Качели

Юра совершенно не хотел портить отношения с Отабеком, но и прощать бессовестное поведение партнёра уже надоело. —Бек, может, тебе к психологу сходить? Я больше не могу так, — монотонно проговорил Юра, — я жду от тебя какой-то поддержки, тепла, а получаю это, — омега указал на красный след от пощёчины. —Я, честно говоря, сам думал об этом… Не знаю, почему веду себя так. Я тебя очень люблю, пожалуйста, верь мне. —Толку от того, что я буду верить? —Юр, я очень хочу, чтобы ты был во мне уверен. Я мечтаю быть твоей опорой, но, знаешь, просто резко что-то внутри меняется, и я веду себя по-свински, потом осознаю и становится паршиво, — Отабек виновато опустил голову и сделал небольшую паузу, — прости, я очень жалею, что причиняю тебе боль. Юра перевел взгляд на своего парня, и все сомнения мгновенно отпали в сторону. Он не может не простить его, самого любимого и родного, того, кого он полюбил некоторое время назад, каких бы глупостей тот не наделал. Омега садится рядом со своим парнем и легко целует того в щёку. —Это можно считать прощением? —А если подумать? — Юра тепло улыбнулся и погладил Отабека по руке. —Ты хотел есть, я помню. Принести чего-нибудь? — мастерски переводит тему альфа. —Нет, есть уже не хочу. Хочу обниматься. И вообще, мне холодно. Отабек придвигается ещё ближе и осторожно прижимает хрупкое тело Юрия к себе. В этих объятиях всё то, что он так хотел передать: любовь, тепло, забота и нежность–всё это сейчас принадлежит только его возлюбленному. Юра, безусловно, ощущает эти светлые чувства, расслабляется, отдается нахлынувшим эмоциям и начинает тихо всхлипывать, уткнувшись в рубашку Отабека, пахнущую дорогим парфюмом и им самим. В голове омеги всплывают недавние события, ранящие, тяжёлые и крайне неприятные, они противопоставляются тому, что происходит сейчас, и контраст поражает, вводит в ступор и непонимание. Юра тоненькими холодными пальцами сжимает рубашку Отабека и теснее прижимается к нему, ища поддержки и любви. —Ну, котёночек, не надо плакать, — он успокаивающе поглаживает омегу по спине, проводя рукой по выпирающим позвонкам, — я с тобой, всё хорошо. Юра поднимает голову и смотрит на альфу заплаканными глазами. —Ты точно меня не бросишь? —Раз я даже в приступе гнева не сказал такой глупости, то не брошу. —Обещаешь? —Конечно. Ты теперь от меня никуда не денешься. —А я и не хочу никуда от тебя деваться. Никогда. Отабек ещё раз поцеловал своего парня в блондинистую макушку, погладил по мягким волосам и заботливо обернул в тёплое одеяло. —Если не согреешься, то скажи. —Согреюсь, не переживай. —У меня есть более надёжный способ согреться, — Отабек двусмысленно посмотрел на Юру и ухмыльнулся. —Я понимаю, к чему ты клонишь, но даже не думай, — строго сказал омега. —Чего так? Ты меня не хочешь, котёнок? —Мне, может быть, нельзя. Надо будет у врача спросить. —А, ну да, прости, ты просто слишком красивый, устоять сложно. —Ты уже извинился, не продолжай. —Я просто сказал, — уточнил Отабек. —А вообще, я хочу спать, — капризно сказал Юра и лёг на кровать, не вылезая из-под одеяла. —Мне с тобой лечь или ты один побыть хочешь? —Со мной ложись. Ты тёплый. «И любимый», — на миг проносится в голове Юры. Отабек послушно лёг рядом и обнял своего омегу, остановив руку на животике, аккуратно его поглаживая, чтобы случайно не помешать Юре. Но омега уже тихо посапывал, отдаваясь красочным сновидениям.