Я тебя хочу

Да, я, наконец-то, дописала это. Осталась последняя часть - и все. Честно, получилось не очень(возможно я еще что-то перправлю), боюсь, это не совсем то, что можно было ожидать, и что хотела написать я сама. Но... велком. Я всегда думал, что наши с Блейном отношения начнутся более романтично. Например, так: я буду петь какую-нибудь красивую и возможно даже грустную песню, а Блейн посмотрит на меня, улыбнется и, наконец, поймет, что вот он я – тот, кого Блейн искал всю свою жизнь. Затем будет романтичное признание, поцелуй (или два), и все будут счастливы. Что ж, я знал, что реальность сурова. У меня были только несколько месяцев дружбы и сомнительное вчерашнее признание. Я до последнего надеялся, что утро изменит ту вчерашнюю неловкость на что-то… правильное. В смысле, ведь вполне возможно что Блейн подумал ночью, и теперь мы будем… вместе? Очень красивые и романтичные мечты. И то, что они не сбудутся, я понял, как только увидел лицо моего Соловья. Я редко называю его по фамилии, но сейчас хотелось. Андерсон был предельно собран, губы плотно сжаты, а взгляд отстранен. Верни мне моего Блейна, во имя всех богов. - Привет, Курт, - улыбнулся мне ледяной мальчик. – Думаю, я должен разъяснить вчерашнюю ситуацию. Вышло немного неловко… Что?! Что ты несешь?! Перестань! - Блейн, я… - Просто дослушай. У меня… немного сложная ситуация сейчас на… личном фронте. Я просто сорвался… Что. За. Бред. Замолчи-замолчи-замолчи! - Сложная ситуация? – я попытался улыбнуться. На личном фронте. Ты идиот, Хаммел. У него кто-то есть. Вся эта фигня… ничего не значит. Опять. Глупый, глупый Курт. - Д-да, - на секунду промелькнул внезапно мой Блейн, и больше всего в тот момент мне захотелось броситься ему на шею и разреветься. Но едва ли он оценил бы. Поэтому я только вздохнул… и решил последовать совету Сантаны. - Ну, мне это знакомо, - с усилием усмехнулся я. – Думаю, мой… личный фронт сегодня немного изменится. Мне так хотелось разозлить его. О Мадонна, как же я был зол и обижен! Что ж, если это его как-то и задело, то он не показал. - Правда? – растянул губы Блейн в своей холодной усмешке. – Кто он? Я его знаю? Только бы не заплакать. Как больно. Господи, если ты существуешь, прекрати это. Пожалуйста. - Да, он из Соловьев. Впрочем… сам все увидишь. Пойдем. Мы направились в кабинет английского – и мне нужно было думать, как привести свой план в исполнение. - Блейн… - надеюсь, он не заметил, как дрогнул мой голос. – Ты иди, я… должен привести себя в порядок. «И выбросить из головы все мысли о твоей предполагаемой личной жизни. Можно подумать, мне мало было Джеремайи» Андерсон только как-то странно покосился на меня, но ничего не сказал и ушел. А я попытался перевести дыхание. «Похоже, я и правда ему не нужен, а вчерашнее было… досадной ошибкой. Только друг. Всегда только друг.» На глаза навернулись слезы, но я раздраженно их сморгнул. Надо взять себя в руки. Терять в любом случае нечего. *** В кабинет английского я вошел полностью собранный, с идеальной укладкой и такой же идеальной улыбкой. Я выглядел как никогда хорошо и пять раз прочитал про себя мантру Сантаны « Я само совершенство, все меня хотят» И я ощущал себя, черт его дери, как гребанное совершенство. И готов был убедить в этом кого угодно. - Привет, Джефф, - улыбнулся я еще ослепительнее, чем до этого, садясь за парту рядом с Соловьем. Мы с ним не то чтобы дружили, но общались, когда Блейна не было рядом со мной. Мне нравилось в Далтоне, но я до сих пор чувствовал себя недостаточно уютно, находясь с кем-то из учеников без своего кудрявого сопровождающего. Пора привыкать. Впрочем, с Джеффом мне было комфортно. Милый, открытый парень. Еще и симпатичный к тому же. Очень симпатичный. Хотя внешность была не главным критерием «отбора жертвы», как назвала это Сантана. Джефф был геем. Открытым геем. Открытым свободным геем, если точнее. - Привет, Курт, - немного подозрительно посмотрел на меня парень. Хм… - Что-то случилось? - Почему у меня должно что-то случиться? – удивился я. - Потому что обычно ты сидишь с Блейном, а сейчас даже не посмотрел в его сторону? Это еще что такое? - Ну… Блейн не является центром моей вселенной, - да-да, ври больше Курт - И возможно… я просто решил сесть… с тобой? Джефф улыбнулся, и я опустил ресницы. О Барбра, похоже, это и правда работает! Прозвенел звонок, и разговор продолжить не получилось. Впрочем, это никак не могло помешать нам обмениваться взглядами, улыбаться и даже получить от учительницы пожелание «заниматься личной жизнью в личное время». Честно говоря, самой тяжелой частью этого всего было не смотреть на Блейна. Флирт оказался приятной штукой. Впервые в жизни я ощущал себя сексуальным, красивым, нужным… Просто так. Это не было тем глубоким чувством, которое росло во мне с первой встречи с Блейном. Я знал, что оно никогда меня не покинет, но последнее время ощущать всю тяжесть неразделенной любви было так сложно, что хотелось сдаться. Выпалить все как есть, скинуть эту ношу, перестать рыдать в подушку по ночам, дать этим чувствам вылиться. И будь что будет. Но… потерять Блейна?... Никогда. Поэтому сейчас я должен делать вид, что все идет так, как запланировано. Что Джефф – тот, о ком я мечтал, что все эти улыбки и касания не отчаянная попытка сохранить собственную гордость, а то, чего я хочу на самом деле. Ах да, а еще не стоит представлять, как я встаю со стула, подхожу к Блейну и запускаю руки ему в волосы, разнося весь этот гелевый кошмар. Я слишком хорошо запомнил, как Финн сказал мне когда-то словно в другой жизни, что я не умею понимать, что «нет» значит «нет». Гордись, братец, я быстро учусь. Весь день я избегал Блейна как мог. Если бы он начал расспрашивать о моих «отношениях» с Джеффом, то я действительно не выдержал бы. Истерика на тему «ты меня не любишь и не ценишь» в стиле истеричной девочки-подростка точно бы испортила и без того идиотский план. Признайся, Курт, этот план ничего не может испортить. Он бессмысленен. Черт. И как назло, после уроков у нас должна была быть репетиция. Нет, изначально я посчитал это плюсом, но сейчас старался просто пережить как страшный сон, а потом забиться куда-нибудь в угол и прослушать пару раз тот плейлист, состоящий целиком из песен Барбры и Селин Дион. Единственным, что не давало мне сделать этого сразу, помимо гордости, было внимание Джеффа. Похоже, я ему действительно нравился, и это стало неплохой терапией после грандиозного провала с «Animals». На репетицию Соловьев мы с парнем ввалились с хохотом, чем заслужили пару неодобрительных и удивленных взглядов. Блейна, сидящего в другом конце комнаты, я проигнорировал. То, что репетиция не задалась, стало ясно с самого начала. Обычно веселый и дружелюбный Блейн разговаривал со всеми сквозь зубы, а иногда даже огрызался, что приводило миролюбивых Соловьев в такую растерянность, что Уэс не выдержал и выгнал всех из зала, попросив Андерсона остаться. Неужели наша неизвестная любовь тебя продинамила, Блейн?... Во имя Барбры, это низко. - Курт, давай встретимся в библиотеке минут через 20, ты не против? – прошептал мне на ухо Джефф, остановив на выходе из зала. Кто-то уронил стул. - Конечно нет, увидимся, - улыбнулся я ему, стараясь не смотреть на то, как Уэс втолковывает что-то Блейну. *** В библиотеке никого не было, и когда Джефф появился, я уже успел порядком заскучать. - Курт, - улыбнулся он. – Пообещай мне ответить честно на один вопрос. - Хорошо, - немного растерялся я. - Что между тобой и Блейном? - Ничего. О-боже-мой. - Но тебе хотелось бы? – пристально посмотрел на меня Джефф. Ни следа сегодняшней легкости и веселости. - Я… - голос внезапно сорвался. – Я… это… это неважно. - Курт, - мягко улыбнулся парень. – Ты замечательный, ты знаешь это? - Спасибо. - Не перебивай. Ты замечательный, и я был бы очень не против, если бы у нас с тобой получилось что-то большее, чем дружба. Но ты и Блейн… это решенный вопрос. Все знают, что вы вместе. - Мы не вместе! – выкрикнул я. Получилось как-то по-детски отчаянно, и опять захотелось найти тот плейлист. - Брось, Курт. Мы с Блейном… сейчас поговорили. И вы должны разобраться в том, что между вами происходит. - Что он тебе сказал? – еле смог выдавить я. – Хотя нет, стоп. Ничего не хочу слышать. Я сейчас сам спрошу. И я пошел разбираться. Держись, Блейн Андерсон.