Счастье, как диагноз.

Так… и что же мне такое тут подсунули? Дааа… определённо, не фонтан. И что мне теперь с этим делать? Результаты первичного осмотра откровенно не вдохновляли. Доставшийся мне экземпляр просто-таки ходячее наглядное пособие к тому внушительному фолианту о «Должном презентовании лиц дворянского сословия в высшем обществе», который я вообще-то так до конца и не осилил. Короче говоря, полная жопа. Если до встречи с этой «принцессой» у меня ещё были робкие надежды на благополучный исход данной авантюры, то теперь они окончательно отбросили копыта. - Ну, и чё делать дальше будем? - поправляя съехавший парик, поинтересовался я. - А можно я пойду… - пропищало это чучело. - Да я б тебя и сам… сама с удовольствием послала. Вот только не получится. Ты кроликов любишь? - Н-не очень. - А я их вообще терпеть не могу. Так что, выкладывай, что там на балах делать полагается. Этот придурок затравленно осмотрелся по сторонам, видимо в поисках путей отступления. Но повода избавиться от меня не нашел и наконец обреченно промямлил: - Танцевать нужно… Ну, танцевать, так танцевать. Не откладывая в долгий ящик, я сгреб свое «сокровище» за грудки и уверенно потащил в центр зала. Припомнив давно забытые уроки танцев, я ухватил его за талию, и уже было собрался сделать первые движения… - Вообще-то вести должен я, - вдруг уперся этот смертник. - Так, давай-ка разберемся, - взбрыкнуло во мне чувство справедливости. – Значит, я нацепил …ла эти шмотки, даже корсет, эти проклятые туфли на двенадцатисантиметровом копыте… тьфу, шпильке. А они, между прочим, пятки натирают. Я приперлась на этот… гребанный бал. Чтобы потом «мечта всей моей жизни» заявила: «вести должен я». Танцуй и не рыпайся! Рыпаться он на свое счастье действительно перестал. Если б продолжил, я бы его точно прибил. Стоит только вспомнить все издевательства, которым подвергла меня «добрая» фея-крестная, чтоб ее Гаврюша за задницу тяпнул… Сначала я чуть не свернул шею, когда под дружный хохот любимых сестричек учился передвигаться на этих ходулях. Потом на меня напялили корсет и затянули его так, что я чуть в обморок не грохнулся как последняя кисейная барышня. А о том как заливался Мих, когда меня «штукатурили» я лучше вообще умолчу. И наконец из тыквы мне состряпали карету, в которую впрягли мышей… МЫШЕЙ!!! И это лучшему-то коневоду королевства. Видели бы вы печальные глаза моих крошек, когда я на этом позорище отбывал. Тем временем музыканты очухались и, сообразив, что других Золушек не предвидится, начали усердно наигрывать вальс. Постепенно к нам присоединились другие пары. Одна из них в составе Миха и Марты постоянно крутилась рядом, с восторгом наблюдая за моими страданиями. - Мне, право, очень неловко Вам об этом говорить, но Вы мне уже все ноги оттоптали, - прошипел мне в макушку принц. - Чё?! – тут же набычился я. - Слышь, Золушка, или как там тебя на самом деле, ты мне вообще-то тоже ни в одно место не упёрлась! Я тебя на бал силой тащил что ли?! О, у нашей принцессы голос прорезался. Тоже мне фифа нашлась. - И чё дальше? – меланхолично уточнил я. - Топала бы ты отсюда, пока папенька нас благословлять не прибежал, потому что жениться на такой образине я ну никак не хочу. Ага, топала бы, я б и топала, но с меня и хвоста хватит. Посмотрел бы я, как он запел, если б его в какого-нибудь ежа лысого превратили. - Угу, спешу и падаю. Тебе надо ты и вали. - Это вообще-то мой замок! - Было ваше – станет наше, - не слишком радостно констатировал я. - Похоже, наглость вперёд тебя родилась. - Она старалась. Принц слегка отодвинулся и воззрился на меня. - Слушай, а ты точно замком не ошиблась? – по всей вероятности, не впечатлившись моей «нереальной красотой и грацией» скособочился он. – Мне вообще-то хрупкую целомудренную красавицу обещали… нда… целомудрие – это, пожалуй, единственное в чём мне не соврали. Кто ж в здравом уме на такое позарится. - Эй, принцесса прилизанная, а ты, часом, не охамела? - Между прочим, за оскорбление «лица семейства королевского, кары лютыя полагаются». - Напугал ежа голой… Короче, а не заткнулся бы ты. Сказано тебе – я твоё счастье. Так нет, ещё кочевряжишься. - Да ты себя в зеркале-то видела? - На себя посмотри, погань бледная в бантиках. С каждой фразой наши «страстные» объятия становились всё крепче, видимо, желание придушить свою вторую половинку было обоюдным. И тут чья-то явно лишняя рука, весьма ощутимо цапнула меня за задницу. Раздумывал я не долго. Мысленно отправив принца лесом, благо взаимной любви у нас так и не сложилось, я развернулся и от души вмазал первому попавшемуся хлыщу. Какой-то идиот предпринял попытку предотвратить дальнейший мордобой… Это он явно не подумал. Поток счастья от судьбоносной встречи бурлил и требовал немедленного выхода, а так как по «лицу семейства королевского» я двинуть не могу, получат все остальные. В итоге бал медленно, но верно перетекал из благообразного собрания в разудалую кучу малу. Кто кого и за что дубасил уже было совершенно не важно, главное у меня от сердца отлегло. Усердно раздавая тумаки направо и налево, я всё-таки отметил, что моё семейство в полном составе благоразумно держится в стороне, весьма потрёпанный принц медленно, но верно пятится к балкону, а король, кажется, вознамерился его отловить. Подсобить дезертиру, али как? Удерёт, глядишь, и от меня отстанут. Улучив момент, я лихо сдёрнул осточертевшую туфлю и прицельно запулил её прямиком в королевскую августейшую особу. Мой импровизированный снаряд в свою очередь отправил в полёт корону, искать которую ринулись все, кто ещё твёрдо стоял на ногах. Принц доблестно сиганул с балкона, а я стащил вторую туфлю и под шумок рванул к выходу. Под раскатистый бой курантов скатился с лестницы и, тоскливо оглядев вернувшихся в исходное состояние тыкву и мышей, поковылял в сторону дома.