меня? — поинтересовался мальчишка, лукаво сверкнув медовыми глазами. Но всё-таки повернул голову, как раз в сторону двери… И, вдруг, замер… Артём, заметив это, тоже посмотрел на дверь… Да так и застыл со штанами в руках. В палате у дверей стояла молоденькая, смазливая фельдшерица в светло-зелёном медицинском комбинезоне с удивлением разглядывая полуголого пациента. Рядом с ней в метре от пола застыла маленькая, овальная гравиплатформа, выполняющая сейчас роль подноса для еды. — Вот жеж!.. — Старший Матвеев, разволновавшись, поспешно натянул штаны. Вот только волновался он не от того, что девушка увидела его голую задницу (и не только задницу), — ещё чего, стесняться этого, — а от мысли, что она сейчас скажет мол «Курсант Матвеев, вам ещё нельзя покидать мед.центр. Вы ещё не вполне здоровы.» Ну и так далее. Однако у девушки, видимо, были иные распоряжения относительно пациента. Продефилировав к столу, виляя округлым задом, фельдшер сгенерировала аномалию «Рентген» проверив ею Артёма с головы до ног, а затем удовлетворённо кивнула. — С вами всё в порядке курсант Матвеев, — с улыбкой произнесла девушка, довольно улыбнувшись. — Вам повезло, после аномалии «Предвидение» редко кто приходит в форму так скоро. — И, кивнув на, зависшую возле кровати, гравиплатформу с тарелкой и кружкой, сказала: — Можете завтракать и идти на учёбу. С этими словами, не дожидаясь какого-либо ответа, она вышла из палаты, а Артём, сначала проводил похотливым взглядом её соблазнительный зад, а затем посмотрел на свой завтрак… и улыбка его нЕсколько поувяла. В тарелке была овсяная каша, неприятная и склизкая. Которую старший Матвеев совсем не жаловал… Не, ну чё за на фиг?.. Почему в больничке пациентов кормят всякой хренью?!.. Ведь в столовке РАВС кормили куда как лучше!.. А хотя ладно, предъявлять претензии он не будет, а то ещё оставят его здесь… со злости… Можно вполне обойтись бутером и чаем… А свою мерзкую, невкусную овсянку медработники пусть сами лопают…***
Зона. Земля. Чернобыльский сектор. Припять. Вне себя от ярости и злобы, Эрагон чуть-ли не бежал по коридорам их припятского штаба. Ему надо было срочно поговорить со Старшим братом Танатосом. Вот просто до зарезу! И не по КПК поговорить и не с помощью соответствующих аномалий, а глядя в глаза этому… этому чёртовому выскочке… этому любимчику лидера!.. Дело в том, что вернувшись с испытаний аномалии «Разлом», Эрагон тот час поспешил в подвал, где находился Дмитрий Фёдоров… ну и его товарищ тоже. Монолитовец уже предвкушал как отведёт молодого учёного в свою допросную и хорошенько позабавиться с ним… Однако подвал-тюрьма встретил монолитовца многозначительной тишиной… И полным отсутствием пленников… Сначала Эрагон подумал, что их перевели в другое место (мало-ли подземелий у «Монолита»), однако Младшие братья, охранявшие подвал, сказали, что приказа о переводе пленных не было. А это означало лишь одно, что пленные сбежали с помощью аномалии «Телепорт». Только вот ни Дмитрий, ни его приятель… Морок, кажется… не смогли-бы использовать свою аномальную силу, особенно на создание таких сложных аномалий, потому как им были введены пси-вирусы, ограничивающие возможности умеющих. Это наводило на определённые, совсем не хорошие мысли, а именно: — пленникам помог кто-то из братьев-монолитовцев оказался предателем… И, кажется, Эрагон знал КТО ИМЕННО устроил побег. Взлетев по лестнице (даже без помощи «Вихря») и чуть не сбив с ног кого-то из Младших, проводивших Старшего брата нЕсколько удивлённым взглядом, Эрагон пронёсся по пустынному коридору и, едва не проскочив нужную дверь, притормозил у комнаты, выполняющей роль кабинета Танатоса. За плотно закрытой дверью раздавались голоса, — самогО хозяина кабинета и его подопечного. Причём Кирилл явно был чем-то возмущён и даже разозлён, что заставило Эрагона с недоумением замереть возле кабинета. Странно, что рогатый сопляк позволил себе повысить голос на Танатоса, то есть на своего Старшего брата, опекуна и наставника — обычно мальчишка что называется «смотрел в рот» своему кумиру глазами влюблённой псевдолягушки и ловил каждое его слово… Тут Эрагон криво усмехнулся. Кажись, он знал причину негодующих воплей полукровки. Степан… то есть Семён (Блин! Как-же трудно запоминать имена этих противных детей!). Кирилл приревновал Танатоса к новому сопляку… В это время дверь кабинета с шумом распахнулась, едва не приложив Эрагона по лбу, и в коридор выскочил Кирилл, у которого чуть-ли пар из ушей не шёл от злости. Даже не взглянув на Старшего брата, мальчишка рванул по коридору в ту сторону откуда только что пришёл сам Эрагон… Однако монолитовец успел заметить дорожки слёз на смуглых щеках юного полукровки… И это даже подняло Эрагону настроение… Совсем чуть-чуть, но тем не менее… Правда, когда он зашёл в кабинет и посмотрел на Танатоса, стоявшего у окна и просматривающего записи в своём КПК, в душе Эрагона вновь поднялось раздражение. Действительно — стоит себе спокойно, с отрешённым видом, словно так и надо! — Брат Эрагон… — Голос Танатоса звучал ровно и бесстрастно. — Ты пришёл доложить о ходе испытаний с аномалией «Разлом»? Эрагон, уже собравшийся разразиться обвинительной речью, глупо моргнул, — из-за исчезновения Дмитрия он совсем позабыл о докладе Старшему… Хотя Васильев должен был сбросить материалы по испытаниям Танатосу на КПК… и лидеру. — Профессор Васильев уже скинул мне информацию, — словно прочитав его мысли, произнёс Танатос. — Брат Танатос, — Эрагон чуть нахмурился. — Я пришёл сказать, что наши пленные из «Восхода» сбежали! И… и кажется я знаю, кто помог им сбежать. Говоря это Эрагон вперил недобрый взгляд в своего собеседника, практически не осознавая как сжимает кулаки до побелевших костяшек. — Я тоже знаю, брат Эрагон, — равнодушно отозвался Танатос. — Это сделал я. — Что?! — Белобрысый монолитовец так и вытаращился на старшего, не в силах совладать со своим изумлением. Нет, он конечно подозревал этого не в меру сердобольного святошу, но что Танатос САМ сознается! Вот так просто!.. — Да. По повелению Великого Монолита, — бесстрастно пояснил Танатос. — И по приказу нашего лидера. Харон решил, что эти восходовцы нашей группировке не нужны. — Тут Танатос многозначительно посмотрел на, опешившего от всего услышанного, собрата. — И ещё. Лидер не слишком доволен твоим служением Великому Монолиту, брат Эрагон. Ты очень часто отвлекаешься на посторонние вещи… На абсолютно не нужные правильному монолитовцу вещи… Хотя Танатос сейчас не создавал никаких аномалий, от него ощутимо повеяло прямо-таки леденящим холодом.Эрагон судорожно сглотнул, глядя на своего собеседника, однако постарался взять себя в руки побыстрее. — Я верой и правдой служу Великому Монолиту, брат Танатос, — произнёс белобрысый монолитовец. — И уж не в коей мере не забываю о своих обязанностях в группировке… По поводу испытаний с «Разломом» я предлагаю запустить в нужное нам измерение нескольких неудачных кадавров и посмотреть, что с ними станет. Профессор Васильев высказал предположение, что тот мир ТАКИХ существ не отторгнет… Правда лучше было-бы для этой цели использовать разумных кадавров, но уж, как говориться, что имеем… — Эрагон мрачно хмыкнул, а затем вновь посмотрел на своего собеседника. — Нужно твоё разрешение на использование наших безмозглых урод… кадавров, брат Танатос… Неожиданно старший монолитовец с таким хрустом стиснул кулаки, что Эрагон, резко умолкнув, невольно отступил от него на пару шагов, с недоумением воззрившись на своего собеседника. Маска полупрозрачного экзоскелета надёжно скрывала лицо Танатоса и увидеть его эмоции (если они были, конечно) не представлялось возможным, но Эрагон понял, что старший разозлился… Только вот с чего-бы? — Разрешаю, — наконец сказал, а точнее проскрипел, старший монолитовец. Казалось он с трудом сдерживается чтобы не сорваться. — Можете использовать дефектных кадавров.***
Планетарная система Новая Русь. Лада. РАВС. — Ух, блин! Даже не вериться, что сегодня я буду пилотировать космоистребитель! САМ! — не скрывая радостного предвкушения говорил Никита, когда братья шли в сторону лётной площадки и ангаров. — Ты знаешь, Тём, этот гнойный снорк Ширман ведь хотел отстранить меня от этого занятия. Мол дисциплина у меня сильно хромает… И учёба… Не, ну ты прикинь! Меня отстранить! Артём, который в это время читал одно за другим сообщения от дедули Игоря с указаниями-нотациями как вести себя на занятиях в космосе (как будто для Артёма это было первое занятие, ей богу), оторвался от своего КПК и посмотрел на братишку. Нового куратора второго курса, — этого белобрысого НЕСовца, — старший Матвеев видел лишь мельком ибо у их восьмого курса оберст (как там его имя-отчество?) занятий не вёл. Да и прибыл тот в РАВС совсем недавно, так что Артём с ним не пересекался. — Я смотрю, ты от него не в восторге, Ник, — усмехнувшись произнёс Артём. — А чего мне быть в восторге, — буркнул мальчишка. — Я раньше думал, что Лерка, наша кураторша, стерва та ещё, но этот Ширман ваще урод… Он с первого-же дня стал ко мне придираться. Сначала цвет моей волосни ему не понравился. Этот придурок решил, что я крашенный… Артём невесело, но понимающе усмехнулся, — да уж, цвет волос им с Ником достался ещё тот. Через чур яркий и необычный… и который почему-то совершенно невозможно было перекрасить… — Ну и чё? — спросил старший Матвеев. — «Чё, чё»… потребовал чтобы я вернул нормальный цвет иначе он не допустит меня к занятиям. — Никита нахмурился, а затем хмыкнул. — Нет, я-бы с удовольствием не ходил на эту сраную алгебру, она мне на фиг не сдалась. Но тут вмешался наш дедуля-директор… Не договорив, брат умолк и досадливо поморщился. … И Артём еле удержался чтобы не заржать. Нет, не из-за придирок вредного препода к Никитке, а потому, что братишка лишился замечательной возможности не посещать нелюбимый предмет. Хотя… Неужели Ник и вправду рассчитывал, что их дед-директор позволил-бы му отлынивать от занятий? Да щас! Как говорил сам Игорь Михайлович, — он старшего, то есть Артёма, упустил, а точнее его разболтал и разбаловал дядя Владислав (хотя сам Артём вовсе не считал себя таким-уж избалованным). И упускать младших Матвеевых ответственный дедуля не собирался… Тут Артём невольно нахмурился. Ему внезапно пришла в голову мысль-вопрос, что не будь он кадавром, то дедушка Игорь вообще забил-бы на него как на внука?.. М-да, честно говоря, осознавать такое было не слишком приятно… … Хотя, такой вариант отношений, имей он место на самом деле, Артёма вполне-бы устроил. Ведь он так и не расстался со своей детской мечтой и планировал после учебы в РАВС податься в вольные сталкеры и проводить в Зоне бОльшую часть своего времени. А потому спокойно-прохладные отношения родственников помогли-бы им проще переносить разлуку… И не держаться за него как голодный слепыш за кусок мяса!.. — Вообще я считаю, — вклинился в мысли Артёма голос братишки. — Что военсталам все эти предметы типа математики, литературы, истории, ни к чему. Мне они точно никуда не упёрлись. — Ну как-же. Они нужны чтобы ты вырос образованной развитой личностью. — Артём повторил слова двоюродного деда, которые тот не уставал трындеть, когда распекал старшего внука за плохую успеваемость… Хотя сам Артём был полностью согласен с Никиткой. — Блин, Арт!.. — Никита чуть-ли не с возмущением уставился на старшего брата. — Ты сам-то в это веришь?! — Нет, — честно ответил Артём. Он очень не любил врать брату и кузинам… и вообще всем родственникам… В отличие от этих самых родственников, которые несколько лет скрывали от него важную информацию о монолитовском плене и о том, ЧТО из него сделали… … И наверняка скрывали-бы и дальше не попади Шааэт в РАВС. Артём почувствовал, что снова начинает злиться на дядю Влада и дедов и глубоко вздохнул, пытаясь не поддаваться раздражению и досаде. — Я считаю, что для сталкеров важно развивать свои аномальные способности и быть в хорошей физической форме, — поуспокоившись произнёс Артём. — Метко стрелять и разбираться в технике… Ну и знать о Зоне как можно больше. — Так я о том-же! — обрадовано воскликнул Никита, а затем, после пары секунд размышлений, сказал: — Знаешь, Тём, я не хочу быть военсталом. Хочу как ты… Ну, быть вольным сталкером. — И в чем-же дело? — Старший Матвеев вопросительно приподнял брови. — Хочешь, так будь им. — Но это-же ещё семь с половиной лет ждать! — страдальчески произнёс мальчишка, стиснув кулаки. — Ну, до окончания академии. Артём хмыкнул, — это да, Нику до окончания учёбы, ну и соответственно до совершеннолетия было как от Лады до Солнечной системы пешком. Это ему, Артёму, ещё полтора года помучиться и всё. Свобода! Причём скорее всего он и его группа будут в Зоне уже скоро… Ну, судя по результатам зачетов и практических занятий. … Хотя, учитывая кем Артём является, то любимые родственники, а особенно дед Игорь, могли устроить племяннику и внуку какие-нибудь подлянки, чтобы только Артём не попал в Зону. Старший Матвеев невольно нахмурился… М-да, а ведь такое вполне может быть, на полном серьёзе — оставят его (ну и Светку тоже) куковать здесь, в РАВС… Артем криво и недобро усмехнулся. Ох, чувствует он, что придётся самомУ отсюда сваливать… Обсудить все со Светкой, угнать космолет и… — Тем, я вот чё подумал, — Вновь прервал Никитка мысли Артёма. — Ты ведь скоро выпускаешься, тебе будет восемнадцать… совершеннолетие и всё такое… И это… — Тут мальчишка чуть-ли не умоляюще посмотрел старшему брату в глаза. — Давай ты меня с собой возьмёшь… ну, в Зону… Артём резко остановился и во все глаза уставился на братишку. — Ты мог-бы оформить опеку надо мной, — Никитку похоже ошарашенный взгляд старшего брата ничуть не смутил. — Ну, вместо дедушки Игоря… Артём хмыкнул, с интересом глядя в «щенячьи», немного темнее чем его собственные, глаза. В принципе это был вариант… Если-бы не одно «Но», а именно — СТАРШИЕ РОДСТВЕННИКИ. Вряд-ли дедушки и дядя Владислав придут в восторг от такого развития Никиткиной жизни. И уж точно не позволят чтобы только-только вошедший в совершеннолетие парень (то есть Артём), а тем более являвшийся не совсем человеком, стал опекуном и наставником мелкого мальчишки… Да ещё и в Зону его потащил. Конечно можно было наплевать на их мнение, желания и решения, НО… Постоянно быть в бегах, скрываясь от родни и их знакомых (которых, кстати, было не мало) — Артёму абсолютно не хотелось. Парень был на все сто процентов уверен, что забери он Никитку из РАВС, и его дядя и дедушки перероют всю Зону, чтобы найти их… Это было не есть хорошо… Что Артём и озвучил мелкому. Никитка удручённо поник… Однако предаться унынию и грусти не успел, так как КПК Артёма разразился сердитой трелью. А после раздался недовольный, громкий голос майора Глебова Аркадия Степановича- куратора восьмого курса: — Матвеев, где тебя носит?! И твоего брата?! Ты в курсе, что до начала занятия семь минут?! Как хочешь, конечно, но если не успеете, мы улетим без вас!.. — Блин! — воскликнул Ник, вылупив глаза. — Твою ж!.. — произнёс Артём. Дойти до лётной площадки своим ходом за такое короткое время они явно не успеют. Даже, если понесутся галопом… Хотя… Хотя «нестись галопом» было совсем необязательно. Можно было воспользоваться аномалией «Телепорт». Не с первой попытки (вот блин!), Артём сгенерировал бело-голубое кольцо-воронку, на которое его младший брат смотрел с нескрываемым восхищением и лёгкой завистью… Никита пока ещё такие аномалии генерировать не мог… — Ник, руку давай!.. — сказал Артём, протянув брату ладонь. — Ещё чего! — возмущённо воскликнул мальчишка. — Я что маленький?! И с этими словами он рванул в аномалию, каким-то непостижимым образом обогнув старшего брата. — Блять! Мелкий, осторожнее! — Артём прыгнул следом, пытаясь ухватить малого и понимая, что это бесполезно. Их появление было впечатляющим. Артём и Никита выскочили из «Телепорта» неподалёку от ангаров на лётной площадке… Точнее не выскочили, а выпали из аномалии, которая то-ли от поспешной Артёмовой генерации, то-ли ещё почему, открылась в паре-тройке метров от земли… Аккурат над оцепеневшими и раскрывшими рты курсантами и преподами… Причём Никита с громким воплем грохнулся прямо на белобрысого, длинного как жердь мужчину, а точнее на своего куратора, и уже оба они повалились на гладкое покрытие площадки, с негодующими возгласами белобрысого. Майор Глебов, — высокий, широкоплечий, черноволосый мужчина, ещё довольно молодой, — резко вскинул руку и поймал выпавшего из «Телепорта» Артёма комбинированными аномалиями «Волна» и «Грави», не дав рухнуть на землю как куль… Только сам Артём такой заботы не оценил. Так как сразу-же увидел Светлану Ивашко, чьи зелёные, широко распахнутые в удивлении, глаза были устремлены на него и потому Артёма абсолютно не воодушевляло то обстоятельство, что девушка, в которую он был влюблён, видит его повисшего в воздухе, да ещё в нелепой позе! Блин! Да он сам прекрасно-бы приземлился, без помощи Глеба, чай не маленький!.. Впрочем куратор быстро опустил его вниз и старший Матвеев, мрачно зыркнув на него, сердито поправил за спиной сбившийся рюкзак, а затем широко улыбнулся Светлане… Которая закатила глаза и покачала головой. Остальные сокурсники, и «Кречеты» и «Циклоны» смотрели на него кто со снисходительным осуждением (в основном девчонки), кто одобрительно (парни). — Круто, Арт! — изрёк Илюха Липницкий, а Женька, обнимая мрачноватую Марьянку, молча поднял большой палец вверх. Мелюзга-же, — группы «Водоворот» и «Янтарь», — пялилась на Артёма чуть-ли не с восхищением… Кроме Дашки Волковой, которая прижималась к своему старшему брату… О, блин, а Волчара-то что здесь забыл? Артём с хмурым недоумением посмотрел на ведущего «Ирбисов». Тот лишь скользнул по своему сопернику нечитаемым взглядом и вновь переключился на свою сестру… Причём вид у Волка был какой-то… пришибленный что-ли… Вообще Артём заметил, что в последнее время Гошка Волков какой-то не такой… Кстати с того самого дня как угостил его кофе. Но что именно происходило с Волком, Матвеев понять не мог… Хотя, если честно, особо не заморачивался на этот счёт. Как говориться — хрен-бы с ним… — А вас, курсант Матвеев, стоило-бы вас отстранить от лётного занятия! Артём резко повернулся в сторону брата, которого его куратор уже поставил на ноги и теперь недовольно смотрел на мальчика… Все курсанты как один уставились на них… — Почему это?! — воскликнул младший Матвеев, вырвавшись из пальцев НЕСовца. — За что вообще?! Нахмурившись, Артём шагнул к братишке, намереваясь защитить его от вредного препода. — Послушайте, Хельмут… э-э… — Парень вдруг понял, что напрочь забыл отчество куратора Никиткиного курса… Чёрт! Он и его звание позабыл! — Мой брат не при чём. Это всё из-за меня случилось. Я немного не так сгенерировал аномалию «Телепорт». Серые глаза мужчины обратились на старшего Матвеева и с холодной заинтересованностью оглядели парня с головы до ног. Никитка-же невольно отступил к брату с возмущением и негодованием таращась на белобрысого препода. — Да ладно вам, Хельмут Генрихович, — вмешался майор Глебов. — Ваш ученик не виноват, слышали-же. — Тогда может стоит отстранить от занятий ВАШЕГО курсанта, майор? — С не слишком приятной усмешкой поинтересовался НЕСовец, неохотно оторвав взгляд от старшего Матвеева и посмотрев на куратора восьмого курса. — Вообще-то занятие у ВАШИХ групп, оберстлейтенант, — Аркадий Степанович вернул неприятную улыбку белобрысому. — Мои здесь в качестве наставников, а не учеников. Посверлив ледяным взглядом черноволосого майора, долговязый оберст повернулся к своим курсантам. — Группы «Водоворот» и «Янтарь»! — рявкнул он. — Построиться! Артём и его однокурсники с некоторым недоумением наблюдали как малышня быстро встала по двое с ведущими во главе, а затем повинуясь взмаху руки своего куратора как заправские вояки потопали к ангару… Старший Матвеев невольно почесал в затылке. Он не знал как там происходит обучение умеющих в Новом Европейском Союзе, но здесь, в РАВС маршем на занятия не ходили ни младшие курсанты, ни тем более старшие, хотя академия и считалась полувоенным учреждением. Исключения составляли лишь торжественные построения, но это было не часто. — «Циклон», «Кречет», вам особое приглашение нужно? — Голос майора Глебова вывел старших курсантов из оцепенения. — Э-э… Нам тоже построиться, Аркадий Степанович? — спросила Светлана Ивашко с едва различимым сарказмом. — Ну, немного дисциплины вам не помешало-бы, — отозвался куратор. — Но, думаю, вас уже поздно переделывать. — А чё нас переделывать? — хмыкнул Артём, подвигаясь поближе к Светке и поглядывая на хмурого Волкова, который не отрываясь смотрел на широкие двери ангара, куда зашли младшие. — Мы и так хороши… — О, господи… — покачал головой майор и махнул рукой. — Идите уже… Старшие курсанты не особо торопясь потянулись к ангару, негромко переговариваясь между собой. Артём пристроился к Светлане Ивашко и даже имел смелость взять её за руку… ожидая, правда, что она сейчас её отдёрнет… Однако, к удивлению парня, брюнетка лишь рассеянно улыбнулась ему и крепче сжала его ладонь. Артём возликовал, на радостях позабыв все умные слова. Только его улыбка стала ещё шире… Наконец-то его любимая девушка… давно любимая… проявила к нему благосклонность! В голове Артёма лихорадочно, словно в бешенном хороводе, завертелись мысли о том, чтобы пригласить Светлану на свидание. На НАСТОЯЩЕЕ свидание, а не просто поговорить про учёбу… То есть Артём, конечно, и раньше много раз приглашал Светку Ивашко на свидание, но в этот раз парень был уверен, что она не откажет… И от этого чувствовал себя так, словно у него выросли за спиной крылья… И все-же… И все-же, пред тем, как войти в ангар, Матвеев на пару секунд обернулся назад. На оставшегося позади Гошку Волкова. Тот, как-то понуро ссутулив широкие плечи, медленно уходил по дорожке в направлении корпусов… (продолжение следует)
