UNDERTALE: запретная любовь

      Фриск проснулась от ужасной сухости во рту. Ей никогда в жизни не было так плохо, как сегодняшним утром. От её шуршаний проснулась Эдна и попросила налить ей воды. И о, чудо, сегодня в душевой был женский день, поэтому первым делом они привели себя в порядок.       Сидя на своей кровати и вытирая полотенцем влажные волосы, Эдна заключила:       — Хочу жрать.       — Поддерживаю, — Фриск кивнула, и в тот же миг почувствовала ужасную головную боль.       Выпив таблетки от боли и переодевшись в более-менее подходящую одежду, девушки вышли в столовую. По пути они зашли к братьям скелетам, разбудили их, а сами, давая парням возможность прийти в себя, ушли дальше. В столовой людей можно было по пальцам сосчитать, Фриск очень хотелось нормальной еды, поэтому она взяла себе омлет, свежезаваренный кофе и булочку со сгущёнкой. Эдна же остановила выбор на полноценном обеде: вкусной куриной котлете с пюре и стручковой фасолью. Девушки были уже в процессе, когда в столовую вошли мальчишки. Они взяли себе по обеду и сели за стол к девушкам. Санс подпёр голову рукой, глядя в одну точку в своём супе.       — Голова болит? — спросила Эдна.       — Да, это настоящая оКОСТЬенительная боль.       — Возьми, — девушка протянула ему пластинку с таблетками, — это должно помочь. Папайрус же сидел как ни в чём не бывало, хоть и пил на ровне с остальными, но чувствовал себя лучше всех.       — Какие планы на вечер? — Санс посмотрел на девушек. Эдна пожала плечами, жуя свою котлету, а Фриск моментально оживилась.       — Я хочу начать изучение бумаг. По выражению её лица Санс понял, что всё серьезно, поэтому ответил:       — Хорошо, мелкая, тогда после еды идём к нам. Ты с нами, Эдна? Девушка кивнула, чуть не клюнув носом в пюре. Глупо улыбнулась, почесав затылок, и продолжила есть.       Вчетвером они завалились в комнату братьев скелетов. Фриск приоткрыла окно, приговаривая, что здесь слишком душно. Эдна с Папсом сразу упали на кровать, включив новую серию своего сериала. А вот Санс достал из-под своей кровати мешок с бумагами и с грохотом поставил на его на стол, из тумбочки вытащил ежедневник и, придвинув два стула, сел, глядя на Фриск.       — А где остальное? — присаживаясь рядом, спросила она.       — У Гастера, — ответил он, бросая перед ней ежедневник, — это для заметок.       Скелет достал из пакета первую партию бумаг и, сделав умное лицо начал разглядывать их. Фриск, пару секунд понаблюдав за ним, взяла лежавший сверху блокнот в кожаной обложке. Чуть позже, досмотрев серию сериала, к ним присоединились Папс с Эдной.       Каждый, когда находил какую-то интересную информацию, читал её вслух для всех остальных. Фриск делала в ежедневнике пометки, всё больше и больше запутываясь в количестве информации.       Чуть позже они сделали перерыв, Эдна предложила прогуляться в магазин за энергетиками, ведь без тонизирующей водички ей думалось очень тяжело. Остальные поддержали идею, потому что не смотря на боевой настрой последствия вчерашнего бала аукались до сих пор.       И вот, сидя в окружении из нескольких железных банок и пачек чипсов, ребята занимались бумажками дальше.       — А что это за легенда? — в какой-то момент спросила Фриск, нахмурив брови, пытаясь разобрать дедушкины каракули.       — Легенда или пророчество… каждый называл это по своему, — задумчиво проговорил Санс. — Когда мы были заточены в Подземелье, то из поколения в поколение наш род передавал, что «ангел», повидавший поверхность, снизойдёт и освободит нас.       — И вы верили в это? — девушка посмотрела на скелета.       — А что нам оставалось? Надежда жила в нас всегда, — скелет кратко посмотрел на своего брата. — Но самое главное, мелкая, — он положил руку на её макушку и взъерошил волосы, — что мы здесь. Фриск не могла злиться на Санса, хоть и жутко не любила, когда он портил её прическу. Они вернулись к бумагам и сидели за ними ещё какое-то время.       — Я подозрительно часто встречаю имена Дороти и Джек, — сказал Санс, тыча пальцем в очередную дедушкину запись, рядом с которой была нарисована пентаграмма.       — Дороти и Джек… Браун! — воскликнул Папайрус, обрадовавшись появившейся связи в бумагах. Девушки переглянулись между собой, и их лица просияли.       — Баттерс! — одновременно воскликнули они.       Это был их одногруппник, один из самых сильных учеников в направлении. Светловолосый с голубыми глазами, немножко полноватый. Они вместе с Фриск учувствовали в развитии «Переворота» Джека Кларсона.       — Он может что-то знать, — произнесла Фриск, решив озвучить друзьям свои мысли, — мы вместе с ним общались с лектором.       — Значит план действий понятен, — подытожила Эдна.       На следующий день девушки не дали мальчишке спокойно вздохнуть, пока он не начал говорить. Скорее всего он пошёл им навстречу только потому, что видел тогда в лекционной, как Кларсон обжигается об кристалл.       — Вы представляете, насколько это рискованно? — недовольно произнёс он, скрестив руки на груди.       — Но это необходимо для спасения монстров, — полушепотом прошипела Фриск.       Баттерс очень боялся, что Джек Кларсон может подслушать их разговор и навредить его семье. Он повёл девушек в свою комнату в общежитии, прежде чем сказать об этом хоть слово. И, пока девушки осматривались, он закрыл дверь на ключ, достал из шкафа небольшой сундучок, набрал цифры на кодовом замке и открыл его.       — Вот.       Короткая фраза Баттерса заставила девушек оторваться от созерцания анатомической карты монстра. Они одновременно обернулись, а он, доставая из сундучка карту лабиринта, сказал:       — Кристалл вот здесь, — парень ткнул пальцем в самый центр, — но вероятность того, что вы доберётесь до него живыми равна одному проценту, — он посмотрел на обеих девушек по очереди, — лабиринт находится в заброшенном карьере. Карьер охраняется местной полицией. А сам карьер находится в Ланкастере. Он там один, поэтому не прогадаете.       — А есть ещё какие-то варианты? — удручённо спросила Фриск, глядя то на Баттерса, то на карту.       — Вариантов нет, — ответил он и всучил ей карту. — Прихватите с собой своих магических дружков, если хотите повысить шансы на выживание.       Парень закрыл сундучок, убрал его в шкаф и, провернув ключ в дверном замке, произнёс:       — Это всё, чем я могу помочь, — он посмотрел на Фриск и указал пальцем на карту, — и спрячь её, а то найдутся те, кому она нужнее.       Девушки сидели в своей комнате, напряженно размышляя над словами Баттерса. Чуть позже, после дополнительных занятий, к им должны были прийти Санс и Папайрус.       — Получатся, что мне придётся втянуть в это парней, — глядя в одну точку в полу, сказала Фриск.       — В смысле? — удивилась Эдна, она держала в руках чашку с кофе, изредка делала маленькие глотки напитка.       — Я думала, что это можно будет провернуть в одиночку.       — Ты прикалываешься? Спасение монстров… — девушка осеклась, — нет, мира! Стало нашим общим делом ровно в тот момент, когда мы оказались в стенах этого здания. Я не хочу тебя обидеть, Фриск, но ты слишком много на себя берёшь.       Девушка перевела взгляд на подругу. Ветер за окном был таким сильным, что из коридора слышался шум сквозняка.       — Но я буду чувствовать себя ужасно виноватой, если с вами что-то случится… — теребя край покрывала, сказала Фриск.       — Ну ёмое, я же сказала тебе, это наше общее дело, и ты не должна брать на тебя слишком много! — Эдна перешла на повышенный тон. — Мы все будем виноваты, если что-то случится, потому что делаем это вместе!       Её возглас эхом разошёлся по комнате, девушки переглянулись, мысленно ставя точку в этой теме. Фриск окончательно осознала, что в этой битве она не одна.       Устроив «совещание» поздним вечером, ребята приняли очевидное и самое правильное решение: ехать за кристаллом всем вместе. Они спорили некоторое время, сколько по времени может занять их задача, и понадеялись, что максимум полдня.       — А ещё надо добраться дотуда, — почёсывая черепушку, сказал Папс.       — По нашим дорогам это час пути, — ответил ему Санс.       — На машине, — сказала Фриск, закидывая ногу на ногу, — а машины у нас нет.       — Будет, — с уверенностью сказал Санс, довольно улыбнувшись, — этот вопрос я беру на себя, хех.       — А ещё надо будет поесть, — возникла Эдна.       — Там есть Мак неподалёку от карьера, — ответил Санс, разглядывая карту на телефоне, — ночевать мы там не будем, надо будет постараться сделать всё максимально быстро.       — Нам нужны будут фонарики, — начал Папс, загибая пальцы, — а ещё обязательно возьмём с собой аптечку…       — Это всё верно, — перебил его Санс, — но что будем делать с ментами?       — В смысле что? — Эдна нахмурилась, — устроим раздачу ударов палкой по башке!       Рассмеявшись от реакции скелетов, Фриск поправила Эдну:       — А вообще, мы надеялись, что тут можно будет применить ваши силы.       Собирая аптечку первой помощи Фриск ощутила, как трясутся руки. Ей хотелось верить, что медпомощь не понадобятся. Девушка завернула в ткань ежедневник и карту, убрала их в рюкзак, туда же положила фонарик и запасные батарейки, бутылку с водой на всякий случай. Девушки волновались, одеваясь в дорогу. Застегивая джинсы Фриск думала только о том, какие опасности могут их там поджидать. Почему Баттерс сказал, что вероятность того, что они придут оттуда живыми, настолько мала? Что может быть не так с обычным карьером?       Но в целом их командный дух был крепок и силён как никогда. Девушки вышли на улицу. Фриск натянула шапку на уши, ветер сильным и холодным. Эдна встрепенулась и застегнулась, грея руки о термостакан с кофе. Санс подогнал к общаге старый гнилой пикап.       Автомобиль тронулся сразу, как девушки пристегнулись. Первое время друзья бурно обсуждали, как будут действовать в шахте и какую еду съедят в Маке. Но через время Эдна надела наушники и задумалась о чём-то, а Фриск начала разглядывать вид за окном, размышляя о своих проблемах. На некоторых деревьях зарождались почки, а это означало, что весна уже пришла. Братья скелеты слушали свежий каламбур по радио. От некоторых шуток Папайрус начинал нервничать, они ему не нравились, он сразу дёргался, желая поскорей переключить шутку. А Санс, кажется, получал от происходящего настоящее удовольствие и не позволял брату делать то, чего он так хотел.       Вскоре лес сменился домами. Фриск заметила, что они не едут в центр, а петляют по окраине города. Санс со скрежетом остановил тачку на парковке Макдональдса. Все спрыгнули, размялись после поездки, сидения в авто были дубовыми, поэтому спина жутко затекла и задница стала квадратной. Эдна похрустела спиной, и только тогда, довольная собой, пошла следом за друзьями. Они заняли место около окна, сделали заказ и, дождавшись его, наелись.       Следующей остановкой стала парковка неподалёку от карьера. Санс остановил машину, дёргая ручник, и сказал:       — Дальше идём ножками.       Фриск выпрыгнула из салона, огляделась, вдыхая свежий воздух, пропитанный хвоей: здесь было полно высоких сосен, земля усыпана шишками, иголками и сухими ветками. Сухостой забавно хрустел под ногами. В зоне видимости стояло всего несколько частных полузаброшенных домов, а людей по близости не было видно вообще. Девушка застегнула молнию парки и засунула руки в карманы, ей показалось, что здесь прохладнее, чем в Колумбусе. Хотя, может быть, она просто пригрелась в машине. У каждого из членов команды был рюкзак за спиной. Скелеты пошли вперёд, девушки за ними.       — Теперь нам нужно взяться за руки, — Санс протянул руку Фриск, — через несколько метров начнётся территория карьера.       Эдна и Папс тоже взялись за руки. В ту же секунду вокруг пар образовались барьеры, прячущие их от посторонних глаз. Фриск посмотрела на скелета, когда он сжал её руку. Он тоже смотрел на неё. Они чувствовали волнение друг друга.       Через пару минут впереди показался контрольно-пропускной пункт, ребята спокойно миновали его. Они шли по прокатанной бульдозерами и грузовиками дороге. И чем дальше они уходили, тем меньше становилось деревьев вокруг. Но зато было много сырой перекопанной земли, смешанной с глиной и мелом. У них перехватило дыхание, когда взору предстал огромный многокилометровый карьер. Он толстой дугой уходил на несколько тысяч метров вниз. Он не действовал уже несколько месяцев из-за ядовитого газа, выходящего из недр земли.       — Я читал, что здесь умирали люди, — завороженно произнёс Санс, крепко сжимая руку Фриск и глядя в самый низ.       Очень много воистину страшных случаев произошло в глубинах здешних шахт. Говорят, что однажды тросы лифта оборвались, когда рабочие поднимались на поверхность после смены. В живых не осталось никого из пятерых человек. Фриск встрепенулась, когда старший скелет рассказал им эту историю.       Ребята шли вниз по утрамбованной земле. А ещё здесь бушевал сильный ветер, он так и норовил сорвать шапки и кепки с непрошенных гостей.       — На каком уровне находится нужная нам шахта? — спросила Эдна.       — Она должна быть четвертой сверху, — ответила Фриск.       Они шли, крепко держась за руки. Поначалу Фиск хотела достать карту, чтобы убедиться в правильности своих слов, но потом поняла, что из-за такого ветра она просто-напросто порвётся, ведь бумага была старой, пожелтевшей от времени и протёртой в сгибах.       Любопытство чуть не сыграло с Эдной злую шутку: она встала почти на самый край карьера, желая разглядеть, что там внизу.       — Там озеро! — восторженно крикнула она.       Как вдруг земля под ногами начала осыпаться, девушка испугалась, Папс успел среагировать и потянул её на себя. Через пару секунд там, где она стояла, почва осыпалась. Лицом прижавшись к груди скелета, Эдна сделала один большой вывод для себя — больше ни шагу на край карьера. Когда они дошли до нужной шахты, то первым делом, спрятавшись от ветра, Фриск заглянула в карту и убедилась, что они пришли правильно. Парни сняли защитные барьеры, а затем осторожным шагом пошли внутрь. Первым шёл Санс, за ним Фриск, потом Эдна и замыкал цепочку Папайрус. Как только тьма окутала их, они по очереди начали включать фонарики. Ребята шли недолго, когда на их пути встретился лифт, идущий глубоко вниз. С помощью магии скелеты запустили его. И, когда эта древняя махина скрепя шестерёнками начала опускаться вниз, Фриск сжала кисть Санса так крепко, как никогда прежде. Парень почувствовал, что девушка смотрит на него.       — Не переживай, мелкая, — шепотом произнёс он, взъерошив волосы на её голове.       Неизвестно, сколько времени они спускались, но Фриск показалось, что прошла целая вечность. Почувствовался лёгкий толчок, когда лифт закончил движение. Воздух здесь был спертым, влажным. Сразу стало понятно, что вентиляция не работает. Эдна ощутила, что ей не хватает воздуха.       — Это хреново, — произнёс Папайрус.       Санс начал винить себя в том, что не подумал о газе, который непременно может стать для них препятствием. Нужно было догадаться взять противогазы, ну или как минимум защитные маски.       — Сделаем всё быстро и уходим, — проговорил он, освещая фонариком стены шахты.       Деревянные укрепления выглядели ненадежно, древесина была старой и влажной. Идти приходилось внимательно, ведь под ногами периодически оказывались острые камни. Санс вёл Фриск следом, думая лишь о том, что нужно было поскорее закончить с этим делом. Самая большая проблема была лишь в том, что они не знали, что именно ищут, что их будет ждать в конце пути. Папс сжал руку Эдны, когда они дошли до развилки. Всего проходов было два, каждый из них уходил куда-то вглубь. Фриск достала карту, надеясь увидеть решение в ней. Друзья встали рядом, тоже рассматривая бесконечные туннели.       — И что нам делать? — растерянно прошептала Фриск, разглядывая лабиринт на карте.       Санс предложил им разделиться. Папайрус создал маленький сгусток магии, который служил источником света и своеобразной меткой, пока девушки мялись, раздумывая над предложением старшего брата. Это было плохой идеей, но других вариантов не было. Они могли бы пойти все вместе, но тогда шансы найти кристалл уменьшались. Ведь в конце лабиринта было несколько комнат.       Эдна сфотографировала карту на телефон. Они договорились встретиться здесь ориентировочно через час, договорились ждать друг друга около оставленной Папсом метки. И разошлись. Фриск убрала свой фонарик, чтобы экономить батарею. А Санс освещал дорогу. Скелет не мог знать, насколько тяжело девушке дышать, а она молчала, ведь понимала, что он вряд ли сможет что-то сделать.       «Как хорошо, что мы пошли не одни», — подумала она, взяв Санса за руку, так ей было намного спокойнее.       Сейчас он был для неё как самый настоящий ориентир, девушке было страшно в таком тёмном, душном пространстве. А для Санса пещеры и туннели были чем-то привычным, поэтому его спокойствие придавало ей сил идти дальше.       Они шли бесконечное число времени, иногда останавливаясь на таких же развилках и ставя такие же метки, какую поставил Папс. Фриск постоянно проверяла карту и говорила, куда они должны идти. Санс понял, что их дела плохи, когда услышал, что девушка дышит с трудом. Он предложил ей выпить воды на очередной развилке. Девушка села на землю и облокотилась на каменную стену, жадно хватая ртом воздух. На лбу выступила испарина, голова кружилась. Скелет понимал, что на неё влияет. Ведь чем глубже они опускались, тем меньше содержалось кислорода в воздухе, а концентрация опасных для человека газов увеличивалась. То же касалось и давления, оно увеличивалось в геометрической прогрессии и могло стать опасным для жизни. Плюс в этом всём был только один — эти факторы на Санса не влияли, здесь он был как рыба в воде.       — Я так хочу спать, — девушка помотала головой, — у меня совсем нет сил.       — Это из-за давления и газа, — ответил скелет, — малая, нам нужно идти.       Девушка подняла голову, увидев, что он тянет ей руку. Протянула свою в ответ, встала с трудом. Ноги будто налили свинцом, в висках пульсировало, ей жутко не хватало воздуха. Но идти было просто необходимо. Они остановились на очередной развилке, Фриск достала карту и стала разбираться, она никак не могла сосредоточить свой взгляд на одной точке, и собрать мысли в кучу тоже не получалось. Она не могла сообразить, где они находятся. И тогда Санс в очередной раз пришёл ей на помощь, он забрал у неё карту, поставил на их развилке метку карандашом и сказал ей, что идти осталось совсем немного. Они пошли дальше, Фриск не заметила, как начала опираться на Санса. Он понимал, что человеческое тело не приспособлено к таким условиям и опасался того, что она может потерять сознание.       — Ты большая молодчика, — сказал он, придерживая её, — мы почти пришли.       В какой-то момент девушка резко остановилась и вцепилась пальцами в его руку, он остановился тоже, пытаясь понять, что происходит. И понял, когда смог рассмотреть её лицо в темноте. Её лицо было полно ужаса, Фриск смотрела в темноту и видела чьи-то глаза, такие яркие и страшные, они следили за ней, куда бы она не повернулась. Животный страх овладел ею, и она, закрывая лицо руками, начала пятиться назад, желая спрятаться от столь пристального взгляда. Санс пошёл следом, надеясь, что галлюцинация её вот-вот отпустит, но с каждой секундой становилось всё хуже и хуже. Девушка начала всхлипывать, слезы из глаз полились градом, она споткнулась, но скелет успел удержать её. Она выдернула свои руки, испугавшись прикосновения.       — Фриск, — проговорил Санс, — Фриск, я рядом. Ты не одна.       Девушка уперлась спиной в стену, осела на землю, закрыла лицо руками, не переставая плакать.       — Фриск, — снова произнёс он и протянул к ней руку.       Она снова дёрнулась, испугавшись его. Санс отошёл в сторону, не зная, что делать. Как объяснить человеку, что это всего лишь видение? Казалось, что его нервы тоже вот-вот сдадут. Он направил фонарик в потолок, так получился рассеянный свет, освящавший возможный максимум. Сел на корточки рядом с ней и опять заговорил:       — Фриск, всё хорошо, — он старался говорить спокойно, — ты в безопасности, — он потянул к ней руку, прикоснулся к плечу, почувствовал, как она вздрогнула.       — П-правда? — она подняла на него заплаканный взгляд.       — Правда, — он понял, что галлюцинация отступает, — давай руку.       Санс помог ей подняться. Снова. Взял фонарик, позволил Фриск взять себя под руку. Он видел, что она до сих пор плачет. Они пошли вперед. Парень сбился со счёту, сколько раз им пришлось свернуть в разные стороны. В какой-то момент проход начал постепенно сужаться, по карте впереди был ещё один поворот, но они шли уже так долго, что начиналось казаться, что в карте какая-то неточность. Он остановился, когда понял, что впереди прохода нет. Фриск остановилась тоже, вздохнула полной грудью и заговорила:       — Я помню из дедушкиных записей, — её голос дрожал, — здесь нужна моя кровь.       Санс нахмурился, услышав её слова. Девушка достала из рюкзака фонарик и маленький нож. Включила свет, разглядывая тупик: узкое пространство, идеально ровная стена, преграждающая им дорогу — она поняла, что они дошли до нужного места. Фриск быстро нашла углубление, выходящее из стены, чем-то напоминающее чашу, и встала, пытаясь собраться с мыслями. Санс встал рядом, понимая, к чему всё идёт.       — Никогда себя не резала…       — Давай помогу? — полушёпотом спросил скелет.       Девушка посмотрела на него, потом на свои руки.       — Давай, — ответила она так же, полушёпотом.       Санс обошёл девушку, левой рукой взял её правую руку, отказался от ножа, который она пыталась ему предложить. И, не дав девушке мысленно приготовиться, с помощью магии рассек запястье. Фриск только пискнула, и кровь крупными каплями начала капать в ёмкость. Прошло несколько секунд, прежде чем стена за спиной Санса начала медленно опускаться вниз. Фриск сказала, что в рюкзаке есть аптечка, парень нашёл там бинт и перевязал её рану. Он начал спешить, когда увидел, что из открывающегося прохода виднеется свет. Парень застегнул её рюкзак и закинул его себе за спину. Теперь он нёс два рюкзака. Он хотел верить, что и без того обессиленная девушка сможет идти сама. Фриск встала, завороженно наблюдая за опускающейся дверью. Совсем скоро их взору предстало настоящее святилище, в центре которого стоял алтарь, а на нём едва светился осколок, который они так долго желали заполучить. Санс освещал помещение фонариком, рассматривая наросшие меловые сталактиты. На сколько секунд Фриск даже показалось, что она смогла спокойно дышать, но сразу, как оказалась внутри помещения, снова начала задыхаться. Санс молча анализировал происходящее, у него закралось подозрение, что что-то должно случиться, когда они заберут кристалл. Это не могло быть настолько просто.       Санс шёл впереди, Фриск осторожно за ним, при возможности придерживаясь за сталагмиты. Ей не нравилось собственное состояние и, собрав остатки сил в кучу, она сделала несколько шагов по ступенькам навстречу алтарю, но Санс окликнул её:       — Фриск, не спеши.       — Но почему?       — Я боюсь, что мы можем попасть в ловушку.       — Я не могу, — она помотала головой, — мне кажется, что я сейчас упаду, — она начала искать руками опору, и в этот раз Санс не успел подхватить её, девушка упала, неловко скатившись с лестницы.       — Фриск! — воскликнул он и подбежал к девушке, она лежала, казалось, без сознания. — Чёрт!       Он положил её на спину, под голову подмял рюкзак. Осмотрелся, осознавая, что в это мгновение остался здесь один. Снова мысленно отругал себя за непредусмотрительность, за то что не додумался взять противогазы для девушек. Ведь скорее всего Эдна и Папайрус оказались в точно такой же ситуации. Он опустился на землю рядом с Фриск, стараясь собраться с мыслями. Медлить было нельзя. Подруге опасно находиться здесь ещё дольше. Санс постарался вспомнить её рассказы о том, что происходило в лекционной, когда мистер Кларсон обжёгся о кристалл. А вдруг ему, монстру, тоже нельзя будет прикоснуться к кристаллу?       Он цокнул, раздражаясь от своей мнительности. Встал, быстро поднялся по лестнице и замер, остановившись рядом с алтарём. Кусочек кристалла, переливаясь разными цветами, выглядел абсолютно безопасно. Он потянул к нему руку и ощутил энергетическую дрожь.       — Санс…       Он обернулся, когда услышал голос Фриск. В ту же секунду по земле пошла дрожь, яркая вспышка озарила святилище, парень услышал, что с потолка упал камень. Внутри что-то щёлкнуло, он быстро схватил осколок, ощущая, как он обжигает руку. Закричал, ощущая режущую боль и, увидев, что Фриск готова поймать кристалл, бросил его. Она потянулась, но ей не хватило сил и реакции, чтобы подхватить осколок, и он упал на землю рядом. Девушка нагнулась, поднимая долгожданную находку. Сжала её в кулачке и посмотрела на Санса. В следующую секунду по потолку святилища пошли трещины, Санс быстро спустился, схватил её рюкзак и саму девушку ловко перекинул через плечо. Побежал прочь, что было сил, ведь в эту секунду перед ним стоял вопрос жизни и смерти. Они выскочили из святилища и Фриск увидела, как потолок следом за ними обрушивается. Санс не останавливался, он бежал дальше, стараясь не сбавлять скорости. Оставленные ими метки на каждом повороте помогали поворачивать правильно. Фриск снова ощутила дрожь земли прежде, чем окончательно отключилась.