Качели

За окном постепенно​ темнеет, пейзаж становится мрачным, приобретает тревожность и загадочность, но не теряет выдающейся красоты. Лёгкий ветерок колышет хрупкие ветви тонкоствольных деревьев, а первые звезды хаотично размещаются по тёмной небесной глади. Отабек тихо лежит на просторной кровати, боясь лишний раз пошевелиться, и смотрит на своего омегу, лицо которого выражает спокойствие и умиротворение. Наверняка ему снится что-то приятное, волшебное, как и он сам, гораздо лучшее, нежели происходящее в реальности. Сейчас Юра выглядит абсолютно беззащитным и по-детски невинным, он лишь иногда морщится и ворочается во сне, на что Отабек тепло улыбается от умиления и поправляет омеге одеяло. В такие моменты становится страшно и противно от осознания того, что ты в любой момент можешь вновь причинить этому хрупкому и самому любимому человеку много боли, причём своими руками. Обижать совсем юного фигуриста не составляет никакого труда, его может ранить любое вскользь брошенное слово, любой поступок, и от этого на душу будто ложится тяжёлый камень, тянущий на дно собственной жестокости и чёрствости. Совершенно не хочется вредить ему, видеть его слёзы, наоборот, возникает желание обнять, защитить от всех возможных и невозможных проблем, уберечь от себя самого и показать, что любовь — прекрасное чувство, которое не так уж ужасно. Изначально котёнок боялся отношений, нежности и заботы со стороны окружающих, отталкивал от себя, не подпускал близко, возможно, просто не хотел быть зависимым или отвергнутым. Но Отабек заставил его поверить в любовь, затем разбив вдребезги своим поведением маленькое беззащитное сердечко. —Бек, ты не спишь? — сонным голосом спрашивает Юра, слегка приподняв голову с подушки. —Нет, не сплю. —Я хочу мороженое, — капризно сказал омежка. —Юр, сказал бы раньше, сейчас большая часть магазинов закрыта, а у нас мороженого нет. —Я раньше не хотел​. —Может, до завтра потерпишь? Обещаю, что куплю тебе много-много мороженого, — Отабек нежно погладил Юру по голове, — а сейчас отдыхай лучше. Юра лёг на подушку, накрылся одеялом с головой и обиженно отвернулся в противоположную от альфы сторону. —Юр, вылезай оттуда. Я же пообещал, что завтра у тебя будет куча мороженого. —Завтра я уже не захочу, — приглушённый голос раздался из-под одеяла, — Бек, пожалуйста, очень хочется…– жалобным тоном попросил Юра. —Котёнок, ну вот как тебе отказать? — тяжело вздохнув, Отабек начал одеваться. —Клубничное, хорошо? —Если ещё что-нибудь захочешь, позвони, — альфа чмокнул Юрия в маленький носик и покинул комнату, отправившись в магазин. Юра и представить не мог, что отношение и настроение человека могут так быстро меняться на абсолютно противоположные за несколько часов. С Отабеком сложно, порой страшно и тревожно, но всё равно чрезвычайно хорошо и по-домашнему уютно. Пусть его партнёр — полный дурак, не контролирующий свои действия, Юра понимает, что ради таких радостных обнадеживающих моментов можно и потерпеть минутные эмоциональные всплески любимого, зная, что они окончатся прежней заботой и нежностью.